Панацея

Конечно, как еще они могли выйти на архив? Как могли узнать, где все хранится? Тихо ступая, Чонгук медленно двинулся за отцом, чувствуя, что здесь есть нечто большее, чем просто помощь вампирам. Нет, только не отец. Что бы он ни передал в руки вампирш Наён, это что-то, возможно, действительно должно было оказаться только у них и ни у кого более. Но то, что передал он им сейчас, являлось наследием. Наследием всей их семьи. Это касалось и Чонгука. Бесило не то, что отец сделал. Бесило то, что он, Гук, как обычно оказался где-то с краю. - Не хочешь объясниться? - фигура, равномерно двигающаяся вперед, резко затормозила. Чонгук, пройдя еще два шага, остановился следом, наблюдая, как его отец обернулся. Кажется, он был не особо рад его видеть. - Передал архив в руки вампиров, значит?.. Кажется, это ты говорил не так давно, что с ними нельзя заключать сделок... Тот повернулся еще раз, оглянувшись. Чонгук неотрывно смотрел только перед собой, заведомо зная, что его отец сейчас не обнаружит ничего. Никого не было. Гук проверил все заранее. - Я заканчиваю то, что начал ты, - спокойно ответил он, выдыхая. Чонгук хмыкнул. - Теперь война будет точно. Сделка для видимости. - О чем ты? - Я всего лишь подправил пару документов и вручил компромат на Намджуна. Наён будет в восторге. Конечно. Какие вообще здесь могли быть сделки. Сплошь один лишь расчет. - Я сделал это случайно, - повысив тон, проговорил Чонгук, подходя еще ближе к своему отцу. Тот стоял на месте, не двигаясь с него. - Я не хотел развязывать войну, разве ты не понимаешь?.. Разве не осознаешь, куда приведет этот город война?! - Тише... - До тебя разве не доходит, что вся эта история сейчас пойдет по второму кругу? Останавливаться Чонгук не собирался. Он хотел вывалить все и сразу, заставить хоть на секунду задуматься человека перед собой. Только вот отец, видимо, его планов не разделял. Быстро подойдя к парню, он за руку оттащил его в сторону, еще раз оборачиваясь. Чонгук буквально чувствовал отчаяние. И, пожалуй еще, разочарование. Причем последнее сильнее предыдущего. Война год назад отобрала жизни и безвинных в том числе. Войны никогда не обходились без жертв со стороны. - Оба клана сгинут, - голос отца был тверд. В глазах вспыхнула злоба. - И помогут друг другу в этом. Пусть эти крысы перегрызут друг другу глотки. - Год назад умирали не только вампиры... - Всегда кто-то да умирает, Чонгук! Куда больше людей сдохнут, если эти твари останутся жить... Да, это был его отец. Теперь Чонгук узнавал его. Теперь перед ним стоял тот самый жестокий человек, который ломал ему кости лишь затем, чтобы он выучил новый прием. Тот самый, что даже не пришел на похороны его семьи. Перед ним стоял в первую очередь воин, а уже где-то под конец глава их семейства. Хоть что-то в этой жизни, и правда, должно было остаться неизменным. Чонгук без промедления оттолкнул его в сторону, отступая. - Чем ты их лучше? - только и спросил он, чувствуя лишь досаду. - Сейчас ты приговорил к смерти достаточно людей, чтобы я задал этот вполне закономерный вопрос. Взяв Чонгука за воротник футболки, его отец притянул парня ближе, смотря глаза в глаза. - Ты мне предлагаешь одному разобраться с двумя кланами, Гукки? Это ты мне предлагаешь? Одному перерезать их всех? - прошипел он, злясь еще больше. Злился и Чонгук, хоть вида и не подавал. - Да, я тут, конечно, узнал, что одна сука, правая рука Наён, находится в отеле на набережной. Она и еще с двадцать вампиров рядом. Предлагаешь мне пойти туда и свернуть им всем шею? Как думаешь, насколько быстро ее свернут мне, если я там объявлюсь? Один против двадцати-то? Он отпустил, выдыхая. Кажется даже, начал приходить в себя. - Я не хочу, чтобы кто-то умирал. Кто-то из людей, конечно. Но, черт тебя