Капкан для некроманта, или операция "Север".

Под щекой была мягкая, нагретая подушка, под одеялом тоже тепло. Пахло, как из недавно топленого камина, - золой и жжеными березовыми дровами. Ни звука. Вглэй открыл глаза и начал непонимающе шарить ими по тяжелому бордовому балдахину, нависающему над кроватью, потом по потолку и остальному убранству комнаты. Болело горло, слегка жгло на вдохах легкие, но в общем парень чувствовал себя неплохо. Вот только где он?! Вглэй резко сел на узкой кровати и откинул одеяло, впустив к себе безжалостный холод после тепла. Понял, что находится в какой-то маленькой комнатке с одним-единственным, но большим, окном. В противоположной стене исходил едва заметным дымком высокий камин с резной полкой. Немного опомнившись, парень опустил ноги вниз, и босые пальцы коснулись вытертого ковра, небольшого и некогда ярко-красного. Он поднял глаза выше, на стены, - они были покрыты старенькими красноватыми обоями с крупными бутонами и цветами, из-за чего и так скромные размеры комнаты уменьшались визуально еще в несколько раз. Может быть, эта комната когда-то принадлежала девушке, и скорее всего какой-нибудь служанке. Вглэй почему-то подумал именно про служанку. Взгляд снова уперся в окно, и парень бросился к нему, соскочив с постели. С его плеча тут же соскользнула рубашка, типичного для необработанного льна серо-желтого цвета, и он с ужасом понял, что одежда не его – коричневые брюки затянуты ремнем до предела, да еще и подкатаны снизу, а рубаху явно носил мужчина намного мощнее телосложением, чем он. Но свою одежду он обнаружил здесь же, висящую на спинке стула перед камином. Поспешно сдернул сверху дубленку – она оказалась насквозь сырая, как и две его рубахи, и даже кожаные штаны. Кроткие замшевые полусапожки на меху были заботливо приткнуты к камину и тоже были мокрыми. Под спинкой стула на ковре расплывалось темное пятно. Мысль о том, как выбраться отсюда, уже билась где-то на задворках сознания, но Вглэй был слишком обескуражен, чтобы предпринять что-то адекватное, и кружил по комнате, как муха, которая залетела в едва приоткрытую щелку и не может вылететь в распахнутую дверь. Он снова подошел к окну и, упершись коленом в подоконник, потянул на себя широкие толстые ставни. Они поддались без труда, и обрадованная вьюга тут же швырнула парню в лицо горсть пухлых снежинок, запорошив ими и подоконник. Судя по заметно увеличившимся сугробам, снег шел давно, и сквозь его сплошную пелену на востоке пробивался золотисто-розовый рассвет. Вглэй свесился наружу – высота третьего этажа совсем не обрадовала. Он поспешно захлопнул окно, чтобы не дать ветру окончательно выстудить нагретую комнатку. После свежего воздуха запахи в комнате ощущались немного по-другому, и в нос ударил терпкий и едкий запах мяты. Вглэй повел носом, пытаясь уловить источник, им оказалась его рубаха. Оттянув воротник, он принюхался – точно. Парень потер себе ключицы, и от ладони тоже запахло мятой. Молодой маг удивился – кто же так о нем позаботился, что аж натер лечебным снадобьем? В раздумье взъерошил свои длинные светлые волосы, отметив и их влажность. Интересно, он здесь как пленник или кто-то сердобольный успел выловить его из воды, и теперь он в его замке? Вглэй крутнулся вокруг своей оси, более внимательным взглядом цепляясь за обстановку, но на круглом столике под окном не лежало предупредительной записки, и в воздухе не материализовалось магическое письмо от хозяина замка, и никто не появился в комнате после его пробуждения. Но так или иначе, сбежать он не сможет. Вглэй скрестил руки на груди и еще раз покосился на полоску рассвета. В таких ситуациях мастер – древний, скрюченный и весь сморщенный с невероятно скверным характером – учил поступать двумя способами: или подбирать магические отмычки, если заперт, или брать нахрапом. И первое, и второе Вглэй отмел сразу, не подстроив ситуацию ни под один. Но ожидаемый страх или паника не пришли, их место в души заняло какое-то придушенное любопытство. Однако на смену всплыл новый вопрос – как уведомить мастера об убывании с места и что его операция, мягко говоря, сорвалась? Вглэй сник. Он еще немного походил кругами по комнате и опустился на кровать, подобрав с пола