Наследники

POV Джулия После того, как я закрыла глаза всё оборвалось. Вся боль и переживание куда-то ушли и осталась только эта пустота внутри меня. Я читала про этот яд, его готовили салемские ведьмы, чтобы после их смерти не кто не мог вызвать их душу. То, что я всё ещё частично жива, значит, что кто-то вколол мне противоядие, Тико успел… Не факт, что оно подействует, но маленький день есть. Я много читала об этом, на протяжении шестнадцати дней я буду видеть видения, они должны будут вызывать у меня сильные эмоции, одна из них может может меня вернуть к жизни… А может и не одна из них не поможет. Пока вокруг меня одна темнота, значит нужно ждать… Не знаю, сколько времени я так просидела, перед тем как темнота исчезла. Я вижу какую-то комнату… День первый… Я быстро поняла, что это гостиная моего дома, не особняка Сакамаки, а именно родительского дома. Но, сейчас тут всё чуть иначе… Наверное это было до моего рождения, или когда я была ещё совсем малышкой. Я вижу маленько Брендона, он играет машинкой. От такой милой сцены я непроизвольно улыбнулась. У него такая чёлка, как у папы, он постоянно её поправляет, бедняжка… Я вижу папу, он улыбается… Боже, как я люблю, когда папа улыбается… Новость о моей смерти его точно не обрадует, о чём я только думала? — Ну, котёнок, папа тебе поможет.- Папа улыбнулся и заколол ему чёлку маминой маленькой заколочкой. Брендон тянет к нему ручки и весело смеётся. Боже, а я ведь тоже хотела себе рёбенка… Но теперь я понимаю, что у меня этого всего может и не быть. — Тссс, мужчины мои. Джулия спит…- Мама… Она как всегда красивая. Голубой костюм, ну естественно, она же работает в офисе, волосы закручены в аккуратные локоны и… Я на руках. Сердце больно сжалось, от чего мои ноги подкосились и я упала. Но ведение не прекращалось… — Моя маленькая принцесса.- Папа берёт меня на руки и прижимает к груди. Он так нежно смотрит на меня. Нет, нет, нет! Это не возможно! Я не могу умереть., Всё моментально погасло… Опять темнота. Первый день прошёл? Почему так быстро? Это значит, что у меня не удалось выбраться от сюда… Ну, ещё пятнадцать дней. Я не выдержу больше такого, я представила лица родителей, брата и сестры, когда я полностью покину их, они же с ума сойдут. Интересно, что сейчас делают мама, папа, Брендон с Амандой… Тико… Опять свет, опять ведение, неужели новый день? Как же быстро… Я вижу кухню. День второй… Я вижу кухню, себя на большом стульчике для кормления и маму. Она такая красивая, на ней лёгкая белая блузка и мятная юбка карандаш. Хочу быть похожей на маму, вот вернусь и обязательно что-то поменяю в себе… Если конечно вернусь. Маленькая я тяну к маме ручки и прошу кашу, какая же я всё-таки няша. Два маленьких хвостика, розовое платьице и туфельки, принцесса… Папа всегда меня так называл. Мама кормит меня кашей, она такая счастливая, гладит меня по голове. — И что ты решила делать? После того ведения.- Папа обращается к маме, о каком видении он говорит? — Я не уверена, что всё будет плохо, я просто сказала, что в шестнадцать лет с ней что-то произойдёт.- Мама грустно улыбнулась вытирая мне личико салфеткой. Значит она видела моё будущее и… всё знала. Ну естественно, она наверняка и сейчас знает, но папе не говорит. — Если с ней что-то произойдёт, я это не переживу.