Porta itineri longissima

Добрались мы только к вечеру. На перроне нас встретил Хагрид. И сразу же указал всем, кто я и где, просто позвав. Я ведь не хотела выделяться. Потом мы, спотыкаясь, шли по размокшей дороге, я в это время придерживала Миону, чтобы та не упала, и светила фонариком. На нас косились, но это лучше, чем сломать себе что-нибудь в такой тьме. Дойдя до пирса, мы расселись в лодки по четверо. Мы попали к рыжику и хомячку. Невилл молчал всю дорогу, держа на своих руках Тревора, а вот Рон косился на меня. Мне это не нравилось. Пока мы плыли, меня не покидало это беспокойство. Уже на ступенях я позволила себе немного расслабиться. Все наше дружное стадо поднялось по лестнице, и я увидела серьезную женщину в мантии темно-зеленого цвета. Такая же остроконечная шляпа украшала ее голову. — Меня зовут профессор Макгонагал. Добро пожаловать в Хогвартс! Смотря на нее, я вспомнила ее анимагическую форму и мне в голову, будто ударила знакомая мелодия… Да, конечно, сложно, но еще возможно — Сердце прошептало, я сказала… Наверно, в следующей жизни, Когда я стану кошкой на-на-на-на… А эта, безусловно строгая женщина рассказывала про то, что нас будут распределять на четыре факультета и то, что он станет нам домом, а сокурсники семьей. — Также за свои успехи вы будете получать баллы, а за оплошности терять. К концу года, факультет, набравший наибольшее количество баллов, одержит кубок школы. Мда, неплохая мотивация, вот только мне плевать на их систему образования. Меня интересуют только знания. Взглянув на свою спутницу, мысленно ахнула. Такое восхищение в глазах до добра не доводит. Надо будет убить в ней слепую веру в учителей и книги. Нельзя верить всему написанному и сказанному. Уж я это знаю. Тем временем деканша Гриффиндора продолжала пафосно вещать про то, что церемония Распределения начнется немедленно, а после нее нас ждет праздничный пир.Ура! Нас удосужатся покормить. Честь и хвала вам, о догадливые! Профессор трансфигурации ушла, и мы остались готовиться. Рыжик начал рассказывать, что придется, скорее всего, сражаться с троллем, на что я только хмыкнула. Малфой прожигал меня взглядом. Было видно, что ему не терпится поговорить со мной по душам. Только вот, Дракусик, тебе это еще нескоро удастся: ты ведь будешь на Слизерине. В этот момент из стены вылетели призраки. Они обсуждали Пивза и говорили о Кровавом Бароне. А потом, они будто бы заметили нас и начали расхваливать свои факультеты. Тоже мне, пиар-компания! Удачно вернулась Макгонагал, а то я бы не сдержалась от едких замечаний в адрес этих неживых. — Следуйте за мной! Мы выстроились в пары и вошли в Большой зал. Перед нами выстроились четыре длинных стола, за ними сидели ученики всех домов. А вот профессора и директор расположились за отдельным столом в самом конце помещения. Мы прошли прямо туда. Гермиона, воспользовавшись моментом, рассказывала мне про потолок, зачарованный под небо. Вид был потрясающий! От созерцания звезд нас отвлекла профессор. Она внесла шляпу, которую и водрузила на высокий табурет. Внезапно у этого чепчика прорезалось отверстие в виде рта, и она запела. Это было худшее исполнение, что я слышала. Потом «кошка» развернула свиток и начала зачитывать имена. Девочка по имени Ханна отправилась на Хаффлпафф, следом за ней быстро распределялись несколько детей туда же и на Когтевран. Лаванда Браун поступила на Гриффиндор. Милая такая, блондиночка. Следующей была Мио. — Гермиона Грейнджер! — Выкрикнула декан. Герми прошла к табурету по дороге, успокаивая себя. Где-то сзади раздался шепот шестого Уизли. — Она чокнутая, наверно. Я еле удержалась от того, чтобы не дать ему затрещину. Я волновалась, Миона о чем-то говорила со шляпой и вот, наконец: — Гриффиндор! Улыбнувшись, провела ее взглядом до стола и снова развернулась к головному убору. Сразу за ней распределили блондинчика. На Слизерин разумеется. Дальше быстро распределили целый поток, пока не дошло до меня. — Гарри Поттер! Ну, иду я, не видно, что ли? Я поднялась на возвышение к этому непонятному артефакту. Натянув себе на голову, я сразу переключилась на мысленный разговор. — И куда мне тебя распределять? Я вижу большое будущее. — Давайте на Гриффиндор! — А почему не на Слизерин, Лорд? Там бы вы смогли достичь многого. — Вы же знаете, что я могу это сделать в любом факультете. — Знаю. Это так принципиально? — Мы так решили с моей подругой. — Гермиона