Сияние

- Почему раньше не предупредили? – Чонгук нервно поправляет пиджак и смотрится в небольшое зеркало, которое висит у него в кабинете. Оказалось, что «проблема», о которой говорил Мин, - влиятельный владелец соседнего клуба, который ни с того ни с сего захотел устроить встречу Чонгуку и обсудить с ним нечто «важное». О теме разговора эта «большая шишка» по имени Чхве Кибом не сообщил, но настоятельно попросил устроить встречу в ближайшее время и с гарантией того, что тема не будет распространена третьим лицам. Чонгук ранним утром подорвался в «Сияние», чтобы собраться и подробнее узнать о том, чего хотел Кибом, но Юнги рассказал лишь то, что знает, а знает он мало. Отказать было бы невежливо, да и интригует такая конфиденциальность вопроса, с которой подошел к их разговору Чхве, поэтому Чонгук надевает не то чтобы официальный, но опрятный деловой костюм, и твердо заявляет, что старшие должны пойти на встречу с ним. - Потому что до тебя было не дозвониться, - недовольно фыркает Юнги, поясницей опираясь на рабочий стол младшего альфы. Рядом стоит Хосок, который печатает что-то у себя в телефоне. – Где ты был вообще? - С Чимином, - отрезает Чон и скользит ладонями по карманам, проверяя, на месте ли телефон. - С Чимином? – Хосок удивленно отрывается от экрана, и они вдвоем с Юнги смотрят на младшего. – У вас все настолько далеко зашло? - У меня серьезные намерения, - хмыкает альфа и идет к шкафу. Чон достает с верхней полки припрятанную пачку сигарет. Он почти достает из пачки аккуратную, со вкусом мяты сигарету, но за долю секунды передумывает и выкидывает упаковку в мусорное ведро. - Ладно, сейчас не об этом, - отмахивается Хосок и прячет телефон в карман брюк. – Насколько мне известно, этот хрен старше тебя на пять лет, и мне вообще непонятно, чего он хочет. Сомневаюсь, что нас пустят вместе с тобой на переговоры, так что придется самому пораскинуть своими мозгами, о'кей? - Хен, мне не пять лет, - фыркает Чонгук и направляется к выходу. – Чур, я за рулем! Младший альфа выбегает из кабинета и быстро спускается вниз по ступенькам, чтобы занять водительское место. Хосок закатывает глаза, а Юнги смеется с такой реакции Чона. - Ты слышал? Ему точно не пять? – ворчит Хосок, а Мин почти сгибается вдвое в приступе смеха. Хосоку иногда кажется, что Чонгук – ребенок, и, возможно, так и есть. Чон рано повзрослел, рано ушел из дома, потерял семью, слишком рано втянулся во все это дерьмо с клубом, которое теперь не отпускает. Но несмотря на то, что альфа еще молод, он – искусный дипломат в своем деле, умеет убеждать и вести себя так, как подобает: когда надо использует обаяние, а если потребуется, то в ход может пустить и кулаки. Но Чонгук не «ловит звезду», как некоторые из тех, кого раньше и до сих пор встречает Хосок. Юнги думает точно так же. Чонгук вальяжно входит в ресторан, в просторном зале которого не так людно, а за крайним столиком сидит мужчина лет тридцати и взглядом прожигает Чона и вошедших после него альф. Гук подходит к его столику и встречает альфу слабой приветственной улыбкой и рукопожатием, после чего садится за диванчик напротив и взглядом показывает Юнги и Хосоку отсесть чуть дальше. - Чон Чонгук, я полагаю? – спрашивает мужчина и складывает руки на столе. - Чхве Кибом, - хмыкает младший и проходит по его внешности оценивающим взглядом. – Рад встрече. - Взаимно, - ухмыляется Чхве и откидывается