Сущность

— Ух ты моя красавица, — Дирк сразу подхватил подругу на руки и стал кружить, не успела она войти в квартиру. — Дирк! — Реджина засмеялась, — привет, как же я соскучилась. — Как же я хочу тебя расцеловать от одного того, что вижу тебя, — Дирк подкинул Реджину вверх и сразу поймал. — Эй! Не кидай, а лучше целуй, — Миллс продолжала смеяться. Дирк поставил Реджи на ноги и поцеловал любимую подругу в щеку, в губы, в лоб. Очень быстро, чмоками, но много. А потом крепко-накрепко обнял. — Мой хороший, — брюнетка погладила друга по спине. — Как же ты заставила меня переживать. Ты себе не представляешь даже, — восклицал Хопс. — Ну, я тоже не хотела умирать и переживала за себя. — Понятное дело, но меня ты чуть не убила, — Дирк погладил Реджину по спине и, наконец, отпустил ее из своих объятий. — Я что тебя кусала? — в шутку спросила Реджина, — ну поносили меня чуть-чуть. — Да я не про это же, — Дирк приобнял подругу рукой за талию, — я про моральное убийство. Андрэя меня не могла успокоить ни на минуту. — Да поняла я, поняла, — Миллс и Дирк пошли в гостиную, — лучше скажи, как я тебе в обличии волка? — Чудна, — Дирк пожал плечами. — Это сарказм?! — брюнетка сощурилась. — Конечно, нет, — Дирк засмеялся, — мне необычно было видеть тебя волком. А когда ты превратилась в волка… ууу… шок и всё такое. — Мне Кэри рассказала сегодня. Она сказала, что это было шокирующе. Пока папа не почувствовал мое сердце, все были испуганы. — Не просто испуганы, все как будто остолбенели. Никто не мог ни пошевелиться, ни что-либо сказать, — рассказывал Дирк. — Я вообще не помню, что было в последние несколько минут, а потом только голос, точнее внутренний голос Эммы и она говорит, что я волк. У меня тоже был шок. — Кто мог такое предположить? Это же нереально, — Хопс закачал головой, а его глаза блестели от эмоций, — но знаешь, я уверен, что ты этому рада. — Очень рада, — Миллс опустила глаза, — я счастлива как никогда. Мы вместе и теперь все будет хорошо. Я только научусь обращаться по своему желанию. — А у тебя это не получается? И вообще, ты чего голову то опустила? — Дирк нагнулся и стал смотреть на лицо подруги. — Дирк, я просто так счастлива, что мне стыдно, — Реджина подняла взгляд, — и да я не очень умею обращаться туда и обратно. — Так, про обращение мы поговорим потом. Почему стыдно? Идиотка ты моя любимая, радуйся же. По полной радуйся и не скрывай свое счастье ни от кого. — Спасибо, — Реджина вновь обняла Хопса, — просто, когда я волк, я та кем должна была быть всегда. — Это кем же? Не догоняю, — Дирк усмехнулся и внимательно смотрел в глаза подруге. — Оборотнем, — призналась Миллс, — я бы хотела встретить ее тогда, еще в самом начале. Я благодарна судьбе, что у меня есть Кэри, но с Эммой я по-настоящему счастлива. — Ты нашла свой настоящий дом. Это ж здорово, — Дирк опять обнял подругу и чуть встряхнул ее, — я кстати после церемонии официально перейду в клан Раш. Ох, не пожалеть бы. — Кэри примет тебя обратно, но я надеюсь, что это не понадобится. Ты женишься, у вас родиться прекрасный малыш. Дирк, ты хочешь стать папочкой?! — Глупый вопрос, — Дирк подмигнул, — конечно, хочу. Андрэя будет прекрасной матерью. — Надеюсь, вы не будете тянуть с ребенком и я успею его понянчить, — Миллс говорила об этом с грустью, но не жалела ни капельки об этом. — Ох, зачем ты вот это сейчас вспомнила? — буркнул недовольно Дирк, — не будем об этом думать. Я вообще не представляю, что буду делать без тебя лет через пятьдесят. Или сколько там оборотни живут. — Примерно столько и живут, — Миллс выдохнула, — но не будем об этом. — Согласен. Ты с Кэри уже виделась? — Да. Она приезжала к нам сегодня, и мы отлично провели время. А к Эмме приходили какие-то люди и разбередили воспоминания о брате. Она так загрузилась, но я не стала ее трогать. — О брате? — переспросил Хопс, — это он был