дери, подумай, наконец, что ты не можешь идти один против всех! Пусть они сражаются, Чонгук. Пусть убивают друг друга. Потом будет куда проще прийти за головой победителя... - Поэтому ты мне не сказал? Конечно, поэтому. Потому что Чонгук бы не принял, вероятно. Цель оправдывает средства. Но она не оправдает ничего, если в конце останется лишь прах. Зачем вообще спасать город, которого больше никто не увидит? Зачем спасать людей, которые позже окажутся мертвыми? Чонгук понимал, что переубедить его нереально. Его отец будет стоять на своем, даже если весь мир рухнет. И если он решил, что будет война. Значит, она будет. - Поэтому не сказал, - подтвердил тот, подняв голову. В глазах его сверкнула решимость. И Чонгук прямо-таки чувствовал, как его распирало от желания показать, что его отец ошибался. - Говоришь, без войны между кланами мы не способны ни на что?.. Вопрос был почти что уколом для его отца. Подразумевалось не это, Гук это знал. - Так ты думаешь теперь об охотниках? - тихо спросил он следом, все более и более ощущая вкус горечи внутри. - Так ты думаешь... обо мне? - Чонгук, ты всего лишь неопытный мальчишка, - значит, так. Злость буквально поглотила Чонгука с головой. - И я не дам тебе умереть в неравной битве, уж извини. Твоя мать, сестра и твой брат были мастерски обучены. И где они теперь? Они мертвы. Все. Больше наша семья на риск не пойдет. Война уничтожит вампиров. А то, что останется, уничтожим мы. Все просто, как дважды два. Отступись. Так просто. Просто отступись. Чонгук еле сдерживался, чтобы не наорать на отца. Еле сдерживался, чтобы не начать вновь доказывать свою правоту. Останавливало то, что это бы не помогло. Только не с его отцом. Поэтому, прислонившись к стене, он кивнул. Так было проще всего. - Помни о том, что я тебе сказал. И не нарывайся более... Бесспорно, он хотел сделать что-то еще. Возможно даже, усугубить ситуацию между кланами еще больше, окончательно рассорив их друг с другом. В любом случае его отец действительно спешил. И даже не пытался объяснить сыну, куда именно. Он не учитывал Чонгука. Он не считал его тем, кто способен помочь. И это раздражало больше всего остального. Больше всех тех тайн, которых у отца была туева куча. Его отец просто ушел. Снова. Так и не сказав более всего того, что от него требовал Чонгук. - Дай угадаю, ты ведь не отступишься?.. Парень ухмыльнулся, взглянув на говорившего. Он ожидал, что тот подойдет именно сейчас. Юнги умел бесшумно передвигаться. И следить он тоже умел, этого было просто не отнять. Но все это время Чонгук буквально чувствовал на себе его взгляд. Почему-то он знал, что тот последует за ним. - Ты прав, - только и сказал он, отходя от стены. - И завязывай со слежками. Чем дальше, тем это становится все менее эффектным. - Оу, я учту. Юнги взглядом проследил, как Чонгук двинулся в противоположную сторону, пропуская его вперед и только потом следуя за ним. - И куда ты намылился? - раздался вполне ожидаемый вопрос. Чонгук не обернулся, лишь замедлив шаг для того, чтобы Юнги поравнялся с ним, не ускоряя свой. - На набережную. - Подожди... что? - Докажу отцу, что он ошибается на мой счет, - тихо проговорил охотник, расправляя плечи. Если даже это было бы последним, что он сделает, он был уверен сейчас, что совершит задуманное. Пусть даже без поддержки. Пусть так. Злости в нем сейчас было достаточно. - Убью ту вампиршу, что там засела. Юнги эта идея почему-то не понравилась. Кинувшись за уже собиравшимся бежать Чонгуком, он резко одернул его, хватая за руку. Теперь в глазах охотника можно было прочесть лишь убийственную ярость. Он был взбешен. Был вне себя. Казалось даже, что если Юнги не пустит его туда, то достанется уже ему. Гуку нужно было куда-то выместить все то, что он ощущал. - Можешь