Сущность

Ночью, когда все уже легли спать, Рэйф как и прошлые ночи пошел к Рэне. В этот раз он не стал рисковать и сделал крюк через лес. Он проскользнул в нужную ему палатку, где Ричардсон уже готовилась ко сну. — Почему ты всегда ложишься позже других?! — Потому что хорошим командирам так положено, — ответила Рэне, даже не повернувшись к Рэйфу. Она почувствовала его еще на подходе к палатке. — А ты хороший командир, — Рэйф, улыбаясь, подошел к женщине, обнимая ее со спины и целуя в плечико. — Почему ты такой? — Рэне совсем слегка дернулась, но из объятий не вырывалась. — Какой такой? — Рэйф целовал Рэне в шею, поглаживая руками ее тело. — Приставучий! — Ричардсон резко отошла от Рэйфа, но долго оставлять его без внимания не смогла. Ее движения были уверенными и быстрыми. Настолько, что Рэйф и понять не успел, как его за ворот рубашки притягивают сильные руки, а губами овладевает яркий поцелуй. — Ум… — Рэйф только несколько секунд находился в растерянности, но осознав, что происходит сразу же крепко обнял Рэне, прижимая к себе. Он распылял страстный поцелуй, а его руки поглаживали ее спину, спускались на ягодицы, немного их сжимая. В эти минуты Ричардсон откинула остатки благоразумия за борт своего уравновешенного корабля и пустилась в открытое плавания. По волнам страсти и окончательного безумия. Она блуждала руками то по спине Рэйфа, то по его могучим плечам, то переходя на шею, всё крепче сжимая к себе сильную плоть. Рэйф приподнял Рэне под ягодицы, так, чтобы она его обняла ногами, повисая на нем. Парень продолжал, не переставая целовать Рэне, попутно забираясь руками под одежду. Это был самый прекрасный момент, ведь он чувствовал ее, ощущал ее мягкую кожу. Рэне думала над своим поступком. Она не подозревала, что вот так запросто сможет вступить в такую связь с кадетом. Она не такая, она не должна, но как же хочется… — Нет, нет, Рэйф. Не надо, — женщина покачала головой в разные стороны, разрушая тем самым волшебный момент поцелуя. Она висела на Рэйфе, обвив его мощную шею руками. — Рэне, я люблю тебя, не отталкивай меня, — Рэйф просил. Он начал целовать ее в щеки, губы, лоб, — не думай сейчас ни о чем. — Мы не должны. Не должны, Рэйф, — Рэне тоже просила. Ее голос был слабым, а глаза прикрыты. — Но почему? Я хочу этого, ты хочешь этого, — Свон смотрел на любимую, — что нам мешает?! — Многое. Рэйф, многое. Опусти меня, — Ричардсон открыла глаза. Ее голос продолжал быть тихим и совсем неуверенным. — Нет. Ты моя, я хочу тебя, и точно знаю, что ты этого хочешь, — парень возобновил страстный поцелуй. — Рэйф… Рэйф… — Рэне слабо сопротивлялась. Она не могла противиться такому напору. Ее внутренняя сущность не позволяла пойти напопятную, заставляя окунуться в пучину страсти. Рэйф продолжал держать Рэне, но понимал, что так им будет неудобно. Он скинул матрас с кушетки на землю и положил на него любимую, нависая сверху и переходя поцелуями уже на шею и грудь. Ричардсон поднимала голову всё выше, чтобы дать парню больше пространства для поцелуев. Она зарывалась в его густые темные волосы и чуть ли не стонала от того удовольствия, которое ей доставляет Свон. У Рэне очень давно не было близости с мужчинами. Но не только по этой причине женщина так быстро отдалась в руки Свона. Он ей нравится. Блондинка сама себе отрицает это, но эти эмоции правдивы. Рэйф немного отстранился и снял с Рэне ее футболку. На женщине не было бюстгальтера, и поэтому парень сразу прильнул губами к великолепной груди. Он наслаждался этим