один из тех волков, правильно?! — Да. Мне очень жаль, но того было не изменить. Тогда погиб и мне близкий человек. — Тогда была война. А в ней всегда есть погибшие, этого не изменить, — Дирк выдохнул, — раз вспомнила о брате, то погрустит и всё пройдет. Ты главное не грузись. — Все хорошо, — Миллс все понимала. — Тогда отвлекаемся и… может, выпьем? — Хопс встал с дивана. — Давай, я теперь могу пить все что угодно, поэтому я хочу попробовать все! Тащи, у меня там всякого полно. Я запасалась для девушек и партнёров. — Ха-ха, — Дирк хлопнул в ладоши и воскликнул, — ну мы сейчас и оторвемся, — он пошел за выпивкой. — Фирк… ик… — Реджина сидела на полу с бутылкой текилы, — текила… ик… не мой напиток. Они оба уже изрядно напились, но опыт Реджины был на лицо. — Твой напиток… он… короче… вот! — Дирк поднял одну из выпитых бутылок кагора, — а ты… текила, ром, еще какая-то дрянь. Вот! Вот тот напиток, что нужен. — Мне было интерес… ик… но, я теперь все поняла, — Миллс начала вставать, но не удержалась и рухнула на диван, — черт! Хопс, помоги мне. Я сейчас как встану, как волком стану. — Эй-ей-ей… — Дирк быстро встал. Он слегка покачивался, но взяв Реджину за руку, резко поставил ее на ноги, придерживая руками за талию. — Мы сейчас пойдем к Эмме, — вынесла вердикт Миллс и побрела к балкону. — Куда?! — Хопс захватил Миллс. Он держал ее за талию вытянутыми руками, не давая идти дальше, — нам здесь хорошо! — А я хочу туда, — Реджина пыталась идти, но шла на месте, — хочу побегать. — Я тебя налету ловить не собираюсь, — Дирк усмехался, так и держа подругу. Миллс фыркнула и сделала неуверенный шаг назад, оказываясь в руках Дирка. — Скучный ты. Пойдем хотя бы просто погуляем?! — Пойдем, — Дирк развернул Реджину в сторону выхода и вместе с ней пошел к двери. Реджина неуверенной походкой быстро пошла к двери, и резко выходя из квартиры, не справились с силой притяжения, начала падать, но ее поймали сильные руки. — Реджина? Дорогая, что с тобой? — Миллс поймал Габриэль и был слегка шокирован таким состоянием дочери. Брюнетка посмотрела на отца, — папочка, привет. — Она немного перебрала с человеческим алкоголем, — сразу пояснил, подошедший Дирк, — здравствуй, Габриэль. — Праздновала? — Миллс кивнул Хопсу и посмотрел на дочь. — Я пробо… ик… вала, — Миллс попыталась встать, но так и висела на руках отца. — Ясно, — Габриэль крепко держал дочь в своих объятиях. — Да всё нормально. Ей же нужно привыкать быть человеком, — Дирк подмигнул. Он тоже был опьянен. — Ну, это само собой, — Габриэль зашел вместе с дочерью обратно в квартиру. — Папочка, ты все-таки приехал, а я думала тебе на меня плевать, — Миллс несла чепуху. — Мы погулять хотели, — протянул Хопс. — Думаю, не стоит, — в ответ сказал Миллс и повел дочь в ее спальню. — Эй! Я не маленькая, могу гулять во сколько захочу. — Не маленькая она. Ох, — Габриэль подхватил дочь на руки. — Да ладно вам, Габриэль. Пойдемте, погуляем. — Да, правильно, пойдем, а то щас как стану… ррр — в квартире появилась огромная волчица, которая придавила своим весом Габриэля. Миллс опять превратилась раньше, чем хотела. — Вот это да, — Хопс истерически засмеялся, смотря на придавленного Габриэля. — Реджина, дочь. Давай слезай с меня, — Габриэль мог с легкостью снять с себя дочь, но не действовал так. «Черт! Блин», — волчица с трудом поднялась на лапы, — «я сейчас вернусь». Но у нее не вышло. — Тяжелая же ты стала, дочка, — Габриэль с помощью подошедшего Дирка поднялся на ноги и стал отряхиваться и поправлять одежду. «У меня получиться. Я обращусь», — Реджину качнуло в сторону, и она снесла комод, — «мой комодик». Это была очень пьяная волчица. — Тихо ты. Расшибешь же здесь всё, — Дирк пытался остановить Реджину, чтобы она хотя бы прилегла на полу. «Я смогу!» — Миллс села на пол и наконец-то обратилась обратно. — Как же хреново… — Тебе нельзя выходить