даже не пытаться. Мне это нужно, - серьезно произнес он, смотря на руку Юнги, сдерживающую его, как на что-то сверхъестественное. В его голосе звучала просьба. Он именно что просил его не останавливать. - Он никогда не ощутит, что я ему ровня, пока я не сделаю хоть что-то. Я не хочу вечность считаться жалкой копией моего брата. Юнги разжал руку, отпуская. - Я и не останавливаю. Но пропускать все веселье не хочу, Гукки. Не откажешь же ты мне в удовольствии увидеть своими глазами смерть этой стервы?.. Сана в нерешительности держала в руках пистолет. Чонгук уже ранее успел уверить ее в том, что подвал оборудован всем необходимым. Но она и не думала, что здесь настолько много всего. Всего, что могло и не могло понадобиться охотникам. Разведывая обстановку, девушка обнаружила цели. Кучу пластиковых целей в виде людей, ну или по крайней мере большей их части. И даже нашла место, где можно были эти цели повесить и отойти на большое расстояние. Про патроны и говорить не стоило, они здесь, конечно же, были. Самые разные, от мала до велика. Хоть Чонгук и говорил ей уже о том, что охотники сами по себе пользуются лишь холодным оружием, они умели стрелять. Они учились этому. А теперь хотелось научиться и ей. Все, что бы ни происходило здесь, оставалось бесшумным снаружи. В этом Сана убедилась уже сама. Да и стоило этого ожидать от столь умно проработанного помещения, конечно. Поэтому, надев заведомо свои наушники, которые Чонгук захватил вместе с остальными вещами из дома, Сана взяла в руки пистолет так, как парень ей уже показывал прежде. Первым блин получился комом. Второй тоже. Сане с трудом удавалось даже попасть в цель, не говоря уже о том, чтобы попасть туда, куда она вообще целилась. Шум даже так был ужасным, никакие наушники с включенной музыкой не помогали вообще. Все, что она видела в фильмах и сериалах, очень быстро разбилось о реальность. Но она продолжала. Долгое время рассматривала пистолет, силясь вспомнить, как вообще его разбирать, смотрела в интернете, делала все пошагово. Даже зарядила его небоевыми патронами так, как учили в гугле. Если бы ей сказали недели две тому назад, чем она будет заниматься, она бы рассмеялась, бесспорно. А теперь она гуглила о назначении целика и мушки. Жизнь, как оказалось, очень быстро может поменять свое направление. - Я схожу с ума... - тихо проговаривала она, заряжая пистолет снова. Хотелось и смеяться, и плакать одновременно. Хотя нет, плакать все же хотелось больше. Прицелившись, она, уже следуя указаниям, постаралась попасть в цель, расположив ее должным образом. Получилось немногим лучше, чем раньше. Даже чисто случайно девушка все еще не могла попасть туда, куда целилась и хотела попасть. - Дурочка... чего ты хочешь добиться? Обернувшись, она выстрелила в ту сторону. Тэхён, что стоял там, исчез. Как исчез и хохот, который сопровождал его слова. Руки девушки задрожали. - Так не терпится избавиться от меня?.. Снова выстрел. Она даже не попадала по нему. По той проекции его, что видела перед своими глазами. Она мазала даже тогда, когда это было так нужно. Просто попасть. Даже этого-то она не могла. А он в свою очередь преследовал. Не оставлял ее в покое. Грань между реальностью и выдумками рушилась на глазах. - Да брось... признай, ты получала удовольствие... - Оставь меня в покое! - и снова выстрелы без разбора. Раз, второй, третий, пока вместо них не стали происходить обычные щелчки, оповествующие о том, что патронов больше не осталось. И тогда она рухнула на колени, забившись в истерике. На глаза навернулись слезы. - Видишь... тебе только дай повод! Откинув наушники, Сана зажала уши руками, зажмурившись. Голос был в ее голове. Он не оставлял в покое. Он был рядом. Постоянно. И только стоило ей их открыть, как прямо перед