Жизнь НЕ в заточении

Рапунцель даже не пошла смотреть свою каюту. Подумать только, восемнадцать лет она довольствовалась башней и теми занятиями, которыми можно было занимать досуг, не покидая её, а сейчас даже мысль о тесной каюте ужасает её. Что и говорить, если несколько дней во дворце измотали девушку и заставили тосковать по приключениям, привольной жизни, ночёвке на мягкой траве, закутавшись в ныне остриженные волшебные волосы, и множеству других вещей, пережитых за пару дней вне злосчастной башни. «Но я ведь больше не пленница. Не пленница, – твердила себе девушка, когда ей потихоньку начали объяснять, что она ест не той вилкой, к обеду после прогулки переодеваются и не нужно пренебрегать гигантским обувным шкафом. Твердила, глядя, как родители сияют от счастья и не могут сдержать слёз радости при взгляде на неё. Твердила, но с каждым разом вера становилась всё призрачнее». Так что вместо отдыха в каюте девушка какое-то время слонялась по палубе, перезнакомилась со всей командой и попыталась даже забраться по одному из канатов наверх, как другие. Её тут же спустили вниз, испортив всё веселье. В конце концов, Рапунцель уселась на палубе и просто смотрела на горизонт и бескрайние водные просторы. «Воды на планете гораздо больше, чем суши. Вот уж где действительно свобода». Юджин, тоже познакомившийся с командой, отчасти благодаря неусидчивой принцессе, закончил разговор с юнгой и присел рядом с девушкой.  – Ты не выглядишь особенно радостной. В чём дело? Тебе страшно знакомиться с этой частью своей семьи? Девушка моргнула, вынырнув из своих мыслей, и медленно покачала головой.  – Нет, не страшно. Я просто… наверное, со мной что-то не так. – Юджин молчал, ожидая, что она продолжит. – Я чувствую радость оттого, что покинула дворец. Несмотря на то, что я вернулась домой, он просто кажется мне очередной башней. – Она вздохнула. – Пожалуй, если бы мне не пришлось так или иначе плыть в Эренделл на коронацию Эльзы, я была бы готова попросту сбежать.  – Сбежать? Куда? Рапунцель пожала плечами.  – Не знаю. Мысль о том, чтобы вернуться обратно в свою старую башню, приводит меня в ужас. Возможно, я бы просто путешествовала по миру. Райдер усмехнулся. – На это нужны хорошие деньжата, красотка. Рапунцель улыбнулась и снова стала похожа на ту задорную девчонку, на которую ещё не свалился груз обязанностей и дилемм.  – Я же принцесса, забыл? Я прихватила из казны порядочную сумму. Флинн пару секунд переваривал последнюю фразу.  – Прихватила? В смысле, уже…? Она легко качнула головой.  – Именно. Знаешь, я не хочу возвращаться обратно так скоро. Возможно, стоит погостить у моих сестёр, а потом… не знаю, отправиться ещё куда-нибудь? По спине Флинна пробежал холодок. Неизвестно, что подумают родители Рапунцель, когда казначеи не досчитаются кругленькой суммы (интересно всё же, сколько она взяла?). «Хотя почему же неизвестно? Нетрудно представить, что этот случай убедит королеву в том, что я обманом заставил их милую невинную девочку взять деньги и пуститься в новую авантюру, покинув любящую семью. Рапунцель-Рапунцель, что же ты наделала?»

