Неправильный мир

— Линдари, ну что ты расселась?! Работа ждать не будет… тебе что, плохо? Открываю глаза, с недоумением рассматривая склонившуюся ко мне девушку. Странно, я её не знаю, среди моих подруг не числится крепенькая белобрысая особь, да и по работе я общаюсь совсем с другими людьми. С какими?.. Не помню… Но точно знаю, что эта девушка мне неизвестна, так же как и имя, которым она меня назвала. — Давай, пошли, мастер Гримтри сейчас заметит, что ты не работаешь, и оштрафует. Оно тебе надо? Вот сейчас понимаю, что ничего не понимаю. В голове проясняется и я вспоминаю, что оштрафовать меня никто не может, я сама себе хозяйка и всяких мастеров точно не потерплю. Единоличница я… Ага, точно — индивидуальный предприниматель… Но взгляд вниз, на руки, снова выбивает из колеи, и уверенность в том, кто есть я, опять прячется в подсознании. Руки, держащие какую-то непонятную тряпку, явно не мои — длинные пальчики, тонкое запястье, на котором бьётся голубая жилка… Присмотревшись, понимаю, что одета в такую же хламиду, что и на моей нечаянной товарке. Судя по всему — это рабочий халат. — Ну вот, — удовлетворённо замечает неизвестная, — кажется, ты снова с нами. Пошли, говорю, нечего рассиживаться. Про попаданцев я читать очень люблю, поэтому сразу понимаю, что если это не сон, то значит, что и я куда-то явно попала. Только куда и как? Вообще не помню, что делала до того, как очнулась здесь, сидящей на скамеечке в каком-то огромном торговом центре. То, что он огромный, я уже оценила. Прошло каких-то два часа мотыляния мокрой тряпкой по разным поверхностям, а устала как собака. Тельце мне досталось явно хилое…

***

Ужас! Ужас! Ужас! Что я ещё могу сказать, уже месяц проведя в этом новом для меня мире и теле. Как оказалось, попала я в мир омегаверса, только какого-то неправильного. Ну как неправильного?.. С точки зрения человеческой физиологии всё верно, а вот по сравнению с тем, что я иногда читала в интернете — всё, всё не так! Никаких тебе изнеженных томных мальчиков-омег и брутальных альф… Нет, опять не так!.. И альфы, и омеги, а также беты имеются. Альфы все как один высокие, под два метра ростом самцы, большинство с накачанными мускулами и основательными клыками, которые они то и дело демонстрируют друг другу, не важно — скалясь или улыбаясь. А вот омеги — это нежные, маленькие и тоненькие, дышащие куда-то в пупок альфам… женщины… Я ж говорю, странный омегаверс, или это у моих «сомирников», если можно так выразиться, представления странные. Беты… Ими могут быть как мужчины, так и женщины. Они что-то среднее между альфами и омегами… везде средние, в росте, в весе… Зато они работают, а вот здешние омеги почти все поголовно сидят дома, под присмотром своих альф — будь те хоть отцами, хоть братьями или мужьями. Из дома омеги выбираются только в сопровождении. Если не с родственником-альфой, то с бетами или омегами преклонного возраста. Хотя помеченным омегам ничего не грозит, но и они не имеют полной свободы, а уж про свободных вообще молчу — их положение напоминает мне положение женщин в мусульманских странах, тех, где строго соблюдают шариат. Правда, здешние омеги не кутаются в массу одёжек, скрывающих их тела, так что им, думаю, повезло всё же больше. Ну, или меньше, это уж как посмотреть. Ну, а теперь поделюсь сведениями о здешней себе. Зовут меня Линдари Бринтрауд, мне двадцать лет и я бета. Надо заметить, очень неправильная бета — худенькая, ниже среднего роста, с копной медовых волос, большую часть времени скрытых под грубой серой косынкой. С приятными, не буду отрицать, чертами лица и необычными для меня заострёнными ушками. Ой, забыла рассказать! У них тут у всех уши острые. У альф и омег это видно сильнее, а у бет выражено меньше, но всё равно форма уха заострённая. Думаю, это осталось от их животной формы, так сказать, прародителей цивилизации, как и тонкая полоска шерсти, идущая по хребту. Но она имеется только у альф. И слава богу, не хотелось бы мне ходить с таким украшением. Так вот, ушки у меня не вполне обычные для бет — с большим заострением. Чувствую себя недоделанным эльфом! Зато радует то, что я запросто говорю на их языке, да и многое как будто помню — это я вообще не могу объяснить, но если бы этого не было, мне пришлось бы намного хуже. Вы спросите, почему я решила, что я бета? О, здесь всё просто — меня просветили три мои подружки, с которыми я снимаю квартиру, да и работаю тоже вместе. Они все беты, обычные, стандартные, выше меня сантиметров на десять, поэтому относятся они ко мне немного снисходительно и покровительственно. Мы, как я поняла, вместе с детства, дружили ещё с приюта, в который попали после того, как от каждой из нас отказались матери. Вот не понимаю, откуда в мире, в котором так строго присматривают за омегами, имеются ненужные, брошенные дети?! Хотя, чего удивляться? Такие ситуации бывают во всех мирах и цивилизациях. Как я узнала, приюты существуют по давно заведённому правилу. В возрасте примерно десяти лет у детей окончательно формируется пол. Медицинский осмотр определяет наличие отличительных особенностей всех трёх типов и дети расселяются по разным корпусам. Именно тогда меня, до этого считавшуюся омегой, всё же отправили в корпус, в котором жили беты, этим определив мою дальнейшую судьбу. Образовательные учреждения как для домашних детей, так и для приютских здесь разделены. Будущие альфы постигают разные науки, чтобы в будущем выбрать себе карьеру по душе. Омеги готовятся к роли матери и хозяйки дома, так что изучают письмо, счёт, основы экономики, а также учатся пению, музыке и, конечно же, читают классику. Они все, как одна, должны хорошо готовить и быть рукодельницами. Ведь никто не знает, кому достанется та или иная омега. Конечно, имеются договорные браки. Обеспеченные альфы и омеги стараются придерживаться своего круга, но истинные пары никто не отменял, и нередко случается так, что омега из богатого дома выходит замуж за простого альфу, непонятно как встретившегося на её пути. Или наоборот — нищая омежка оказывается истинной какого-нибудь богача и должна не ударить в грязь лицом. Вот поэтому и учат их манерам… Если альфы почти поголовно идут в армию, полицию, руководят фирмами или работают там, где нужна грубая рабочая сила и выносливость, а омеги в большинстве своём сидят дома и воспитывают детей, то беты работают везде — обслуга, врачи, учителя, воспитатели, продавцы — о всех не вспомнишь… Что касается приюта, в котором воспитывалась прежняя владелица моего нынешнего тела… вы же понимаете, что приют — это не то место, откуда выходят те, кто оказывается на гребне волны. Альф из нашего приюта ждали поля, забои, армия и флот, омег готовили в жёны этим же или таким же альфам, а беты после окончания приютской школы могли рассчитывать только на простейшую работу, редко выбиваясь в люди, хотя и тут бетам мужского пола было намного проще. Девочки же… Эх… Вот поэтому я работаю уборщицей в огромном торговом центре, получая зарплату, которой хватает только на жильё, снимаемое на четверых, и на продукты, покупаемые вскладчину. Правда, как я поняла из разговоров моих товарок, ко мне часто подкатывают, заинтересовавшись необычным видом. Кто с непристойностями, кто с предложениями руки и сердца, и ответь я согласием хоть на одно из них, вполне могла бы жить припеваючи — либо замужем за бетой, либо в любовницах у альфы. Но я, как оказалось, девушка стеснительная и нравственная, так что приходится мне прятать своё тщедушное тельце в бесформенные рабочие балахоны и ходить не поднимая глаз. Вот только не пойму, чего же Линдари было не выбрать хорошего парня-бету, да не обзавестись семьёй? Хотя, может, это и к лучшему, а то жила бы я сейчас с неизвестным мне типом.