из дома. Ох, дочь, — Габриэль присел на корточки и приобнял Реджину. — Габриэль, давай я отвезу ее к Эмме? — Хопс понимал, что может хотеть сейчас его подруга. — Я сама могу до нее дойти, — брюнетка посмотрела на Дирка. — Оно и видно, — Габриэль стал поднимать дочь на ноги, — иди, Хопс. Мы сами решим, что делать. — Пока, мой лучший друг, — Реджина показательно помахала рукой, — папа сейчас меня ругать будет. — Завтра позвони, — Дирк понял по взгляду Габриэля и жестам Реджины, что ему пора. Он пошел из квартиры, через окно, предварительно посмотрев, нет ли людей. — Не ругайся, — Реджина посмотрела на отца, — я, наверное, скоро протрезвею. — Да я не собирался, — Габриэль поднял дочь на руки, — тебе поспать нужно. Людям после этого становится легче. — Значит, Эмма ругаться будет, — пробубнила брюнетка. — Этого я уже не знаю, — отец понес дочь в ее спальню. Реджина крепко прижалась к отцу. Она чувствовала его заботу. — Я рад, что ты жива, — Габриэль аккуратно положил дочь на кровать. — Я тоже, — с улыбкой сказала Реджина, — а ещё мне нравится быть волчицей. — Я это заметил, дорогая, — Габриэль присел рядом на кровать. — А тебе нравится? — Мне нравится, что я могу общаться с тобой, видеть тебя. Что ты жива, и наконец-то счастлива. Я многое сделал неправильно в прошлом. Но сейчас, — Габриэль улыбнулся, — не тот случай. — Спасибо, — пробормотала Реджина, практически засыпая. Почувствовав горизонтальную, мягкую поверхность, все силы куда-то улетучились. Габриэль вздохнул и усмехнулся. — Привыкать и привыкать тебе еще к человеку, — он поцеловал дочь в висок и оставил одну в спальне. Он хотел остаться, но ему срочно нужно было на встречу к Батлеру, и он оставил Реджину одну в квартире. Эмма съездила на ферму, ей нужно было себя занять. Она злилась и скучала, ее охватывала ярость и боль, отчаяние и понимание. Все воспоминания о брате накрыли ее с головой, и она не могла больше ни о чем думать. Мама, Курт, отец. С вещами брата к Эмме пришла ее боль от потери любимых, родных людей. Фабрика не помогла ей забыться. Она всего лишь проверила дела, поняла, что Вуди со всем справляется на ура и уехала обратно в лес. Ей хотелось превратиться в волка и далеко убежать, но она не могла. Она вождь, она не может бросить стаю. И тем более Реджину, которая только-только приспосабливается быть оборотнем. — Я буду в сарае, Хиз, — сказала Эмма женщине. Она взяла ящик пива, состоящий из шести бутылок и ушла. Она перенесла разломанный диван в сарай и собиралась сделать из него и других деталей, находящихся в сарае, новый. А заодно заняться делом. Она знала, что Реджина у себя в квартире и скорее всего с другом. Свон чувствовала, что с ней всё хорошо и поэтому искать ее не собиралась, давая себе и ей время. — Привет, — Реджина зашла в сарай, где всю ночь пробыла Эмма. Миллс проснулась с адской головной болью, это было невыносимо. Она не знала, что делать и как вообще подняться с кровати. Ее спасло только то, что она вспомнила, как однажды ее знакомая забыла у нее сумочку и не вернулась за ней, как раз в ней были таблетки обезболивающего. Миллс было все равно на срок годности, и она заглотила пару штук. Через некоторое время ей полегчало, хотя возможно это помог душ, который она приняла. Она захотела поехать к Эмме, надеясь, что она дома. Такси довезло ее очень быстро, в выходной день пробок не было. Выпив спасательный холодный коктейль от Хизер, она пошла в сарай. — Привет, — Эмма пилила доску, но остановилась, увидев любимую. — Хиз сказала, что ты здесь всю ночь провела, — Реджина прошла немного дальше. — А ты где была? — Эмма не ответила на вопрос, ведь ответ уже был озвучен и понятен. — Дома, сначала с Дирком пробовала разнообразие алкоголя, потом приезжал отец, уложил меня спать и вот я здесь, приехала на такси. — Сильно перебрала? — Свон отложила пилу и сняла специальные