Белая среди Чёрных

Время в поместье тянулось очень долго. Каждый день был похож на предыдущий. Никакого разнообразия. Драко только и делал, что ел и ходил в библиотеку. Он никогда не слышал о такой магии, которая может в случае опасности перемещать наследников во времени. Вопросов по этой теме было много, а ответов никак не найти. Больше всего Драко интересовало, кем же является мать Гермионы. Отец никогда с ним не делился чем-то откровенным и личным, а он и не интересовался. Оказалось зря. Малфой не относился к Гермионе, как к сестре. Возможно, когда-то их отношение друг к другу поменяется, но точно не сейчас. Они всегда были врагами, поддерживали разные стороны, у них разные взгляды на жизнь. Теперь им придётся вести себя иначе. После библиотеки Драко решил заглянуть в комнату отца. На двери красовалась небольшая табличка «Люциус Малфой». Дверь была приоткрыта. В комнате стоял абсолютный порядок. Книги аккуратно расставлены на полках, кровать заправлена. На стене рядом с кроватью висели три фотографии и одна небольшая картина. На первой фотографии был изображён его отец вместе с Северусом Снейпом. Они стояли на фоне Хогвартса. Снейп выглядел значительно младше Люциуса. На второй фотографии с отцом стояла темноволосая девушка. Они улыбались. Драко никак не мог узнать девушку. Всех знакомых отца он знал очень хорошо, но её прежде никогда не видел. На последней фотографии Люциус изображён с его матерью. Они не улыбались, их лица абсолютно хладнокровны. На картине было изображено какое-то озеро и дерево. В ней не было ничего необычного, но снизу была маленькая аккуратная подпись «От Виктории Гринграсс». Драко, как и полагается всем порядочным чистокровным волшебникам, знал аристократию Британии и Гринграссов в том числе, но про Викторию не слышал никогда. Дверь скрипнула и на пороге Малфой увидел Гермиону. Он недовольно фыркнул и перевёл свой взгляд обратно на фото улыбающихся молодых волшебников. Тут отец совсем другой. Без маски. Эта девушка заставляла Люциуса показать свою более приятную сторону. — Тоже не спится? — спросила его сестра. Малфой проигнорировал её вопрос. Драко, несмотря на их многолетнюю вражду, признавал Гермиону одной из умнейших волшебниц своего возраста, но иногда эта гриффиндорка несла полнейшую чушь. — Виктория Гринграсс. Ты слышала о такой? — Может это тетя Астории и Дафны? — предположила мисс Малфой. — А может это твоя мать? — иронично ответил вопросом на вопрос Драко. — У Аарона Гринграсса, отца Астории, нет сестры. Я знаю всех чистокровных волшебников, но Викторию Гринграсс — нет. — По какому принципу ты решил, что она — моя мать? — Гермиона нахмурилась. Малфой указал на фото Люциуса с девушкой. У неё, как и у Гермионы, были ярко-синие глаза и округлое лицо, контрастом выделявшееся на фоне острых скул Люциуса. Утром Драко за завтраком решил расспросить деда об этой девушке. Он чувствовал себя неловко, ведь ему раньше не приходилось общаться на личные темы с родственниками. В чистокровных семьях родители холодно относились к своим детям. Никаких откровений и сплетен. Так было не во всех семьях, но Драко воспитывали именно по таким правилам, на что, впрочем, он особо и не жаловался. — Сэр, а вы не знаете девушку по имени Виктория Гринграсс? — спросил блондин и подался вперёд. — Я вижу, вы были в комнате у Люциуса, — протянул Абраксас. По его тону нельзя было определить, зол он на них или нет. — Простите, нам просто было любопытно, — извинилась Гермиона. — Я не виню вас за ваш интерес к отцу, мисс Малфой. Тори, так называл её Люциус, была его очень хорошей подругой. Они буквально всё свободно время проводили вместе. Я уж думал заключить их помолвку, но узнал о наследственной болезни Гринграссов. Сейчас по ней и не скажешь, что она больна, но целители прогнозируют ей максимум пять лет. — Лорд Малфой, — обратилась Гермиона, — а она не может быть моей матерью? — Я не отрицаю такой возможности, но точно сказать не могу. Я тут подумал, — заявил он, — вас надо приобщать к обществу аристократов. Поэтому сегодня мы идём на приём к Вальбурге, у её младшего сына сегодня день рождения. Гермиона удивленно уставилась на старшего Малфоя. Она предполагала, что познакомится со многими людьми, которые в их времени уже взрослые и имеют семью, но она даже не представляла, как вести себя с молодым Сириусом. Хотя ещё не факт, что он будет там, зная о его нелюбви к собственной семье. До визита к Блэкам оставалось ещё несколько часов, поэтому Гермиона решила отправиться в семейную библиотеку, намереваясь найти хоть какую-нибудь информацию о Виктории или наследственной болезни Гринграссов, но поиски оказались безутешны.

