Сущность

Две страстных недели. Вечер, ночь, утро, и только день на то, чтобы решить свои дела, поработать, пообщаться с друзьями, родственниками, а после… снова страсть. Но это не было в тягость. Даже наоборот, хотелось, чтобы быстрее закончился трудовой день и наступил сексуальный вечер. Ведь всего за несколько часов работы обе девушки успевали жутко проголодаться до страсти. За две недели не проходило и дня, чтобы они не встречались. Они не задумывались над последствиями, не думали, почему не могут друг другом насытиться, не думали, почему обе такие выносливые и не могут остановиться. Не было абсолютно никаких животрепещущих вопросов. Было только удовольствие и наслаждение, бурлящее в жилах. — Реджи, — в квартиру к подруге зашел Дирк, но тут же споткнулся о лежащий посреди комнаты шкаф, падая на пол, — твою то мать! — Дирк, какого черта ты приперся?! — Реджина быстро вышла из комнаты. — Что у тебя тут за кавардак? — Дирк вставал на ноги. Ему не было больно от падения, но и падать совсем не хотелось. — А тебе какое дело? — фыркнула брюнетка, — мы с Эммой… ну нам было хорошо. — Я вижу, — фыркнул парень и посмотрел в сторону спальни, — она здесь. Спит, — он усмехнулся, — измотала человечишку?! — Она отдыхает, но она не выдохлась, — четко сказала девушка, — и хватит об этом. Чего приперся? — Она к тебе переехала? — Дирк прошел внутрь квартиры, желая зайти в спальню. — Стоять! Нет, просто ночует часто, — Миллс преградила другу путь, — зачем пришел? Дирк, я не хочу, чтобы она тебя видела. — Да ладно, ладно, — Хопс отошел назад и сел на диван в гостиной, — слушай, так ты пробовала ее? Да и вообще, с одним человеком ты так долго никогда не была. Как ты ее еще не сломала?! — Не попробовала и не сломала. Она другая, отличается от всех, кто у меня когда-либо был. Я хочу ее всегда. В ней есть что-то такое что… я не знаю, как это сказать. Но мне все в ней нравится. — А она не вампир? — смеясь, спросил Дирк, хотя конечно знал ответ, — сверхчеловек какой-то. — Типа того, — Реджина села в кресло, — я схожу по ней с ума. Она мне нравится. — Ты в нее втюрилась? Да ладно! Ты же ненавистница рода человеческого, — Дирк даже воскликнул. — Заткнись! — Миллс кинула в Дирка статуэтку, которую он сразу поймал, — я не… не знаю. Меня к ней тянет. — Ты ведь знаешь, к чему приведет ее твоя любовь к ней, — пожал плечами Хопс, подкинув статуэтку к потолку и вновь поймав ее, когда она стала падать. — Нет! Нет, больше такого не повторится. Я лучше раскрою себя раньше, чтобы не успеть влюбиться. Я не могу еще раз так ошибиться. — Если ты раскроешь себя, то ее придется убрать. Ты знаешь правила, — Дирк поджал губы, а потом прикрыл глаза, словно во что-то вслушиваясь. — Уходи, она просыпается, — Реджина вскочила с кресла, — мы потом поговорим. — Тихо, — шикнул Хопс, не двигаясь. Он сейчас слышал послание Габриэля, ведь глава клана мог так общаться со своими «детьми». Миллс блокировала эти послания. Она не слушала отца. — Что случилось? Это же… — Миллс пришлось открыть канал связи. Она слышала властный и яростный голос отца. Он говорил о том, что один из заблудших вампиров совершил убийство. — Он собирает нас всех, — Дирк вскочил на ноги и услышал из спальни Миллс непонятные звуки, — выпроваживай ее и быстро в особняк. — Я приеду как смогу, — брюнетка быстро подошла к двери своей спальни. — Быстро, Миллс. Не рядовой случай, — Дирк выглянул в окно и уже через секунду спрыгнул вниз. Он сел в машину и умчался в нужном направлении. В спальне Миллс творилось что-то невероятное. Эмма стояла на ногах, но чувствовала дикое жжение по всему телу. Она знала что это, но снова боролась. Она сдерживала рычание и сквозь боль одевалась, чтобы как можно быстрее уехать подальше от Миллс. — Эмма, — Реджина вошла в спальню и встала в ступор. Она впервые