By the way

      Гинтоки полагал, что не способен проиграть в принципе, полагал, что достаточно силен в любой сфере своей деятельности, и также был уверен в своих друзьях, но конкретно сейчас…       Не уверен, как все это случилось.       Хасегава расплывчатым взглядом смотрит в рюмку, его лицо отдает зеленым, но, быть может, это просто освещение. Если бы дело не было в алкоголе, Гинтоки взял бы Кагуру, и вопрос их победы в целом бы даже не стоял, но наличие спиртного сужало варианты его выбора, и потому сейчас он вынужден подбадривать Мадао, который явно находился на грани уже довольно давно.       – Ну же, Хасегава-сан, – пытается Гинтоки, – мы же не хотим проиграть этим пожирателям налогов?       Хасегава согласно кивает, но на рюмку смотрит с сомнением, выпивает залпом, отчего лицо его становится только более зеленым, и дело тут не в освящении. Гинтоки беспокоится, однако…       Другая сторона несет потери тоже.       Круг переходит к Хиджикате, и тот выглядит немногим лучше, его глаза почти что закрываются, а руки дрожат.       – Хиджиката-кун, – тянет Гинтоки насмешливо, – не умеешь, не берись.       В ответ в него прилетает раздраженный взгляд, впрочем, приправленный таким затянувшимся туманом, что Гинтоки не уверен, понимает ли Хиджиката вообще, что происходит вокруг. Что вызывает вопросы: Хасегава старик, ему можно сдаваться так рано, но Хиджиката должен быть куда более стойким, однако выглядит даже хуже, рюмка качается в его руках, он едва может держать глаза открытыми, но пьет под радостные выкрики Кондо, затем ставит рюмку на стол с громким стуком. Гинтоки в кругу следующий, он тянется за своей, но замечает покачивание справа, успевает вовремя обернуться и выставить руки, когда Хиджиката падает вперед, явно планируя протаранить лицом стол. Гинтоки ловит и пытается убедить себя, что просто спасает рюмки.       Кондо слева от него демонстративно вытаскивает платок из нагрудного кармана и промакивает несуществующие слезы. Или существующие, Гинтоки не в курсе, он пытается уложить Хиджикату на диван, чтобы тот не падал, но его голова не хочет держаться ровно, и, скрепя сердце и стиснув зубы, Гинтоки опускает его голову себе на плечо.       Странные умиляющиеся звуки со стороны Кондо только увеличиваются в количестве, их потоком Гинтоки бы смыло, не брось он предупреждающий разъяренный взгляд.       – Тоши так повезло с тобой, – тянет Кондо, вновь промакивая глаза. Эта его черта Гинтоки бесит, так что он огрызается:       – Зачем он сюда притащился полумертвый?       – Он почти не спал последние несколько дней, – поясняет Кондо, что делает только хуже.       – Опять он у вас работает за всех? – возмущается Гинтоки. – Вы что делать будете, когда в могилу сведете своего единственного ответственного сотрудника, а?       – Со мной все нормально, – бубнит Хиджиката с плеча, заставляя Гинтоки вздрогнуть от неожиданности.       – Так я и вижу, ага, – скептически хмурится он.       – За заботу спасибо, – продолжает Хиджиката утомленно-убитым тоном, но чуть улыбается. Гинтоки чувствует, как краснеет и очень надеется, что в полутьме бара это не слишком заметно.       – Я так вам завидую, – напоминает о себе Кондо и влюбленно продолжает, – Вот бы Отае-сан так обо мне беспокоилась.       – Она скорее до могилы тебя проводит, – парирует Хиджиката, не двигаясь и не открывая глаз. Гинтоки переводит взгляд на Хасегаву, но тот будто бы уже не с ними и следующий круг совершенно точно не осилит. Что оставляет Гинтоки один на один с Кондо, однако тот целиком оказывается погруженным в свои фантазии и улетает куда-то даже дальше Хасегавы. Гинтоки вливает в себя свой тур и даже не морщится. Его голова чуть кружится, но к этому ощущению он привык и даже большую часть времени к нему стремится.       – Победитель – Гин-сан, – провозглашает он самодовольно и слышит смешок со своего плеча. – Ой-ёй, Хиджиката-кун, только не говори мне, что собираешься продолжать.       – Меня вообще нельзя считать, – отвечает тот невпопад, – я непонятно на чьей стороне.       – Ну вот и молчи.       – Молчу.       Гинтоки вздыхает и все же спрашивает:       – Зачем ты сюда приперся все-таки?       – Ты сказал мне молчать.       – Это с каких пор ты делаешь то, что я говорю?! – возмущается Гинтоки и демонстративно бьет его ребром ладони по голове. Хиджиката даже не морщится.       – Я… просто хотел прийти. Увидеться с тобой. У кого-то же такая отличная привычка не иметь мобильного телефона, а я не хочу искать тебя по всему городу.       Гинтоки неосознанно задерживает дыхание и оборачивается в сторону Кондо, тот подмигивает и все же пьет свой тур.       – Это… – сдается Гинтоки, – отвратительно романтично.       – Знал, что тебе понравится, – улыбается Хиджиката.       – Никогда больше такое не говори.       – Обязательно скажу.