Астарты - рождение новой цивилизации

Иш Успокаивающе, ласково провожу рукой по щеке. Переношусь в его комнату, осторожно кладу любимого на ложе. - Ой, - охнул Первый, схватившись за огромный живот. - Снова, - как-то улыбается, словно извиняясь. Я нахмурился. Что значит "Снова"? Просмотрел ауру более внимательно. - Эд? Как давно у тебя это "Ох, снова?" - С утра, а что? - Первый повернулся ко мне, подставляя часто ноющую поясницу, которую я тут же принялся разминать и подпитывать истончившиеся силовые линии его тела. - Чудо! - мой ор пронесся по всем помещениям гарема. Первый от неожиданности подскочил, и тут же, скривившись, двумя руками погладил живот. - Чудо! Немедленно сюда! - нашептывая, прижал к себе Первого, подготавливая нужные заклинания и держа их в свернутом состоянии. Кот явился взлохмаченный, с перепуганными глазами. - Что случилось? Ты чего так кричишь? - недовольно зашипел блохастый комок шерсти, останавливаясь неподалеку, подозрительно нас разглядывая. - Быстро перевоплощайся, будешь вынимать дитя. Вспоминая прошлый опыт, я понимал, что справиться с заклинаниями мне по силам, но сосредоточенность нельзя терять ни на миг. И кто вынет дитя из утробы Эда? Только Чудус. Наставнику я смогу доверить. - Что? Я? Ну почему я? - припадая на передние лапы, кот начал помаленьку пятиться к двери. Удивленно приподняв бровь, захлопываю ее, заодно и перекрывая любые пути его исчезновения. - Ох, Иш, что-то мне нехорошо, - вскрикнул Эд, беспокойно мотая хвостом. Пару раз и мне досталось, а Чудус так и вовсе в стену влип, сраженный мощным броском Эдового плавника. - Сейчас, любимый! Сейчас мы приведем в порядок нашего наставника и поможем тебе, - я жестко тряс кота, а тот усиленно изображал обморок. - Иш, да плюнь ты на него! Я, кажется, это... Рожаю! - я обернулся к Первому, его живот ходил волнами, а хвост мотылялся из стороны в сторону. Не придумав ничего иного, повернулся к Чудусу и плюнул. Мало ли? Может это - новый способ приведения в чувство. И он сработал. Кошак зашипел, шерсть дыбом, вывернулся из моих рук и, плюхнувшись на пол, перевоплотился в юношу. - Ты что делаешь? - вытираясь рукой, заорал наставник. - А если он скажет придушить меня? - смотрит вопросительно. - Придушу, - киваю головой, нашу перепалку прервал крик Первого. - Хватит выяснять отношения, мать вашу! Иш, ты собираешься хоть что-то делать? Мы с Чудом засуетились. Я, произнеся последние слова нескольких заклинаний, запускаю их в действие, да только... От страха заглатываю почему-то горькую слюну. Они не развернулись, так и висели передо мной в свернутом состоянии, даже не пытаясь накрыть Эда. - Иш! - Первый задыхался от боли. - Иш, что происходит? Чудус, заметив мое ошеломление, начал сам шептать, пытаясь помочь. - Вот оно, - зашипел, досадливо морщась. - Вот что значит отойти от наших правил. - Да о чем вы? - взвыл Первый. Я опустился рядом, положив руки ему на живот, вливая силы и просто забирая часть его боли на себя. Эд судорожно выдохнул, ощутив облегчение. - Тебе придется рожать так, как принято русалам, - ответил я, поглаживая Первого, по виску скатилась капля пота. - И как это у них принято? - Эд шумно и часто дышал открытым ртом. Кот кашлянул и ткнул лапой в низ его живота, где появилась увеличивающаяся щель. - Вот так и принято, твое тело через нее вытолкнет икринку, в которой будет находиться дитя. - Ясно, - Первый откинулся на ложе. - Типичные роды. Ну почему это происходит именно со мной? - сильная судорога скрутила его тело. Я подхватил Эда, выхватывая очередной кусок боли. Ему нужны силы. - Черт, и сколько это будет продолжаться? - спросил любимый, чуть отдышавшись. - Если мне не изменяет память, - начал пушистик, гордо подняв палец вверх. - Чудо, убью и зарою! - заорал Эд, когда очередная схватка накрыла его. - Два-три дня, - протараторил кошак и отпрыгнул от хвоста подальше. - Что? - Первый выдохнул и часто задышал. - Иш, думай! Думай, что хочешь, но я даже сутки не вытяну. В голове всплыло все, что я знаю о русалах. Подхватив любимого на руки, переношусь на Эдем. Медленно захожу в воду, поглаживая живот, целую лицо Эда. Он улыбнулся, русалочье тело оказалось в привычной для себя среде, тут же расслабилось. Схватки продолжались, но русалы имели необычное