была так удивлена. Свон была вся красная, и даже на расстоянии чувствовался ее жар. — Что с тобой? Тебе плохо? — Всё нормально, — выдавила из себя Эмма. Она уже оделась и пошла из квартиры. — Эмма, подожди, — Реджина пошла за девушкой, — ты вся «горишь». Ты заболела? — Наверное. Мне пора, — Эмма быстро обувалась. Она тяжело дышала и еле сдерживала свою сущность, которая порывалась вырваться наружу. — Позвони мне, — Реджина подошла ближе, и успела только дотронуться до Свон, как ее как будто током ударило, и она отдернула руку. А Свон, ничего не сказав, убежала. Реджине некогда было думать о том, что с блондинкой ведь ей нужно было срочно ехать к отцу. Эмма выбежала на улицу, но там ей стало хуже, и она практически упала на асфальт, но внутренний стержень, внутренняя сила позволили Свон дойти до байка и умчаться к дому. Она знала, что ей нужно скрыться и поэтому завернула в лес, через который могла проехать к дому отца. Но, не доехав пары километров, Свон потеряла управление: в глазах потемнело, а тело затряслось в агонии. Эмма врезалась в дерево и упала с мотоцикла, катясь вниз, в овраг. «Эмма. Дочка. Я рядом», — Харрис из дома почувствовал, что творится с дочерью. «Успокойся». — Нет! Я не отдамся! Нет! — Эмма рукой зацепилась за кустарник, тем самым останавливая себя от скатывания по склону. Она рычала и кричала. Девушка слышала отца, чувствовала свою сущность, но снова не давала себя побороть. «Доченька. Тебе будет больно, отпусти себя, прими свою сущность», — старший Свон опять пытался помочь дочери. — Нет, нет, нееет! Эмма зарычала и встала на четвереньки, поднимая голову вверх. Огонь окутал всё ее тело, но сознание не давало потушить страдания. Эмма боролась, но этот судьбоносный день ослабил ее человеческую натуру, делая сильной волчью. Сегодня вампир убил человека, и все оборотни это ощутили, прочувствовали через себя и Свон тоже. Она была не в силах побороть то, что сильнее ее. Сущность взяла свое. Одежда стала рваться, а Эмма перевоплощаться. Она перерождалась. Она становилась настоящим, большим, сильным волком. «Тихо, моя девочка, тихо. Я рядом. Я с тобой. Все хорошо. Перестань бороться. Выпусти своего волка и тебе станет легче». Харрис находился дома, но чувствовал и видел дочь как будто со стороны. Он не раз помогал другим оборотням перерождаться, но его собственная дочь никогда не хотела этого. — Я… где… что со мной… нет! Эмма чувствовала себя по-новому. Она не чувствовала в себе человека. Она окончательно превратилась и сейчас посередине склона в овраг, в лесу, где ее скрывали деревья, стояла волчица. Она была в два раза больше обычных волков. Лапы, клыки, голос. — Аууу… — завыла волчица, запрокидывая голову к небу. Это было невозможно, это было не по желанию, но это случилось. Сущность поборола Эмму, и она побежала вдаль. Она бежала со всех ног, вернее лап. Вперед, чтобы убежать как можно дальше. Она выла, а ее сознание приходило в себя. Она стала вспоминать всё в обличии волка. Она уже не слышала отца, Эмма просто бежала по лесу как можно быстрее. — Что случилось? — Реджина вошла в зал, где было много вампиров, и сразу подошла к отцу. Она удивилась поведению Эммы, но была рада, что она уехала от неё так быстро. Ведь случилось очень серьёзное происшествие, и она из-за этого переживала. — Убит человек, — ответил Габриэль, надменно посмотрев на дочь, и взглядом показал сесть там, где сидят остальные. — Зачем этот пафос? — Реджина зло смотрела на отца, — мог бы просто попросить найти этого заблудшего. — Ты будешь учить меня? — Габриэль грозно смотрел на дочь, а остальные просто сидели и молчали. — Ну, конечно же, нет, — Миллс показательно склонила голову, — ты же все равно знаешь, что у меня лучший нюх и тебе понадобится моя помощь, — фыркнув, Реджина пошла к Дирку. — Ты вот нарываешься, а