одеяло и закутавшись в него чуть не с головой. Куда делся тот некромант и завершил ли свой обряд? Знает ли об этом мастер? Теперь он его, Вглэя, точно выгонит... Вдруг парень встрепенулся, как проснувшаяся канарейка, опять отшвырнул холодное одеяло и подошел к неприступной с виду двери. Присмотрелся - та плотно прилегала к косякам, так, точно их вырезали из цельного куска дерева, а потом выпиливали, чтобы она открывалась. Вглэй неуверенно потянул ручку вниз... И о счастье, дверь оказалась отперта! В замочной скважине даже ключа не торчало. Парень осторожно выглянул и быстро вышел из комнаты, широкими шагами проходя по темному нелюдимому коридору. Здесь, казалось, сгустилась как специально какая-то странная, будто искусственная тьма, и даже одинокие факелы на стенах словно освещали только контур вокруг своего огонька, не заходя за пределы темноты. Пока Вглэй шел, он постоянно чувствовал на себе чьи-то взгляды, но когда нервно оборачивался, то его неизменно сопровождала густая тишина. Ему мерещилось, что глаза у людей на больших, в полный рост, портретах двигались вслед за ним, внимательно следя за каждым резким шагом. Впереди Вглэй заметил свечение, и будто послышалось многоголосие, доносящиеся сразу изо всех углов. Он прибавил шагу и повернул за угол. Навстречу ему бодро, чуть ли не вприпрыжку, шел мальчик лет двенадцати, активно размахивая руками и с кем-то оживленно, но тихо разговаривая. Молодой маг напрягся, подобрался, еще не зная, чего ожидать от безобидного с виду ребенка, но что-то Вглэя в нем насторожило. Когда они почти поравнялись друг с другом, мальчик будто только что заметил его и, перестав шептаться с невидимым собеседником, удивленно произнес: - О, вы проснулись, господин! А я как раз шел вас будить, – звонким голосом отчитался он, во все глаза разглядывая парня. На нем был черный вельветовый костюмчик, а короткие светлые волосы были коротко и аккуратно острижены. Видно, за ним в этом замке хорошо следили. Но Вглэй беспокоился не зря – черные, матовые глаза мальчишки уставились на него так пытливо, будто он хотел прямо так вынуть из парня душу. А когда его радужка двигалась, за ней тянулась черная густая поволока, а где-то в зрачках тлели рыжие угли. Перед Вглэем стоял еще совсем юный, еще, может быть, неопытный, но демон. Маленький демон из Преисподней. Хоть парень и не был суеверным и мог себя обезопасить, но на всякий случай сложил за спиной из пальцев защитный знак. - Я очень польщен, но можно узнать, где я? – стараясь ничем не выдать своего беспокойства, спросил Вглэй, слегка отводя мальчику глаза. - Как где, в родовом замке хозяина, конечно! – по-детски искренне удивился демоненок, хлопая угольными ресницами. – Мне велено вас к нему проводить. - А кто твой хозяин? - наивно уточнил маг. - Господин Дион. У парня внутри все похолодело, сердце упало в живот, потом подскочило к горлу и начало колотиться там, нагоняя в глаза разноцветные круги, закружилась голова. Ему пришлось опереться о холодную стену. Теперь Вглэй уверился, что не он охотник. Оказался добычей собственной жертвы. Мальчишка не обращал на него никакого внимания и, развернувшись, уже несся к выходу на лестницу, опять возобновляя свой прерванный разговор. Вглэй нехотя двинулся за ним, уже понимая, с кем общается демон, - он тоже начал краем глаза замечать мельтешащие по стенам серые безликие тени, которые старались держаться вне светового круга факелов и то и дело льнули к ногам, что-то тихо шепча. Вглэй не чувствовал от них серьезной опасности, но шугал их ногой, не давая взобраться выше, прекрасно помня учения мастера на их счет. Он едва успевал за ребенком, уже не оглядываясь по сторонам, и скоро они вышли на лестничную площадку, после темного коридора показавшуюся ослепляюще-белой. Громче стали голоса, доносившиеся с нижних этажей, и демоненок, не успел Вглэй опомниться, уже оказался на следующей площадке и вопросительно задрал голову. Парень немного медлил, пытаясь рассчитать, где для него приготовлена ловушка, но не заставил ждать и стал спускаться по довольно крутой мраморной лестнице со зловещими перилами, подпорки которых были сделаны, похоже, из костей, а перила оканчивались до ужаса смахивающим на человеческий