на спинку дивана, бросая взгляд на альф, сидящих неподалеку. – Я просил, чтобы вы пришли одни. - Я привык общаться на равных, - намекает Чон, а альфа напротив мысленно поражается самоуверенности и дерзости младшего. – Я доверяю им все в сфере работы, так что расслабься. - Как скажешь, - хмыкает Кибом и решает, наконец, перейти к главному. – Итак, Чонгук, я хотел бы поговорить с тобой о…. Альфы разговаривают о чем-то еще полтора часа, и к этому времени Хосок уже почти засыпает на плече Мина, который от усталости даже кофе заказал. Они не слышат, что именно Чон обсуждает со старшим альфой, но младший в начале разговора впадает в ступор и вежливо откланяется «Выйти, покурить, подумать», а после возвращения время от времени яро жестикулирует и посылает собеседнику хитрые ухмылки. Гук становится заинтересован в теме, предложенной Кибомом, и это видно даже невооруженным взглядом. Еще через полчаса альфы жмут друг другу руки, и Чонгук покидает ресторан, дожидаясь у выхода старших хенов. Юнги по пути в клуб спрашивает, что они обсуждали, но Чонгук игнорирует его вопрос, задумчиво глядя в окно. Младший решает для себя что-то важное, и ни один из старших альф не берется доставать его вопросами – Чонгук сам обо всем расскажет, когда придет время. - Позвони, если что, - бросает на прощание Мин. Чонгук машет ему вслед, а после садится в машину и достает телефон. На дисплее вновь высвечивается оповещения о четырех пропущенных звонках от Чимина, и альфа мысленно бьется головой об ближайший столб, потому что он пропал на весь день, даже не предупреждая Чимина об этом. Чон быстро набирает номер младшего и нервно дожидается, когда на другом конце послышится мягкий любимый голос. Но никто не отвечает. Тогда Чон решает набрать номер Джина, и сердце пропускает удар, когда он слышит взволнованный голос старшего омеги. - Алло, Чонгук…. - Что случилось? – немедля спрашивает Чонгук, нисколько не сомневаясь в том, что попал прямо в точку. - Ты ведь уже знаешь о Чимине и… Джебоме, верно? Чим тебе рассказывал? – издалека начинает Джин, и Чонгука это бесит. - Я спросил, блять, что случилось? – рявкает Чон и пальцами крепче сжимает обивку руля. - Пока ничего, - альфа бы хотел выдохнуть с облегчением, но Джин продолжил. – Но сегодня Чимин ушел на ужин к себе домой. Все бы ничего, но он вряд ли знает о том, что вечером из поездки возвращается его сводный брат. Просто я волнуюсь. - Зачем он туда пошел?! - Его позвала мать, и он не смог отказать, - нервно вздыхает старший. - Почему ты не остановил его?! – недоумевает Чонгук, у которого в глазах неимоверная ярость, а в сердце страх за Чимина. - Меня не было дома, когда он уходил, - испуганно сообщает омега. – Чонгук, он не отвечает на мои звонки. Я не знаю, что делать. Думаешь, что-то может случиться, если Чимин не уйдет раньше? - Адрес. - Может, все нормально, просто у него села зарядка на телефоне? – с надеждой спрашивает Ким, и этим злит альфу еще больше. - Адрес! – кричит Чон и сбрасывает, когда Джин срывающимся голосом говорит, что пришлет смс. Чонгук открывает текстовое сообщение и взглядом пробегается по написанному адресу, с волнением замечая, что дом семьи Чимина находится довольно далеко. Инстинкты вопят и посылают неутешительное волнение по всей сущности Чонгука. Альфа заводит машину и как можно сильнее жмет на газ, думая лишь о том, чтобы Чимина никто не тронул до его приезда.