***

Дни тянулись один за другим. Рапунцель слонялась по палубе, читала взятые с собой из дворца книги, снова на палубе, и спала, представьте себе, поначалу, тоже на палубе. Команде пришлось пойти на хитрость, чтобы заставить принцессу хотя бы взглянуть на свою каюту (гигантскую, по мнению Юджина): они спрятали там Паскаля, которого принцесса, конечно же, взяла с собой в путешествие. В конечном счёте, Её Высочество смилостивилась, не обнаружив сильных приступов клаустрофобии, и решила спать в каюте. Юджин дал честное слово спать на соседней кровати в той же каюте, не слишком-то возражая против такого рода ультиматума. Парень только диву давался, наблюдая за тем, как юная принцесса находит способы развлечься: она читала, могла часами смотреть на горизонт, погружаясь в подобие транса, рисовала, иногда могла носиться по кораблю среди команды, петь и танцевать, чем изрядно всех забавляла. Смешно всем было ещё и потому что бойкая Рапунцель не давала Юджину отсидеться в стороне. В какой-то момент, Флинну показалось, что девушке будет неуютно, ведь она круглые сутки на корабле, с которого никуда не денешься. Но ситуацию сглаживало то, что они плыли по бескрайним морским просторам (принцесса даже пару раз постояла за штурвалом), Рапунцель никогда не скучала и её хандра отступила, на радость всей команде, обожавшей юную принцессу едва ли не больше, чем сам Юджин.  – «О дочь моя, – воскликнул царь, – заклинаю тебя жизнью, освободи этого юношу, и я сделаю его своим визирем, ибо это юноша умный и проницательный». «– С любовью и охотой», – отвечала царевна и взяла в руку ножи провела круг...» И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи. – Рапунцель оторвалась от книги и подняла голову. Юджин и практически вся команда (исключая тех, кто по долгу службы был занят совсем уж неотложными делами) слушали её, затаив дыхание. Просто в какой-то момент Флинну наскучило наблюдать за читающей девушкой, ибо от интересной истории её было и за уши не оттащить, поэтому принцесса предложила почитать ему вслух. И так у неё это хорошо получилось, что вскоре почти вся команда побросала свои дела и сгрудилась вокруг принцессы, слушая во все уши. Юджин первое время тоже слушал с искренним интересом (и искренне любовался увлечённой девушкой), но потом его внезапно настигла мысль о том, что они всё ближе к Эренделлу, а значит, всё ближе к встрече с потенциальным женихом (или женихами? чёрт их разберёт!) Рапунцель. И, наблюдая, как окружающие за считанные минуты подпадают под очарование юной принцессы, Юджин был вынужден с прискорбием признать тот факт, что вероятность отказа принца жениться на Рапунцель равна приблизительно нулю. «Господи, в Эренделле живут аж две принцессы, а одна из них вскоре станет королевой. Почему бы этому жениху с каких-то там островов не обратить своего внимания на них? – досадливо размышлял он. – Было бы замечательно… если бы у этого парня не было ещё двенадцати братьев. И где, интересно, можно найти целых двенадцать принцесс?» Пребывая в грёзах о том, как на коронацию к принцессе Эльзе приезжают двенадцать незамужних красавиц-принцесс, Юджин пропустил окончание сказки и следующую сказку тоже. Очнулся он только тогда, когда Рапунцель прервала чтение на ужин.

***

Берега Эренделла неумолимо приближались. Вместе с ними в геометрической прогрессии росло беспокойство Флинна Райдера. Парень вцепился в борт, чтобы руки прекратили совсем не мужественно трястись, но это мало помогло. Рапунцель стояла рядом, практически перегнувшись через борт, и во все глаза смотрела на приближающуюся землю. Дворец Эренделла невероятной красоты с остроконечными шпилями и флагами был уже хорошо виден и завораживал. На пристани уже было множество кораблей, были слышны отголоски музыки.  – Какая красота… – восхищённо выдохнула принцесса. У Юджина от волнения свело челюсть, так что он не мог вымолвить ни слова, поэтому он ограничился мычанием, принятым возбуждённой девушкой за согласие. Юноша сделал десяток глубоких вдохов и выдохов, прежде чем смог разжать челюсти. Множество вопросов вертелось на языке. Вопросов, на которые он жаждал знать ответ, но до ужаса боялся задать.  – Ты… – выдавил парень. Девушка отвлеклась от пожирания глазами невиданной страны и вопросительно взглянула на него. Юджин готов был дать себе затрещину, если бы руки не приросли к кораблю. Его голос походил на хрип умирающего старика. Пришлось откашляться. – Знаешь, там ведь будет этот твой принц… Выражение сменилось на гневное.  – Он не мой!  – А всё-таки… что ты планируешь делать? Девушка самоуверенно фыркнула и задрала носик.  – Ничего. Я прямо сказала, что ни за кого кроме тебя замуж не пойду, и этим напыщенным расплодившимся аристократам придётся с этим считаться, – горячо выпалила принцесса и сдула со лба каштановую прядку. Юджин не смог сдержать облегчённого выдоха. Во всяком случае, за верность Рапунцель он был спокоен. Хотя, конечно, учитывая её власть имущих родителей и наверняка власть имущего (или охочего до неё) жениха, это было слабым утешением.