Поверь мне

      Северус мерил шагами свою комнату. Почему – свою комнату? Да потому что Поппи, разозлённая его бесцельным шатанием вдоль кровати её маленького пациента, выгнала его, как мальчишку. И мало бы – просто выгнала, так она ещё и… черт, сказала… Сказала, чтобы он подобрал наконец сопли и успокоился. А на вопрос о том, что он может сделать, процедила сквозь зубы:       - Перестань путаться под ногами.       Прошагав по комнате, он в очередной раз задел стул, которому в этот раз не удалось избежать ярости хозяина. Бедный предмет мебели рассыпался мелкими щепками от заклинания, пущенного взбешённым магом.       Камин в гостиной полыхнул зелёным, впуская в комнаты зельевара директора Дамблдора.       - Я знал, что найду тебя здесь, Северус.       - И зачем вы здесь? – пытаясь совладать с голосом, выговорил Снейп.       - Нам нужно поговорить, - сказал Дамблдор, переключаясь на серьезный тон.       - Сейчас не самое подходящее время для разговоров, директор, у меня сын в тяжёлом состоянии!       - Вот именно о его состоянии мы и поговорим. Ответь мне на один вопрос, Северус, твой сын когда-нибудь говорил со змеями?       Северус непроизвольно вздрогнул и кивнул. Смысла врать и увиливать, когда на кону – жизнь его ребёнка, не было. Директор помрачнел. - Дело намного хуже, чем я предполагал.       Северус едва сдержался, чтобы не послать Великого и Светлого куда-нибудь в Запретный лес.       - И что вы предлагаете? Что вообще происходит, вы можете объяснить!?       - Объяснить я, естественно, могу, но это займет время, которого у нас нет. – Дамблдор пристально глянул на зельевара. – Это напрямую связано с твоим бывшим хозяином.       Северус побледнел и невольно сделал шаг назад, словно пытаясь отгородиться от того, что сейчас говорил ему пожилой маг.       - Но что можно сделать в таком случае? Ведь только Избранный победит…       - Брось, - жёстко прервал его директор, - ты и сам знаешь, что Избранным все считают Гарри, но он просто не может им быть, хотя бы потому, что он – твой сын. Ты когда-нибудь бросал вызов Волдеморту?       Северус отрицательно покачал головой.       Дамблдор вздохнул, - Но мальчик всё равно отмечен. Вся проблема в том, что Волдеморт поверил в это пророчество, забыв о главном: выбрав дорогу, чтобы уйти от судьбы, мы именно там её и встречаем. Скажи, ты владеешь заклинанием «Адское пламя»?       Можно было подумать, что старый лис пытается увести разговор от неприятной темы, но Северус знал – сейчас не время для глупых или ненужных вопросов, и Альбус понимает это как никто.       - Да.       - Тогда идём. Дел много, а времени – мало.       - Куда мы идём?       - Для начала – мой кабинет, там всё уже готово для ритуала поиска.       - Поиска чего, Альбус?       - Северус, давай договоримся сейчас, чтобы не отвлекаться в процессе. Я хотел поговорить об этом с тобой сегодня, но, сам видишь, разговор не состоялся не по моей вине, поэтому прибереги свои вопросы, когда мы закончим. Сейчас просто делай то, что я скажу. Договорились?       Северус просто кивнул, заталкивая своё раздражение подальше. Придёт время и для вопросов.       После ритуала поиска на карте, в которой Северус признал карту мира, вспыхнули алым цветом восемь точек.       - Северус, тебе знакомо хоть одно из отмеченных мест?       Северус пригляделся, - Да, вот это место, по координатам это – поместье Малфоев.       - Отлично, к Малфоям мне точно нельзя соваться, а вот ты – вполне можешь зайти к ним на чай, по старой дружбе. Твоя задача – любым способом выманить у Люциуса вещь, которую ему оставил ваш хозяин на хранение. Знай – эта вещь – точно в их доме, и это – темнейшая магия из всех существующих. Ну и естественно, наличие этой вещи может очень сильно сказаться и на нём самом и на членах его семьи. Голыми руками не бери и не открывай ни в коем случае. Как закончишь – сразу же перемещайся в мой кабинет. Вот портключ, - директор протянул небольшой серебристый медальон на цепочке, - он многоразовый. Я выберу Албанию, что-то мне подсказывает, что это место нужно проверить в первую очередь.