***

Чимин чувствует себя некомфортно среди отчима, матери и еще парочки родственников, имена которых он даже не помнит, но не может просто встать и уйти. Когда он ушел из дома и стал жить у любимого дяди, мать сказала ему, что он должен хотя бы раз в несколько месяцев приходить на семейный ужин. Она говорит, что омега должен делать это из уважения, но Чим подозревает, что все это из-за того, чтобы внушить ему, что он любим в этой семье. Пак не хочет даже называть этих людей словом «семья», а с недавних пор вообще считает, что семью и вообще все ему заменяет личное счастье по имени Чон Чонгук. Старший не дает о себе знать почти сутки, и Чимин не то чтобы обижен, но считает, что можно было бы скинуть хотя бы мизерную смс, чтобы омега не волновался. Джин отговаривал младшего идти на ужин, про который его мать все уши прожужжала, но омега все-таки собрался и ушел, пока старшего не было дома. А что еще делать, когда Чонгук не отвечает на звонки, а дома до смерти скучно? Он несколько раз порывается встать из-за стола и позвонить Чону еще раз, но его постоянно останавливает гневный взгляд отчима, который молча приказывает ему не двигаться и отсидеть «семейный» ужин хотя бы один раз до конца. Все идет терпимо, и Чимин уже даже верит в то, что спокойно отсидит здесь еще полтора часа и со спокойной душой поедет домой, где завалится на мягкую кровать и сможет поговорить с Чонгуком по телефону. Мысли Чимина обрываются, когда он мельком замечает на себе хищный взгляд знакомых глаз. Омега вмиг покрывается мурашками и почти не может пошевелить руками от страха. На пороге столовой стоит Джебом и прожигает младшего сводного брата взглядом. - Сынок! – слащаво тянет мать и вскакивает из-за стола, чтобы обнять альфу. Чимину наплевать, но где-то в глубине души ему противно от того, что собственная мать называет «сыном» не его, а дьявола во плоти. Чимин даже не слушает и, кажется, не видит, что происходит вокруг него. Не замечает, как все за столом тепло приветствуют Джебома, который вернулся из недельной поездки в Америку, задают вопросы и говорят, что тот похорошел. Когда омега замечает, как его сводный брат садится на стул рядом, он до смерти пугается и борется с желанием вскочить и выбежать из этого проклятого дома, но знает, что это будет выглядеть странно. Как бы ни хотел, он все еще боится и молчит, потому что ему сказали. Отчим и мать болтают о чем-то с другими родственниками, даже не замечая Чимина и того, как Джебом кладет ладонь младшему на бедро. Чим вдруг резко встает из-за стола, и взгляды всех сидящих за столом сразу же обращаются к нему. Отчим смотрит вопросительно. - Э-э, простите, я хотел бы ненадолго уйти в свою… бывшую комнату, - добавляет Пак после нескольких раздумий. В этом доме больше нет ничего, что принадлежало бы ему. – Прошу простить. Чимин нервно хватается за край своей футболки и спешно поднимается по ступенькам наверх, пытаясь привести неровное дыхание в порядок. Он быстро заходит в комнату, которую раньше делил со сводным братом, и садится на кровать, не решаясь включать свет. Он тяжело дышит, пытается унять воспоминания, которые яркими картинками мелькают в голове. Пак слышит стоны Джебома и вспоминает, как отсасывал ему у этой двери, и как тот его чуть не изнасиловал…. Омега начинает дрожать, судорожно блуждая руками по карманам в поисках телефона, а потом измученно стонет, когда пару раз нажимает на кнопку включения, но мобильный не подает признаков жизни – разрядился. Чимин надеется, что тихонько посидит тут, пока ужин не закончится, а потом уйдет отсюда, скидывая все на усталость и нехорошее самочувствие. Омега, правда, чувствует себя все еще не очень хорошо – чтобы прийти сюда ему потребовалось