строение и высокую гибкость тел, а вода помогала снять остроту боли, да и я продолжал перетягивать острые пики на себя. Так в воде мы просидели почти до ночи. Какой бы она ни была теплой, со временем я застучал зубами от холода. - Иш, иди на берег, - пытается уже не в первый раз выгнать меня из воды любимый. - Да, хорошо, скоро пойду, - окружаю нас теплом и продолжаю упрямо стоять в воде. - Иш, - с укором смотрит любимый, ерша мне волосы. - Я тут, я рядом, - тянусь за поцелуем. Эд вздыхает и отвечает на поцелуй. Ночь тянулась долго, но нас никто не тревожил, не иначе, как Чудус побеспокоился. Стоя по грудь в воде, и удерживая любимого на руках, я вдруг понял. Вот оно - то, что некоторые называют счастьем. - Иш! - руки Первого легонько меня потрясли. Я открыл глаза. Небо светлело, озаряясь первыми лучами солнца. Но основная часть света, хотя нет, это скорее было похоже на мерцание, исходило от погруженного в воду живота Эда. Я легонько приподнял его на поверхность, чтобы углядеть, как щель, ставшая размером почти на половину живота Первого, раскрывается, выпуская большую икринку. Вот она-то и испускала мягкое теплое свечение. Эд несколько раз судорожно дернулся, когда наше дитя, вытолкнутое его телом, окончательно отделилось от него, всплывая на поверхность. Я перехватил одной рукой Первого, вторую протянул к нашему отпрыску, находящемуся в центре икринки круглой формы. Я коснулся ее рукой, погладил по плотной, словно тонкая кожица, пленочке. С той стороны к моей руке потянулась маленькая ладошка. Затаив дыхание, мы с Эдом наблюдали, как маленькие пальчики тронули пленку с внутренней стороны. - Иш? А как... - Не знаю, - растерянно ответил я. Взглянув на живот любимого и убедившись, что щель уже закрылась и остался едва заметный след, опустил его, потянувшись обеими руками к нашему отпрыску. - Иш, тащи его сюда! - крикнул с берега Чудус, видимо, давно наблюдая за нами. - Нужно разрезать этот кокон и извлечь дитя. - А мы ему не навредим? - забеспокоился любимый, едва осмеливаясь самому коснуться ладошкой икринки. - Нет, не навредите, тяните его сюда, я помогу, - он поднял лапу, выпуская один стальной коготь. - Не дам, - воспротивился Первый, прижимая к себе икринку и посматривая на меня. Я счастливо улыбаюсь, ощущая касание маленькой ладошки, и мне больше ничего не надо. В душе поселился покой и радость, чувство целостности единения, несравнимое ни с чем испытанным мною до сих пор. - Иш? - Первый легонько стукнул кулаком в плечо. - Чудо, я думаю, мы сами справимся, - осторожно взяв на руки икринку, двинулся в сторону берега. Рядом Эд рассекал водяную гладь своим мощным хвостом. Кот, естественно, никуда не делся, и любопытно продолжал совать свой нос, куда только доставал. На берегу я помог Первому перевоплотиться, и, поддерживая его одной рукой, а второй прижимая икринку, вышел на песчаный берег озера. Опустившись на песок, я принялся рассматривать плавающего внутри отпрыска, раздумывая, как, не навредив ему, вскрыть этот пузырь. Но все решилось само собой, извернувшись внутри, дитя, словно вскрикнув, тут же очутилось в моих руках над останками лопнувшего пузыря. Мы с Эдом, чуть не стучась лбами, нависли, рассматривая нашего отпрыска. Дитя, дергая маленькими ручками, тянулось к нам обоим, смешно мотыляя хвостиком. - Мда, - задумчиво выдал Чудус, пощупав серебристый плавник моего отпрыска. Вызвав небольшое количество воды, вымыл дитя от жидкости, в которой он находился в икринке, и прижал к себе. Эд просительно протянул руки, улыбнувшись любимому, передаю нашего отпрыска, любуясь уже ими обоими. Некоторое время спустя к нам присоединилась остальная часть гарема, поздравляя и рассматривая отпрыска. Гурий ворковал над юной Пряльщицей, Эд улыбался нашему отпрыску. - Иш, а ты имена уже придумал? - влез Мышка. - Ишерия, - улыбнулся я Гурию, когда он понял, почему именно такое имя я дал нашей дочери. - А... - взглянул на меня Первый. Я прищурился, сливая наши с любимым имена. - Ишэд, - притягиваю рядом сидящего Эда, целуя его в висок. - Ну и отлично, все при деле, все счастливы, - растянулся рядом со мной кот. - Значит, наша история подошла к концу? Я взглянул на солнце, светящее над нашими головами, и, улыбнувшись, кивнул. Пока есть Свет, Тьме нас не победить.