Деревенские страсти

С легкостью перепрыгнув через невысокую ограду, Царев оказался на соседнем огороде. Светловолосая девушка стояла к внезапному визитеру спиной, усердно срезая тощие сорняки острием тяпки. -Даш,-позвал Женя, и Фролова оставила свое занятие, повернувшись к парню. -Помочь что ли пришел? –кокетливо заулыбалась она, поправляя непослушные локоны. -Поговорить пришел,-без предисловий произнес брюнет. -Ну говори,-слегка растерялась от его тона Дарья. -Нехорошо так делать, Даш,не по-людски. Елизавета Андреевна человек в деревне новый,к тому же старше тебя,а ты с ней так,-произнес Евгений,не сводя пронзительного взгляда с собеседницы. Она поежилась, вновь схватившись за тяпку. -Не делала я ничего,-как можно увереннее произнесла блондинка, с остервенением терзая зеленые стебельки сорной травы. –Не умеет плавать, так пусть на пруд не ходит. -Тяпку оставь,-Царев забрал орудие из рук девушки. –И не прикидывайся,я все видел. -Не по-людски значит? –Фролова сузила серые глаза,и вдохнула, готовясь разразиться гневной тирадой. –А чужих парней уводить, по-людски? Только пусть она в эту сторону не колыхается, ничего не выйдет,так ей и передай. Я за свое счастье бороться буду! -Фролова, забудь свои девичьи мечты,-отозвался парень. –Не люблю я тебя. И Елизавета Андреевна тут не причем,так что не срамись перед всей деревней. -Тебе хорошо! –обиженно высказала Дарья, нервно кусая губы и стараясь не расплакаться. –У тебя и Верка, и городская эта,а я не нужна никому! -Васильеву нужна,-ответил Женя и двинулся обратно к изгороди. -Дурак,-блондинка всхлипнула, смахивая слезы, но тут же обозлилась: -Погоди, вот я с тобой рассчитаюсь! Еще сам за мной побегаешь! Брюнет уже не слышал поток слов в свою спину,но даже если бы и слышал, внимания не обратил. Настойчивая девушка не впервые ему угрожает, но до сих пор не приводила свои угрозы в исполнение. Да и чем она могла ему навредить? Фролова хоть и отчаянная,но все же добрая,и мухи не обидит,а значит опасаться нечего. До вечера мужская половина семьи Царевых занималась накопившимися за время отсутствия Андрея Николаевича делами. Женя вместе с отцом вычистил сараи для животных, обеспечив их чистой подстилкой, починил кроличьи клетки и заготовил пару охапок травы для утренней кормежки. -На рыбалку завтра рванем,а? –поинтересовался Андрей Николаевич у сына. –Семеныч говорил, в Поповом пруду воот такие лещи,-мужчина показал на руке приблизительный размер рыбины. -Бакин? –усмехнулся Женя. –Он тебе еще и не то скажет. Русалок он там не видел? -Да пес его знает, может и видел,-не стал спорить старший Царев. –Ну так попробуем или нет? -Можно,-согласился его сын. –Только червей накопать не успеем уже, сейчас стадо разгонят,-Женя посмотрел на клонящееся к горизонту малиново-красное солнце и встал. -Да иди,сам накопаю,-ответил ему Андрей Николаевич. –Долго не шатайся, мать волноваться будет. -Угу,-кивнул Евгений и вышел за ворота. Покинув двор, парень обвел взглядом округу. Несколько ребят собрались на импровизированном футбольном поле и с возбужденными возгласами пинали мяч. Игра выходила так себе, но молодежь это забавляло. Тут же были и девушки, которые примостившись на лежащих в траве бревнах, наблюдали за матчем. -Эээ,парни! –крикнул сероглазый брюнет, быстро направляясь к игрокам. –Я с вами! Суматоха улеглась, и все терпеливо ждали Царева,переговариваясь между собой. Придя на поляну, Евгений поприветствовал всех и взял мяч. -Сень, сто пятьдесят набьешь? –поинтересовался он у Семена Бакина, который обычно стоял на воротах. -Не пробовал,-пожал плечами тот. -А я набью, считай,-Женя подбросил мяч вверх, а затем ловко подцепил его коленом, снова подбросив и не дав коснуться земли. -Раз,два… -начал счет Сеня. Сидящие вокруг зрители затаили дыхание,наблюдая за тем, как ловко парень управляется с мячом. И даже Даша Фролова, позабыв свои обиды,с улыбкой взирала на предмет обожания. -Сто сорок девять, сто пятьдесят,-выдохнул Бакин, вытирая вспотевший от напряжения лоб, словно он не считал, а сам принимал участие. Евгений опустил мяч на землю и довольно улыбнулся. -Красава,-хлопнул товарища по плечу Костров. –Размялся,теперь поборемся? -Да без проблем,-одобрил Женя. –Насую от