Огонь Дракона всегда найдет свою второю часть

На Магикс опускалась ночь. Медленно, но верно входила в свои права сестра Дня, убаюкивая и забирая все хлопоты своего брата. Луна ярко светила и свет, такой легкий и прозрачный, струился сквозь окна Алфеи. Феи давно легли спать, уносясь в мир Морфея, забываясь. Тихо шелестит ветер в листьях магических деревьев; маленькие животные спрятались по домикам, уступая место хищникам. Где-то в лесу ухала сова(ну или что-то подобное), выискивая свою добычу. Все было так, как нужно. Холодные ночи давно начались. Снег покрывал поляны и сады, укрывая деревья, создавая сказку. Медленно падали хлопья белого и пушистого снегопада, не привлекая к себе внимания, а наоборот, убаюкивая. Небо было затянуто серыми тучами, а в глубине пробивались звезды, хвастаясь своей красотой перед дневными облаками. Да, у Ночи было гораздо больше подруг, нежели у Дня, но брата это не огорчало, так как он любовался людьми, а иногда и страдал из-за них. И все таки, Ночь была всегда спокойней. Луна, выходящая из-за туч, все пыталась попасть в окна волшебного здания. Мягкий свет проникал в большое и широкое окно, в старой библиотеке, освещая рыжие пряди волос феи, что сидела на подоконнике и наблюдала за красавицей ночью, делая ее волосы золотистыми. Огненная девушка думала о своем и ей было не до правил леди Ночь, у которой все должны спать. Тишина, спокойствие, умиротворение. Мысли девушки блуждали слишком далеко, уж так, что и она сама не знала, где они и как скоро будут с ней, да и не нужно ей было. Укрывшись пледом и прислонившись лбом к стеклу, она вспоминала. Сон не шел с тех пор, как фея вышла из душа и часа два крутилась в кровати, наконец встав, она решила уйти в библиотеку. Все изменилось,– и теперь эта огромная и полная тайн комната не охранялась, как раньше. Блум не давали покоя мысли о том, что она вспомнила, ведь она точно знала: этого не могло быть! Но так или иначе, воспоминания были ее, а вот причина их исчезновения – была не известна. Тяжело вздохнув и прикрыв веки, она попыталась вспомнить что-то еще, но ничего не получалось. Столько было лжи и лицимерия, и Блум казалось, что ее подруги знают намного больше, чем говорят. За стеллажами послышался слабый, будто совсем нечаянный, шорох. Открыв глаза и посмотрев во тьму, девушка никого не заметила. Страх даже и не подступал к ней. Блум ничего не боялась и сама не знала, почему. Легкий ветерок всколыхнул ее спутанные волосы. Казалось, что кто-то выпустил стихию воздуха. Блум ждала, когда нарушитель ее спокойствия выйдет к ней, на свет луны. Снег давно перестал сыпаться с неба, а тучи разбежались. Небо стало чистым и светлым, а луна беспрепятственно светила в окна спален и кабинетов. В груди, где-то совсем далеко, всколыхнулось что-то. Удивившись такому порыву, девушка прикрыла глаза и положила руку на сердце. Внутри снова что-то запротестовало ее действиям. Улыбнувшись, Блум повернула голову вправо и во все глаза посмотрела на человека в плаще, длинным капюшоном которого было скрыто лицо. Незнакомец сделал шаг к девушке и очутился совсем близко, за несколько дюймов от нее. Блум протянула покрытую дрожью руку к капюшону мужчины и легким, быстрым движением скинула его. Лицо мужчины тут же осветилось лунным светом, голубые глаза горели огнем и чем-то еще, тем, что Блум видела раньше. Снова маленькое воспоминание проскользнуло в голове у девушки, которому она была безумно рада. Четкие линии лица, ярко выраженные скулы и пшеничные волосы,– все было таким знакомым, таким родным. Блум улыбнулась еще шире, но тут в ее глазах проскользнули боль, отчаяние, разочарование... – Почему ты не сказал мне правду? – Зачем?– раскатистый, глубокий, басистый голос заполнил все помещение и был так приятен слуху девушки. – Зачем?– с легкой усмешкой повторила она.– Да ради того, что ты тот, кого я люблю! И люблю по-настоящему! Ты пытался меня заставить вспомнить в Гардении, на Солярии... – Я не пытался! Я не хотел, чтобы ты вообще что-то помнила. – Но...