Пушистый чародей

Будильник. Мягкий и сладкий, нарастающий звук, сопровождаемый шершавым скольжением по моей щеке, и пушистой шерстью у ноздрей. Котенок тихо и просяще, мяукал, стараясь не разбудить Михеевича, но требовал моего подъема. — Сейчас, Пушистый, выпущу. — Продирая глаза и вставая с кровати, сказал я. Открыл дверь и комок шерсти выскочил на улицу. Я подождал. Легкий утренний туман тянулся с реки. Было зябко. Шутка ли, половина шестого. Котенок вернулся и я вновь улегся, укрывшись одеялом под которое, как партизан, вползал мой шерстистый друг. Добравшись до руки, без всякого зазрения совести, Пушистый, перебрался ко мне на грудь, свернулся калачиком заснул. Самое интересное, что мой сон, улетучился напрочь. Рано утром мы отправились в деревню, пришвартовав баркас на пристани. Миновали дома, углубились в лес, где и стояла лесопилка. Сашка действительно умел доставать быстро запчасти. Притом, что и вся поломка, заключалась в замене прокладки, на головке цилиндров. После обеда тем самым путем вернулись к пристани. На лавочке сидело, около десятка деревенских, и ждали Михеевича. Мы с котенком в контейнере, пошли вдоль затоки, а там через мостки, можно перейти в домик нашего капитана. Не хватало еще того, чтобы дядя Миша тратил время в ущерб своего маленького бизнеса отвозя нас домой. — Вот, Пушистый, иногда полезно, пройтись пешком и полюбоваться природой. Когда еще выдастся такая возможность, соприкоснуться с тем, что нас окружает вокруг. Перед мостками я выпустил котенка на волю и он не спеша, осторожно и самостоятельно преодолевал препятствие. Я не останавливаясь, перешел через реку, а Пушистый подходил к краю и подолгу смотрел в пробегающую под ним воду. — Любуешься своим отражением? — Спросил я. Он посмотрел на меня и нехотя побрел следом. Я с лавочки смотрел на котенка, понимая, он чем-то расстроен. — Что с тобой творится приятель? — усмехнувшись, спросил я. — Тебя будто подменили, ты случайно не заболел у меня? Пушисты забрался на колени и покрутившись блаженно скрутился калачиком, при этом мурлыкая как мини-трактор тихо и монотонно. — Не расстраивайся, скоро прибудет Михеевич и все наладится. — Я говорил с котенком и пальцам почесывал у него за ушком. Наш друг действительно очень скоро пришвартовал свою посудину и, быстро шагая, приблизился к нам, при этом взгляд у него был, очень озабочен. — Что-то случилось? — спросил я старого капитана. — Да уж, случилось, забодай его медуза. — Он тяжело вздохнул и посмотрел мне в глаза. — Сегодня в городе пытались убить нашего мэра. — Ну ничего себе. — присвистнув, проговорил я. — И до нас докатилось это безобразие. Надеюсь никто не пострадал? — Да мэра только оцарапало, а вот водителя задело серьезно, сейчас в центральной над ним хирурги колдуют. Нет Леша, вот ты мне скажи, что же это в мире творится, чтобы вот так среди бела дня по людям стрелять, да еще и в центре, на глазах людей? — Значит кому-то серьезно помешал глава города. Погоди, дядь Миш. — Я вдруг наконец осознал слова друга. — Ты сказал водителя серьезно ранили? — Ну да. — Так ведь водитель мэра, это отец Зины. — Твоей ассистентки? Той, что с тобой в командировку едет? Сушеный кашалот, вот ведь ситуация вырисовывается. — А убийцу то хоть задержали? — Еще нет, но работа по этому делу ведется сурьезная. Уже ловят по приметам — это тот тип, что катер нанимал у Володьки Прещепова. — Откуда такая информация? — Да с участковым нашим я разговаривал. Он мне рассказал про то, ну и я сам видел того хлыща на днях, правда не рядом, а метров с пятидесяти, забодай его медуза. — Покачал головой друг. — Имея такие сведения милиция быстро выйдут на след, катер не иголка. — В плавни он вроде ушел, а там потеряться на раз-два можно при желании, забодай его. — Михеевич махнул рукой. — Возьмут местных проводниками, так те тут каждый