души. -Ну-ну,-усмехнулся Саша. –Сень, Димон – на ворота. К Кострову присоединились Егор и Антон,в одной связке с Царевым решили играть Андрей и Вадим. Младший Щукин и Бакин заняли свои позиции,выжидающе глядя на товарищей. Сидящая на бревнышке Марина Касаткина оглушительно свистнула сквозь пальцы во рту и парни молниеносно ринулись в бой. Лиза сидела на скамейке у дома, и происходящее на поле было ей отчетливо видно. Игроки то дышали друг другу в спину, то тесно соприкасались молодыми крепкими плечами, силясь захватить мяч,который подпрыгивал от сильных точных ударов, нарушая вечернюю тишину приглушенным стуком. Царев с остервенением рвался вперед – его торс на фоне остальных шатенка отличила безошибочно, и сердце женщины почему-то странно ёкало от каждого движения парня. Маневр. Попытка прорваться к воротам. Подножка. Едва различимое разочарованное рычание,и Царев плашмя падает в зеленую траву, но тут же встает, резким движением снимает с себя футболку и бросает ее в сторону,готовясь снова атаковать. Лучи предзакатного солнца любовно обласкивают его могучую загорелую спину, придавая коже неповторимый медовый оттенок, и делая парня похожим на мифического гиганта. Аполлон, не иначе. Краснова любовалась бы им бесконечно, но игра закончилась после щелчка кнута пастуха, и парни разошлись встречать скотину. Проходя мимо, Царев поприветствовал свою соседку коротким кивком головы и скрылся во дворе. Шатенка вздохнула,обведя взглядом огненно-красное вечернее небо и поднялась со скамейки. Живописные виды,увы,перестали ее интересовать. Выполнив последние обязанности на сегодня,Евгений забежал в дом и направился на кухню. После беготни на поле очень хотелось есть,и парень без стеснения торопливо уплетал горячую картошку прямо со стоящей на плите сковородки. За этим занятием его и застала мать. -Ну что делаешь-то? –возмутилась она. –Погоди пять минут, на стол накрою, что ж ты как свинья. -Не, мам,-пробормотал ее сын с набитым ртом. –Некогда мне. -И куда ты все бегаешь? –спросила Маргарита, но закинув в рот еще пару ломтиков картошки, Женя прошмыгнул мимо матери, оставив ее вопрос без ответа. Царева посмотрела ему в след и тяжело вздохнула. Она никак не могла принять то, что Женя давно вырос, и он больше не маленький мальчик, а сформировавшийся мужчина с собственной личной жизнью. До боли в груди хотелось взять его за руку и остановить, как в детстве,указывая правильную дорогу. Стараясь не попадаться на глаза отцу,который выкапывал червей из навозной кучи, Женя тихо вышел со двора и направился привычной тропинкой, которую давно знал, как свои пять пальцев. Поначалу брюнет поминутно оглядывался, чтобы не стать объектом чьей-либо слежки и не навлечь проблемы на свою голову, но чем ближе продвигался к месту назначения, тем быстрее улетучивалась его осторожность, уступая место другим инстинктам, от которых внутри все кипело. При мыслях о Вере, Царев моментально пьянел,и молодой организм живо воспроизодил испытываемые ранее ощущения, усиливая жгучий физический голод. Заметив знакомый силуэт, Евгений за доли секунды обрисовал, как коснется желанного тела,прижмет к себе, вдыхая опьяняющий запах, исследует каждую клеточку,упиваясь до изнеможения, до помутнения рассудка. Сильные руки обхватили хрупкий женский стан,губы обожгли нежную шею торопливым поцелуем, и Точилина едва сдержала в себе одновременно и перепуганный и страстный вскрик. -Я это,я… -зашептал молодой любовник, не выпуская из цепких объятий. -Напугал,дурачок,-пожурила она сорвавшимся голосом, чувствуя, как почва уплывает из-под ног. Не дав возлюбленной упасть, Женя с легкостью подхватил ее на руки и шагнул внутрь магазина. Железная дверь натужно скрипнула, тут же закрывшись за любовниками, и в помещении воцарился полумрак,но свет сейчас был никому и не нужен. Наощупь, ведомые только собственной страстью, двое ласкали друг друга, задыхаясь и забываясь. Тела прильнули друг к другу ближе, забившись в едином ритме,губы слились в поцелуе,вбирая в себя остро-сладкий привкус желания и смакуя его. Время застыло, став одним мгновением, сплетением будоражащих касаний,симфонией из звуков любви, то звучащих в унисон, то сменяющих друг друга. -Пристрелю! – внезапно раздалось позади.