собой она увидела цель. Пара точек от выстрелов были рядом с ее центром, почти что в нескольких сантиметрах от него. Судорожно вдыхая ртом воздух, Сана обернулась. Тэхён стоял неподалеку от нее, улыбаясь. Переключая музыку в плейлисте, девушка медленно двигалась по коридору, даже особо и не замечая, что творилось вокруг. Изредка лишь поднимая взгляд, чтобы снова убедиться, что перед ней никого нет. Так, остановив свой выбор на чем-то одном, она снова завернула за угол, уже в который раз, как резко ощутила чужие прикосновения к шее. Не успела она и вскрикнуть, как, вздрогнув, обмякла в чужих руках. Наушники мигом очутились на полу. Плеер разбился вдребезги. - Бесшумно, Чонгук, это значит бесшумно... - слыша все это, произнес Юнги, просто покачав головой. Гук перевел взгляд на разбившийся прибор, выдыхая. У вампира все получалось в разы лучше. Был бы он здесь один, и о его присутствии знал бы точно весь этот чертов отель. - Я пытался, - только и буркнул он, подхватив девушку на руки. Юнги открыл ему дверь в какую-то комнату, прихватив с собой наушники и плеер жертвы. Покрутив обе вещички в руке, он запихнул и то, и другое в карман. Дверь сама закрылась следом за парнями. Чонгук смотрел на вампира с видимым раздражением. У первой жертвы тот уже прихватил нож. У второй - часы. Зачем ему это было нужно, оставалось лишь догадываться. - Ты как барахольщик, - тихо произнес он, неотрывно наблюдая, как Юнги подошел к девушке. Та выглядело безмятежно. Будто бы и вовсе спала. Еще, наверное, пара минут, и она бы точно пришла в себя, поднимая тревогу. Но пока она была в бессознательном состоянии, то вызывала лишь жалость. Ровно после того момента, как Чонгук вообще допустил мысль о заражении крови, он больше не мог смотреть на вампиров, как на трупов. Среди них, как и среди любого сброда, находились те, кто не заслуживал смерти. Он был теперь на все сто уверен в этом. С одним из таких он вообще заявился сюда. - Я ничем не отличаюсь от отца, - только и сказал он вслух, смотря на то, как Юнги без труда уничтожил девочку. Вот теперь она не проснется более никогда. Чонгук с презрением отвернулся от трупа. С презрением к себе, но не к ней. - Превосходно. - Могу утешить тебя тем, что клан Наён считается самым кровожадным, - поднимаясь на ноги, ответил Юнги, прокрутив в руке сердце. Не найдя ему применения, он кинул его рядом с девушкой, вытирая руку об одежду на ней. На его руках теперь были перчатки, но и они тоже имели свойство пачкаться. - Девушки жестоки, Чонгук. - Ты знаешь, сколько их? - Нам не столь важно убить всех... нужно лишь достигнуть основной цели. Ты же хотел разобраться лишь с одной. С Дахён. Чонгук кивнул, выходя из миниатюрной комнатки и направляясь дальше. Оставалось лишь молиться, чтобы мертвых не обнаружили раньше, чем они оба бы осуществили задуманное, ибо тогда их ждали огромные неприятности. Теперь же Чонгук как никогда ощущал ответственность. Вместе с собой он притащил еще и Юнги. И только он хотел завернуть за угол, как тот, схватив его за шкирку, потянул назад. К губам вампир приложил указательный палец, давая Гуку прислушаться. Двое. Две девушки. Кусая губы, Чонгук пытался быстро сообразить, что делать. - Я разберусь. Двигайся дальше. Там, кажется, лишь одна. Его слова вызвали мурашки на коже Чонгука. Кивнув, он дал ему пройти первому, сам идя дальше, огибая тем самым опасную зону. Как бы он ни пытался прислушаться, он не услышал ничего. Только то, как быстро прекратился разговор двух девиц, что до этого болтали без умолку друг с другом. Более ничего. Юнги прекрасно, по-видимому, справлялся с задачей. По крайней мере куда лучше, чем сам охотник. Схватив покрепче нож в руке, Чонгук, тихо ступая, медленно подошел к еще одной девушке сзади. Ее сердцебиения