***

Абраксас и двое его «племянников» прибыли на площадь Гриммо. Гермиона мысленно заверила себя, что ничего страшного не случится. Тем более, многие бы душу дьяволу продали, чтобы посмотреть на своих родителей и близких в молодости, а тут есть возможность ещё и пообщаться с ними. Дверь открыла высокая стройная женщина. Её волосы были чёрными, словно уголь, а взгляд был настолько суровым, что сам Волдеморт позавидует. Она улыбнулась лорду Малфою, но в этой улыбке не было ничего доброго и тёплого. Вот что означает «улыбаться из вежливости». — Рады вас видеть, Малфои, — поприветствовала женщина. На ней было темно-зелёное платье в пол и шикарное жемчужное ожерелье. Драко еле слышно шепнул сестре «мать дьявола». Гермиона слегка улыбнулась этой шутке. Абраксас вместе со многими лордами и их леди пошёл в трапезную. Вальбурга проводила младших Малфоев на второй этаж и открыла первую дверь слева: — Регулус, — сурово обратилась она. Кажется, эта женщина не может проявлять нежность даже к любимому сыну, — это Гермиона и Драко Малфои. Познакомь их тут со всеми, — миссис Блэк вышла из комнаты, громко захлопнув дверь. Бывшей гриффиндорке это напомнило ситуацию с её маггловского дня рождения. Родители всегда отправляют маленьких детей играть вместе, а сами со взрослыми садятся за стол. Только видимо в магическом мире значения не имело, что ты уже не ребёнок — все равно отправят к сверстникам. Гермиона посмотрела на виновника торжества. Он был высокий, шикарно одетый юноша. Сразу видно — настоящий аристократ. Внешне Регулус был похож на рядом сидящего Сириуса. Только старший Блэк был в потрёпанных маггловских джинсах и чёрной кожаной куртке. Его небрежный наряд ничуть не портил его. — Как вы поняли, я — Регулус. А вот этот болван — мой старший брат Сириус, — на лице младшего не было ни намёка на улыбку. — Я хотя бы не выгляжу, как упырь, — лающий смех Сириуса прозвучал на всю комнату. Волшебница после его слов осмотрела своё платье. Она бы не сказала, что оно было слишком вычурным, лишь подчеркивало её фигуру. Драко быстро нашёл себе собеседника. Он разговаривал с Ноттом, а вот Гермиона села на кресло у камина. Она достала небольшой блокнот из кармана мантии и сделала наброски комнаты. Девушка начала рисовать ещё на третьем курсе, с каждым годом совершенствуя свой навык в этом деле. Один раз она показала рисунок гиппогрифа Рону, а тот лишь посмеялся и сказал, что колдовать у неё получается лучше, чем рисовать. — Мисс Малфой, я Вас не отвлекаю? — спросил подошедший Регулус. —Не-ет, — лениво протянула девушка и захлопнула блокнот. У неё совсем не было настроя общаться с кем-либо. Гермиона неловко улыбнулась. Блэк закусил нижнюю губу и посмотрел прямо в глаза девушке. Она опустила голову и случайно увидела просвечивающие через белую рубашку кубики пресса. Она и подумать не могла, что у брата Сириуса такое красивое тело. Щеки залились румянцем, а внизу живота приятно потянуло. Малфой, пристыдив себя за свои мысли, резко вскочила с кресла. — Я пожалуй пойду, — быстро кинула она и со скоростью