незабываемым моментом с любимой женщиной. Рэйф готов был все сделать, что только бы пожелала Рэне и он делал, лаская ее тело. Эта ночь оказалась жаркой. В палатке командира была внешняя тишина, ведь парочка сдерживала свои стоны. Но внутри царила атмосфера распутства и страсти. Рэне отключила мозг до утра, отдавая всю власть эмоциям. Ричардсон соврет, если скажет, что секс с Рэйфом был обыденным, просто разрядкой. Это была бы наглая ложь. Рэне чувствовала себя в сильных руках парня богиней. Настолько ей было хорошо. Неземное наслаждение. — Что ты со мной сделал? Зачем, ты это сделал? — Рэне очень тяжело дышала, лежа на груди Рэйфа между его раздвинутых ног. Рэйф приподнял голову и с улыбкой посмотрел на Рэне. Он продолжал поглаживать ее тело, — а что я такого сделал? Или я чего не доделал и нам повторить? — Рэйф, — Рэне засмеялась и аккуратно слезла с парня, но прилегла сбоку от него, — мы не должны больше этого делать, пойми. Это преступление. — Для кого? Рэне, нам же отлично вместе. Зачем смотреть на кого-то?! — Затем, что тебе шестнадцать, а мне двадцать семь. Ты кадет, а я майор. И сейчас мы играем не в детские игры, — Рэне говорила ласково, не желая обижать парня. Она лежала на боку и смотрела на него, при этом пальчиком проводила по кубикам на его прессе. — А мы и не играем в игры. Мы живём, запомни это, — Рэйф прижал к себе Рэне. — Я запомню, — Ричардсон поцеловала Рэйфа в плечо и отстранилась, — но ты не услышал меня. Услышь меня. — И что мне услышать? Что ты не хочешь быть со мной из-за моего возраста? — спросил с некой злостью Рэйф. — И из-за этого тоже, — Рэне вздохнула и встала на ноги, — а сейчас одевайся. Тебе еще поспать пару часов нужно до подъема. — А почему я не могу этого сделать с тобой? Ты выпроваживаешь меня? — Почему же ты такой упертый, а? — Рэне сама начинала злиться. Но вместе с этим и одеваться, — если ты так видишь, то да. Ты хорош в постели, но на этом всё. Уходи. — Вот почему ты такая упертая?! — Рэйф встал, — если дело в том, что я кадет, так я уйду. Хочешь? — Только попробуй! — Рэне злобно смотрела на Рэйфа, — у тебя большое будущее и только вздумай его испортить. — Хорошо. Тогда закрыли тему. Мы будем встречаться по ночам, я не буду как-то проявлять своих чувств и подставлять тебя. — Иди уже. Хватит разглагольствовать! — Рэне надоело спорить с Рэйфом. Она кинула ему в руки его рубашку и штаны. — Можно было бы и по-нежнее, — Рэйф начал одеваться, — и ты так меня и не поздравила с победой. — Я поздравила всю команду. Так что хватит, — Рэне отмахнулась от Рэйфа. — Вот что ты за человек, — Рэйф подошел к Рэне и поднял на руки. — Ай, Рэйф. Ну что ты делаешь? — Ричардсон приняла на себя серьезный вид, — отпусти. — Поцелуй. Ты меня сейчас поцелуешь, и я тебя отпущу, а потом уйду, — Рэйф перевел все в шутку. — Ты сейчас уйдешь и на этом успокоишься, — Рэне не собиралась поддаваться на провокации. — Тогда я не уйду. Спокойной ночи, — он поставил Рэне на пол и пошел укладываться на матрас. — Эй, что ты делаешь? — Рэне остановила Рэйфа, потянув его за руку, — не играй в детский сад. Иди к себе. Свон, это приказ. — Поцелуй меня! Это мой мужской приказ. — Не манипулируй мной. Я этого не люблю! — Рэне грозно показала Рэйфу указательный палец, а ее выражение лица так и кричало о недовольстве. — А я и не играю. Просто добиваюсь от тебя нормального отношения. — Рэйф, а то, что было десять минут назад не нормальное отношение? Это вроде как ты его сейчас портишь, — Рэне недобро смотрела на