Грейнджер… Умная девочка. Ей бы на Когтевран идти. — Не люблю расставаться со своим — Что же, не в праве вас судить, милорд. Тогда решено? — Естественно! — Ну, тогда — ГРИФФИНДОР! — закричала в зал шляпа. Я сползла и медленным шагом подошла к своему столу и села рядом с Герм. Хомячка распределили к нам. А вскоре подошла очередь Рона. Рыжика все-таки направили к семье, и теперь он будет учиться вместе со мной и подругой. Не надейтесь, директор, Золотого трио никогда не будет! Уж я об этом позабочусь. Наконец Распределение закончилось, и директор взял слово. Он предупреждал, что нельзя ходить в Запретный лес и Запретный коридор на третьем этаже. Мда, символичные названия. Ну, нельзя, так и быть. Но может, я хочу помереть мучительной смертью? Так что, меня ждет увлекательный год со всевозможными тварями. И вот на тарелках появилась еда. Понеслась! Рыжего походу никто не учил манерам. Зачем так накидываться на все? Его что, голодом морили? Мы с Гермионой спокойно положили себе и ели. Помогали в случае чего, подать или подхватить столовый прибор или яства. С нами сидел Невилл. Как раз он был одним из самых культурных за столом и вполне интересным собеседником. Именно с ним мы говорили. Когда подавали сладкое, я почувствовала на себе чей-то взгляд. Развернувшись к столу преподавателей, я заметила, что на меня смотрел Снейп. Этого мужчину невозможно не узнать. Недлинные черные волосы спадали к плечам, нос такой с горбинкой, да и глаза стоит отметить. Темные, как безлунная ночь, они смотрели прямо на меня. Не ситуация, а просто идиллия, хоть сейчас портрет можно писать. И у меня вдруг загорелось желание порисовать. Правда я немного остыла, осознав, что как только приду в факультетскую гостиную, поднимусь в спальню и усну мертвым сном. Я улыбнулась зельевару, а он немного пыхнул злобой и с недоумением и отвернулся. Рядом с нами снова появился этот нелюбимый мной призрак. Он поприветствовал нас уже как часть своего дома и представился как сер Николас как-то там. Если он мне не нравится, зачем тогда нужно помнить о нем? А вот Рон, желая, наверное, выделиться, выкрикнул: — Вы же Почтибезголовый Ник! — Я бы предпочел сер Николас, если позволите. — А как это «почти безголовый»? — спросила какая-то девочка. — А вот так! — И он потянул свою голову за левое ухо. Та спокойно отделилась от основания шеи, а дети застыли с немым ужасом и отвращением к такому зрелищу. Зачем тогда спрашивать? Не понимаю. И вот, Перси, старший брат нашего рыжика и по совместительству староста, повел нас в гостиную. Плутали мы благо не долго, но лестницы мне понравились. Такой себе небольшой аттракцион на радость детишкам, которые такого подарка не оценили. Мы остановились перед портретом какой-то толстой дамы в платье цвета утренней зари. Ей шло. Но тут она проснулась, и я не смогла сдержать своего восхищения: оказывается, как мало мне нужно. Леди спросила у нас пароль, и мне сразу вспомнился мультфильм из моей прошлой жизни. Очень интересно как бы дама на картине повела себя, если бы была пьяна. Это вызвало у меня только фырканье. Но наш провожатый лишь с важным видом ответил ей: — Caput Draconis. И Толстая дама пропустила нас, открыв узкий проход. Мы прошли в довольно просторное помещение, служившее факультету гостевой комнатой. — Соберитесь здесь! Добро пожаловать в Башню Гриффиндора! Спальни мальчиков наверх и налево, а спальни девочек направо. — Поприветствовал нас Персик. Решив, что с нас хватит, он отпустил нас спать. Я же пожелала спокойной ночи Мионе и поднялась в свою новую спальню. Мне просто жутко повезло! Я спала в комнате с Невом и еще двумя мальчишками. Их звали Дин Томас и Шеймус Финниган. Рыжий пролетел по полной программе, чему я была только рада. Мы раззнакомились и повалились спать. Я, тоже немного поворочавшись, провалилась в блаженный сон. Следующее утро встретило меня восходом. Из окна нашей спальни он просто восхитителен. Глянув на купленные дома часы, я поняла, что встала очень рано. Поэтому мигом одевшись в спортивную одежду, сделала утреннюю разминку и пошла, принимать попеременно холодный и горячий душ. Завершив водные процедуры, вернулась в комнату и заметила, что Дин уже проснулся. — А ты чего так рано? — спросил меня мой новый приятель. — Да вот, не спалось мне долго. — Отвечаю я с улыбкой. — Как думаешь, они долго еще? — Взглядом указала на двух сонь. — Да нет, но ты буди Невилла, а я своего подниму. Не