Сущность

— Может, ты не будешь говорить Кэри про решение Габриэля? Разреши сначала сама этот вопрос, а потом расстраивай дочь, — провожая Реджину на встречу с дочерью, сказала Эмма. Они стояли на улице возле дома. Девушки только недавно вернулись из леса, в котором провели всю ночь, утро и половину дня. — Я просто хочу с ней поговорить, я не буду говорить с ней о нем, — Реджина посмотрела на Эмму, — нужно было все-таки уговорить ее приехать сюда. — Ну да, — усмехнулась саркастично Эмма, — долго бы пришлось тебе ее уговаривать. — Да ладно тебе, мне кажется, ей было бы интересно, — Миллс хотела, чтобы дочь была к ней ближе, — в следующий раз я хочу, чтобы она приехала к нам. — Мне всё равно, — пожала плечами Эмма, — тебе будет удобно, поэтому я не против этого. — Ты не хочешь с ней подружиться, — Реджина сделала несколько шагов назад, — ну ладно, я поехала, а ты не опоздай к Дирку и Андрэе. — Я помню, — Свон усмехнулась. Реджина села в свою машину и поехала к себе на квартиру, где и назначила встречу дочери. Миллс совершенно не понравилось то, что Эмме безразлично отнеслась к ее дочери, которая для нее многое значит и к друзьям, которые их поддерживают и пытаются наладить контакт. Свон вела себя отстраненно, вникая только в то, что ей самой нужно. Кэролин приехала первой и дожидалась мать, сидя на диване и читая журнал. — Привет, Кролик, — Реджина зашла в квартиру и, подойдя к дочери, поцеловала в макушку, — как ты? — Привет, мам, — Кэролин отложила журнал, — ты когда-нибудь перестанешь звать меня Кроликом? — Нет, — Реджина ещё раз поцеловала дочь в макушку, — где ты пропадала эту неделю? — В Дубай летала. Там мне местный шейх колье подарил. Просил лично принять подарок, — закатила глаза Кэролин, — я думала, дед все же тебе сказал. Я просила, чтобы он первый пошел на контакт, но ты же его знаешь. — Ему было немного некогда, — Реджина села в кресло напротив дочери, — я обратила человека, но все закончилось хорошо. У меня есть немного другая тема для разговора. — Он мне сказал про человека. Правда, вчера некогда было разговаривать. Я только узнала, что тебя оправдали, и закончила с ним разговор, — Кэролин выдохнула и взяла мать за руку, — я с самого начала была в шоке, но он сказал, что ты поступила правильно и мне не о чем переживать. — Кэри, тебе не о чем переживать, по крайней мере, обо мне. Твой дед, наверное, не рассказал тебе, что у меня есть сестра, а у тебя тетя. Что человек, которого я спасла — ее возлюбленный, хоть это и не важно. Он изменял твоей бабушке и хотел уйти. Ей сто семьдесят четыре года, а это значит, что обман длился очень долго. — Что? — Кэролин тут же вспыхнула яростью, которая отражалась ее красными глазами, — рассказывай всё подробней, я ничерта не понимаю! — У твоего деда есть дочь, ее зовут Шарил Итнес. Она родилась при союзе твоего деда и ее матери, которая была человеком. Как он говорит, твоя бабушка знает об этом, но… Кэри, статус для него был всегда выше семьи. Я единственный чистый вампир, который появился за несколько веков, и это нереальный престиж клана. Он не мог поменять это на жизнь с новообращенной и их ребёнком, — со злостью и обидой говорила Реджина, — он столько лгал ради власти. Из-за него погибла бабушка. Из-за него мы потеряли твоего отца, и из-за его жажды власти я не могла несколько месяцев увидеться с той, которую люблю. — Черт! — прошипела Кэролин, чувствуя, как чаша ее злости переливается за края. Она медленно встала с дивана и также медленно стала ходить по комнате. Сейчас девушка пыталась уложить в голове всё то, что ей сказала мать. Для Кэролин