парня. — Ну хорошо, я буду знать, что когда мы в следующий раз займемся любовью, это мы просто трахаемся, — сказал Рэйф и вышел из палатки. Была уже глубокая ночь, и он незаметно вернулся к взводу. — Вздорный мальчишка! — выплюнула Рэне и рывком вернула матрас на нужное место. Она и злилась и успокаивалась одновременно. Женщина не могла позволить себе эти отношения. И сейчас ей необходимо было оттолкнуть Рэйфа от себя подальше. И не только для своего блага, но и для парня. Свон был очень зол на Рэне. Его расстроило то, что Ричардсон смогла испортить такой замечательный момент. Это была их первая и незабываемая близость, а она решила так поступить из-за своих предрассудков. Парень не спал, он просто не мог уснуть, его терзало все происходящее. Рэйф сейчас хотел бы поговорить с кем-нибудь из своей семьи, получить совет и поддержку. «Мам», — позвал он Эмму, впервые желая, чтобы она оказалась у него в голове. Свон сразу открыла глаза. Она лежала на спине, обнимая одной рукой Реджину, которая мирно спала у нее на груди. «Сын?» — Свон удивилась голосу своего ребенка у себя в голове. «Мам, это я», — Рэйф осмотрелся по сторонам и вышел из палатки, уходя немного от лагеря. Эмма не хотела мешать жене спать, и поэтому аккуратно подняла руку и встала с кровати. Блондинка накинула халат и вышла из спальни. «Что случилось, Рэйф?» — Эмма сразу спросила сына, зная, что просто так он не стал бы выходить на связь. «Просто захотелось поговорить с тобой», — Рэйф не хотел говорить матери о его связи с Рэне, но и совет ему тоже был нужен. «Рэйф, говори как есть. Не тяни с главным. Не девчонка же» «Не девочка», — буркнул Свон, — «но все сложно, как у женщин. Рэне, меня отталкивает». «А что ты делаешь, чтобы приблизиться?» — в лоб спрашивала Эмма. «Ну… она дает мне приблизиться, и я знаю, что она этого хочет, но потом начинает про возраст и отталкивает». «Малыш, что ты конкретно делал? Какие поступки?» «Притаскивался к ней ночью. Цветы приносил, шоколадку. Она спала на мне», — пояснял нервно Рэйф. Эмма улыбалась, слыша сына в своей голове. «Спала на тебе? Вы уже это сделали?» «Мам!», — Рэйф сделал вид, что между ним и Рэне ничего не было, — «не в этом же смысле. Просто я пришёл к ней в палатку и уснул, а она гордая улеглась на полу. Ночью я проснулся и, увидев это, ну помнишь, как мы спали на вас, когда мы ходили в походы, я ее и положил на себя». «Ну вот что ты за мальчишка? Зачем нарушаешь правила? И вообще, сын, ты на нее давишь, и это правильно. Но не так же нужно. У вас увольнения есть?» — Эмма уже думала, как помочь сыну «Есть, но сейчас мы в лесу и пробуем здесь еще неделю как минимум», — Рэйф сидел под деревом, — «и вообще, как мне на нее давить?! Когда я ее целую, она отвечает, а потом опять свою шарманку заводит». «Так она и продолжит ее заводить. А ты сделай вид, что прислушиваешься. Ты ее целуешь наедине, надеюсь?» «Нет, мам, при всех! Конечно наедине», — фыркал Свон младший. «Ну тихо, тихо. Не рычи на мать. Сейчас нужно быть крайне осторожным. Если ты подставишь ее под удар, она никогда не будет твоей» «Я знаю и не хочу ее подставлять. Так как мне быть?» «Затащи ее на свидание после твоих учений. Но только туда, где вас никто не увидит. А сейчас успокойся и не наседай. Дай ей заскучать по тебе на эту неделю» «Заскучать?! А это хорошая мысль. Пусть знает, что я не пес подзаборный», — Рэйф выдохнул. «Только не переусердствуй» — Эмма дала еще один совет. «Постараюсь. Лучше скажи, как мама? Как Нейл и Ди? Мама всё ещё на