Сероглазый провокатор

POV. Василий. Середина апреля выдалась довольно-таки жаркой. Все вокруг пестрило красками и нежными ароматами весны. Я уже минут двадцать топтался на перроне. Конечно, сам виноват, что пришел так рано, но сидеть дома не было сил. Месяц разлуки был сущим адом. Никакой скайп и переписки не спасали. Больше не отпущу его никуда. Соскучился, как не знаю кто. А стоит только подумать об Олеге... Внизу живота что-то предупреждающе потеплело. Так, хватит. Раздраженный своей реакцией и задержкой поезда, я достал сигарету и закурил, снимая напряжение. Дымя, заметил, как к перрону неторопливо ползет пассажирский поезд "Москва-Кемерово". Затянулся в последний раз и под осуждающие взгляды встречающих потушил недокуренную сигу об стену, а затем выбросил в урну. Мрачновато зыркнул по сторонам, отсекая неприязненные взгляды. Как обычно, это стадо овечек потупило глаза, и никто больше на меня не таращился. Поезд, тем временем, уже дополз до встречающих и совсем уж медленно почухал по рельсам. Сунув руки в карманы своей толстовки, неторопливо зашагал в сторону двенадцатого вагона. Сейчас будут выходить пассажиры. Остановился возле вагона, ожидая. Проводница на дверях подозрительно зыркнула на меня и тихо пробормотала: "развелось понимаешь, неформалов этих". Я насмешливо фыркнул, смерив женщину жалеющим взглядом. Тоже мне неформал, тоннели в ушах и пирсинг - уже преступление. Им, старикам, нужно все сделать под одну гребенку серых масс. Да, впрочем, мне все равно. Безразлично отвернулся от нее. Вот и вновь прибывшие стали выходить. Первой шустро выпрыгнула толстуха в смешном красном платье, таща за собой целый чемодан, почти с нее саму размером. Не перестаю удивляться, мамаша толстуха, а дети тонкие, как спички. Тетка тащила помимо чемодана еще и двух девочек на буксире. Зыркнула на меня, как мать-носорожица, опасно раздувая ноздри и удалилась. Следом вылез пивной мужичок, с красным носом, такие наверняка встречаются в каждом дворе. Ничего интересного. За ним выпорхнули две молодые особы. Блондинка и шатенка, одетые с иголочки в курточках и мини юбки. Гордо поцокали на каблуках, как подкованные лошади, мимо меня, стрельнув глазками. Шатенка чувственно улыбнулась. Я насмешливо ухмыльнулся, смотря на ее ноги, затянутые в колготки. Совершенно не трогает. Да и задница и бедра честно говоря, так себе. Кобылки фыркнули и надменно прорысили дальше. В недрах вагона вдруг что-то грохнулось, проводница подпрыгнула, я заинтересованно вытянул шею, вглядываясь в мутные окошки. В проеме появился черный чемодан со всевозможными наклейками. Приподнял брови, смотря, как новый персонаж, вытягивает перед собой свое добро и успешно, но удивительно осторожно спускается по шаткой лесенке. Мой любопытный взор обшарил черную махину и уткнулся в точеные ножки, завернутые в рваные синие джинсы. Соблазнительно длинные и крепкие мужские ножки. Родные, тысячи раз закинутые на мои плечи. Улыбнулся своим мыслям и легко скользнул к Олегу. - Ну привет, человек-чемодан. Чем порадуешь сегодня? - хмыкнул, забирая его ношу. Чуть не подпрыгнув, на меня посмотрел симпатичный парень. Симпатичный он для случайных прохожих, а для меня идол секса и красоты. Сухощавая ладная и обтекаемая фигура, не обделенная мышцами. Эта выдающаяся личность при виде меня тут же приняла лебединую осанку и сдержанно улыбнулась, не разжимая аппетитных розовых губ. Прямой нос насмешливо дернулся, как у недовольного лиса, на мой оголодавший взгляд. Прямые росчерки черных бровей наигранно-удивленно взлетели вверх, на высокий лоб. Серо-голубые глаза сказали мне намного больше, чем выражение лица Олежки. Взволнованные, переливающиеся любовью, на грани