***

      Уже через шесть часов на столе, в специально приготовленной металлической коробке, обвешанной всеми известными рунами и чарами, покоилось несколько вещиц. На первый взгляд этот набор мог оказаться у какого-нибудь маньяка, потому что логики в лежащих вместе вещах, не было никакой. Здесь старый потрёпанный дневник соседствовал со старинным, даже на первый взгляд, медальоном с красиво украшенной буквой «S». Какая-то плотно закупоренная и не особо чистая склянка лежала рядом с начищенной до блеска, тоже, несомненно, старинной, чашей с выгравированным на одном боку барсуком.       Посреди комнаты, с небольшим хлопком, появились, практически одновременно, два человека.       - Альбус, это последняя вещь за пределами школы, - проговорил Северус, опуская в коробку небольшой перстень с необычным чёрным камнем, - как у тебя?       - Я достал браслет, принадлежал, видимо, Гриффиндору, – пожилой маг опустил в коробку металлическое украшение с выдавленным львом. – Осталось найти то, что спрятано в Хогвартсе.       - Альбус, а почему на карте отмечено, что здесь – два артефакта?       - Северус, мы же договорились!       - Ладно, ладно, понял – отстал. Идём? Только – куда мы идём?       - О, ты разве не знаешь? Необходимо что-то спрятать – иди в комнату необходимости.       - Конечно, как я сам не додумался? Комната необходимости! Очень смешно, Альбус! Эта комната – миф. Тебе ли не знать?       - Вот именно! И я знаю, что она – есть. Идём.       - Как я понимаю, мы ищем одну из вещей, принадлежавших основателям. И у нас нет вещи только основательницы Кандиды Когтевран.       - Да, и единственный артефакт, о котором известно сейчас, это её диадема. Мы уже добрались. Подожди пока здесь, Северус, я открою дверь.       Когда, директор прошёл туда-сюда по коридору три раза, Северус только усмехнулся, скептически глядя на Дамблдора.       «Видимо, прикидывает, что необходимо собрать в сумку для тех, кто ложится в психушку, - подумал Альбус. - Что ж, посмотрим, кто будет смеяться последним».       Вид Северуса с открытым в шоке ртом, когда появилась дверь, было по истине незабываемым зрелищем.       - Ну что ты, Северус, это ведь просто миф, чего ты так волнуешься?       Снейп закрыл рот быстрее, чем директор успел договорить. Но говорить он ещё не мог, поэтому Дамблдор продолжил, открывая дверь:       - Идём.

***

      Ещё через четверть часа оба мага уже были в кабинете, наслаждаясь мягкостью кресел.       - А вот теперь слушай внимательно, Северус. Нам понадобится ритуал, чтобы уничтожить всю эту дрянь, но и это – не всё. Здесь только семь предметов, семь частей души Тома Реддла. Но есть ещё одна – восьмая часть.       Северус и так не мог похвастаться бронзовым загаром, но после этих слов побледнел еще сильнее. Альбусу не надо было продолжать. Эта восьмая часть сейчас находилась в Больничном крыле и не приходила в сознание вот уже седьмой час.       - Альбус!? – это звучало жалко, но он ничего не мог с собой поделать.       - Только без паники. То, что я предлагаю – очень рискованно, но другого выхода, чтобы сохранить ему жизнь, я не вижу.       - Что это? Ритуал? Магия крови? Жертвоприношение?       Его голос дрожал, и Северус даже не пытался этого скрыть. Он бы всё сделал, лишь бы его сыночек был жив. Он как никогда, понимал Малфоя, притащившего дневник, как только Северус заикнулся, что он может навредить его драгоценному Драко.       - Нет, Северус. Ничего из этого не поможет.       - Тогда что?! – он почти кричал, но директор даже не поморщился.       - Ты должен выпустить в него третье непростительное.       - Нет! – Северус вцепился в подлокотники, чтобы не сорваться, и не ударить директора прямо сейчас.       - Северус, пойми, или ты убьёшь в нём Волдеморта сейчас, или эта тварь возродится в теле твоего сына.       - Нет! – Северус вскочил, сжимая кулаки.       - Другого пути нет, и это должен быть именно ты, ты ведь хочешь, чтобы умер Волдеморт, а не твой сын. Верно?       - Но если...       - Северус, ты хочешь, чтобы твой сын жил?       Северус прикрыл глаза, и склонил голову, признавая поражение.       - Тогда давайте сделаем это сейчас, потом я не смогу, – прошелестел еле слышно его голос.