Габриэль был святым, она считала его идолом, но сейчас, после этих слов Кэролин стало очень плохо и больно. — Я знаю, как ты его любишь, и я тоже очень его люблю, но он принес мне очень много горя. Только когда я была ребёнком, он был рядом, а после… Кэри, я всегда считала себя не правильной, не достойной такого отца, но было все иначе, я была не одна и мы обе не дотягивали до планки. Я не буду говорить о тебе, так как, наверное, он только тебя любит больше всего на свете. — Прекрати! — Кэролин больше не могла этого слушать и прикрикнула на мать. Ей было очень тяжело, — это не правда. Ему не важна власть. Он любит свою семью. Он любил бабушку, любит тебя и меня. А измена… он мужчина, в конце концов, пусть и вампир! — Он любил ту женщину и возможно любит до сих пор. Он любит Шарил и я это отчетливо видела, — Миллс понимала чувства дочери, — это была не просто измена, это был роман, который разрушил бы нашу семью, если бы не любовь к власти. — Если бы не любовь к своей настоящей семье! — Кэролин полыхала яростью на мать, — ему не важна власть, важны любимые. Он защищает, защищал и будет защищать нас, пусть и таким способом. Он лучший глава и самый лучший дед и отец. Для меня, но видно не для тебя, — младшая Миллс дышала через нос, сжимая зубы. Она не могла позволить матери очернить Габриэля. Она его очень любит и знает, что простит в любом случае. — Кролик, — Реджина оказалась очень близко к дочери и крепко ее обняла, — пожалуйста, пойми меня, услышь. Я не настраиваю тебя против него, но я хочу, чтобы ты поняла, что он не идеален. Девочка моя, я так люблю тебя и не хочу, чтобы ты страдала. — Зато ты хочешь, чтобы страдал он! — Кэролин вырвалась из объятий матери, — сколько раз он тебя спасал?! Один раз ты обратила человека, он вывел тебя из-под казни, второй раз ты привела мятежника в клан, третий. А сколько просто косяков было, сколько ты его не слушалась? Мама, никто не идеален в этом мире! И ты, и я, и он. Но всё, что он делает, он делает для семьи. Он не ушел к другой женщине, он остался с бабушкой и мы должны радоваться, что он выбрал нашу семью, а не разрушил ее уходом. — Хм… ты действительно любишь деда больше чем меня, — Реджина сказала это с такой душевной болью. Она смотрела на дочь и непонимала, в чем же так ошиблась, — наверное, я плохая мать, в отличии от него, как отца. Я много ошибок наделала, но обо всем том, что ты перечислила, я не жалею. — А ты думаешь, мы вообще жалеем о том, что совершаем с душой? Мамочка, я тебя ни в чем не обвиняю и во всем понимаю, но понимаю и его, — Кэролин отвернулась от матери и отошла к окну, а потом просто пошла на кухню. Реджина взялась за голову. Она хоть и услышала слова дочери, все равно видела, что между ними стена непонимания. Кэролин хотелось выть. Она не могла поверить во всё то, что происходило сейчас. Она любила деда, но и мать она также любила и дорожила ими обоими. — Он хочет уйти, — Реджина через некоторое время вошла на кухню, — меня и Шарил он слушать не стал. Я не хотела тебе говорить, но… я не хочу, чтобы ты винила меня в том, что я знала и не сказала. Только ты можешь его остановить. — А ты говоришь власть, — Кэролин подняла глаза к потолку. Она в точности, как и ее мать, днем ранее, хотела бы заплакать, но по своей сущности не могла этого сделать, — его никто не понимает. Но я не дам ему уйти. — Я в этом не сомневаюсь, — Реджина смотрела на дочь. Сейчас Миллс очень хотела, чтобы ее семья стала простыми людьми. Чтобы Кэри было семнадцать, чтобы с Эммой было легче, и чтобы у отца жизнь была проще. Не зря говорят, что за бессмертие нужно