черепом. Натуральное все это или нет, Вглэй поостерегся уточнять. На этом этаже тоже было мрачно, висели те же портреты, но не горели свечи. От этого становилось в три раза страшнее, ведь так для этих теней не было никаких препятствий. Здесь они были уже абсолютно безнаказанны, оставаясь в темноте и никого не опасаясь. Они так и липли к осторожному Вглэю, дергая за рукава, повисая на ногах, отчего те становились неподъемными, цепляя за пряди распущенных волос. Одна особо настырная тень с тихим стоном подлетела и холодной, неощутимой пеленой налегла на вновь оголившееся плечо, что-то оживленно зашептав в ухо. Парень в испуге шарахнулся в сторону, на радость теням под противоположной стеной, и руку прострелило ледяным электрическим разрядом. По коже прошелся мороз и до того сильные мурашки, что пальцы свело судорогой, а волоски на руке зашевелились. Изо рта стали вырываться молочные облачка, в которых Вглэй разглядел ставшие более четкими очертания душ, провалы их едва заметных пустых глазниц вводили в головокружительный транс. Очередная тень ненавязчиво, но настойчиво заставила мага прижаться спиной к холодящей стене, сама же извивающимися черными клубами дыма вилась вокруг него, не давая остальным теням подойти ближе. Парень чувствовал на коже ее леденящее дыхание. Он, отворачиваясь от эфемерных поцелуев, собирая волю в кулак и крепко зажмуриваясь, старательно плел в уме заклинание отвода, но каждый выдох заставлял начинать заново. Покрывшиеся инеем ресницы налились тяжестью, прикосновение к плечам, рукам, лицу стали настолько ощутимыми, что не знай Вглэй о тенях, сказал бы, что его трогает человек, с очень замерзшими руками, в попытке согреться о живое тело. Тут его вполне реально потянули за подол, и он открыл глаза, которые тут же резанул пронзительный холод, он стряхнул гипноз и увидел, как вокруг него и мальчишки образовывается пустое пространство, словно разбавили водой густые чернила. Сразу стало легче дышать. Улыбающийся демоненок вел его, как покорного теленка на веревочке, за собой по коридору, ласково грозя пальчиком шаловливым теням. Вглэй не сопротивлялся. Он со страхом и замиранием сердца следил за ними, ожидая, что одна из них снова набросится, и тогда уже, он подозревал, его не спасет даже этот мальчишка. Но впереди снова замаячил свет, и они вышли на очередную светлую площадку, оставив позади дружелюбно машущие руками портреты мужчин и женщин и погрустневшие тени. Те проводили их вплоть до линии света, разочарованно покачивая бесплотными телами и тоскливо завывая вслед. Вглэй поспешно отвернулся, с содроганием стряхивая остатки противных колючих мурашек. Парень вместе со своим сопровождающим спускался по такой же лестнице со зловещими перилами, и внимательно следил за своими отражениями в больших, почти во всю стену, зеркалах. Бесстрастные стеклянные поверхности послушно отображали и истинную сущность мальчика. Впереди Вглэя шел невысокий демон с черной, словно вымазанной в саже, кожей и закрученными в спираль рогами. По ногам с копытами стегал хвост с кисточкой, из сгорбившейся холки торчали костистые парные выросты в виде недлинных шипов. Каждое из восьми насчитанных парнем зеркал попеременно отражало такую картину. Они оказались на следующем этаже, но здесь лестница выходила уже не в коридор, которых Вглэй стал бояться как огня, а в просторную и на удивление светлую залу. Молодой маг спустился с последней ступеньки на глянцево блестящий бежевый мраморный пол в коричневых разводах, и ступни только сейчас почувствовали неземной холод, исходивший, как ото льда. Вглэй понял, что стоит босиком. Он хотел окликнуть демона, но в пустом зале, казалось, было слышно завывание ветра на улице. Вглэй недоуменно огляделся, переминаясь с ноги на ногу, но тут перед самым носом возник улыбающийся мальчишка и показал рукой, куда идти. - Скажи, здесь всегда так холодно? – стараясь пускать на лицо как можно меньше эмоций, спросил Вглэй, скрыто намекая на отсутствие обуви. - А разве холодно? – ребенок широко распахнул демонические, затягивающие глаза. - Очень. Мальчик задумчиво оглядел его с головы до ног, как потенциальную жертву, и словно из ниоткуда в его руках появилась пара высоких кожаных черных сапог. Вглэй