Какая бывает любовь

День 8. Альбина вернулась на то место. Их место. Что делать? Что сказать, когда он появится? Сделать вид, что она случайно сюда пришла и уж точно не ради него? Или сразу сознаться, что пришла к нему, чтобы дать последний шанс? Последний шанс. Нет, это прозвучит глупо даже для одиннадцатилетней девчонки. Как бы то ни было, больше у неё не было времени на раздумья, потому что Адам появился сразу, как она пришла. — Я знал, что ты придёшь. Он знал? Альбина чувствовала себя, как фокусник, чьи секреты раскрыл злобный конкурент. Она сжимала в руках чёрную книгу и не придумала ничего лучше, как поднять её в воздух и показать Адаму. — Это книга судеб. Хочешь вернуть её мне? — Хочу, чтобы ты рассказал про неё. И показал, как она работает. И… я тоже покажу. — Но ты же не веришь в сверхъестественное. — И что? Ты же веришь. Альбина решила, что нужно дать ему простор для фантазий. Девочки должны смеяться над шутками мальчиков и не забывать восхищаться их историям. Поэтому пусть. Пусть говорит, что книга может исполнять желания, пусть рассказывает, что ему тысяча лет. Она поверит на несколько минут. Ради него. И не будет раздражаться из-за ерунды. Если только тихо и про себя. — Хорошо. — Адам протянул руку и забрал у неё книгу. Он раскрыл её на странице, где была заложена ручка. — Скажи, какое твоё любимое блюдо? — Мороженое. — Понял. — Нет, стой! Мороженое в молоке, я люблю мороженое в молоке. Мама кладёт шарик мороженого в кружку и заливает молоком, а я пью и представляю, что это молочный коктейль. Я могла бы пить настоящий молочный коктейль, но так мне нравится больше. Только нельзя добавлять много молока, иначе будет не вкусно. Адам кивнул и что-то записал в книгу судеб. — А теперь обернись. Альбина обернулась и увидела на земле между веток стакан с мороженым и молоком. Девочка опустилась на колени и подняла его. Она знала, что Адам как-то подстроил это и также знала, что была ещё слишком маленькой, чтобы разгадать этот трюк. — А теперь моя очередь. Ты любишь конфеты? — Не знаю. Я их не пробовал. А ты? — А я пробовала. Закрой глаза. Адам исполнил её просьбу. Альбина вернула себе книгу судеб и написала: «хочу конфету». — Ещё минутку, не открывай глаза. Альбина достала конфету из кармана своего белого платьица и тихонько положила перед Адамом. — Всё, открывай. Адам открыл глаза. Он перевёл взгляд с конфеты на ухмыляющуюся девочку. — Ты волшебница. — Я знаю. — Но книга судеб не игрушка, Альбина. Хоть ты и не веришь мне, ты должна поверить себе, своей интуиции. Интуиции Альбина верила, и она подсказывала ей поиграть с ним ещё чуть-чуть. Пусть рассказывает ей байки про страшную книгу, пусть позволит себе побыть супергероем, который может всё. Она терпеливо выслушивает его, потому что он ей нравится. — Значит, это твоя книга? Честно? — Да. Моя. И ЕЁ. — О ком ты? — У НЕЁ нет имени. Но есть ОНА. — Кто ОНА? — ОНА — зло. — Почему? — Потому что ОНА мучает людей, иногда убивает. — А ты? — А я мешаю ЕЙ, когда могу. Но могу я мало. — Почему? У тебя же есть книга. — У НЕЁ тоже есть книга. — А как ты ей мешаешь? — Если ОНА напишет, что «девочка Альбина спрыгнула с обрыва», то я как можно скорее допишу, что «под обрывом росло огромное дерево». Это я могу. Как она и думала, Адам хотел казаться супергероем. Ну кто поверит в эти сказки? Ей как ребёнку было любопытно послушать их. Но вот принять на веру? Дудки! — А почему же ты не убьёшь ЕЁ? — ОНА не даст себя убить. — А где ОНА? У НЕЁ есть дом? — Есть. Но сейчас в нём живёшь ты. — Я… — Она в ярости. И одновременно с тем в восторге. — Почему в восторге? — Потому что у неё новая цель, новая игрушка. — Игрушка? — Да. Твоя мама. Это выходило за рамки её терпения, за рамки здравого смысла. У каждого человека есть шкала терпения. Мы выдержим всё, что угодно до тех пор, пока стрелка не укажет на сотню. У Альбины сотня наступила уже давно, теперь же шкала её терпения просто взорвалась. Как он смеет шутить про её бедную мать? Зачем так жесток с ней? Альбина опустила голову вниз, в руке она всё ещё держала кружку с мороженым в молоке. Девочка рассвирепела, круто размахнулась и кинула в Адама стакан с холодным напитком. Стакан пролетел сквозь него, но девочка этого уже не видела. Едва её пальцы разжались и выпустили в ненавистника тяжёлый снаряд, как Альбина убежала прочь, так и не оценив результат напрасных трудов. — Убегай, Альбина, злись, кричи, не верь и убегай. Я всё равно буду присматривать за тобой. Но как бы ты ни злилась, твоя мама погибает, и я ничем не могу помочь. Она почти сдалась ЕЙ, она почти забыла, кем была. Лишь только благодать серебристого свечения поможет ей спастись. Продолжение следует…