он почти и не слышал. Казалось, будто сердце не выбивало и вовсе ударов. Казалось, что она уже мертва. И, вдохнув полные легкие воздуха, Чонгук нанес удар. Промахнуться было просто невозможно. Силы же в руке охотника было предостаточно. У девчонки не было и шанса перед ним, определенно. - Все чисто? - Чонгук, вздрогнув, обернулся. Хотелось уйти, так и не осуществив задуманное. Сколько еще крови ему придется ощутить на своих руках? - Что с тобой? - Ничего. - Чонгук!.. Юнги не успел. Замешкавшись, не успел и Чонгук. Из-за угла вышла девушка. Обычная, черт подери девушка. Не вампир. Обычный человек. Увидев кровь, она сначала просто остановилась, замерев на месте. Но потом, подняв взгляд на окровавленного Гука, закричала. Вампир даже не успел вырубить ее прежде, чем та открыла рот. Она обмякла в его руках сразу под угрюмый взгляд Чонгука. Миссия пройти бесшумно провалилась. И конечно, по его вине. Как же иначе. - Вот же блять, - описал ситуацию Юнги, выломав дверь в одну из комнат. Обеих девушек: и живую, и мертвую, он поместил туда, снова прикрыв ее. И кивнул Чонгуку бежать за ним, сразу теряясь за углом. Поворот, еще один, потом еще. Где-то они чуть не натолкнулись на группу из четверых, вовремя снова свернув. Чонгук еще пока ни разу не ощущал в своей крови столь много адреналина на один квадратный сантиметр. Остановившись около одного из номеров, он прислушался. Остановился и Юнги. Вампир выглядел задумчиво. И следом за этим, как только выдалась свободная минутка, достал из кармана скомканную бумажку. Еще когда они только вошли, Юнги вырвал ее из гостевой книги, как только человек, что должен был по сути ее охранять, отвернулся. Теперь он еще внимательнее всматривался в закорючки на листочке, явно над чем-то раздумывая. - Точно... я знаю, где она, - провозгласил он, вызывая на лице Чонгука недовольство. - Третий раз? Да неужели? Взяв Гука за руку, Юнги кинулся в сторону. Тот еле успел подстроиться под его бег, уже даже почему-то и не думая высвобождаться. Любое действие со стороны вампира он уже воспринимал, как что-то совершенно обыкновенное. Как должное. Тот остановился в другом конце этажа, чуть было не попав в обзор еще парочки вампирш неподалеку. - Здесь. В ее комнате трое, - он спиной прислонился к стене, призывая Гука сделать то же самое. Охотник чуть повернул голову, вслушиваясь. За стеной, и правда, раздавались голоса. Слова было разобрать трудно, но тембры были разные. Говорило несколько человек, это точно. - В открытую? - А есть выбор? Раз мы уже здесь... Он уже жалел. Даже чувствовал, что пришел зря. Чтобы кому-то что-то доказать... худшую причину придумать было трудно. Да еще и с вампиром, которого, похоже, ненавидел весь город. Веселье Юнги действительно никогда не пропускал. - Дай мне свои игрушки, - тихо попросил вампир, протягивая руку. Чонгук нерешительно протянул оба кинжала, смотря, как тот, перехватив их обеими руками, выждал несколько секунд. Чонгук этого не ожидал. Даже предположить не мог, что Юнги способен на подобное. Резко выйдя из укрытия, тот, предупредив девушек, кинул оба ножа лезвием в их сторону, до мельчайших деталей рассчитав все. Все, что только можно. Чонгук с раскрытыми от ужаса глазами увидел, как лезвия пронзили им глотки, застряв в них. Захлебываясь в крови, обе девушки с грохотом рухнули, стараясь как-то остановить кровотечение. Конечно, было уже поздно. Либо мозг, либо сердце. Либо периферия, шея. Либо нужно было уничтожить большую часть мозга, либо разорвать в клочки сердце, вырвав его, либо нарушить их связь, которая отчетливее всего была именно там. Юнги нарушил эту связь. Охотники предпочитали сносить головы именно поэтому. Точный и безоговорочный способ. - Вперед, - резко оказываясь рядом с кровавыми ножами, сказал