поразился – он думал, что такой первобытной магии демонов, способной не менять, а создавать, уже не существует. Он молча взял обувь, с трудом заправив штанины в узкие голенища. Когда он разогнулся, демоненок уже скрылся за колонной. Вглэю пришлось бежать, чтобы догнать проводника, он боялся снова встретиться с теми опасными и ужасными обитателями этого замка, и не знал, какие еще сюрпризы его поджидают, и все ждал приготовленную специально для него ловушку. Мальчик перешел на шаг, и предусмотрительно шедшему за ним Вглэю постоянно чудилось помахивание мохнатого хвоста. Теперь парень мог отдышаться, все же отставая от демона на пару шагов и с интересом разглядывая высоченные колонны, увитые чем-то, напоминающим сплетенные из косточек лианы, и верхушки которых терялись в темноте сводов зала. Потолка видно не было, в углах ожившим драконом клубился и перекатывался черный дым, любопытно глазевший на посетителей сотней поблескивающих глаз. Вглэю с непривычки было невероятно жутко от того, о чем раньше только читал в толстых гримуарах своего мастера. В этом зале не было так холодно, как в коридорах, изо рта не вырывался пар, но блестящий пол ледяной поверхностью отражал идущих по нему Вглэя и хвостатого демоненка. Наконец после очередной двери и петляний по поворотам, они вышли к другой, высокой и массивной двери с широкими створками красного дерева, одна была гостеприимно открыта, но Вглэй в кабинет – он понял это так – не решился заглянуть, остановившись посреди красиво обставленной комнаты-приемной. Снова ускоривший темп мальчишка повернулся к нему. - Подождите здесь, я предупрежу хозяина, - и подпрыгивая на ходу, скрылся за дверью. Вглэй остался один, даже не прислушивался к доносящемуся из комнаты многоголосью. Лучше поговорить с глазу на глаз, чем сейчас строить догадки. Он осторожно опустился на небольшой диван с шоколадного цвета обивкой и огляделся в поисках каких-нибудь злобно настроенных обитателей, но, похоже, духи предпочитали ловить задумчивых гостей подальше от хозяйской территории, иначе, Вглэй подозревал, отправились бы обратно в свое мрачное заточение у демонов. Ведь именно они правили тем миром, миром «не живых», и все, кто попадал туда, оказывались под «крылом» их власти, и только демоны решали, отпустить виновного или нет. Ну или еще такие могущественные люди, как некромант Дион… У парня в живое непроизвольно что-то сжалось от одной мысли о колдуне. Что он с ним сделает, даже представлять было страшно, но бежать, даже сейчас, когда есть такая замечательная возможность, Вглэй не пытался. А то все обернется еще хуже, чем есть, и даже мастер не найдет ни малейшей зацепки, чтобы найти своего неудачливого ученика. Некроманты всегда были сильнее обычных магов, они отдавались этому искусству полностью и без остатка, иногда становясь мучениками своего таланта, а иногда превосходя все границы и рамки возможностей обычного человека. Порой они продавали свою душу, и тогда им открывался необычный спектр власти, они могли подчинять себе души умерших или высших астральных существ. Но если они связывались с демонами, хозяевами той реальности, куда распространялись силы некромантов, начиналась неизбежная борьба, приводящая к страшным последствиям. И выбраться из лап тех, с кем заключил сделку, невозможно. Вглэй, томившийся неизвестностью ожидания, шарил глазами по комнате, щурясь на прохладный, лившийся из стрельчатого окна свет разгоревшегося свежего утра. В первых лучах вились стайками суетливые снежинки, врезаясь иногда в стекло. Вглэю стало совсем печально, и он, вскочив с диванчика и скинув с него парчовую подушку, подошел к окну и уперся ладонями в лед стекла. Свобода была так заманчиво близка, вот, только выйди и беги, куда хочется, но будто стена стояла перед Вглэем, он чувствовал себя кощунственным человек от одной мысли о бегстве. Модой маг с сожалением отпрянул от окна. Прошелся вдоль него, обогнув напольную вазу с давно засохшими в ней цветами, пнул выползшего откуда-то большого синего паука на тонких скрюченных лапках, но тот упрямо продолжил свой путь, перевалившись через ногу замершего парня и залепив паутиной черную кожу сапога. Но Вглэй не испугался, приняв и этого обитателя как нечто обязательное.