закуток знают. Вот хотя бы ты, дядя Миша, за столько лет неужто не исследовал тут все ответвления? -Вот до чего же ты умный, Лексей. А то наш участковый ко мне так просто позубоскалить подвалил. Там не глупее нас с тобой люди работают, они в раз сообразили кого надо на поиски подключать. Я мотор этого катера хорошо знаю, так вот пару раз он в затоку к белым пескам проходил. Степан сказал, что туда сами на служебном глиссере сегодня отправятся, а если в пустую, то завтра и я выдвигаюсь с оперативниками. — Это там мы вроде собирались днями порыбачить? — Там, там. Судак там, окунь крупный на спиннинг берет. — Значит, как все утрясется сходим в те места, кэп. — Сходим, обязательно сходим, сушеный ты кашалот, Лешка. — Засмеялся в усы мой друг. Мы еще некоторое время почесали языками, затем соорудили не мудреный обед и сели втроем кушать. Пушистый с удовольствием поглощал жареную рыбу. На реке послышался шум приближающегося катера, а вскоре за этим в дверь постучав, вошел участковый Степан Голубев. Мужчина огромного роста лет сорока, в милицейской форме и при планшете. — Доброго здоровья, хозяева, приятного аппетита. — И тебе здравия, Степан. — ответил Михеевич. — Присаживайся к столу, отобедай за компанию, небось цельный день ни крошки во рту с этим расследованием. — Благодарствую, с удовольствием, только разве что не долго, потому как дело у меня к вам? — Что случилось? — Утопленника на косе выловили, по всем приметам это наш киллер. Правда с дыркой во лбу. Вот такая петрушка, Миша. — Сушеный кашалот, да кто же это его к праотцам снарядил? — Не знаю. — Кушая рыбу и пюре картофельное, ответил милиционер. — да только кажется что свои его и порешили. Дела не выполнил, шума наделал, так-то верно что кто-то свой его уговорил. — Хммм. — Михеевич почесал бороду. — Если свои, так значит не сам он был. А катер то нашли, на котором он по реке ходил? — Нашли рядом, к берегу прибился. Его убили по видимому в аккурат, как он причалить хотел. — Может это его заказчик убрал? — Негромко предположил я. — Все возможно, мы берег обследовали, никаких следов не нашли, возможно убийцы тоже на катере были. Стреляли с близкого расстояния, как наш криминалист определил. Знал он того, кто в него стрелял. — А как там пострадавшие? — Вдруг вспомнив об отце Зины и мэре спросил я — Да пока все вроде нормально, водителя прооперировали в реанимации сейчас, а мер так после перевязки на своем рабочем посту. — К нам то какое у тебя дело, Степа? — спросил дядя Миша. — Вы в этих местах рыбу удите, так прикинь своим оком Миша, может чего мы пропустили. — Какой разговор, забодай его медуза. Вот завтрась с утреца с Лешкой пойдем в ту сторону на судака, так непременно погляжу и тебе отчитаюсь. — Спасибо за угощение и заранее благодарю за помощь. Мне сейчас бежать надо, еще отчет начальству составлять. — А по маленькой, участковый? — Михеевич хитро подмигнул. — Ну разве что по стопочке, больше никак нельзя, я еще на службе. Хозяин налил по половине стакана водки всем троим и мы выпили за то, что киллера быстро сыскали хоть и мертвого. Затем закусив, Степан Голубев попрощался и вышел. Мы слышали, как отчалил катер и пошел в сторону города. — Вот таки калачи, сушеный кашалот, получаются, Леша. Бог, он как вишь не дремлет, быстренько наказание придумал тому, кто людишек ничтожил, еловый якорь ему в … — Досказывать друг не стал, куда бы он определил столь необычайное средство корабельное, но догадаться, как вы понимаете было не трудно, особенно зная Михеевича. — Ты бы позвонил ей что ли. — Кому? — не понял я. -Девушке энтой, что отца то ранили, может ей поддержка твоя нужна. — Какая такая поддержка, дядь Миш? — Сушеный ты кашалот. Человеческая поддержка. Девке то сейчас поди не сладко. Я достал мобильник и набрал Зину, пришлось подождать несколько гудков пока не