выпить две таблетки подавляющих запах средств, и он знает, что за это Чонгук не скажет ему спасибо. Надежда Чимина резко обрывается примерно тогда, когда он слышит громкие шаги – человек явно направляется туда, где прячется омега. У Пака на глаза наворачиваются слезы, когда в комнату без стука входит Джебом. Он втягивает ноздрями воздух, пропитанный слабым запахом течного Чимина, и ухмыляется, в полумраке приближаясь к младшему. - Ты стал взрослее, - задумчиво хмыкает старший. – У тебя течка, Чимин? Омега игнорирует его вопрос, стараясь не смотреть в глаза, и чуть отодвигается, встает с кровати с мыслью о том, как бы поскорее отсюда убраться. - Пахнешь отвратно, - фыркает брат и подходит еще ближе, касаясь рукой плеча омеги. – Но мое тело все равно реагирует на тебя. Чимин дергает плечом и скидывает с себя руку Джебома. Старшего это злит, и он грубо хватает омегу за запястье. - Глупо с твоей стороны было вернуться сюда, - альфа тянет младшего на себя и кладет ладони на его ягодицы. Там, где он касается, кожу Чимина неприятно обжигает. – Родители уехали вместе с гостями, у нас много времени. Чим пытается закричать, когда старший валит его на кровать и нависает сверху, но альфа накрывает его рот ладонью, хищно сверкая глазами. Он снимает с омеги футболку и мокро целует в шею. Чимин чувствует, как неприятно колет в сердце, а голова начинает кружиться – Джебом крепко сжимает его шею рукой и лишает возможности крикнуть и свободно вдыхать воздух. - Не люблю лишних звуков, прости. Омега дрожит от страха, когда старший руками блуждает по его телу и быстро расстегивает ширинку на черных штанах. Джебом на мгновение ослабляет хватку на шее, и Чимин успевает выдавить из себя что-то, похожее на крик, но сводный брат недовольно бьет его по щеке и продолжает снимать одежду с омеги. В горле застревает мольба о помощи и просьба остановиться, но все, что может сделать Чимин – беспомощно хрипеть от нехватки воздуха.

***

Чонгук тормозит у двухэтажного нового дома, проверяя, сходится ли адрес с тем, что прислал Джин. Альфа выходит из машины и быстрым шагом направляется в сторону двери, он нажимает на дверной звонок и стучит, но ему никто не открывает. Чонгук взволнованно осматривает двор, а потом резко замирает, когда слышит знакомый голос. «Это кричит Чимин….» Чон в ярости сжимает кулаки и со всей силы дергает дверь на себя. Он входит внутрь, бегло осматривая помещение, и быстро направляется по лестнице на второй этаж. Он чувствует запах Чимина, от которого веет страхом и криком о помощи. Чонгук врывается в каждую попавшуюся дверь по очереди и начинает злиться все сильнее, пока в темноте одной из них не видит два сплетенных в поцелуе тела. В комнате пахнет Чимином и возбужденным альфой. Чонгук теряет контроль. Он грубо оттаскивает альфу за шиворот и прикладывает его головой о стену. Чимин загнанно скулит и забивается на кровати в угол, глядя на Чонгука. «Он спасает меня в который раз….» - Это твой ебарь? – окровавленными губами улыбается Джебом и смотрит Чону прямо в глаза. - Кто разрешал тебе трогать его? – зло шипит альфа и прижимает альфу к стене, обвивая крепкие пальцы у его шеи. - Это же мой любимый братик, - ухмыляется младший и смотрит на Чимина. – Он так сильно хотел, чтобы я его трахнул, что весь зашелся в слезах. Бедн…. Чонгук ударяет ногой в живот, и Джебом хрипит от боли, падая на пол. Он обхватывает себя руками и крутится по жесткой поверхности, чувствуя, как все внутренности скрутились. Гук кидает Чимину свое пальто и кивает на дверь, а Чим лишь хлюпает носом и смотрит загнанно, с испугом. - Выйди, - просит Чон и смотрит на омегу со злостью, чем пугает его еще больше. - Н-не надо, Чонгук, - Пак встает с кровати и