страдать будем мы, — тихо сказал Дирк, смотря на Габриэля, который начал свою речь о правилах, о многовековых законах и что будет с нарушителем этих самых законов. — Да пошёл он… я не собираюсь пресмыкаться, — Миллс была взволнована. — А стоило бы. Мне ведь скучно будет, если он заточит тебя в подземелье на сотню лет. Эх, эгоистка, — покачал головой Хопс. — Если он это попытается сделать, то я смогу за себя постоять. Хопс, ты же знаешь, что я нужна ему, чтобы он не говорил. У меня лучший нюх и только у меня дар обезболивания укуса. — Я не буду тебя убеждать, ведь боюсь твоего отца, да и тебя опасаюсь. Ведь сгрызешь же, — подмигнул Дирк, — поступай по-умному. А по-умному — играй послушание. Это мое мнение. — Ладно, давай послушаем, что он нам скажет, — Реджина посмотрела на отца, — меня взволновала эта новость. А тем временем Габриэль еще долго говорил, пока не дошел до сути. — Я сегодня же встречусь с вождем племени и уверю его, что мы своими силами накажем нарушителя наших законов. Мы не можем позволить повторения событий годовой давности. Миллс сжала руку Хопса. Она не принимала участия в той битве, но в ней погибла вампирша, с которой Реджине было хорошо и они долгое время дружили. — Все знают, что делать. Найти и привести этого вампира ко мне. У вас сутки. Приступайте, — завершил свой монолог Габриэль и вампиры, кланяясь, стали расходиться. — Отец, — Миллс пошла к отцу, — можно мне поехать с тобой к вождю. Я встречалась только с предыдущими. — Не стоит, — коротко ответил Габриэль и пошел в другие двери, нежели те, в которые выходили вампиры. — Почему? Ты же ещё век назад постоянно таскал меня на такие встречи, — Реджина пошла за отцом. — Глава племени скоро сменится. Не нужно сейчас знакомиться с практически мертвым вождем, — пояснил Габриэль. — Возможно, там будет новый вождь, — предположила брюнетка, — или ты уже не хочешь, чтобы я хоть как-то занималась делами? Для вампиров нет времени, но все равно ты говорил, что я твоя наследница. Я та, кому бы ты хотел передать все. — Я говорил так, не буду отрицать, — отец пронзительно надменно посмотрел на дочь, — но твое поведение, твои выходки, твое пренебрежение нашим законам не позволит встать на мое место. Я не позволю тебе занять его. Миллс улыбнулась, но в этой улыбке было столько горечи. — Тогда зачем вообще я есть? Убей меня и все твои проблемы исчезнут. Тебя останавливает то, что я единственная из вампиров чистокровная. Ни в одном клане нет вампира чище. — Ты моя дочь и я люблю тебя, но я не вижу в тебе желания быть той, кем ты должна быть, — говорил серьезно Габриэль, и на этот раз в его взгляде не было надменности, — Реджина, покажи мне, что ты хочешь быть на этом месте. Докажи это и тогда мы поговорим. — Ты хочешь, чтобы я нашла заблудшего? Я найду. Ты хочешь, чтобы тебе не жаловались на меня, так, по-моему, этого нет уже две недели, хотя для нас это и не срок. А вообще, я не хочу на это место, я просто хочу к себе уважения. Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, как на дочь, а не как на заблудшую, — Реджина любила отца, но их отношения давно были испорчены. — Дочь, — Габриэль положил руку на предплечье Реджины, смотря ей в глаза, — иди. Найди этого вампира и приведи ко мне. Сейчас важно только это. Реджина только кивнула и вышла опять в зал, где был Хопс. Она целенаправленно пошла к выходу. Миллс зафиксировала цель. — Редж, Реджина, черт, я не успеваю за тобой, — Дирк пытался догнать брюнетку, — подожди. О чем вы поговорили? — Я должна найти заблудшего и я это сделаю. Возьми все дела на себя, — попросила друга брюнетка. — Понял, — Дирк все еще шел за брюнеткой, — всё сделаю, если что зови, помогу. — Нет, — как только они вышли на улицу, Реджина сразу побежала. Ей нужно было заскочить домой, чтобы переодеться. Она не