послышалось грустное — Алле. — Привет Зин, Ну как ты? Я тут недавно узнал что произошло. Тебе может помощь какая нужна или еще что, так ты не стесняйся, всегда звони. — Спасибо Леш, но пока ничего не нужно, папа в больнице, мама при нем осталась, а меня домой отправила. Ты сейчас в городе? — Нет, я за рекой у друга. — как-то стушевавшись, ответил я. — Жаль. Я бы не против с тобой встретится. Домой одной идти тошно, а поговорить не помешало бы. Я взглянул на Михеевича, и спросил не подбросит ли он меня на пристань. — Скажи пусть подходит к спуску, где цветами торгуют. Мы через полчаса ее заберем. — Зина, ты далеко от набережной? — Я слышала, Леша, буду ждать вас там. — и в телефоне снова послышались короткие гудки. — Бедолага, переживает сильно за родителя твоя помощница. Ну оно и понятно, можно сказать мужик со смертишкой поздоровался, забодай ее медуза. Что расселся как на сватанье, поднимай зад с табурета, поехали твою Зину встретим. — И вовсе она не моя, просто друг хороший. — А раз друг, так еще быстрее шевелись, сушеный ты кашалот. — Возразить мне было нечего и я быстро пошел вслед за ним, а котенок, посмотрев нам в след, удобно разместился на моей постели, ему явно не хотелось мотаться на баркасе туда и обратно. — Юнга, ты за хозяина. — Крикнул дядя Миша. — Смотри, чтобы мыши не озорничали в доме. — Пушистый лишь мурлыкнул, так и не раскрывая уставших глаз. — С таким сторожем, мышам просто праздник. — Засмеялся я. — Кто знает, может ты и прав, а может и нет. Через полчаса быстрого хода мы пришвартовывались у набережной. Где у самой воды на ступени стояла Зиночка с объемистым пакетом и ждала нас. — А я тут немного продуктов прикупила. На свой вкус, потому что не знаю, чем вы там привыкли питаться. — Омары, лососина, икра красная, икра черная. — Попробовал пошутить я. — Балаболка. — усмехнулся капитан. Не слушайте вы этого, сушеного кашалота, девушка. Он, забодай его медуза, вам щас в три короба нарасказывает. Не всему же нужно верить. — Я все его слова всегда делю на пять, уже привыкла, не один год с ним работаю. — И чуть заметная улыбка скользнула по лицу девушки. — Ну еще можем предложить: почки заячьи верченые, щучьи головы под чесноком. — Я усиленно пытался развеселить свою ассистентку. -Э да вы врун, ваше величество Иван Васильевич. — парировала Зина. — Не в одном глазу. Наговариваете вы на нас, грех это. — Ой Лешка, Лешка, от тебя же водкой разит, как от спирт — завода. — Исключительно за для здоровья пригубили по маленькой, Зинуль. — Я тоже парочку бутылочек прихватила. — Сразу видно, наш человек. — Похвалил Михеевич. — А Лохматого куда дел, Градов? — Пушистый изволят почивать, после рыбки жаренной. — Ты главное, девонька, сильно не тужи. Нашелся обидчик родителя тваво, правда он к тому времени уж представиться успел — Кому представиться? — не поняла Зина. — Известно кому, наивысшей инстанции.- Ответил капитан — Убитым киллера нашли, Зин, хотел сказать Михеевич. — Кто же его? — А шут его знает кто, про то милиция будет разбираться. После ужина, мы изрядно захмелевшие, разобрались по своим местам. Зине досталась моя кровать, как гостье, дядя Миша на своей, мне пришлось укладываться на сдвинутые две широкие лавки. — Градов, давай ко мне, не покусаемся, не бойся. — Позвала девушка. — Нет, Зинуль, неудобно, может не понять Михеевич. — не громко проговорил я. — Что тут не понятного. Девушка тебе удобство предложила, а ты кабенишся. — сонно проворчал мой друг. — Кабенишься, Лешенька? — ухмыльнувшись, спросила, посоловевшая от водки, Зина. — Ага. — Ответил я. — спасибо тебе, только спи давай, завтра с утра на судаков пойдем. Надеюсь не забыла, что сама соблаговолила рыбку половить? — Ну и ладно, сушеный ты кашалот, Градов. — Обиженно проговорила девушка. — Нам тут с Лохматым вдвоем, не тесно будет, а ты дави бока об лавки.