хочет подойти ближе, но старший не дает ему этого сделать. - Я сказал, выйди! – Чим послушно выбегает из комнаты, прикрывая обнаженный торс теплым пальто, от которого пахнет альфой. Омега спускается вниз и со страхом выбегает из дома. Он видит машину Чонгука и спешно залезает на заднее сиденье, прижимая руки к груди. Чим не в силах остановить поток слез, которые стекают по щекам. Еще несколько мгновений, и его могли…. Чонгук садится на водительское сидение, заводит машину и резко нажимает на газ, в желании как можно скорее покинуть это место. Альфа молчит всю дорогу, изредка кидая взгляды на заднее сиденье. Чимин чувствует всю злость альфы, чувствует, как тот сдерживается, чтобы не накричать на него, но Чон терпеливо молчит, открывая окно и вдыхая прохладный воздух вечернего города. Пока они стоят на светофоре, альфа быстро печатает сообщение Джину. ЧГ: Чимин останется у меня. ДЖ: Все хорошо? ЧГ: С Чимином да, но его брату потребуется неделька в больнице. Загорается зеленый, и старший прячет телефон в карман брюк, снова возвращая все внимание на дорогу. Он слышит тихие всхлипы Чимина на заднем сидении, и вся злость пропадает сама собой. Омега не спрашивает ни о чем, ничего не говорит, но позволяет Чонгуку взять себя на руки и занести в квартиру. Чонгук ставит его на ноги, снимает с него кроссовки и за руку ведет в комнату. Альфа роется в шкафу в поисках подходящей одежды, хватает футболку, шорты и подходит к Чимину. Он цепляет пальцами свое пальто, но омега крепко хватается за руку старшего и смотрит в глаза. - Я не сделаю тебе больно, - шепчет альфа и прижимает омегу к своей груди. Чимин снова начинает всхлипывать, но потом послушно дает Чонгуку раздеть себя. Старший набирает ванну теплой воды и бережно моет Чимина. Он касается покрасневшей щеки губами, пытаясь хоть как-то заставить младшего остановить слезы. Пак не отпускает руки Чонгука даже тогда, когда тот насухо вытирает его огромным полотенцем и одевает в свою одежду. Чон чувствует вину в том, что позволил омеге поехать туда. Он не смог уберечь его и почти опоздал, дал возможность снова измываться над хрупким нежным омегой. - Не плачь, - просит Чонгук и гладит Чимина по голове, держа за руку. – Я не могу смотреть, как ты плачешь. - Прости, - Чим сглатывает комок в горле и жмется ближе к альфе. – Я не должен был…. Мне надо было дождаться твоего звонка…. - Я опоздал, - нервно выдыхает Чон и целует младшего в висок. – И не позвонил ни разу. Я в который раз позволяю тебе страдать. Чим жмется к старшему вплотную и отчаянно сжимает его ладонь в своих руках. - Я чуть с ума не сошел, когда увидел, как он касается тебя, - судорожно шепчет альфа и покрывает лицо Чимина короткими поцелуями. Он обнимает его в желании отгородить от всего и заставить забыть о том, что с ним произошло. - Ты больше не оставишь меня? – омега смотрит загнанно, но с надеждой. Сейчас Чонгук вспоминает, как сомневался в том, сможет ли он стать для Чимина спасительным кругом или будет топить его раз за разом все увереннее. Сейчас он точно знает ответ. - Обещаю, - шепчет Гук и целует глубоко и влажно. Альфа передает чувства и показывает, кому омега принадлежит, заставляет почувствовать безопасность и спокойствие. Чимин расслабляется в его руках и понимает, что рядом с альфой ему нечего бояться. – Я люблю тебя, малыш. Чонгук смотрит на нежные черты лица омеги и проводит указательным пальцем по его ровному носику, ведет ниже, к губам, проводит пальцем по ним и невесомо чмокает. Чимин крепко спит, отгороженный ото всех бед и мыслей крепкими объятиями Чона, его присутствием в комнате, в сердце, в жизни. Чонгук смотрит на Чимина и понимает, что нашел истинное сияние, ради которого отныне будет жить.