хотела медлить ни секунды. Мигалки, много света, полицейские, оцепленная территория. — Что тут у нас? — за ленту зашел Алестер Вуд, а за его спиной стояла Эддисон Рафт. — Крови нет, причина смерти неизвестна, — сказала судмедэксперт. Она обследовала место преступления. — Снова? — Вуд присел на корточки, рассматривая жертву, — личность установили? — Вот документы, — женщина показала пакетик с документами, — Грэг Митчел, 34 года. — Детектив Рафт, пробейте его по нашей базе, — попросил Вуд, пристально осматривая тело. — Хорошо, — сказала девушка и хотела уйти, но остановилась, тоже смотря на тело. — Это очередная жертва, — судмедэксперт посмотрела на Вуда, — я не могу разгадать эту загадку. Я предполагаю, что он обескровлен. — Рафт! — грозно произнес Вуд, чувствуя затылком, что Эддисон не ушла. Он давал понять детективу, что ей нужно поторопиться с личностью потерпевшего, а заодно уйти отсюда. — Да иду я, — девушка не хотела уходить, но она не могла ослушаться приказа. — Вот чего ты взъелся на девочку? Ты как волк, только и делаешь что рычишь. — Ты тоже считаешь меня помешанным? Она да, — Алестер с усмешкой посмотрел на женщину, но всего секунду, после возвращая всё свое внимание трупу. — Конечно! Бесспорно, — женщина засмеялась, — ты весь в своих трупах, даже больше чем я. — Не во всех. Только в особенных, — Вуд нашел то, что его интересовало. Но след становился на глазах всё менее заметным, — фотограф. Быстрее сюда! — Ты что-то нашел? — женщина быстро села вновь на корточки. Фотограф был далеко, но услышал и быстро пошёл на голос Вуда. — Да, смотри, — Вуд повернул жертву на живот и показал эксперту лопатку жертвы, на которой было два еле заметных прокуса зубов, которые практически исчезали на глазах, — фотограф, черт! Быстрее. Ну же. В этот момент подбежал фотограф и успел сделать всего два снимка. — Черт! Что это было? Они исчезли. Куда они делись? — эксперт прибывала в шоке. — Ты успел? — Вуд выхватил камеру из рук фотографа и стал просматривать, — черт! Нет. Черт! — Что не снял? — женщина тоже подскочила, — черт! — Я снял что успел, — фотограф развел руками. — Расторопней нужно шевелить конечностями, — рыкнул Вуд, и, вставая на ноги, отдал фотоаппарат в руки мужчины. Он посмотрел на женщину, — ладно, заканчивайте здесь, — он пошел за ленту. Женщина взяла фотоаппарат и посмотрела на получившиеся фотографии, — черт! — Детектив Вуд, — Эдди подбежала к мужчине, — я пробила его. Обычный парень, в базах на него ничего нет. — Не удивительно, — кинул Вуд, остановившись и взглянув еще раз в сторону трупа. — Вы что-нибудь нашли? Или опять нет следов? — девушка смотрела в туже сторону. — Нашли, — сквозь зубы прорычал Алестер и пошел к своей машине. — Ну, конечно же, мне об этом говорить никто не будет, — прошипела девушка и побрела за мужчиной. Она очень хотела вместе заниматься делами, но Вуд явно этого не хотел. Габриэль приехал к дому вождя стаи. И только он вышел из своего автомобиля, как ему навстречу вышли четыре молодца. Накаченные парни во главе с мужчиной чуть старше них. Они явно были не в приподнятом настроении. — Я к вождю, — сразу озвучил Габриэль. Ему не нужна была война с оборотнями. — Только вы один, — мужчина встал перед Миллсом и показал на двух мужчин за его спиной. — Один, — кивнул Габриэль, и ему уступили дорогу, едва сдерживаясь от рычания. Оборотни были злы, однако Миллс, игнорируя это, вошел в дом. — Проходите, — Миллса встретила Хизер и показала в сторону гостиной, — он вас ждет. Габриэль лишь посмотрел на женщину и прошел в том направлении, куда она показала. — Здравствуй, Габриэль, — Харрис приподнялся, смотря на главу одного из кланов. Вождь был взволнован, ведь он тоже не хотел войны, так как в предыдущей потерял сына. — Здравствуй, Харрис, — Габриэль подошел чуть ближе. Он смотрел