хочу в первый день опоздать. Я подошла к кровати Нева и со спокойным видом растормошила его. Очухался он на удивление быстро и тоже направился умываться. Понаблюдав за потугами моего соседа по комнате, все-таки соизволила помочь, и разбуженный, нашими общими усилиями, Финниган последовал за хомячком. Когда ребята вернулись, мы своим дружным отрядом спустились в гостиную. Там еще было немного народу, но среди них я отметила Гермиону. Подойдя к ней, предложила: — Пошли вместе! Пройдясь за нашим старостой в Большой зал на завтрак, я скривилась от тошноты, подкатившей к горлу. Овсянка! Я их всех на кол посажу! Настроение было испорчено окончательно. Миона, видя мое состояние, протянула мне сандвич и пару яблок. Съев все, я запила тыквенным соком. Честно скажу — гадость! Может другим и нравится, но я просто ненавижу мякоть. И я не привереда, просто слишком разборчива в том, что собираюсь употребить по прямому назначению. Мой гнев смогло немного приглушить расписание подготовительных к школе занятий. Сразу решила, что буду сидеть с подругой, потому что это давало мне хоть какое-то чувство покоя. Оказывается, у нас были обычные уроки, чтобы мы могли перестроиться на новый режим. География, математика, каллиграфия, ботаника, зоология и многие другие предметы мы продолжали изучать. Для меня это был период отведения души. Пока что, я не принималась издеваться над однокурсниками и прочими со всех факультетов, а выбрала в свои цели учителей. Больше всего мне нравились уроки профессора Бэбблинг. Она преподавала нам каллиграфию, а в скором времени, возможно, руны. Я не могла позволить себе обижать этого гения педагогики, но вопросами я ее достала. Выпросив себе список рекомендуемой литературы, решила отпустить бедную женщину. Я же не зверь! Следующей жертвой моего произвола стала профессор нумерологии и по совмещению преподаватель математики. Госпожа Вектор очень все понятно объясняла, но я, же не могла ей сказать, что мне скучно и я это уже знаю. Поэтому… — Профессор Вектор? — Да, мистер Поттер. Я вас внимательно слушаю. — Было видно, как измученная мной дама, хотела уйти, не разговаривая. — Можно задать вопрос? — Что вас интересует? — Почему мы это уравнение решаем через выведение одной неизвестной через другую, если это уравнение мы могли бы решить, введя третью, использовав способ, который выучили три дня назад? Я люблю доставать людей. Это моя тайная страсть! И как назло, прервав мои размышления над издевательством любимого профессора, всплыли смешные строки: — А я маленькая мерзость, а я маленькая гнусь, ага-ага, Я поганками наелась, и напакостить стремлюсь. Я людей пугаю ночью, обожаю крик и брань, А я маленькая сволочь, а я маленькая дрянь. Оставив Вектор в ступоре стоять, я буркнула прощальное: — До свидания, профессор! Извините, что отвлек! Гермиона моих шуток над преподавателями не понимала и иногда дулась на меня. Я вскоре рассказала ей, что ничем криминальным не занимаюсь, просто задаю вопросы по интересующим меня темам. Думаю, не надо говорить, что буквально на следующий урок у каждого из наших учителей появилось на одну головную боль больше. Мне нравилось по утрам видеть страдальческие лица за преподавательским столом. Это ведь я еще даже не по всему составу прошлась. Зато, какой результат! За их разговорами между собой можно было заметить непонимающие лица Макгонагал и Снейпа. Ведь, когда Флитвик поведал им о двух чрезвычайно любознательных детях, и дня не прошло, чтобы с ними не говорили о нас другие пострадавшие. Целям моего фанатизма было глубоко плевать даже на то, что Снейп был деканом Слизерина и к Гриффиндору относился как пятая нога у лошади: им хотелось выговориться, найти способ оградить себя от такого внимания. Но, увы, такого способа не было. В итоге я добилась желаемого: всего за месяц все преподаватели, которые нас учили, начали меня избегать. Если Герми они еще могли терпеть, то я со своей чрезмерной регулярностью достала ВСЕХ! Теперь, когда я только появлюсь в коридоре и здесь будет какой-нибудь профессор, у того или той, сразу появляются важные дела и они быстренько сматываются из поля моего зрения. Быть довольной своими успехами так приятно! Поэтому… Курс по доведению преподавателя я сдала на «превосходно» и с ним можно завязать на время. Ведь впереди меня ждет настоящая учеба. Я буду учиться колдовать, а здесь нельзя совершать оплошностей, даже в деталях. Канон не дремлет!