вампир, протянув те рукоятью к Чонгуку. - Да, я многое умею. В этом сомнений уже почему-то не было. - Вперед, - вторил Чонгук, сжимая рукояти до побеления в костяшках пальцев. Сердце выбивало глухие и ритмичные удары. Бешено выбивало. Он уже ощущал страх перед новой опасностью за этой дверью. Но прежде, чем смог открыть ее, та открылась сама. Грохот за ней привлек внимание тех, кто находился там, внутри номера. На пороге стояла девушка, на вид немногим старше самого Гука. Вряд ли она действительно была многим его старше, как он подумал уже позже. Потому что увиденному та была поражена настолько, что с пару секунд просто смотрела на охотника, разглядывая капли крови на его лице и одежде. И только потом кинулась вперед. - Тут охотник! - крикнула она, вырываясь. Чонгук обернулся было за ней, прекрасно осознавая, что девчонка могла сейчас кинуться за подкреплением, как Юнги, кивнув ему идти, сделал это сам. И Гук вошел, разрубая вторую, что уже кинулась было на подмогу своей подруге. Он сделал это скорее на автомате. Сам по себе. По каким-то зверским инстинктам. И потом, смотря на молоденькую девчушку, готов был прямо здесь сотворить то же самое с самим собой. - Да как ты смеешь, охотник... Конечно, по всему его телу уже были видны эти чертовы полосы. Конечно, его глаза уже сверкали не хуже пресловутых фонарей на улице. Было бы странно, если бы вампиры вообще использовали другое обращение. Охотник. Чонгука пробирало от этого слова до костей. Даже сейчас он примерял на себя эту дурацкую шкуру... охотника. Дахён стояла прямо перед ним. Молодая, чертовски красивая, стройная девушка. В ней по одному только виду узнавались повадки лидера. Одни глаза говорили о многом. И в них сейчас горела ненависть. Глаза девушки почернели в один миг, оповествуя о том, что она готова к бою. Ее одним ударом он бы уже точно не вырубил. Тут неожиданностью и не пахло. И Чонгук был вообще не уверен в том, что способен вынести реальный бой. Без поражения. - Ты покойник! И она кинулась вперед, пресекая сразу все удары Чонгука. Один за другим кинжалы были отброшены в сторону, а сам парень оказался на лопатках. Девушка была не только красивой, она была до безумия сильной. И очень ловкой. Чонгук еле успел вывернуться прежде, чем она бы одним ударом сломала ему шею. Вместо этого ее белоснежная рука встретилась с полом. Тяжко дыша, она остервенело кинулась вновь, следующим же метким ударом выбивая из Гука весь дух. На одно мгновение в его глазах потемнело. И не успел он даже что-либо сделать в ответ, как был откинут вторым, более мощным. На губах Дахён появилась победоносная ухмылка. Чонгук снова ощутил это. Снова почувствовал свою слабость перед ней. Именно это добавило сил на то, чтобы снова встать. - Паршивый из тебя охотник, я тебе скажу... - прошипела она, вновь оказавшись рядом. Схватив ее за руку, которой она было хотела нанести еще одно ранение, Гук резко опрокинул ту на пол. - Каким чудом ты вообще до сюда добрался, урод... Вывихнув ее руку, Гук, ногой поддев нож, схватил его, пустив первую кровь. И надо же, не свою собственную. Вся рука Дахён от локтя до запястья была теперь повреждена. И рана была глубокой. Вампирша зашипела в ответ, стараясь вновь избавить охотника от оружия, но на сей раз Чонгук держал его покрепче, чем в предыдущий. - Возможно, я был не один... - выбрав свою тактику, ответил он, пригвоздив девушку к стене. Та, улыбнувшись, резко вдарила ему коленом в ногу. Настолько резко и сильно, что Чонгук разом отошел от нее. - Возможно, многие из твоих девочек уже мертвы... Закричав, она кинулась снова, сметая стол на своем пути, который Чонгук сбросил прямо перед ней. Она разнесла его в щепки, снова оказываясь рядом с Чонгуком. И потеряла всякую предосторожность, что помогло ему