в глаза Свону, — убийство произошло на моей территории, но не моими вампирами. — Габриэль, ты знаешь, что я не хочу повторения событий, но мои люди вновь перерождаются, — Свон не хотел упоминать дочь, но даже если она не смогла сдержать свою сущность, значит все очень серьезно. — Сдержи их. Это не наша вина, это заблудший вампир. Мои дети ищут его, и я лично займусь им, когда мне его предоставят, — заверял глава клана. — Я знаю тебя и верю твоему слову, — Харрис действительно доверял Габриэлю, в отличие от двух других кланов, ведь из-за клана Раш произошла битва всего год назад. Миллс был сдержан, но он был рад, что Харрис ему верит. Это решало много проблем. — Я дам тебе знать, когда мы найдем нарушителя наших законов. — Я сдержу своих людей, главное, чтобы твои не нарывались. Это очень важно. — За своих я в ответе, — Габриэль видел и чувствовал состояние старика Свон, — кого ты выбрал себе в приемники? — Дочь, — без колебаний ответил Свон, — она моя замена. — Когда ты ее всем представишь? — В ближайшее время. Она должна себя принять, — Харрис знал, что Эмме нужно будет наладить доверительные отношения с кланами. — Она себя не принимает? — нахмурился Габриэль, — хм… — Нет, и это очень трудно понять. После смерти матери и брата, она отталкивает свою сущность, — пояснил Харрис. Он надеялся, что после его смерти Габриэль поможет Эмме. — Она отталкивает свою судьбу? Харрис, как ты тогда оставишь ее вместо себя? Тебе осталось недолго, — Габриэль это чувствовал и знал, что Свон и сам об этом знает. — Я уверен, что она сможет, — твердо ответил Свон, — она уже обратилась. Ей просто нужно немного времени. — Для вас время играет высшую роль, нежели для нас, — Габриэль покачал головой. — Да, в этом у вас преимущество, — Харрис тяжело выдохнул, — ну, а твоя дочь, почему не с тобой? Я еще с детства помню, что она у тебя красавица. — Красавица, — Габриэль улыбнулся, присаживаясь на стул напротив Харриса, — но сейчас… у нее совсем другие интересы. — Тоже сопротивляется законам? — хмыкнул Харрис, — или новая любовь? Мне отец рассказывал про ее любовь с человеком. — Тут не любовь, тут характер, — немного зло высказался Габриэль, — для нее такое поведение непозволительно и что самое противное — она это знает, но всё равно всё делает наперекор. Раньше я понимал, что возраст, юношеское. Но сейчас. Это очень странно и сложно. — Да, дочери это наша награда, но и одновременно наказание. Курт был моей надеждой, но все так сложилось, что осталась только Эмма. А ты-то что на сына не решился? У тебя столько возможностей, — Свон хотел нормально поговорить ведь в последнее время все, кто приходили, жалели его и говорили только о болезни. — У меня есть внучка. Она моя надежда, — сказал Габриэль. Он точно знал, что, как и когда он сделает. — И в этом тебе повезло больше чем мне. Эмма не хочет связываться с нашими, да и мужчины ее не интересуют, — это была еще одна проблема Свон. — Так моя внучка от того самого человека, — Габриэль немного зло усмехнулся, — единственное в чем я согласен с Реджиной. Я рад, что появилась Кэролин. Она именно то, что нужно всем нам. Она мое продолжение. Свон усмехнулся, — главное, что у тебя есть это продолжение, хотя ты и бессмертен. — Всем нужны перемены и вампирам тоже. Мне нужен преемник, чтобы я спокойно мог уйти. А уже что я буду делать дальше, — вампир подмигнул оборотню, — это еще стоит решить. Харрис улыбнулся. Несмотря на внешнее напряжение, внутренне он был спокоен. — А сейчас мне пора, но я хочу познакомиться с твоей дочерью, — Габриэль встал со стула. — Ты обязательно это сделаешь в скором времени, — Харрис с явным трудом встал с дивана и протянул руку Габриэлю. Миллс пожал руку вождю, чувствуя его слабость и боль через одно касание. — Тогда до встречи, — Габриэль кивнул и пошел из дома.