мальчишеского озорства и плохо скрытым нетерпением. Я засмеялся и дернул за черную крашенную прядку длинной челки. Этому "мальчику" двадцать четыре года, а озорство все так и прет. Нам обоим хотелось припасть к губам друг друга и целоваться в засос до потери пульса или контроля над собой. Но тут было слишком много народу, пришлось сдерживаться. Олегу позволили лишь обнять меня невинно за плечи, на слишком короткое мгновение прижавшись грудью к моей груди. Но и это просто прикосновение принесло мне и ему огромное удовольствие после месяца разлуки. - Васенька, я так соскучился, - у любимого был звучный, немного резковатый голос, похожий на звон стекла разбившегося об асфальт, но мягче и тише. Так звякают бокалы, когда чокаешься за тост. - Я знаю. Вот дойдем до машины, покажу как я соскучился, - довольно пропел я, осторожно подталкивая парня вперед. - Вася... - вопросительно обернулся на зов и увидел, как этот сорванец мельком приподнимает край своей кожаной куртки, за которой спряталась гладкая персиковая кожа. Я замер, как гончая на охоте. - Заранее подготовился? - дрогнувшим голосом спросил, невозмутимо прошествовав дальше. Под курткой у Олежки ничего не было. И эта мысль теперь речитативом билась в моей голове и покидать меня отказывалась категорически. Провоцирует, хитрый кот. Вон как глазки заблестели, но он так же спокойно последовал за мной, довольно распираясь от своей выходки. - На любви и в постели, как на войне, все средства хороши, - и эдакой павой мягко зашагал со мной в одну ногу. Я тоже молодец - повелся, пора уже привыкнуть за долгие годы совместной жизни и постоянных провокаций. Олег любитель таких вот шоу. - Восемь лет прошло, а у тебя постель, это все еще военный полигон, - хохотнул я, стараясь выдыхать реже. POV. Олег. - Все для тебя, радость моя, - мурлыкнул я, с удовольствием замечая в голубых глазах рыжика возбуждение. Мой стыд и переживания понравиться ли ему мой поступок, лихорадочное раздевание не в слишком чистом туалете поезда, того стоили. Истосковавшийся по всему этому делу Вася реагировал очень ярко. - Знаешь, Олежа, это попахивает эксгибиционизмом, - пошловатая ухмылка наползла на губы Василия. Его пальцы сильнее сжались на руке чемодана, который он нес к машине. От его слов у меня едва уловимо напряглись соски, восхитительно потираясь о подкладку куртки. По груди тут же побежали приятные мурашки. М-м-м, обожаю, когда тембр голоса от тягучего и хрипловатого, становится чем-то среднем между гудением струн контрабаса и урчанием хищной кошки. - А фотографировать и домогаться спящих это твоя норма, а? - вернул я подколку, выплыл вперед актива и пошел, выписывая бедрами восьмерки. Сзади нервно и шумно сглотнули. - Хватит провоцировать! - тихо зашипел мой парень, - Я сейчас захлебнусь от потекшей слюнки! - Шевели шарнирами, и я помогу тебе... пускать слюнки, - деловито предложил я, завидев впереди парковку. - Да я лучше на твои механизмы посмотрю, - дальнейший путь мы преодолели молча, подрагивая от нетерпения. Я ощущал прожигающий одежду взгляд пониже поясницы и медленно, но верно начинал заводится. Случайные прохожие провожали меня и рыжика любопытными взглядами. Особенно девушки засматривались на Васю. А было из-за чего. Высокий, с соблазнительно подкаченными мускулистыми ягодицами, выгодно подчеркнутые черными джинсами с массивным ремнем. Противоположный пол всегда таращился ниже пояса парня, выделяя область паха и бедер. Скользили выше по рельефному животу четко очерченным футболкой (это сейчас Василий в толстовке, а так девки разглядывают его пресс, сучки). Длинные жилистые руки с вытянутыми пальцами, гордый разворот плеч. Взгляды упираются в острый подбородок и натыкаются