***

Сегодняшний день не задался с самого утра. Небольшая головная боль, озноб и общая слабость наводили на мысль, что я простыла. И в этом не было ничего удивительного — нынешний сезон вполне соответствовал нашей осени, с её слякотью и текущими носами прохожих. А пару дней назад у меня прохудились ботинки… До следующей зарплаты было далеко, занимать у девочек не хотелось — и так после отдачи долгов, оплаты продуктов и квартиры деньги у меня остались только на проезд. Голова болела всё сильнее и я уже корила себя — не попросив в долг на обувь, мне в итоге придётся просить и на неё, и на лекарства. Не зря говорят, что скупой платит дважды. На работу идти не хотелось, но я пересилила себя — деньги были нужны, к тому же я понятия не имела, как здесь обстоит дело с больничными, может, их и нет вовсе. Так что я притащилась на работу как положено, за два часа до открытия торгового центра, так как сегодня у меня была утренняя смена. Когда до открытия оставалось ещё полчаса, наш главный по швабрам отправил меня протереть поручни на лестнице, ведущей в магазин с подземной парковки. Старательно надраивая ажурные конструкции, обнаружила, что появились первые покупатели. Большинство, конечно, предпочитает лифты, но находятся и те, кто любит ходить по лестницам, то ли ведя здоровый образ жизни, то ли ещё по каким причинам. Я, понятное дело, на людей внимания не обращала. Моё дело маленькое, как и я сама — знай, поручни три. Так что я продолжила работу, стараясь занимать как можно меньше места, поэтому, когда кто-то шумно задышал за спиной, шарахнулась в сторону от неожиданности. Точнее, попыталась, потому что в этот же момент мои плечи оказались зажаты в стальном капкане, во всяком случае, на ум пришло именно это сравнение. Альфа… а это был именно альфа, чьи руки сжимали меня так сильно, что я не пыталась дёргаться, опасаясь переломов, зарычал злобно и резко развернул меня к себе. В полном шоке я смотрела в глаза чудовища, ибо охарактеризовать его по-другому у меня не получалось. Высокий и черноволосый, с резкими чертами лица, сейчас искажёнными яростью… во всяком случае, именно так я подумала сначала, но вглядевшись в мутные глаза, увидела только похоть. Испугавшись явно неадекватного монстра, я попыталась вырваться, ударив его кулаками в грудь, желая оттолкнуть, и призывая охрану. С тем же успехом я могла бы бить стену. Он даже не пошатнулся, и схватив меня через платок за волосы, резко откинул мне голову, вцепляясь в горло. Последняя мысль перед тем, как потерять сознание от шока, была о том, что я не омега, а значит, альфа, напавший на меня, действительно сошёл с ума.