- Папа делает такое грустное лицо и…Всё снова гаснет. Что ж, в этот раз я почти не чего не почувствовала, я даже не до конца поняла смысл. В этот раз темнота продлилась дольше. Я просто сидела на коленях в темноте и ждала сама не знаю чего… Наконец-то темнота развеялась, я увидела не понятную комнату, она такая красивая… Шёл третий день… Комната была выполнена в викторианской стиле, я сразу догадалась, это одна из комнат особняка Сакамаки. Посреди комнаты, у огромного зеркала стояла молодая, красивая девушка. Я готова поклясться, что видела её раньше на фото… Криста, точно, это моя бабушка. Она что-то держит в руках… Это же мой кулон с ядом. С тем самым ядом. Но как он оказался у меня? Вдруг кто-то вошёл в комнату, другая женщина, скорее всего мать Кристи. — Криста, что это ты держишь в руках? — Женщина выхватила бутылёк и куда-то кинула, но куда? Я осмотрелась, но не нашла его. — Мама, но я не хотелп замуж за него! Он мой родственник… Я не могу так. Пусть у вампиров это нормально, но у людей это не принято.- Криста садиться на кровать и закрывает лицо руками. Как мне её жалко, раньше не кто не спрашивал девушек из согласия на брак. Я только заметила, что Криста в белом платье, это значит она вышла замуж за Карлхайнца? Бедная… — А меня не интересует, чего ты хочешь! Теперь ты его жена и будешь жить тут. А ещё раз подумаешь себя отравить и я… Я превращу твою жизнь в ад.- Эта злая женщина покинула комнату громко хлопнувшись дверью. Через какое-то время пришёл сам жених, а он красив… Он медленно подошёл к бабушке и протянул ей руку, она встала проигнорировав его жест. — Я знаю, что не любим тобой и тв считаешь меня чудовищем.- Карлхайнц холодно смотрите неё, так как Тико смотрел на мена тем утром… — Вы ошибаетесь. Я люблю вас как мужчину, но мне не нравится факт нашего родства.- У бедной Кристи заплаканные глаза, у меня сердце защемило и слёзы появились самы собой. Я буквально чувствую её духовную боль… Карл ступает к ней шаг и целует её, она сопротивляется, за что получает звонкую пощёчину. Он повалил её на кровать и надругался… А я была свидетелем этого. Это самое ужасное, что я вообще когда-нибудь видела. Я видела страдания бабушки и не как не могла ей помочь… После этого Карл ушёл и всё вновь погасло. Я рухнула на колени горько заплакав. Какой ужас… Бедная бабушка. Карлхайнц ужасный человек, он причинил ей боль, на много худшую, чем причинил мне Тико. Может это сравнение? Тем самым мне показывают, что у меня не такая патовая ситуация… Я не знаю, всё так сложно. На этот раз тьма тянулась ещё длиннее, но я и не хотела чтобы тьма ушла. Что я увижу на этот раз? Что-то ещё более жуткое? Как бы я не надеялась, всё равно пришло время и тьма ушла. Четвёртый день… Я увидела церковь, довольно старую и не выдающуюся. Возле церкви стояла женщина с ребёнком, если я не ошибаюсь это бабушка по маминой линии, а в руках у неё… Алиса. Она что-то говорит ребёнку, ложит под дверь, стучит и прячется. Она дожидаться пока ребёнка заберут и уходит… Так спокойно и непринуждённо, но это пока. Она дошла до леса и сев под деревом начала плакать. Я хотела её утешить, но бабушка всё равно меня не услышит…Она сожалеет о своём поступке, ведь она любит своих детей. Не знаю к чему мне это всё показуеться… Наверное это из-за того, что я видела бабушку только на фотках и давно хотела понять из-за чего у них с мамой всё так натянуто. Бабушка тянется к кулону… Это же мой кулон с ядом! Но от куда? От куда? Он же был у Кристи, а теперь он у неё… Как она попал в ко мне? Кто-то подошёл к бабушке, но видение начало пропадать. Нет, нет, нет! Я ещё не всё увидела… Темнота вновь окутала меня и стало не по себе. Я много думала. Почему именно