на ниточку упрямо сжатых губ, искаженной в иронической усмешке. Эта усмешка не сочеталась с веснушчатым лицом, поразительной ясностью голубых глаз и яркой рыжей шевелюрой. Для меня мой рыжик был ярким веснушчатым солнцем с теплой, лукавой улыбкой. Взгляд ласковый-преласковый и чистый, как воды в теплых морях. Но для других, не особенных и непросвещённых, Вася с первого взгляда воспринимался, как матерый дворовый кот, вот-вот полезущий в драку. Презрительная усмешка и иронически насмешливый взгляд. Исключая себя и определённый круг близких, моему парню было плевать на людей. С детства он был лучший во всем в общении, в спорте и учебе. Талантливый виртуоз, работающий в звукозаписывающей студии. Да, мы хорошо устроили свою жизнь. Не скажу, что мой парень самовлюбленный эгоист, но все же ставил себя выше остальных людей, даже презирал их в чем-то. Василий умел скрывать эти недостатки и в нужный момент проявить сострадание, но на случайных людей ему было плевать. Меня это не трогало и не мешало любить его. Никогда не пытался исправить в любимом что-то, так же, как и он принимал все мои плюсы и минусы. Чужое мнение для нас давно пустой звук... - Олежка! - я вздрогнул, резко вылетев из своих раздумий, - Чего ты завис? Залазь давай в машину! - Прости, на думу тяжкую потянуло, - рассмеялся я, чувствуя, как уходит напряжённость, - Готов к шоу? В Москве чумовые пробки... - Залазь! - почти рыкнул Вася, все еще дрожа от нетерпения, открывая передо мной дверцу черного джипа. - Вы так любезны, сударь, - хмыкнул, грациозно садясь на переднее сиденье. Сейчас что-то будет. Рыжий захлопнул дверку и пулей обогнув машину, оказался внутри. Почти что, свалившись на меня, парень прижался своими губами к моему рту. Крепко и страстно поцеловал, несдержанно толкая язык в мой рот. Пальцы Василия оказались в моих волосах, не давая отстраниться не на миллиметр. Я несдержанно замычал в поцелуе, стараясь передать любовь и горевший внутри живота огонь. Чужие руки проникли под куртку, скользнули по дрогнувшему животу, шершавые подушечки пальцев потеребили соски. Зная, чем все может закончиться, мы отстранились от друг друга. Мои щеки горели, у Васи тряслись руки. Кинув на меня жадный, потемневший взгляд васильковых глаз, парень завел машину и тронул ее с места. Я откинулся на переднем сидении, пристегнулся и тихонечко заерзал, мечтая поскорее добраться до дома. Сейчас мое бренное тело представляло из себя вулкан, вот-вот начнется извержение. Лишь бы пробок не было. Нам хотя бы до коридора добраться, где никто не увидит ничего лишнего и не услышит моих криков. Василий посмотрел на меня через зеркальце, висевшее в салоне. Я чуть улыбнулся и расстегнул куртку, стягивая ее на плечи. - Олег, допрыгаешься и в ближайшей подворотне раздвинешь ноги, - сиплый голос, м-м-м, сплошной секс. Костяшки длинных пальцев побледнели, сжав руль крепче. - Смотри на дорогу, мачо. Досидишь до дома спокойно, так уж и быть, устрою небольшое шоу и позволю снять на камеру, - невозмутимо предложил, выкидывая кожанку на заднее сиденье. - Я-то дотерплю, а ты, солнышко кончишь! - насмешливо выгнул бровь, бросая вызов. Я вежливо улыбнулся: - Это почему же? - А я тебе кое-что сейчас расскажу, милый. Если на ближайшей пробке у тебя встанет, ты мне отсосешь и позволишь снимать себя во всех позах и ракурсах, - мне подарили хищную, многообещающую улыбку. Моя щека чуть дернулась. - Хорошо, но, если твой дружок взбунтуется - ты весь месяц играешь по моим правилам, - нежно погладил пальчиком любимые губы, совершенно спокойно расстегнул ремень и отправил к куртке. - Принято. (Увы, но наша домашняя библиотека пополнилась еще одним порно роликом со мной в главной роли.)