Сладость твоей любви.

Голова! Да что же это такое?! Что вчера было? Ничего не могу вспомнить… Где-то рядом разрывался телефон. Кто-нибудь, ответьте на звонок! Бля… да что же это такое? Звеневший телефон заткнулся. Нужно встать. И хотя бы попытаться вспомнить, что вчера было. С огромным усилием, оторвавшись от кровати, я все-таки смог сесть. Голова кружилась, и глаза я смог открыть только с пятой попытки. О чем я, кстати, пожалел сразу же. На меня в упор смотрели два синих смеющихся глаза. Сфокусировав, наконец, зрение на чуде, что передо мной стояло, я понял, что это маленькая светловолосая девочка, в руках у которой был поднос со стаканом воды и огромной таблеткой. - Яд? – прохрипел я. Чудо засмеялась и помотала головой, кинула таблетку в стакан, и она зашипела. Медленно и тщательно все размешав маленькой ложечкой, она протянула стакан мне. - Вот. Это аспирин. Тебе должно быть лучше. Ванна там. – Маленький пальчик указал на тяжелую дверь справа от меня. – А пока ты будешь приводить себя в порядок, я почищу твои вещи. Папа уехал куда-то по делам, но сказал, будет через два часа. Следовательно, вернется он, – чудо посмотрела на золотые часики на тонком детском запястье, – через сорок минут. Папа никогда не опаздывает и не обманывает. Значит у тебя совсем мало времени. Ты же не хочешь, чтобы он видел тебя в таком виде? – Ребенок подняла бровь и усмехнулась. Вот тут у меня не осталось не малейшего сомнения, чья передо мной дочь. - А мы с тобой познакомимся? Девочка посмотрела на меня насмешливо и, сделав на милом личике мордашку, которая говорила: «ну что ж с тобой поделать», кивнула. - Только после того как ты примешь душ, а то сам понимаешь, мужчина с похмелья – это то еще зрелище! Я не выдержал и, несмотря на страшную боль в голове, рассмеялся. - Как скажете, моя госпожа. А вы пока мне кофе приготовите? - Я распоряжусь … Рассмеявшись еще раз серьезности тона белокурого чуда я, пошатываясь, добрался до ванной комнаты. Включил воду и залез под холодные струи. В груди стоял ком. Неужели я смогу отобрать у этого ребенка отца? И обречь ее на такую жизнь как была у меня самого? Ответ у меня был, и менять его я не собирался. Память постепенно ко мне возвращалась. И я мысленно поздравил себя с собственной глупостью. Значит вчера, была своего рода точка нашим отношениям. Вот теперь я понимаю это. Мы действительно можем быть только друзьями. Бывшими одноклассниками. У него семья, я потерял свой шанс. И, похоже, действительно пора двигаться дальше. Хватит стоять на месте. Хватит жить прошлым. Саша давно живет настоящим, именно это он и пытался мне объяснить. Только я отстал от всех, застыл в своей безответной любви и перестал обращать внимание на все, что происходит вокруг. В кого я превратился? Кто я? Выйдя из душа, я посмотрел на себя в зеркало. Как меня кто-то может любить, если я из всемогущего принца превратился в шута. Я ползал перед ним и умолял… Кто я? Я смотрел на свое отражение в зеркале и понимал, что передо мной жалкая пародия на меня прежнего. Я десять лет своей жизни положил на то, чтобы найти того, кого уже не существует. Все выросли: Чет, Саша, брат… Один я остался все в том же ступоре, в который впал после потери Саши… Хватит! Со злостью брызнув на свое отражение водой, я вытерся и одел висевший на дверях темно-синий халат. В голове как будто что-то включилось. Я теперь четко понял, что мне делать и как дальше жить. И буду придерживаться этого плана, а там посмотрим. Выйдя из ванной комнаты, я тут же наткнулся на белокурое чудо. - Долго же ты… Твой кофе давно остыл, и теперь придется все варить заново… - Кай, ты куда пропала? Опять гостя достаешь? На пороге возникла красивая светловолосая женщина. Ее возраст я определить не мог, но девочка была очень на нее похожа. Те же светлые волосы и голубые глаза. - Кай, не красиво так приставать к гостям! - Я его одежду привела в порядок… - Кай! - Простите, как тебя зовут? – Я был в полном шоке. Девочка повернулась ко мне и с улыбкой ткнула в меня пальчиком. - Так же как тебя, – и рассмеялась. – Мы тёски. Ну не совсем конечно. Я Кайлин. Но все называют меня Кай. Вот! Не мигая, я смотрел на ребенка и не верил собственным ушам. Он назвал дочь в честь меня? Да как такое?.. - Ой, простите, – женщина как будто о чем-то вспомнила, – пойдемте завтракать, я уже стол накрыла. - Да, идем! – Кай схватила меня за руку и потянула за собой. - Кай, подожди! – Я выдернул руку, и чтобы смягчить свои действия присел перед ней на корточки. – Я должен одеться не могу же я перед твоими родными появиться в халате, как думаешь? Девочка окинула меня придирчивым взглядом и утвердительно кивнула. Женщина, которая все это время наблюдала за нами, рассмеялась, и вышла из комнаты. - Да, ты прав, переодеться нужно. Тем более, папин халат тебе большой. И цвет не твой. Он тебя делает слишком худым. Ребенок сложила руки на груди, и как великий гуру моды закивала головой. Я улыбнулся и мягко выставил несносное существо за дверь. Подойдя к своим вещам, я стал медленно их на себя натягивать. Есть не хотелось. Я был полностью уверен, кусок мне в горло не полезет. Теперь я точно знал, как выглядит семья Саши. И как я мог рискнуть забрать его от этих милых женщин? Я скотина, всегда ей был, но не настолько… И как теперь смотреть Саше в