эти видения и так не по хронологии? Первое было про меня и родителей, как рады они были, что я у них есть. Со второго я узнала, что мама видела видения, в которых шестнадцати летняя я страдаю. В третьем и четвёртом я видела своих бабушек… А что дальше? Какой ещё секрет прошлого увижу я? Мне перехотелось виживать, я хотела увидеть все шестнадцать ведений, хотела увидеть, что ещё скрыто от меня. Тьма начала развеиваться, что ж пришёл день пятый. Я вижу комнату. Её я узнала из тысячи, в этой комнате сейчас живет Брендон, это бывшая комната моего отца. Папа с мамой тут, она сидит на его кровати, а он протягивает ей кружку с какой-то жидкостью. Она странно посмотрела на него, а потом улыбнулась, её синие глаза блеснули. Она взяла кружку в руки не переставая смотреть в глаза отца. — Спасибо конечно, но я могла и так домой дойти.- Мама улыбается и накручивает свой белокурый локон на палец, папа всегда говорил, что именно этот жест он терпеть не может. -Я чувствую себя виноватым перед тобой. — Он собирает мокрые вещи мамы с полу, я знаю этот день… Мама с папой постоянно об этом рассказывали. Как он сбил её на машине, на фоне этого они сблизились и теперь вообще не розовей вода. — Подумаешь ты сперва обрызгал меня с калюжи, а потом еще и сбил на машине. — Без толики сарказма произносит мама попивая свой чай. Отец пошёл в ванну застирывать её джинсы. Они ещё о чём-то разговаривали, прежде чем мама пошла принимать душ, а отец пошёл стелить постель. У них довольно натянутые отношения, видно что мама без ума от него, а он противиться своим чувствам. Я вспомнила про нас с Тико, может он тоже что-то чувствует ко мне, но не показывает это. Он же не пай мальчик, я и не надеялась? что он будет бегать за мной. Папа сел всматриваясь в пустоту, о чём он думает? Наверное про маму, она точно засела в его голове и на долго. В этот раз я погрузилась в темноту с улыбкой на лице. Эх, сколько дней мне осталось? Одиннадцать? Я всё больше погружаюсь в этот мрак… Каждый день длиться для меня всё длиннее и длиннее… Я чувствую тьму внутри себя, вокруг себя… Везде тьма, но в этом есть свои плюсы, я не чувствую боли. Я с каждым днём чувствую всё меньше и меньше эмоций и выбраться от сюда стаёт всё сложней. Пустота вновь развеялась и я увидела сад, возле родительского дома. День шестой. Я хорошо помню тот самый день. На лице появилась улыбка и слёзы, уж слишком дороги для меня те воспоминания. Я вижу маленькую себя и отца, мы вместе садим розы в нашем саду, мне лет семь и я счастлива, что провожу время с отцом. — А почему именно белые розы? — Маленькая я прижимаюсь к папе пачкая его белоснежную рубашку, он обнимает меня и пачкает моё белое платье… Мама нас убьёт? За то что мы пошли садить цветы в белом. — Мне они нравятся, они похожи на тебя. А тебе, что не нравиться, цветочек? — Папа так тепло улыбается, что у меня аж мурашки по коже, я боюсь больше не когда не увидеть эту тёплую улыбку… — Нравиться, пап! Очень! — Маленькая я начинаю играться землёй совершенно забыв о том, что мы садим цветы. Я сделала замок и не заметила, как случайно попала в папу грязью. Потом началась борьба, мы кидались грязью, признали в ней и конечно же про посадку мы уже забыли. Мне стало так тепло от этих воспоминаний, даже на миг показалось, что тьма больше не будет возвращаться, но тьма опять пришла… Опять этот холод, поедающий тебя изнутри, холод из-за которого ты всё забываешь. От этого холода аж живот заболел, странно от чего? Есть я не хочу, я же