платить. Кэри смотрела в потолок, чувствуя всю ту горечь, что на нее обрушила мать, но она сильная и справится с этим. Знает, что справится. — Почему он решил уйти? — Я не знаю, а ты можешь спросить это у него. Он хочет передать тебе власть и уйти. Мы с Шарил не хотим этого, я видела это в ней. — А ты… — Кэролин как-то безнадежно усмехнулась, — ты этого не хочешь?! — Кролик, он мой отец и я его люблю каким бы он не был. Я не хочу его ухода, — Реджина медленно подошла к дочери. — Я верю тебе, — девушка опустила голову и закачала медленно ею в разные стороны, а Реджина крепко обняла свою дочь.  — Все будет хорошо. — А как иначе? — Кэролин вновь грустно усмехнулась, и Реджина почувствовала ответные объятия. — Нам придётся его отпустить, если он этого хочет, — пояснила брюнетка. — Нет. Я не отпущу его, — Кэролин не была готова потерять деда. — Тогда мы сделаем все, что в наших силах. — Мне нужно с ним поговорить, — уверенно сказала Кэролин, показывая свой внешний стержень, хоть и внутри ей было очень тяжело. Она встала ровно, смотря на мать. — Поговори. Я думаю, тебе он все объяснит и расскажет, — Реджина провела рукой по щеке Кэри. — Потом я хочу с ней познакомиться и с ее матерью, — немного резче сказала Миллс младшая. — Обязательно, я сама не прочь с ними пообщаться. Только, пожалуйста, Кролик, не срывайся на них. Лично я считаю, что во всем виноват твой дедушка. — Да я знаю, какого ты мнения. Поняла уж, — Кэролин выдохнула и пошла из квартиры. — Ещё я хочу, чтобы ты пообщалась с Эммой, — Реджина посмотрела в спину дочери. — Я знаю, что тебе это важно, — Кэролин остановилась и взглянула на мать, — я пообщаюсь с ней. Обещаю. — Спасибо, — с улыбкой сказала старшая Миллс, — тогда приезжай к нам, когда захочешь. — Лучше где-нибудь ближе к цивилизации, — сказала Кэролин и пошла на выход. Реджина выдохнула. Она осталась довольна разговором, хоть он и был напряженным. А Кэролин сразу направилась к особняку деда. Она хотела с ним поговорить, узнать его чувства и причины его поступков. Габриэль сидел в своем кабинете и разговаривал по телефону, когда дверь открылась и вошла младшая Миллс. — Здравствуй, внучка, — Габриэль увидел Кэри и сразу понял, что она уже поговорила с матерью. — Это все правда? — только и спросила девушка, смотря на Габриэля в упор. Она хотела разобраться во всем. — Кэролин, присядь, — Габриэль отложил телефон, и все внимание направил на внучку. — Просто ответь, — девушка была взволнована и не хотела садиться. — Правда, — Габриэль смотрел на девушку. — Как ты мог? Почему? И зачем ты молчал? Мама сказала, что ей практически два века, — Кэри говорила резко. — Я сделал выбор и придерживался его, — Габриэль объяснялся с внучкой, — я выбрал твою бабушку. Никто не должен был знать о моих приключениях, о том, что я изменил ей. — Но у тебя не просто была интрижка, у тебя родилась дочь, — говорила надрывно Кэролин, — и ты любил ту женщину, любил же?! — Любил, — Габриэль разъяснялся спокойно, — но я не имел права бросить твою бабушку. — А почему потом молчал? Не говори, что берег память, — Кэри все же услышала мать и хотела понять кто же прав. — Кэролин, пойми, это очень сложная тема, — Миллс встал со своего места. — Ну и я не ребенок. Раз ты отказался рассказать все маме, так позволь объяснить все мне. Ты же знаешь, я всегда была на твоей стороне. — Я глава клана Миллс. Уйди я с этого поста по причине ухода из семьи, то на всех вас легло бы бремя позора. На меня, твою мать, бабушку. Про Шарил и ее мать я вообще молчу. Им бы всю оставшуюся жизнь тыкали, как разлучникам семьи. — Что ты за бред