перчатки, отряхивая руки от опилок. — Ну, достаточно, чтобы утром очень болела голова, — протянула брюнетка. — Попроси Хиз. Она даст специальную настойку, — Эмма слегка улыбнулась. — Она сделала мне коктейль, — Реджина присела на стул, — а ты чего взялась его делать? Я бы знала, привезла комод. — Сядь лучше на диван, — Эмма показала на стоящий в конце сарая диван, — я его починила. Миллс перешла на диван, — мне главное опять не обратиться в волка. Я вчера разнесла комод и придавила отца. — Ты превратилась в волка? — Эмма нахмурилась, — тебе нужно научиться его контролировать, Реджина. Это у тебя быстро получится, не переживай. — Я его могу обратно контролировать, а вот… я только думаю о том, что нужно прев… — не успела она договорить, как волчица опять сломала диван. — Охренеть! — Эмма не могла сдержать шока и, покачав головой, засмеялась. Сначала тихо, а потом всё громче и звонче. Волчица зарычала, показывая свое недовольство. Она злилась из-за того, что не смогла в очередной раз себя контролировать. «Обращайся обратно» — мысленно разговаривала Эмма, продолжая смеяться. Реджина с лёгкость приняла свой облик, — черт! Вот что за хрень?! — Ты разрушишь нам весь дом, — сделала свой вывод Эмма, смотря на разломанный диван, который всю ночь чинила. — Я не виновата! Помоги мне! Я и сама не хочу превращаться… — Реджина поняла, что ей вообще нельзя думать про обращение, ведь она доломала диван окончательно. «Черт!» — Я не пущу тебя в дом, — Свон продолжала издеваться. — Лучше помоги! — Реджина обратилась вновь, — я сама не хочу. — Единственный способ, который я знаю это мне тебя контролировать, — Эмма задумалась, но не знала другого выхода. — Это как? — Реджина скептически посмотрела на Свон. — Мой отец всегда помогал молодым оборотням обращаться в волка и, наоборот, в человека. Он и мне хотел помочь, но я сопротивлялась, — поясняла Эмма, — вождь может контролировать сущность оборотня, если он даст свое согласие на это. — А что это мне даст? И что ты еще сможешь делать? — Миллс скрестила руки на груди. — Я не буду тебя контролировать. Ни в коем случае. Только волка, — Свон выдохнула и пошла опять заниматься доской. — Я хочу сама справиться, — Миллс всегда со всем справлялась сама, — а мебель купим новую. — Я узнаю, как тебе себя вести, чтобы лучше контролировать волка, но от дома ты не отходишь. Исключение — лес. Мебель я всю починю, — Эмма надела перчатки и взяла пилу. — Я постараюсь, — Миллс легла на сломанный диван, — что с тобой произошло? Почему ты какая-то не такая?! — Почему ты так видишь? — Эмма не отрицала свое изменение в поведении, ведь знала, что оно присутствует. — Потому что я знаю тебя, сейчас ты другая, — пояснила свои чувства Реджина, — если я в чем-то виновата, скажи. Но не держи все в себе от этого плохо тебе и мне. — Лично ты ни в чем не виновата. Я просто грущу. Этот период скоро пройдет. Потерпи, любовь моя, совсем немного, — Свон посмотрела на любимую, а потом стала очень быстро пилить деревяшку. — Я подожду, но мне бы хотелось знать об этой грусти, — для себя тихо сказала Реджина. Она смотрела на Эмму желая, чтобы любимая ей открылась. — Мой брат, мать, отец. Я грущу по ним, — сказала несколько нервно и отрывисто Свон, дергая руку вперед-назад. — Эмма, посмотри на меня. Иди ко мне, — Реджина подзывала Эмму, — я понимаю, почему ты грустишь. Мою маму убили и эта самая большая моя утрата. Но я знаю, что она бы была счастлива видеть нас вместе. — Я не знакома с твоей мамой. Но надеюсь, ты права, и она была бы за наш союз, — Эмма посмотрела на Реджину, но продолжила делать. Она отложила пилу и взялась за молоток и коробку с гвоздями. — Я уверена в этом, я знаю, как она хотела, чтобы я была счастлива, — Реджина смотрела на Эмму, — она была великолепной женщиной, матерью, бабушкой. — Мне жаль, что я с ней не была знакома, — Свон присела на корточки, чтобы