Цвета крови, холоднее льда.

У Керсти было очень странное ощущение. Будто она из-под толщи воды выпрыгнула. Голова отчего-то болела просто жутко, а тело отказывалось подчиняться разуму. Открыв ожидаемо тяжёлые веки, девушка попыталась сесть. Мир перед глазами плыл, но было терпимо. - Что это за место? - спросила сама у себя Кёрсти, осматривая помещение. Это была небольшая комната, выполненная в чёрном готическом стиле. Вокруг не было ни одного источника освещения, кроме небольшого окошка, из которого лился странный голубоватый свет. Небольшие комодики стояли у каждой стены, на которых стояли странные сосуды с таинственной жидкостью, но самым интересным были две статуи, стоящие около красивой резной двери из красного дерева. Это были две девушки из белого мрамора с распростёртыми в разные стороны, словно крылья, руками. У одной из них были завязаны глаза, но на щеках явно виднелись красные полоски, словно это были слёзы. Кровавые слёзы. Вокруг её ног обвились лозы, колючие шипы впились в нежную кожу, отчего рот девушки был приоткрыт в немом крике. Вторая девушка выглядела точно также, как и первая, только у неё был завязан рот, а глаза широко распахнуты. Лозы вились вокруг запястий и шеи, отчего красная жидкость текла по стеблям и рукам статуи. Отчего-то всё внутри Коттон сжалось в тугой комок, отчего хотелось сжаться в каком-нибудь тёмном углу. С трудом поднявшись на дрожащие ноги, Кёрсти посмотрела на себя. На белоснежной блузке, в которой она была на работе, в районе груди красовалось багровое пятно. С трудом подавив рвотный рефлекс, девушка не читаемым взглядом уставилась в зеркало, висящее как раз на стене напротив неё. Странная бледность кожи, потемневшие глаза, ставшие тёмно-карими, почти чёрными, да и волосы отчего-то стали белее снега.Что-то здесь явно было не так. Неожиданно раздался звон колоколов и странный лязг, будто... Будто цепи качались. Слово "цепи" почти въелось в мозг, стараясь вытянуть какуо-то очень важное воспоминание... Чёрт, почему этот звон кажется знакомым до боли? Что вообще происходит? Почему она ничего не помнит. - Кто здесь? - откуда-то повеяло могильным холодом, отчего тело девушки покрылось сотней мурашек. - Это я, Кёрсти, - этот голос. Его невозможно забыть. Это тот, кто перевернул всю жизнь Коттон с ног на голову. Тот, кого она любила вопреки всему. Это был Чёрный Священник Ада - Пинхед.