Северный Ледовитый

Вот уже третью ночь Рыжий просыпается так, будто выныривает из ледяной воды, жадно и с присвистом дышит, вглядываясь в серые тени на потолке. Голос Хэ Тяня преследует его, навязчиво звучит в ушах почти интимным шёпотом. Фантомные прикосновения, выписанные из памяти, ощущаются почти физически, словно этот придурок лежит сейчас рядом с ним, приторно ухмыляясь, а не спокойно спит в своей кровати за несколько кварталов от. Рыж тяжело выдыхает и прячет лицо в сгиб локтя. В бездну всё. К чёрту. Сгинь. Но с каждым днём ненавистный образ становится только ярче, чётче, реальнее. Будто бы мало их встреч в школе! Рыжему бы вытрясти весь мусор из головы, стереть файл с пометкой "Хэ Тянь", но привычный мир уже давно перевернулся вверх дном, обретя новый устойчивый центр, замкнулся на одном единственном человеке, от которого теперь нет спасения. В голове беспрестанно мелькают картинки их последней встречи. Как видео, поставленное на репит или навязчивая круглосуточная реклама. Вот Тянь говорит: - Если ты откроешь рот, я возьму стальную проволоку и зашью его. А потом ведёт пальцем по губам Рыжего, очерчивая их контур. Тот смотрит в потемневшие как грозовое небо глаза Хэ и ему жарко. Ему невыносимо жарко от каждого прикосновения длинных тонких пальцев, тепло которых ощущается даже через одежду. Ещё немного - и они прожгут его насквозь, добираясь до отчаянно стучащего в груди сердца. Хэ Тянь ловит его растерянный взгляд и, нет, он не улыбается, не усмехается, не ехидничает - смотрит так, словно впервые его увидел. А затем наклоняется так близко, что сердце у Рыжего пропускает удар, потому что между их губами считанные миллиметры, потому что от Хэ слишком приятно пахнет и просто потому что. - Не отпущу... - шепчет едва слышно Тянь, и эта фраза преследует Рыжего уже третью ночь. Он поворачивается на бок, надеясь вырвать у мира ещё несколько часов беспокойного сна. Вздыхает, проваливаясь в свой личный кошмар заново. И чего бы ни добивался Хэ Тянь своими странными выходками, кажется, ему это отлично удаётся: глупый зверёк сам загоняет себя в подготовленную для него ловушку.