вбить гвозди в доски. — А мне жаль, что я познакомилась только с твоим отцом и то не очень долго. Мне бы хотелось пообщаться с твоей мамой и братом. — Они были замечательные. Мама мировая женщина. А Курт тот еще засранец. Он мог что-то нашкодить, но сразу исправить. Он человек чести, не зря пошел служить в армию. Он всегда защищал всех, кроме себя самого, — рассказывала Эмма, мастеря тумбочку. — Ты знаешь, кто его убил? — задала очень трудный вопрос Реджина. — Зачем ты это спрашиваешь? — Эмма также серьезно посмотрела на Миллс. — Потому что хочу это знать, — Реджина привстала с дивана — Его убил вампир. И этого достаточно, — Свон стала соединять доски гвоздями. — Я это знаю, — Реджина начала заводиться, — ты можешь нормально рассказать или я с клешнями должна около тебя стоять и все вытягивать?! Эмма, я не могу так. Ты грузишься, думаешь, переживаешь, а я, как не знаю кто, должна на это смотреть со стороны. Тогда решай все сама, а меня найдешь, когда я буду нужна, как в прошлый раз, — у брюнетки накопилось и она пошла быстро из сарая. — Остановись, Реджина, — Свон встала на ноги и смотрела в спину брюнетки. — Зачем? Ты мне что-то расскажешь? Или я должна преданно ждать, пока ты разберешься в себе? — брюнетка посмотрела на Эмму. — Иди ко мне, — Свон скинула инструменты на пол. — Эмма, ты не первый раз так поступаешь, и я не могу так, — Реджина все же подошла к любимой. — Не грузись, — Свон обняла Реджину, — я отпустила. Сейчас просто грусть, которая скоро пройдет. Не нужно во всем этом копаться. — Хорошо, — Миллс не хотела ругаться, а хотела только быть рядом и поддержать. — Вот и молодец, — Эмма поцеловала любимую в висок. Очень нежно, на несколько секунд задерживаясь, — я люблю тебя, моя судьба. — Пойдем, пройдемся, а то у меня еще голова немного болит, — Миллс усмехнулась. — Пойдем, — Свон в обнимку с Реджиной повела ее из сарая. — Я хочу зиму, — Реджина лежала на большом поваленном дереве, — я очень люблю снег. Я постоянно ездила на несколько месяцев на Аляску. — Но ты его не чувствовала? — Эмма сидела рядом и смотрела, не прерываясь, на Реджину. — Я не чувствовала холода, но сейчас будет совсем другое. Я смогу им насладиться. Эмма смотрела на улыбающуюся Реджину и внутри ощущала нереальное тепло. Свон тем же теплом улыбалась, ведь поняла, что ее жизнь полностью отдана этой прекрасной женщине. — Родишь мне ребенка? — Свон сидела в позе лотоса и внимательно смотрела на любимую. Миллс засмеялась и посмотрела на Эмму, но в миг стала серьёзной, — что? — Ребенка. В нашей семье должен быть ребенок. Мой наследник, наша кровь, — поясняла Свон. — Эмма, — Реджина села, — я не думала больше о детях и вообще как ты себе это представляешь? Ребёнок будет или мой, или твой. — Он будет наш. В нем будет течь твоя кровь, кровь Свон. Он или она будут самыми желанными, — Эмма непрерываясь смотрела на любимую. — Свон, я тебя не понимаю. Ты хочешь ребёнка, но… — Реджина встала на ноги, она не могла находиться на одном месте, — я не думала об этом. И вообще как? Как ты это видишь? — Эти люди принесли не только вещи Курта, — Свон сидела на земле, но смотрела на Миллс, — они сказали, что военные сдают свою… вернее свое… семя. — Семя?! — Миллс была шокированна. Она не понимала, чего хочет Эмма, точнее не хотела понимать. Брюнетка не думала о детях, а сейчас вся эта ситуация ставила ее в тупик, — я… черт Эмма, ты хочешь чтобы я родила ребёнка от твоего брата? — Да. Я хочу, чтобы у нас с тобой был ребенок. А именно этот ребенок будет нашим общим. С моей кровью, — поясняла Эмма. — Эмма… Господи, — Миллс не знала что делать, — давай сначала все узнаем. Вообще вампирши только один раз способны родить. — Ты уже не вампирша, Реджина, — Свон сказала несколько резче, чем обычно. И начала вставать на ноги. — Но вампиром я уже родила ребенка, — Реджина смотрела на свою любимую, — я