нанести еще один удар. Теперь уже чуть выше ключиц. Он прорезал белоснежную кожу, как нечего делать. Это освежило. Привело ее в чувство. Девушка отступила, прожигая его взглядом. - Надеюсь тот, с кем я пришел... закончит с остальными... - еле проговорил Чонгук, чувствуя, как его тошнит от собственных же слов. Они были не его. Они были навеяны чем угодно, только не им самим. Он будто знал, что нужно делать, и делал это. Сам по себе. - Сука! Эмоции. Когда твой противник сильнее, дави на больное. Только так есть шанс. Только так он допустит ошибку. И она ее допустила. Прежде ударив Чонгука снова, даже выбив нож из его руки, она и не заметила, как в другой он удерживал второе свое оружие. И пустил его в ход тогда, когда девушка совершенно этого не ожидала. Удар пришелся прямо в сердце. Благо парень совершенно точно знал, где оно находилось. И Дахён застыла, как только он проткнул его, судорожно вдохнув. Только потом она перевела взгляд на его руку. - Они... недавно... они твои ровесницы... Ты убил недавно... перевоплощенных... У Чонгука перехватило дыхание. Смотря на Дахён, он еле сдерживался, чтобы не броситься наутек. Чтобы не сбежать от этого взгляда, пробирающего до дрожи. Были. Они просто мертвы. Все. Ну или по крайней мере большинство-то точно. Закрыв глаза, он провернул кинжал так, что от сердца в груди Дахён наверняка остались лишь ошметки. И огонь в ее глазах угас, потухнув уже навсегда. Чонгук поймал девушку в свои руки, как только та пала, аккуратно расположив на полу. Он буквально ощущал, как к горлу подступил ком. Зато он доказал. Теперь-то уж точно доказал, что он являлся этим чертовым охотником. Его скрутило от одного осознания того, зачем он вообще все это провернул. - Дахён, там... - еще одна. Она ворвалась так неожиданно, что Чонгук и не заметил ее поначалу. Не заметила охотника и она. И только потом, видимо, поняла, что Дахён уже нет в живых. Наверное, и ей было не так много лет. Чонгук сейчас не мог думать ни о чем кроме этого. Девчонка из ниоткуда выхватила пистолет, направляя его в сторону охотника. Он уже успел встать на ноги, когда она сделала это. И понимал, что не успеет ее остановить прежде, чем она выстрелит хотя бы раз. Его сковал страх. Как бы ни была тяжела ноша от смертей других, своя собственная кончина пугала не меньше. А он понимал, что вампирша выстрелит. Это было видно по ней. По тому, как ее пронзило отчаяние. Шаг. Выстрел. Чонгук закрыл глаза, ожидая чего-то сверх этого. Какой-то сильной боли или вовсе смерти. Чего-то, что он, бесспорно, должен был ощутить. Потом еще выстрел, еще и еще. Пока весь магазин не был истрачен подчистую. И только тогда охотник взглянул в ту сторону, совершенно теряясь в происходящем. Прямо перед девчонкой, что с таким усердием палила в Чонгука, загораживая парня, стоял Юнги. Из ранений на его груди на пол капала кровь. Она же пошла и из уголков его рта. Сначала просто смотря в пол, Юнги поднял взгляд тогда, когда пистолет, который держала девчонка, упал на пол. И, схватив ее за руку, вывернул ту, влепив ей удар. А потом разом оторвал ей голову, все еще чудом стоя на своих двоих. Чонгук оказался с ним рядом в тот момент, когда вампира пронзил новый приступ боли. Схватившись за его руку, вцепившись в нее пальцами, он согнулся, чуть не потеряв равновесие. Регенерация при посторонних объектах внутри всегда была болезненной. И имела сплошь отрицательное воздействие. Хоть сейчас она и шла у Юнги слабо, она шла. Этого было достаточно. - Надо вытащить пули... - Чонгук задыхался. Помогая Юнги устоять на месте, он перебросил руку вампира через свое плечо, давая тому нужную в его случае опору. Тот поморщился. - Потерпи. - А у меня есть выбор?.. Новый приступ боли. Юнги зашипел, одним этим действием здорово