... навеки

      Вот и наступило первое утро сентября, но оно не было похоже на остальные дни, пусть даже они и были такими же солнечными и тёплыми. Пандора старалась оставаться спокойной, но всё же ей было непривычно проводить утро в кругу семьи, не мчась со всех ног на платформу девять и три четверти. Обучение в Хогвартсе закончилось, и только теперь девушка понимала, как ей не хватает тех сказочных дней, проведённых за всё это время в Хогвартсе, который успел стать для Пандоры вторым домом, таким родным и непредсказуемым. Но обучение не могло продолжаться вечно, и теперь девушке было больно осознавать, что вместо весёлых учебных дней, её ждут банальные серые будни и не в самом лучшем, как казалось на тот момент многим волшебникам, магическом учебном заведении, а всего лишь в обычном институте.  — Да уж… Впервые со мной такое, я иду в самый обыкновенный институт, — с тоской в голосе прошептала Пандора, быстро помешивая ложкой свой чай.       Мать бросила на дочь иронический взгляд: — Ты сейчас дырку в кружке сделаешь. Пандора, успокойся! Всё будет хорошо! Я знаю, что ты переживаешь, но не стоит. Я в тебя верю.       Слова матери подбодрили юную волшебницу, но всё же в душе у неё бушевал ураган. — Вот уж не думала, что когда-нибудь смогу найти себе новых друзей… Мне жаль Лиззи, я ведь не смогла ей ничего рассказать про свою магию, а теперь она мне навряд ли уже когда-нибудь поверит или хотя бы позвонит. Увы, эти слова, казалось, никто не услышал, а мать Пандоры преспокойно насыпала в тарелку дочери кукурузные хлопья и залила их молоком. — Да, это тебе не завтрак в Хогвартсе, — провопила студентка исторического факультета. — Единственное, что мне придаёт уверенности — то, что я скоро стану археологом…

***

      Часы пробили восемь часов, наконец-то, Пандора привела свой внешний вид в порядок. Это была на удивление красивая блондинка с голубыми сияющими глазами, небольшим прямым носом и милой улыбкой. Когда возле дома припарковалась белая машина, волшебница прильнула к окну и устало пробормотала: — Ну и зачем было так беспокоится?       Выбежав на улицу, девушка обернулась к окну, чтобы помахать маме, а затем залезла в машину, где её поджидал крестник матери, Льюис Берингс. — Ну, привет, — вяло пробормотала Пандора. Льюис улыбнулся в ответ: — Ну что, ты готова? Уверен, что учиться в обычном университете тебе не так уж понравится…       Улыбка Пандоры медленно сползла с лица, а в глазах промелькнула тревога. — В каком смысле? — робко спросила девушка, стараясь сохранять спокойствие и убеждая себя в том, что об её магической силе Льюис ничего не знает. Но все сомнения волшебницы мигом улетучились, когда юноша беззаботно ответил: — Ну, ты же училась в какой-то там дорогущей школе, по крайней мере, так все в округе говорят. Твоим родителям надоело заниматься твоим же воспитанием, и они решили… короче, сплавить тебя куда подальше, да в школу пороскошнее, чтобы компенсировать недостаток родительской заботы…       Этот ответ вполне удовлетворил Пандору, но большая часть заставила девушку покраснеть от ярости, и волшебница мигом выскочила из машины, громко хлопнув дверью. — Знаешь, что! — прокричала она. — Вот теперь я понимаю, почему родители советовали мне держаться подальше. Видимо, все в вашей семейке… такие… такие алчные и лживые натуры… Настоящие эгоисты!  — Эй, Пандора! Постой, ты куда? — Подальше от тебя. У меня ведь понтов, хотя отбавляй, раз я училась в такой… дорогой школе!

***

      Пандора быстро перебежала дорогу и скрылась за каким-то высоким строением. Девушка сама не ожидала от себя ничего подобного, но Льюис действительно был не прав. Как он мог так поступить с ней? Унизить её собственное достоинство и запятнать честь её родителей и её же семьи! А всё это он успел сделать, сказав лишь одно предложение.       Пандора была на взводе, а успокоить её могла лишь лучшая подруга, которая исчезла вместе с Хогвартсом. — Почему всё так, почему? Неужели всё это происходит со мной?! Обычный университет. А где же моя прошлая жизнь? — сквозь слёзы повторяла Пандора, понимая, что идёт совершенно не в ту сторону. — В жизни всякое бывает, — позади раздался чей-то громкий мужской голос, заставивший Пандору остановится на месте.       Обернувшись, девушка увидела за собой какого-то молодого человека лет восемнадцати, а на его лице беззаботно сияла весёлая улыбка.