просто не хочу тебя обнадеживать, вдруг из-за меня у нас не получится. — Значит, не получится, — просто сказала Эмма. — Но ты этого хочешь, — брюнетка злилась, смотря на Свон, — как ты можешь об этом спокойно говорить? — А как нужно? — Эмма взяла Реджину за руку и поцеловала в тыльную сторону ладони, — я люблю тебя, хочу ребенка от тебя. А если не получится, значит, такова судьба. — Тогда давай попробуем, — Реджина прижалась к Свон, — я бы тоже хотела ребёнка от тебя. — Почти от меня. Но в нем будет кровь моей семьи. Кровь Свон, — Эмма прижимала к себе Миллс. — Если у нас все получится, это будет твой ребёнок, и я никогда не буду считать по-другому. — Наш, Реджина. Наш, ребенок, — поправила любимую Эмма. Через неделю Реджина и Эмма улетели в Бостон. Для всех это был отдых, только Хизер знала, что они задумали. Девушки хотели узнать, смогут ли они воспользоваться семенем Курта в ближайшее время. Им нужно было вернуться к передаче власти Кэри, которая должна была состояться в конце месяца. — А если у нас не получилось? — Реджина лежала на Эмме. Им повезло и все сложилось за три дня. Им отдали семя, и они решили сами сделать своего ребёнка. Они знали, что у них один шанс и тратить его на врачей, обследования и всякие консультации не хотелось. Они считали, что если судьба будет благосклонна к ним в очередной раз, у них появиться малыш. — Получится, — уверенно сказала Эмма, непрерывно смотрела на любимую. — Я просто так его уже хочу. Мне кажется Кэри, папа, Дирк, Шарил, будут счастливы за нас. А у нашей стаи появится наследник, — Миллс поцеловала Эмму в грудь. — Он будет замечательным, — Свон гладила любимую по спине. — Ты не представляешь, какое счастье приносит малыш. Кролик, когда была маленькой… я не могла от нее оторваться, она всегда была рядом со мной, поэтому я не представляю, что будет с нашим малышом. — Ты будешь всё время рядом с ним, а я буду вас оберегать. Всё как полагается, — Свон улыбалась. — Ты мой вожак, — Миллс засмеялась. — Эй. Ты чего смеешься? — Эмма тоже засмеялась. — Просто ты такая серьёзная была, когда говорила. Прямо грозная Альфа. — Это кто? — Свон нахмурилась, не понимая. — Ты что не знаешь, что особей в волчьих стаях называют Альфы и Омеги?! — Миллс села на ноги Эммы, — Альфы чаще всего вожаки и плодовитые особи, а Омеги так… — А что Омеги? И вообще, откуда ты это взяла? Первый раз слышу. — Ну, на Animal Planet смотрела мультик. Знаешь, вампиры тоже многим интересуются. — В нашей стае нет никаких Альф и Омег. Есть только волки и их вождь. Наша семья, — сказала уверенно Свон и перевернула Миллс на спину, ловя ее вздох от неожиданности. — Хорошо, хорошо, — брюнетка показала, что она подчиняется. — Вот и молодец, — Эмма опустила губы на шею любимой, — я так тебя хочу — Мы же только… — Реджина охнула, — продолжай. — Мы только что зачали нашего ребенка, а сейчас мы будем действовать в свое удовольствие, закрепляя результат, — слишком много говорила Эмма, но каждое свое слово подкрепляла поцелуем. — О, да, я очень хочу закрепить результат, — Миллс была полностью во власти Эммы. Свон целовала любимую женщину, ласкала ее. В своих действиях Эмма замечала лишь нежность, теплоту, любовь. Возможно, в последующем девушкам захочется прежней страсти, огня, но не сейчас. Сейчас в их крови кипит лишь любовь и безграничное доверие. Они знают, что они всегда будут вместе, знают, что у них всё получится, а самое главное они знают, что любят друг друга. И доказывают это даже в занятии любовью. Они дивно провели время в ту ночь, да и потом оставшиеся дни в Бостоне. Им было хорошо и спокойно. Они просто отдыхали, думая только о том, чтобы у них все получилось, и Реджина забеременела. Девушки вернулись домой, и продолжили ждать результата. Вокруг царила своя атмосфера. Вампиры были все в подготовке церемонии, а оборотни жили своей спокойной жизнью.