несешь?! Мы не люди, мы вампиры, — Кэролин злилась из-за слов деда, — я могу поверить в то, что из-за этого могла пошатнуться твоя власть, но чтобы в нас или в них тыкали… это бред! Сейчас дед ты падаешь в моих глазах. — Кэри, — Габриэль подошел к внучке, — власть была в числе моих причин. Но… поверь мне, я думал о своей жене и дочери. Я не имел прав лишать их семьи. Я поступил как правильно, как нужно. — Из слов мамы я поняла, что лучше бы ты ушел. Сейчас она винит тебя в смерти бабушки, я, конечно же, так не думаю, но она обижена и твоя ложь стала толчком ко всему. — Я сам виню себя, ведь я не смог ее защитить. А ложь… Солгав один раз, я должен был понимать, что моя ложь растянется навеки, — Габриэль выдохнул. — Я не виню тебя, но ты должен был рассказать, — сказала девушка, садясь наконец-то на диван. — А ты думаешь, я уже не жалею об этом? Из-за моей лжи я не смог дать Реджине сестру, а Шарил сестру и достойного отца, — Габриэль присел на диван к внучке. — По мнению мамы, ты и ей его не дал, — Кэри прилегла и облокотилась на Габриэля, — она очень зла на тебя. — Она всю жизнь зла на меня. Я пытался сделать из нее себя, но только недавно понял, что это ей не нужно было, — Габриэль приобнял внучку. — Зато из тебя вышел отличный дед, — Кэри чмокнула Габриэля в щеку, — а мама… маме нужна семья, просто она всегда была одна, это и моя вина. — Я думаю, она нашла свою семью, — Габриэль усмехнулся, — хоть я и против этого решения. Очень против. — Я тоже, но я вижу, что она ее любит. Ей важно, чтобы я ее приняла, и я пообещала пообщаться с Эммой, — Кэри усмехнулась. — И как ты себе это представляешь? — Габриэль посмотрел на внучку с приподнятыми бровями. — Ну… я с ней вежливо поговорю и… дед, вот что ты пристал, а? Просто я с ней поговорю и все, — пробубнила девушка, — да и вообще это всего лет на шестьдесят максимум. — Но осадок останется на несколько веков, — Габриэль усмехнулся, — это еще в том случае, если у Свон будут такие же принципы, как и у ее отца. — Это какие? — Не захочет обращаться в вампира, — пояснил Габриэль. — Мне кажется, не захочет, хотя если захочет, мне она понравится больше, ведь быть вампиром — это круто, — Кэри подмигнула, — и вообще, я у нее единственная дочь и от нее я сюрпризов, как от тебя, не получу. — Видишь, внучка, какой у тебя оказывается не скучный дед, — Габриэль поцеловал Кэролин в макушку. — Так, не скучный дед, что это еще за новость с уходом? — Кэри в момент стала серьезной. — Ну вот и зачем она тебе рассказала? — Габриэль закачал головой. — Чтобы я отговорила тебя от этого бреда! — Кэролин, я всё решил, и я ухожу не сейчас. Сначала я помогу тебе стать достойной главой, а уже потом… — Даже не надейся, я тебе этого не позволю, — девушка посмотрела на Габриэля, — ты… нет… я тебя не отпущу. — Внучка моя, — Габриэль тепло улыбнулся, — вы с Реджиной уже взрослые девочки. Вы всё сможете сами. — Ага, ну конечно, подкинешь нам проблем и «спатеньки», а нам что делать? Мы, молодые, будем против Батлера. — Этот старик мудр, не бойся его, — подбадривал Габриэль. — Да я вообще не понимаю, почему ты хочешь уйти? Тебя что, ничего не держит? А мы? А Шарил? — Я устал, Кэри. Пятьсот лет уже вампир и всё никак не наберусь смелости уйти вовремя. Пора уже, чувствую, что пора, — Габриэль погладил внучку по предплечьям. — Нет, не пора! Что у тебя там с этой… блин как ее? Ну матерью Шарил?! Она женщина красивая, я ее видела один раз, это если я о той думаю. Так что там у вас? — Я ей не нужен. Да и зачем теперь? — Габриэль выдохнул, — нужно было раньше уходить к ней. Но сейчас… Не принимает