почему?– она протянула свою ладонь к его щеке. На удивление, он не отпрянул, а лишь сжал ее своей огромной сильной и шершавой рукой.– Ты все тот же.– ласковый голос пробежался по комнате и отпрянул от стен, создавая эхо. Хоть пара и говорила тихо,но достаточно громко для тишины, царившей в этом помещении. Поддаваясь неизвестному порыву, маг резким движением руки притянул девушку к себе, а губами накрыл ее открытый от изумления рот. Блум старалась так же страстно отвечать на поцелуй мужчины, притягивая его ближе к себе. Маг спустил ее с подоконника, а одеяло упало в ногах у пары. По одну щелчку пальцев, они оказались в другом помещении. Нехватка воздуха в легких, заставила их оторваться друг от друга. Блум огляделась по сторонам. Комната была выдержана в средневековье, но что-то ей казалось не таким уж и старинным. Огонь из камина, напротив огромной кровати, отбрасывал "тени", из-за которых комната казалась уютной и большой. Окна были звешаны темными тяжелыми шторами, скрывая улицу. Блум обернулась. От отбрасываемого света камина, в глазах мага сверкали огоньки, и он казался куда более страшным и опасным, чем всегда. Девушка медленно стала растегивать пуговицы на рубашке и неотрывно глядя в глаза мужчине, подходила ближе. Он тоже не сводил свой взор от ее голубых глаз. Резко остановив ее, он наклонился к самому ее уху и горячо прошептал:  – Нет, – пробормотал он в изнеможении, и она отпустила руки. – Не так, милая. Я сам. Позволь мне. Блум замерла. Здравый смысл вернулся к ней. Она посмотрела на мага глазами полными страха и изумления. Ей показалось, что она была под чарами, с которыми ей не справиться. – Я... – Валтор запнулся, стараясь найти нужные слова. – Мне ясно, что ты боишься меня. Поэтому я приложу все силы, чтобы не опережать события.– Блум не понимающе, почти без доверия посмотрела на него. – Это можно сделать и без главной цели. Когда смысл сказанных слов дошел до нее, она тяжело вздохнула и отошла на шаг. Такое странное поведение смущало не только её саму, но и настораживало мага. Недавно она сама так горячо и страстно желала его, а теперь не пойми что с ней происходит. Блум села на кровать. Блузка была наполовину растегнута и открывала потрясающий вид на ее не малые округлые формы. Девушке было все равно. Она задумалась. Ей казалось, что это совсем не чары владеют ею, а она сама, ее тело. Понятна эта причина. Ей уже двадцать, да и Скай никогда себе не позволял больше поцелуев. Валтор же другое дело. Она чувствовала с ним себя живой, чувствовала его частью себя не только из-за огня, что таился в нем, но и из-за чего-то совершенно другого. Валтор четко понимал, что не только он сильно желает ее, но и она, его королева, та, что сумела завладеть его сердцем и душой, так же. Во имя своей королевы, как и во имя собственного будущего, он обязан преодолеть разделявший их барьер. Иначе оба они просто сойдут с ума от вожделения друг к другу. – Я не сделаю тебе больно, Блум. Я просто научу тебя магии твоего собственного тела. Между мужчиной и женщиной должно разливаться восхитительное море наслаждения. Если только ты не станешь бояться, я докажу тебе это. Но сначала нужно снять одежду. – Видя, что смятение девушки усилилось, Валтор поспешил добавить: – Я не стану делать ничего против твоего желания. – Он обнял Блум, стараясь успокоить ее. – Обещаю, – прошептал маг ей на ухо. – На сей раз я хочу только посмотреть на тебя. Ты так прекрасна, позволь мне насладиться созерцанием, пожалуйста... Блум поднялась с кровати и начала медленно раздеваться. Сначала сняла штаны. Оставшись в нижней рубашке, она немного помедлила, но через несколько мгновений все же решилась и, стянув рубашку через голову, встряхнула рыжими волосами и выпрямилась перед мужчиной совершенно нагая. У Валтора перехватило дух. Она оказалась куда красивее, чем можно было предполагать. Медленно и страстно он впитывал взором чудный облик: бледный тон ее кожи