него зла? — Рэйф не разговаривал с матерями больше недели. «Не зла. Она поняла, что я права и успокоилась. Ди гостит у Габриэля. Уж не знаю, чем они там заняты, но ее хватает только на одну минуту разговора в день. А потом как пропала». «А ты маме сказала о Рэне?» «Сказала» — коротко ответила Свон, выжидая паузу. «И? Мам, не томи». «Что «и», сын? Сам пораскинь извилинами и поймешь, какая у нее была реакция». «Понятно. Мама в ярости. Никогда не думал, что это скажу. Эта женщина не перестаёт меня удивлять». «Это ты сейчас про что конкретно?» — Эмма захихикала в кулак. Она сидела на кухне и пила апельсиновый сок. «Я про то, что эта нежная и милая женщина на такое способна. Прошлый скандал я до сих пор помню». «Не напоминай. Ты просто не знаешь, что мне пришлось сделать, чтобы успокоить её» «И знать не хочу. Мне хватило детской моральной травмы», — Рэйф засмеялся, так как вспомнил, как застал матерей за интимом. «Не гони» — Эмма также смеялась, — «так, ладно, малыш, давай закругляться. Уже поздно, как никак. А я всё-таки твоя мама и не собираюсь позволять так поздно гулять». «Спокойной ночи, строгая мама. Люблю вас», — сказал Рэйф и, закрыв связь, пошёл обратно в лагерь. — Ну и что ты здесь делаешь? — Реджина проснулась из-за того, что Эммы не было рядом. Она спустилась вниз и увидела, как любимая задумчиво сидит. Миллс поняла, что Эмма говорит с кем-то из стаи. — А ты чего вскочила? — блондинка посмотрела на жену. Она с теплотой улыбалась ей. — Почувствовала, что тебя нет рядом, — Реджина подошла и села к Эмме на колени. Блондинка скрепила руками замок за спиной любимой, чтобы и ей и самой удобно было сидеть и обниматься. — И ты пришла за мной? — Да. Мне без тебя не спиться, — Реджина улыбнулась, — а ты с кем общалась? — С сыном, — у Эммы не было привычки что-либо скрывать от Реджины. — А где Нейл? — Реджина как бы осмотрелась. Она подумала, что Эмма говорит о Нейле, ведь несколько дней он не ночевал дома, но сегодня обещал. Он с отцом Викки и самой девушкой ездили в лес. — Наверное, у себя в спальне, — Свон пожала плечами, — я с Рэйфом говорила. — С Рэйфом?! Что у него случилось? — Реджина забеспокоилась, — как он? Он никогда не связывался с тобой. — Ему нужен был совет. Всё с ним в порядке, — Эмма нежно погладила Реджину по спине рукой. — А почему он тебе просто не позвонил? — поинтересовалась Миллс. — Они в лесу. У них учения, там нет телефонов, — ответила Эмма. Реджина переживала за каждого из своих детей. Это было исключительно материнское волнение, которое было всегда сильнее нее. Кэролин старшая дочь, глава клана, а она все продолжает называть ее Кроликом и переживать из-за вспыльчивого характера. Рэйф, старший сын, первый из тройняшек. Он рано вырос, не мог найти себя и сейчас в попытке наконец-то найти свой путь он желает связать свою жизнь с женщиной старше него. Это сводило с ума Миллс. Нейл, ее мудрость. Парень который всегда все раскладывал по полочкам в жизни, тоже начал думать не об учёбе, а построении своей семьи. И Ди, ее маленькая принцесса, за которую Реджина переживала каждую секунду с ее рождения. Сейчас вот так сидя на коленях жены, Миллс говорила об одном ребёнке, вспоминая всех. — Я уже жду не дождусь, когда он вернётся из этого лагеря. — Он вернется из этого, но поступит в другой, — Эмма не могла быть в неведении, что с ее сыном и какова может быть его дальнейшая судьба. Она уже знала политику военного лагеря и прекрасно понимала, что Рэйф пройдет все отборы и будет продолжать карьеру