меня она. — В смысле не принимает? Она что с ума сошла?! Такой мужчина, красавец, глава клана, отец твоей дочери, — перечисляла девушка, — это все фигня. И вообще из-за этого не уходят. — Да я же не только из-за нее. Слишком много ошибок совершил, пора расплачиваться, — Габриэль не хотел показывать внучке, что он хочет быть с матерью Шарил, но та отказывается от этого. — Эгоист! Ты, значит, уйдешь, а нам страдай и плач?! Ну, уж нет, — Кэролин встала и посмотрела на деда, — я верну тебе твою вампиршу, а ты даже не думай сваливать, понял?! — Кэри, вот этого не нужно, — Габриэль сразу включил строгий тон и взгляд. — Не угадал, я уже засекла свою цель, — Кэри улыбнулась ехидной улыбочкой, которую могли состроить только два вампира. — Кэролин! — Габриэль встал и строго смотрел на эту знакомую ему улыбку, — не трогай ее. — Да не парься, трогать не буду, — младшая Миллс продолжала улыбаться, — ладно, мне пора, люблю тебя, — девушка пошла из кабинета. — Кэролин, стой. Мы не договорили, — Габриэль хотел было остановить внучку, но у него не получилось. Та слишком быстро покинула кабинет, а потом и особняк. Девушка сразу направилась к знакомому, чтобы узнать, где живёт мать Шарил. Она дала себе установку поговорить с женщиной о Габриэле и узнать ее чувства к нему. Женщина жила в достаточно большом доме: у нее была хорошая машина и по меркам вампиров, она была очень не бедна. Это был тихий и престижный район. Кэролин подъехала к дому, и не думая тянуть больше времени, пошла сразу в дом, звоня в дверь. — Здравствуйте, вы к мисс Итнес? — Кэролин открыла дверь милая девушка. — Здравствуйте. Всё верно, проводите меня к ней, — достаточно высокомерно сказала Кэролин, держа ровную осанку. — Проходите, я сейчас ей сообщу о вашем приходе. Как вас представить? — уточнила девушка. — Кэролин Миллс, — Кэри прошла в дом и стала слегка смотреть обстановку. Всё было мило, лаконично и можно сказать богато. — Тогда присаживайтесь, — девушка отправилась сообщить хозяйке о визите. — Кэролин Миллс, — в гостиную вошла красивая женщина. Светлые волосы, голубые глаза и легкая улыбка на лице, хоть и в глазах читалось удивление визитеру, — чем обязана внучке главе клана?! — Я пришла не как внучка главы клана, а как внучка Габриэля. Для вас же он больше чем глава клана, — Кэролин стала осматривать внимательно и слегка надменно мать Шарил. Она ее видела один раз, но не рассматривала так, как сейчас. — Шари мне сказала, что Реджина все узнала, я так понимаю и вы тоже. А про то что, он для меня больше чем глава клана, я не хочу разговаривать. Я бы хотела узнать, зачем вы пришли, мисс Миллс. — Я уже ответила, я пришла поговорить о своем деде, — Кэролин посмотрела в глаза женщине, — и прошу, скажите ваше имя, мисс Итнес. — София, — Итнес пасом руки предложила сесть и присела сама, — что бы вы хотели узнать? — София, почему вы не хотите отношений с моим дедом? — Кэролин спросила прямо, тоже присев. — Потому что время ушло. Потому что я больше не хочу быть запасным вариантом, — пояснила спокойно Итнес. — Вы его любите? — Кэролин смотрела прямо на Итнес. — Любила когда-то давно, когда мне обещали, что мы будем всегда вместе. — А сейчас? — продолжала Кэри — А сейчас это мое личное дело. Кэролин, я не хочу с вами разговаривать на тему моих отношений с вашим дедом, — Софии было грустно говорить об этом. — Он хочет уйти, — Кэролин не знала, как и что говорить и поэтому начала говорила в лоб. — Я знаю, что он хочет передать власть в ваши руки, Кэри, поздравляю. — Он хочет уйти не с поста главы клана. Он хочет уйти из вампирской жизни. Он собирается