Давай устроим потоп

- Я в патруль, сменишь через три часа. - Через четыре с половиной, как обычно - Кас не будет патрулировать. - Думаешь, ангелок снова убежит от тебя? - улыбка Бенни кому угодно показалась бы насмешливой, неприятной, но Дин слишком хорошо изучил его и знал, что этот оскал означает понимание. Вздохнув, Винчестер бросил взгляд на Кастиэля. Тот стоял прижавшись спиной к стволу дерева, закрыл глаза и словно прислушивался к чему-то. Дин только надеялся, что к их разговору, а не к голосам в голове. - О, Винчестер, всё ещё хуже, чем я думал, - Бенни закатил глаза. - Сильно не шумите, меня не будет до утра. И не благодари - должен будешь. - Да пошёл ты, - усмехнулся Дин и, толкнув вампира плечом, направился к Касу. Бенни бесшумной тенью растворился в сумерках. В Чистилище не было солнца, но ночь всё равно каким-то неведомым образом сменяла день, и в темноте беспокойные души монстров выходили на охоту. Здесь никто не спал, никто не ел, нечисть рвала друг друга лишь ведомая инстинктами убийцы. Разжечь костёр ночью было равносильно самоубийству, но Дин уже давно не желал уютного тепла. Ему было всё равно, главное - выжить. Найти Кастиэля и свалить отсюда, с этого вечного поля боя. Что ж, половина плана выполнена. Они стояли молча: Кас с одной стороны дерева, Дин - с другой, но всё равно было ощущение, будто снова спиной к спине против всего мира. - Дин, - Кастиэль нарушил тишину. - Я слышал твои молитвы. Каждую ночь. - Ну, круто, - недовольно отозвался тот, передёрнув плечами. Какой только херни он не наговорил за это время, особенно в начале, когда чуть не сломался от одиночества и безысходности. Вспоминать было стыдно. - Я сожалею. Мне тоже было нелегко... Держаться, - продолжил Кас. - И не отвечать тебе. - Ты мог хоть намекнуть, что жив? Что с тобой, чёрт возьми, всё в порядке?! - Дин внезапно оказался перед Кастиэлем, и таким громким показался его голос, что ангел невольно вздрогнул. - Прости, я действительно не мог. И я не знаю, как защитить тебя, Дин, если левиафаны снова нападут. - Меня не нужно защищать! - остро заточенный камень, омытый кровью сотен тварей, впился в дерево. Кастиэль даже не вздрогнул. Дин выкрикивал слова ангелу в лицо, сжимая его плечи: - Я и левиафанов мочил, пока искал тебя. Пойми, мне не нужен ангел-хранитель, мне нужен ты, Кас! Кастиэль смотрел на него широко распахнутыми глазами, не делая попыток вырваться, и Дин вдруг болезненно-остро ощутил, насколько правдивы его слова. Он потратил столько сил и времени на поиски не потому, что просто хотел найти Каса, не потому, что считал себя обязанным защитить его, а потому, что это было нужно, жизненно необходимо, как воздух. Молния прошила небо, осветив на секунду белое лицо Кастиэля, и Дин увидел каплю воды, скользящую по его щеке. Он неосознанно подхватил её большим пальцем, пока она не успела запутаться в отросшей щетине, и слизнул - не солёная. - Какого чёрта? - вопрос утонул в раскате грома, и следующую каплю Дин ощутил уже на своём лице. Потом ещё, и ещё - такое непривычное, почти забытое ощущение холодных капель дождя на коже. В Чистилище никогда не шёл дождь. - Прости, это я, - едва слышно прошептал Кастиэль. - Я сдерживал силу всё это время, чтобы ты не мог найти меня. Я сейчас... - Стой, не надо, - с улыбкой попросил Дин. - Я так соскучился по дождю. Так соскучился... Дин обнял Кастиэля, прижимая вплотную к себе - наконец-то он научился ценить такие простые мелочи, как тепло чужого тела, важность каждого прикосновения. И горло сжалось от внезапно накатившего ощущения, когда к привычному уже запаху крови и мокрой земли добавился запах озона. Кас несмело положил руки на твёрдую как камень спину Дина и, наконец, расслабился, выдохнув ему в плечо. - Эй, а разве я смог бы тебя найти, если б ты не шифровался? - спросил Дин спустя бесконечное количество секунд. Разрывать объятья он не собирался. - Наша связь, Дин. Моя метка исчезла с твоего тела, но осталась на душе. Ничто не сможет разрушить её. От хриплого голоса и тёплого воздуха, огладившего шею, Дина повело. Только сейчас он осознал, насколько же устал за это время, проведённое в Чистилище. - Какая, блин, романтика, - усмехнулся Дин, отстраняя от себя Кастиэля. Тот, казалось, пригрелся и не сразу понял, почему Дин отталкивает его. Вместе с очередной молнией в синих глазах отразилась тоска, но Дин не дал ей захлестнуть ангела, снова прижимаясь - губами к губам, руками под грязный плащ, под больничную рубашку, и ближе, ближе к себе, до головокружения, до стона. Все чувства Дина сконцентрировались на Кастиэле: его горячая кожа под ладонями, его вкус на губах, его запах вокруг, его отрывистое дыхание, румянец, ярко проступающий на болезненно белой коже. Кас такой возбуждённый, поддающийся каждому прикосновению - и погода вокруг бушевала, словно отражала бурю в душе ангела. - Дин, - тихо, будто на последнем издыхании. - Я не могу контролировать себя... Дин! Дождь не прекратится... - Ничего, всё хорошо, - шептал Дин, стягивая с себя куртку. - Не сдерживайся, пусть льёт. Плащ упал на мокрую землю вслед за курткой. - Давай устроим здесь потоп...