согревала лишь россыпь мелких веснушек, нежно очерченные груди цвели розовыми, возбужденными и зовущими сосками, талию, казалось, он мог бы обхватить пальцами рук, а ниже, как бронзовый щит на тех вратах, о которых невозможно было не думать, горел треугольник темно-рыжих завитков. Мужчина еще раз оглядел хрупкую фигурку, запечатлев в памяти грацию и совершенство этих форм. Все в огненной красавице выглядело изысканным, и он готов был поглотить ее взглядом. – Повернись спиной. – Голос мага звучал хрипло и дрожал от желания. После секундного колебания женщина повиновалась. Со спины она была не менее прекрасна. Узкие плечи окутывало густое покрывало золотых волос. Тонкий стан переходил в бархатистые округлости ягодиц. Руки его едва удержались, чтобы немедленно не обнять ее. – Блум, – прошептал он, и девушка повернулась, показав свои горящие от смущения щеки. Валтор едва не рассмеялся. – Не надо так стесняться. Мне понравилось то, что я увидел. Это правда. Едва ли мне приходилось видеть другую столь же прекрасную женщину... Блум улыбнулась отогнав смущение, но все еще стояла перед ним нешелохнувшись. Она не знала, что ей делать дальше, как себя вести в такой ситуации. Столь наивное возражение, казалось, озадачило мужчину. Он протянул руку, словно хотел коснуться ее кожи. Его ладонь повисла в воздухе всего в нескольких дюймах от округлой груди. Блум затаила дыхание, и он убрал руку. Она заметила, как маг стиснул зубы и как в глазах его промелькнула досада. Внезапно мужчина отвернулся и прислонился спиной к соседней стене. Во всем его теле ощущалась напряженность: он задрожал и скрестил на груди руки, словно удерживая внутренний порыв. Нежное сердце рванулось к мужчине. Нечестно отказывать ему теперь. – Валтор,– донесся до него слабый голос. – Если ты хочешь до меня дотронуться... я не возражаю. Только скажи мне... скажи, что не станешь причинять мне боль. Синие глаза посмотрели на огненную красавицу с искренней благодарностью и невыразимой теплотой. Она придвинулась ближе и позволила ему усадить себя между коленей, опустившись в кресло. Пальцы его были нежны, почти трепетны. Блум чувствовала, как он ласкает ее, успокаивает, добиваясь полного доверия. Жар нарастал, каждая клеточка ее тела горела и пульсировала. Ей показалось, что она тонет в морской пучине. Вернее, ей хотелось, чтобы погружение в водную глубь было именно таким: дыхание затрудняется, кружится голова, всем телом овладевает слабость... Воля ее растворилась в теплых волнах, тело казалось бесплотным и невесомым; она, казалось, таяла на жаркой мускулистой груди мага, таяла, трепеща при звуках нежного, убаюкивающего голоса. – Ты удивительно красива, огненная красавица. Ты прекрасный розовый цветок, в котором таится сладкий нектар. Он поднял ее на руки и уложил на кровать, нависая сверху. Валтор опустился на колени. Он находился так близко от нее, что она уловила его солоноватый, мужской запах. Маг возложил ладони на ее тело. Пальцы его обследовали округлость груди, потом тронули бедра и скользнули к ягодицам, чтобы погладить их. Вожделение вновь овладело ею, как только ладони мужчины принялись поглаживать ее мягкую плоть. Девушка слегка приподнялась, повинуясь этому немому приказу, и чуть раздвинула ноги. И все же, едва он лег на нее, она в напряжении застыла. Но тут же мужчина отстранился. Блум наблюдала за действиями желаемого ею мужчины. Сначала он стянул с себя рубашку. Медленно, будто перед ним была не женщина, изнывающая от желания, а дикая лань, которую можно было спугнуть резким движением. Блум удивилась: на мужчине была современная одежда, не считая того длинного плаща, скрывающего его. Затем– так же медленно он стал растегивать пряжку ремня. Поддаваясь непонятным порывам, Блум остановила его и сама, дрожащими руками, стала растегивать его. Штаны опустились к ногам мужчины и девушке открылся незабываемый вид. Валтор легко толкнул Блум в плечо и та рухнула на кровать. Он навис сверху. Сейчас это