Мцыри

- Я хочу убежать отсюда. Мне тесно тут, - сказал темноволосый двенадцатилетний мальчик с кавказскими чертами лица. Мы сидели на каменной монастырской стене и смотрели вдаль на горы, на бурную реку, на леса. Этот монастырь был похож на средневековую крепость. Мальчик свесил одну ногу со стены, а вторую согнул и поставил на коленку подбородок. Растрепанные, казалось, не такие длинные волосы постоянно ветром надувались ему на глаза, отчего мальчику приходилось постоянно поправлять их. - Зачем ты хочешь убежать? - спросил я, не отрывая взгляд от пейзажа. - Я хочу быть свободным, - ответил мне он, вздохнув. - А разве ты уже не свободен? Мальчик поднял голову с коленки и удивленно посмотрел на меня. - А разве не видно? Меня притащили сюда и заперли в этой тюрьме, где я делаю только то, что должен. Разве не очевидно, что я не свободен? - Не очевидно, - видя, что собеседник начинает потихоньку заводится, спокойно ответил я. Я тоже посмотрел ему прямо в глаза, отчего он сначала немного засмущался, но потом собрался и всем своим видом пытался показать, что не отступается от слов своих, что гордость его сильнее, чем пара пустых фраз глупого дядьки. - А ты знаешь, что такое Свобода? - спросил я его, улыбнувшись. Мальчик вдруг совершенно растерялся. - Ну... Это разве не очевидно? - все ещё недоумевая, спросил он. - Не очевидно, - ответил я. - Скажи мне, что такое свобода. Мальчик повернул голову к горам. - Свобода - это там, - сказал он. - Где там? - Вон, - он ткнул пальцем в горы. - Там! Где горы, и река, и деревья! И где нет никого! Где я могу делать то, что хочу! Где живет моё сердце! Он так воодушевленно, так искренне и добро, по-ребячески это говорил, что я засмеялся. По-доброму засмеялся, но мальчик обиженно посмотрел на меня. - Прости, - сказал я. - Ты очень мечтательный. Но знаешь... - я задумался. - А ведь ты не будешь свободен там. - Это как? - А вот как. Смотри: здесь и сейчас ты чувствуешь себя несвободным. Ты чувствуешь, что твоё тело в тюрьме. И думаешь, что и душа твоя заперта. И это действительно так. Но заперта она не здесь. Я посмотрел на горы. - Она томиться там, где, казалось бы, можно обрести свободу. Но это иллюзия. - Это что же получается? - задумался мальчик. - Что я несвободен везде? - Да. Ты не свободен, пока не поймёшь, что свободен везде. - Ничего не понимаю... - И не надо. Ты должен понять это позже, сам. Мечтать о горах Кавказа, о возвращении на природу - прекрасно. Только эта мечта должна заставлять тебя жить, а не гнить заживо. Мы замолчали. Мне почему-то было стыдно: опять я начал влезать туда, куда не следует. - Ладно, - я поднялся, - мне пора уходить. - Так скоро? - мальчик тоже поднялся и посмотрел на меня глазами, полными наивного удивления. - Да. Прошу. Не забывай того, что я тебя сказал. - Хорошо. - Я поеду, мне надо дальше. - До встречи. - Прощай, мцыри! - Я буду ждать вас.