военного. — Я думала он закончит школу? Эмма, у него последний год. — Там их учат не только стрелять, но и уму разуму, — Свон засмеялась. — Все равно, если он будет учиться в этой школе, то будет дома, — Реджина опять начала переживать. — Дорогая, не начинай, — протянула Свон и убрала одну руку от спины Реджины, чтобы взять стакан сока и отпить глоток. — Эмма, как это не начинай?! Рэйф, еще не самостоятелен. Он ребенок, которому нужна поддержка. А мы сбагриваем его в армию, потому что сами не справляемся. — Что значит, сами не справляемся? — Эмма медленно убрала бокал с соком от лица и аккуратно поставила на стол. Слова жены совсем не понравились Эмме, и по ее взгляду отчетливо это было видно. — Эмма, когда мы решились завести ребенка, мы пообещали что станем лучшими матерями в мире. А что сейчас происходит? Рэйф в этой чертовой армии, Нейлу становится неинтересна учеба, а Ди продолжает стоять на своем и не выбирает одну из сторон. — Жена моя, драгоценная, а что по твоему мнению быть хорошими матерями? — Эмма ласково говорила с любимой, аккуратно заправив локон ее волос за ушко, — запрещать детям то, что самим не нравится? Или может поддерживать их и наставлять на тот путь, который хотят именно они, а не мы?! — Я просто хочу, чтобы они были рядом и счастливы. Я хочу их поддерживать, хочу, чтобы они сами выбирали свой путь, — Реджина обняла Эмму за шею, — Свон, кого ты из меня сделала?! — Самую счастливую женщину на свете? — Эмма никогда не отличалась скромностью. — Да, но при этом я стала очень мягкотелой. Я практически желе, которое тает. Свон, мне нужно взять себя в руки! — И каким способом ты собираешься это сделать? — глаза блондинки искрились улыбкой. Они поддерживающе смотрела на любимую, желая, чтобы та видела искренние эмоции. — Ты отпустишь меня с Дирком на неделю на Неогару, — выдала Миллс и чмокнула Эмму в носик. — Чего еще удумала? — Свон нахмурилась. Она никак не ожидала такого заявления. — Мне бы хотелось отдохнуть с другом?! А ты что, против? — Реджина продолжала улыбаться. — Я не собираюсь тебя куда-либо отпускать. Можем поехать вместе, — Свон предполагала, чем может закончиться поездка Реджины. — Эмма?! Мы хотим вдвоём. Мы с тобой с моего выхода из подземелья не расставались, давай я сначала повеселюсь, а потом ты сходишь в лес со стаей?! — А давай ты просто оставишь эту идею, и мы пойдем спать? — Эмма подняла Реджину со своих колен и сама встала. — Почему?! Эмма, что такого-то? — Реджина искренне не понимала. — Потому что я не хочу тебя отпускать так надолго. Что не понятного? — Свон смотрела на Реджину серьезными глазами. — Пять дней! Это всего пять дней. Я просто отвлекусь и вернусь. Расслабленная, веселая и дико возбужденная, — Реджина подошла и обняла Эмму. — Нет, — Свон стояла стойко, не желая поддаваться на провокации. — Эмма, черт! Я хочу поехать отдохнуть с другом. Как будто я с любовником еду. — У тебя есть любовник? — Свон серьезно посмотрела на брюнетку. — Конечно же есть, и не один, — серьезно сказала брюнетка. — Тогда познакомь меня с ними, — Эмма отошла от Реджины на шаг назад. — Эмма, я не свингерша. У меня есть только ты, люблю я только тебя, — Реджина вновь подошла к Эмме, — волчонок, не начинай. — Тогда не нужно со мной шутить такими вещами, — Свон чуть присела, чтобы поднять жену на руки. — Так ты меня отпустишь? — Четыре дня, — беспрекословно ответила Эмма и понесла Реджину в спальню. — Спасибо, — Реджина засмеялась, но прикрыла рот рукой, чтобы не разбудить домашних.