мужественное лицо казалось таким нежным и ласковым, как никогда прежде. Женщина протянула руку, чтобы погладить его обветренный лоб и насладиться приятной огрубелостью смуглой кожи, которую лишь слегка оттенял темный цвет буйных волнистых волос, казавшимися такими от отблесков пламени в камине и темноте царившей в комнате. Она обняла Валтора за шею и притянула к себе, давая понять, что желает лучше узнать его тайну. Он накрыл губы Блум влажным, настойчивым поцелуем. Проникая в ее рот своим языком, маг издал глухой звук, похожий на слабый стон или рычание. Тело его превратилось в буйный горячий поток, плещущийся над ней, и она приникла к мужчине, напуганная и взволнованная. Он оторвался от нежных пылающих губ и безумными от неистового желания глазами уставился в ее лицо. – Прошу тебя, Блум, позволь мне... – Его ладонь скользнула по ее мягкому животу, все ближе спускаясь к треугольнику волос. – Расслабься, – шептал он, – подумай о пламени, горящем внутри тебя. Я хочу дотронуться до него и разжечь его еще ярче. Я сотворю волшебство в твоем теле. Эти слова заставили ее насторожиться. А что если предупреждения Фарагонды осуществляться? Но девушка быстро откинула эти мысли. Ей не хотелось думать о том, чего может не произойти, а уж если и произойдет, то так оно и должно быть. Женщина закрыла глаза и целиком отдалась во власть желания, зажженного этими прикосновениями. – Сейчас.– проговорил он. Он чуть расслабился, и рука его направила в нее твердую мужскую плоть. Девушка задрожала в экстазе, а из глаз брызнули слезы. Она вдруг напряглась, но бежать было невозможно: Валтор крепко прижимал ее к кровати. Ею овладела паника. Он был слишком велик, огромен... Блум свела ноги, и от этого движения мужчина застонал. Она оцепенела. Валтор придвинулся к ее уху и прошептал ее имя, нежно поцеловав шею. И свершилось чудо: при звуке этого голоса, низкого и трепетного, похожего на шум ветра в камышах, женщина забыла о своих страхах. И тогда Валтор еще глубже вошел в нее, – но страх тотчас вернулся. Чего ему надо, не хочет ли он вместе с телом украсть и ее душу? – Все хорошо, – снова зашептал мужчина. – Расслабься и ощути, как тебе хорошо со мной. Я хочу тебя, Блум. Безумно хочу... Он обнял крепкими руками ее узкие бедра и, прижав их плотнее к себе, углубился в желанное лоно. Его плоть была огромной и властной, и она становилась все тверже, проталкиваясь вглубь ее естества. Девушка обняла могучие плечи мужчины и слилась с возбуждающим ритмом его движений. Теперь он стал частью ее; мужчина и женщина превратились в единое существо. И чувства их слились воедино и вихрем закружились в темной и жаркой пустоте, отделившей их от остального мира. Единый организм, которым они стали, жил ритмом, старше коего на этой земле были лишь древний океан и уходившие в небо скалы, расположившись недалеко от замка могущественного мага,в комнате у которого происходило настоящее волшебство. Они, казалось, падали в бездну. Ослепительно яркая вспышка – и потом падение... падение... Блум услышала хриплый вскрик Валтора и тут же ответила ему. Потом все кончилось, и мир поплыл вокруг них в том же свете и при тех же звуках, которые способны улавливать существа, вновь отделившиеся друг от друга. Щеки огненной красавицы блестели от слез, но она была счастлива. Нежные пальцы прикоснулись к влажной, жаркой коже любимого. Он приподнялся над нею, все еще не в силах восстановить дыхание. Взор мужчины заволокло синим туманом. Блум переполняла страстная сладостная мука – самое острое из наслаждений, когда-либо ею испытанных. К горлу ее вдруг подступил комок, а очи наполнились слезами. Ни с чем не сравнимое счастье было разделено с человеком, который дал ей нечто большее, нежели сама жизнь. Она знала, что и Валтор ощущает то же самое, потому что он смотрел на женщину изумленными глазами, а когда наконец заговорил, голос его звучал нежно, зачаровывающе. – Ах Блум! Теперь, когда ты стала моей, я могу желать лишь продолжения.