мертва… Может это те самые бабочки, в которых я не когда не верила? Даже если они и были, они сдохли вместе со мной. Чувствовать себя живой меня заставляет только моё сердце, которое скулит при каждом моём виденье… Я не хочу уходить из этого мира, но одновременно, я не знаю, что будет когда я вернусь… День седьмой. Я увидела странную гостиную, которую ещё не когда до этого не видела. Гостиная была светлая и широкая, на диване сидел Тико, он что-то печатал в ноутбуке время от времени попивая кофе. Сердце защемило, когда я увидела его, боже, какой же он красивый… Он выглядит иначе, деловой костюм, строгий взгляд, отсутствует запах табака, вместо него запах дорогого парфюма. — Вот ты где, дом на столько большой, что я еле нашла тебя.- Девушка улыбнулась, стоп, это же я… Только волосы короче. Увидев меня Тико закрыл ноутбук и широко улыбнулся. Как я поняла это будущее, которое могло быть, или будет у нас с Тико. — Моя малышкааа, привет. Я отчёт писал.- Он протянул руки и я из будущего, пригнула в его объятия. Он положил руки на мою талию и страстно поцеловал, так как умеет только он. Боже, мне сложно смотреть как он это делает, я не могу почувствовать его прикосновения и от этого мне больно. — Поедем сегодня кататься на мотоцикле? Я его наконец-то починил.- Он так мягко улыбнулся прижимая эту меня к себе, я кивнула и нежно поцеловала его в шею. — У меня кстати хорошая новость… Ты… Как сказать. У нас будет ребёнок.- Я положила его руки к себе на живот, у Тико целую минуту было не понимающее лицо, в потом он счастливо обнял меня. — Это же отлично! И кто в нас будет? Ты знаешь? — Тико действительно счастлив, он обнимает свою жену, это я поняла по кольцам, и нежно гладит её живот. — Если верить моему видению… У нас будет девочка.- Я из будущего улыбаюсь и Тико что-то отвечает, но я уже не слышу. Боже, как же сложно на это смотреть, ведь этого может не когда не быть! Я начинаю рыдать и видение исчезает само собой. Я больше не могу так! Не могу! Я хочу к Тико! Хочу к нему! Я хочу счастливое будущее с ним… Хочу дочку от него, хочу большой дом и собаку. Я хочу жить… Но тьма опять окутывает душу и боль уходит. Слёзы быстро исчезают и наступает апатия… Так больно от этой пустоты, так больно… Сколько прошло времени… Для меня целая вечность, до него ведения. Опять свет, какая-то комната и я опять перестала чувствовать темноту. День восьмой. Это моя комната? Да, верно, это моя любимая комната в особняке Сакамаки. Аж на душе тепло стало… На моей кровати кто-то сидит, это Тико… От увиденного трепещит сердце. Как же хочется обнять его, быть рядом… Он встаёт и куда-то идёт, я иду за ним. Это теперешнее, я сразу поняла. Он спускается в подвал, странно, зачем… Тут стоит гроб, стеклянный, прям как в сказке… Внутри лежу я, прям принцесса какая-то. Он наклоняется и целует меня, теперь я чувствую жар на своих губах… — Я люблю тебя…- Тико подавлен. Стоп, что это в его руках?! Точно такой же бутылёк как у меня. Теперь понятно, наверняка это тот самый яд, который принадлежал Кристе, а у меня был яд второй моей бабушки… Он собирается это пить?! Нет, нет, нет! Тико! От этой боли закружилась голова, появился странный свет… Я открыла глаза на восьмой день. Тико увидел это и бутылёк выпал из его рук… — Джулия.- Он подбежал ко мне и взял за руку, боже я чувствую это прикосновение, его тепло. — Ты н-не выпил? Яд.- На мои глаза накатились слёзы. Он вытер слезы с моей щеки и улыбнулся. — Не успел, ты проснулась раньше… Я облегчённо вздохнула.