глаза? Господи… Стук в дверь и раздавшийся из-за нее детский обиженный голосок заставили меня подпрыгнуть на месте: - И сколько мне тебя ждать? Я так от голода умру! Выкинув на время все из головы, я решил пока насладиться последними минутами общения с тем, кого люблю. Ведь он держит слово, значит, уже должен был прийти. - Папа уже пришел, – закричала чудо в подтверждение моим мыслям. – Он сказал, что если ты сейчас не спустишься, он сам придет тебе помогать одеваться. Сразу же захотелось раздеться, лечь на кровать и ждать когда же придут меня одевать. Но здравый смысл напомнил про Кай и ее маму. - Солнышко, я уже выхожу. – Застегнув последнюю пуговицу на рубашке, я еще раз прижался щекой к мягкому, пропитанному насквозь запахом любимого халату и, бросив его на диван, вышел из комнаты. Девочка схватила меня за руку и повела, как я понял, в столовую. Если бы она только знала, что на самом деле была последним гвоздиком в гроб моей любви к ее отцу. Но это не ее вина, а моя. И значит, мне пора все исправлять. И начну я, как только отсюда выберусь. А пока молча буду запоминать все детали, чтобы потом вечерами и во снах вспоминать… В огромной столовой, которая была выполнена в каком-то странном стиле, за массивным столом сидело человек десять. Я растерялся. Ну, ничего себе завтрак… - Ваше высочество, вы как всегда опаздываете. – Саша мне улыбнулся и шуточно поклонился, поднимаясь со своего стула и уступая его мне. – Как спалось? – Я кивнул, не в силах сказать хоть что-то. – Я хотел бы тебя познакомить. – Он кивнул в сторону довольно большого мужчины сидящего во главе стола. – Это мой отец. И глава нашего сумасшедшего семейства. – Мужчина протянул мне руку и, пожав мою, сказал свое имя, которое я естественно не запомнил. – Ну, дочь мою ты уже знаешь. Кай, отойди от Кая, дай ему сесть! Ну, а теперь по порядку. – И он стал перечислять всех сидящих за столом. Каждый вставал и представлялся, я кивал, отвечал что-то и понимал, вот теперь понимал, почему он именно такой. Тот, кто жил всю свою жизнь в такой большой семье не может быть другим. - Вроде всех представил. Ах, да, еще мама. Но она пока на кухне. Ты садись, все нормально, она сейчас вернется. Мама? А жену он мне представить не хочет? Ведь именно на нее он меня променял! Я ждал, когда появится эта женщина. Мне очень хотелось посмотреть в его глаза, когда он будет нас представлять друг другу… Она конечно ни в чем не виновата, но ненависть к ней уже во мне зародилась... Звонящий телефон вывел меня из состояния задумчивости. На экране высвечивалось имя моего друга и сотрудника, начальника коррупционного отдела Маилза. Вздохнув, я мысленно попрощался с завтраком. Ведь если Маилз уже звонит мне на мобильный телефон, значит, пора вставать и бежать на работу. И я был прав, не объясняя подробностей, мне сказали, что я срочно нужен в офисе. Пришлось со всеми прощаться и быстро мчаться в указанном направлении. Целый день как белка в колесе. А в голове одна мысль, я так и не был представлен жене Саши… И почему-то меня посещает только одно очень странное для меня желание. Я хочу домой. Я миллион лет так не хотел домой, как сейчас… Отложил бумаги и посмотрел на часы. Восемь вечера. Если выеду сейчас, то попаду к ужину… Сколько я не был дома? Интересно, что скажет мама? Мама… Какой странный привкус у этого слова. А ведь я десять лет причиняю боль самой родной женщине в мире. Единственному человеку, которая принимала меня таким, какой я есть и никогда не претендовала на что-то большее… Почему-то именно сейчас я понял, что у меня есть дом. Есть люди, которые меня любят… Не раздумывая больше ни минуты, я быстро покинул свой кабинет, зная наверняка, куда поеду… ~*~*~*~ Родной дом встретил меня теплом камина и радостными выкриками брата и отца. Мать сидела возле камина, одиноко наблюдая за мной из-под опущенных ресниц. В груди что-то сжалось. Внутренний голос не забыл напомнить мне, какая я скотина. С чем я не мог даже поспорить. Вскользь поздоровавшись с главой семейства и младшим братом, я прямиком направился к тому месту, где сидела моя мама. В комнате повисло гробовое молчание. Все молча наблюдали за моими действиями. Я не понимал, что делаю, и как это выглядит со стороны, но я точно знал, что больше не хочу причинять боль той, которая подарила мне жизнь и которая страдала не меньше меня. Опустившись на колени, напротив растерянной женщины я посмотрел ей в глаза. - Мама… – Ее глаза расширились от удивления и по щекам потекли хрустальные слезы. Сколько раз вот так она из-за моего эгоизма и чистого упрямства плакала? – Мама прости меня… Я… Говорить не было сил, и я просто прижал ее к себе. Хрупкое худенькое тело прижалось ко мне и начало сотрясаться от рыданий. Она что-то шептала, но я никак не мог разобрать слов. Потом, высвободившись из моих объятий, она прижала меня к своей груди и стала покрывать лицо поцелуями, не прекращая извиняться и плакать. Время тянулось очень медленно. Целый век ушел на то, чтобы успокоить женскую истерику и еще столько же на то, чтобы выслушать нотацию от отца. В конце концов, мы сели ужинать. Молча, поев, все разбрелись по своим комнатам. А я, наконец, смог принять решение, которое так долго не могло найти нужную полку в моем сознании. Решение, которого я так боялся и всячески пытался избежать…