света побежала к двери. Этот эпизод не мог не получить внимание всех присутствующих в комнате. — Гермиона, — окликнул её брат Сириуса, — ты забыла, — он отдал ей блокнот и ухмыльнулся. Малфой кивнула ему в знак благодарности и вышла в коридор. Девушка не знала, сколько они ещё будут в доме у Блэков. Она выпрямила мантию и села на пол около двери. Мисс Малфой не знала, почему её внимание так привлёк Регулус Блэк. Она не понимала, какие чувства возникли внутри из-за встречи с тем человеком, о котором она могла судить лишь из рассказов Сириуса и Кикимера. Во время учебы в Хогвартсе у неё не было времени обращать внимание на противоположный пол. Нет, конечно, она особо не страдала по этому поводу, но было обидно, что у её ровесников уже были отношения и первая любовь, когда она была занята спасением всего магического мира. За раздумьями Малфой не заметила как дверь открылась и перед ней возвышался вышедший человек. Она подняла голову и увидела Сириуса. — Мой брат настолько плох? — поинтересовался он. — Нет, просто у меня настроения нет, — с небольшим раздражением ответила Гермиона. Ей не хотелось срываться на Сириуса, он ведь не виноват, что она не может разобраться в себе. — Вот моя теория и подтвердилась, — просиял Блэк, — в присутствии Регулуса у нормальных людей портится настроение. — Здесь так скучно, одни напыщенные индюки. Никакого веселья. Пойдём в мою комнату, я тебе кое-что покажу. Сириус обладал исключительно положительной энергией. Он был ходячим позитивом. Рядом с ним все назойливые проблемы моментально испарились. Он так легко и беззаботно рассказывал о своих маленьких шалостях в Хогвартсе, что настроение очень быстро вернулось к девушке. — Как-то раз с Джеймсом, — он широко улыбнулся, — мы решили подкинуть слизеринцам навозные бомбы. Ночью мы пробрались в гостиную к змеенышам, всё подготовили, и вдруг из спальни спускается Рег. Не знаю, куда он собирался, но он был очень сонным. Мы с Джеймсом спрятались за диван, а бомба взорвалось именно в этот момент. Вонь стояла ужасная, но это того стоило. Регулус завопил, как мандрагора, — закончил Блэк. — У тебя случайно нет ничего небольшого? Гермиона, не задумываясь, сняла резинку с руки, которую по привычке всегда носила с собой, хоть волосы собирала редко, и отдала её Бродяге. Он с помощью палочки трансфигурировал её в мини-Регулуса и воссоздал эту ситуацию.

***

Регулус услышал громкий смех старшего брата и вышел проверить, что на этот раз творит этот болван. Блэк не считал себя скучным и чересчур правильным человеком, но некоторые выходки Сириуса он терпеть не мог. Слизеринец подошёл к комнате старшего брата. Дверь была открыта. Гриффиндорец сидел на кровати вместе с Гермионой. Они смеялись над чем-то. Младший Блэк невольно сжал кулаки и пошёл прочь. Регулус не мог сказать, что именно разозлило его. Сириус опять портит его праздник? Или то, что мисс Малфой предпочла компанию шумного гриффиндорца? Ну уж нет, его не должны волновать такие мелочи. Блэк вернулся к своим друзьям, но неприятный осадок остался внутри.