Нечто пряное

      — Ты же понял, что я спросил?       Мидорима просто искал время для того, чтобы почитать хорошую книжку, когда Такао упал в кресло и развалился рядом с ним.       — Что ты имеешь ввиду? — Шинтаро просверли его взглядом, глядя поверх копии рассказа «Rashomon». На самом деле ему хочется спросить « какого черта ты тут забыл?», потому что знал, что слова « библиотека» в словарном запасе друга нет.       — Меня зовут…— Казунари хитро подмигнул.       — Конечно я знаю твоё имя. В чем дело?       — Если знаешь, то я хочу его услышать из твоих губ.       — Что?       — Скажи моё имя.       — Такао.       — Скажи до конца.       Мидорима почувствовал зуд на левой руке. После того, как они... сблизились, такое волнение вошло в привычки. Такао говорил необычные вещи, и Шинтаро пробирала дрожь.       — Это что, твоя ещё одна неудачная шутка? Я не собираюсь…       — Да ладно тебе, Шин-чан, подыграй мне. И сможешь дочитать свою симпатичную книжечку.       — Ладно. Такао Казунари.       — Отлично, а теперь только последнее слово.       — Казу... Зачем? Ты снова ведёшь себя странно, Такао.       — Пожалуйста.       — Эм. Казу... Казунари.       — Черт, он до сих пор не может поверить, что я смущаюсь.       — Молодец, Шин-чан! Хороший мальчик!       Внезапно его лицо оказалось рядом с лицом Мидоримы, а горячее дыхание обжигало кожу парня.       — Теперь просто вспомни его, когда будешь кончать.       Книжка упала из рук Шинтаро, и от смущения и удивления у него отвалилась челюсть.       — Такаооооооо!       Парень же уже стоял в дверях и послал воздушный поцелуй:       — Это Казунари, детка.