поторапливая Чонгука. Тот кинулся вперед, прилагая все свои усилия для того, чтобы скоротать путь. Знал здесь местность охотник лишь отчасти. И самым удачным местом сейчас казалось первое же, что вообще попадалось на глаза. Пули нужно было вытащить срочно. Так быстро, как это вообще возможно. Поэтому выбора не было. Он помог Юнги добраться вплоть до реки неподалеку. Набережная. Еще никогда сам Чонгук, который жил в этом городе столько, сколько себя помнил, не был здесь. Теперь же, движимый обстоятельствами, очутился прямо около воды, в которую окунул заведомо порванную на клочки тряпку. Та не так давно была его футболкой. - Не двигайся. Постарайся не двигаться, - он поддел первую же пулю лезвием, заставляя Юнги скорчиться от боли. Тот и впрямь не двигался. Нужно было отдать ему должное, он вообще был очень терпим ко всему, что делал Чонгук. - Просто вытащи. Даже если придется разворошить всю рану. Заживет, - его голос показался Гуку сбивчивым. - Главное, чтобы не с этой дрянью внутри... И он вытаскивал. Каждую. А потом промывал раны тем, что имел. Той грязной водой, которая находилась рядом. Регенерация в любом случае должна была сделать свое дело. Переживать о занесении заразы было не нужно. Но чем стирильнее было все сделано, тем лучше бы сам Юнги перенес заживление. И тем оно, конечно, было бы скорее. Поэтому, когда Чонгук закончил, приложил мокрую от воды кровавую тряпку к последней ране, тяжело дыша. Он переживал. До дрожи в руках переживал. Такое с ним было... впервые. - Без майки ты мне нравишься даже больше, - прохрипел Юнги, улыбнувшись. Стирая кровь с его тела, Гук сел так, как было ему удобнее, сверху. И теперь так и сидел, прижимая тряпку к последней обработанной ране. - Где мое заслуженное спасибо? - Спасибо, - почти и не слышно произнес охотник. А ведь он, и правда, только что спас ему жизнь. Вот так просто. Просто заслонил. - Как-то не впечатлило... Расположив обе руки справа и слева от Юнги, Чонгук нагнулся над ним, без промедления касаясь своими губами его. Такое спасибо пришлось вампиру куда больше по душе, определенно. Положив правую руку на затылок парню, он притянул его ближе к себе, страстно целуя. Никакая боль, никакие раны не помешали ему это сделать. Чонгук отстранился нескоро. - Что... разобрался в себе? - хмыкнул Юнги, приподнимаясь. Без пуль в теле он даже выглядеть стал куда лучше, несмотря на значительную потерю крови. В любом случае бледность ему была к лицу. - Дай лапу. Гук помог ему подняться. Теперь они стояли друг напротив друга. - Я не буду извиняться за то, что было, - тихо произнес Чонгук, смотря ему глаза в глаза. - Это все равно ничего не исправит. И пусть это даже будет моей ошибкой, если что... неважно. Та вещь, что все ищут. Она у меня, Юнги. Я не скажу где, можешь даже не спрашивать... Но это то, что вылечило Сану. И то, что вылечит любое заболевание, похоже. Не знаю. Одно я знаю точно. Это излечивает даже вампиризм. Думаю, это и есть то самое оружие против вас. Против вас всех. - Нашел-таки... Неплохо, Чонгук. Совсем не плохо. - Пойдем. Нам нужно вернуться. Прежде, чем Чонгук успел сделать хотя бы один шаг, он ощутил, как Юнги схватил его за руку. И остановился, обернувшись. - Раз уж у нас тут обмен тайнами... - начал тот, ухмыльнувшись снова. - Ладно. Хрен с тобой. Ты, кажется, хотел узнать про мой возраст, не так ли? Так что попрошу не жаловаться впредь, это твое желание, а не мое. Мне порядка девятисот лет, Чонгук. Не люблю хвастать своим возрастом, но годиков мне... порядочно так. И да, во многом поэтому я особо об этом не распространяюсь. - Это ты... древний? - Именно так. Так что приятно познакомиться, Гукки. Мин Юнги. Древний, которого все порываются убить. Надеюсь, такая моя характеристика не сильно тебя разочарует?