уйти навсегда, — поясняла Кэролин и с каждым словом внутренне заводилась, хоть внешне казалась камнем. София отвела взгляд, ей было больно это слышать. — Я этого не знала, но чем я могу помочь? Вы же не просто так пришли сюда, Кэри?! — Я пришла за помощью, не понятно что ли? — выплюнула Кэролин, — я не хочу терять деда из-за ваших разногласий! — Ну чем я могу помочь? Кэри, вы поймите, я долго боролась за Габриэля, а сейчас я хочу спокойную жизнь, — Итнес выдохнула. Она всегда любила Габриэля, но ей надоело быть в подвешенном состоянии. — Он же приходил к тебе. Ведь приходил? Почему ты его прогнала? Это ты подтолкнула его к такому выбору! — чуть прикрикнула Кэролин. — Не кричи. Я не подталкивала его к такому выбору, он сам так решил. А я ещё раз повторяю, что мне надоело быть непонятно кем для него. — Так будь его любимой. Останови его от такого решения и будь с ним! — Кэролин говорила твердо. — Кэролин, я уже ему сказала, что мне надоело быть непонятно кем. Он столько лет, то приходил, то уходил, я ненавижу качели! — Он помогал вам? Тебе, Шарил? Он бросил тебя? Почему когда ему нужна твоя помощь, ты не хрена не можешь пойти на встречу? — Дал денег — это помогал? С твоей бабушкой, с твоей мамой он был всегда, а про тебя я вообще молчу. Ты самое дорогое, что у него есть и это его слова. Мы с Шарил были для него семьей на стороне. Лучше бы Шари родилась человеком, и нас бы уже давно не было. Мы бы не были обузой для него. Моя любовь начала для него что-то значить только тогда, когда он остался один. — Я его знаю и понимаю на сто процентов. Он бы может и ушел, но не мог. Он не мог бросить бабушку, маму, меня. Они у него появились раньше, чем вы с Шарил, — Кэролин выдохнула, — у него были свои обязательства. Но сейчас их нет. Он хочет быть с тобой, а без тебя он хочет умереть. Это что-то да должно значить. Разве нет?! — Должно! — вспылила женщина, — и значит. Но это говоришь мне ты, а не он. Он в очередной раз просто пришел и сказал, что хочет попробовать. А ты знаешь, сколько мы пробовали? — Софии перешла на «ты», — но он каждый раз находил отговорки и причины не быть со мной. — А если сейчас этих причин не будет? — глаза Кэролин медленно становились красными, — неужели ты не понимаешь, что он сожалеет обо всем? Ему стыдно, я уверена. Но этого он никогда никому не покажет, это вижу только я. — Да люблю я его, люблю, но не могу я делать все одна. Я хочу, чтобы он шел ко мне на встречу, — пояснила Итенес, — а не просто так давал сигнал бедствия и просил найти. — Сигнал бедствия дают тонущие корабли, но сейчас этого сигнала не было. Я пришла не по его просьбе, а по своей инициативе. Приди к нему, поговорите. Убеди его оставить мысль об уходе и тогда ты получишь не только сигнал, но и всё, я уверена, что так долго ждешь, — Кэролин встала с дивана. — Я подумаю, — София не могла сказать ни «да», ни «нет». Она, конечно же, не хотела чтобы Габриэль принял такое решение, но и переступить через все, что было она не могла. Женщина решила подумать какое-то время и принять взвешенное решение. — Жизнь моего деда зависит от тебя. И я это знаю, — Кэролин резко выдохнула и пошла из этого дома. Итнес не стала больше ничего говорить. Она приняла решение и будет ему следовать. — Джил, проводи гостью, — крикнула своей прислуге София и девушка сразу пошла за Кэри, чтобы закрыть дверь. Кэролин сразу же уехала от этого дома, а еще через несколько часов она будет в Дубае. Ей не хотелось оставаться в этом городе, когда нужно было успокоиться и подумать обо всем произошедшем. По дороге она лишь скинула две смс — деду и матери.