Лечащий врач Джерард Артур Уэй

После того вечера за просмотром кино, между мной и Уэем будто установилась какая-то связь. До этого момента, отношения были какие-то непостоянные, они быстро менялись, как и ситуации, которые происходили между нами. Эти несколько дней пролетели так быстро, что я только успевал замечать новое число в календаре между нашими душевными разговорами с Джерардом в моей палате. Казалось, нам действительно есть о чем рассказать друг другу. Это были мелкие и незначительные детали или вопросы о существовании того или иного понятия. Может даже смысла жизни. После таких бесед оставался приятный осадок. Я видел, что Уэю хорошо со мной, а мне хорошо с ним. В этом и заключалось мое приподнятое настроение и инициатива во всем. Он просто заставлял меня смеяться без шуток. Разговаривать без смысла. Полюбить жизнь без причин. Настал день выписки. На мне по прежнему был гипс, с которым я уже свыкся, но через несколько дней, я должен появиться в больнице, чтобы его снял Уэй. Я уже сроднился с этим куском гипсового раствора на моей руке, который все это время работал на меня и мои кости. Только мысль о том, что если бы я не упал с этой гребанной полкой, то не встретил бы Джерарда, вызывает у меня смешанные чувства. С другой стороны, я сейчас откровенно запутался. Будем ли мы общаться с Уэем после больницы? Или он предпочтет вернуться к Брендону, потому что я несовершеннолетний? Захочу ли я посвятить свое будущее этому человеку, не зная его прочности? Я не знаю уже практически ничего. Неуверен во всем. Джерард сказал, что ему нужна моя помощь. Но кто поможет мне? Я всего лишь семнадцатилетний подросток, попавший в несчастный случай и по такой же случайности попал именно к этому доктору, именно в эту больницу. Я запутался, мне нужно время, но его нет. После обеда ко мне зашел Джерард. Привычной процедурой была проверка руки, что и последовало. После, он улыбнулся мне и сказал, что через два часа, ко мне приедут родители и заберут меня, а он придет завтра на дом, чтобы проверить руку. Я был уверен, что моя конечность за один день вообще никак не изменится, и он придет по другой причине. А вот, была ли эта причина я, не был столь уверен. Может, он просто хотел пообщаться, как друзья? Скорее всего. Он просто отвлекался со мной, расслаблялся от одних лишь разговоров, не любил прелюдий. В то время, как мне, нужно было что-то большее. Я хотел запускать пальцы в его яркие красные волосы, мне не хватало этого. Мне не хватало того, что они щекочут мою щеку, когда его голова на моем плече. Мне не хватало ощущения его мягкого свитера. Не хватало того запаха кофе и одеколона, который исходил от него за несколько метров. Не хватало его звонкого смеха и необычных острых зубов, во время его улыбки. Мне чертовски не хватало Джерарда. Через несколько часов, как он и обещал, за мной приехали мои родители. Мама и папа еще несколько минут беседовали с Уэем, пока я ждал их у выхода из больницы. Когда они закончили и, попрощавшись, начали двигаться ко мне, он незаметно подмигнул и произнес одними губами "увидимся". Это была та самая искра, которой мне не хватало. Но разгорится ли искра в огонь?.. По дороге домой отец с матерью много спрашивали про больницу, про еду (дерьмо) там и вообще про все, что только можно. Как будто меня раз в три дня не навещали, честное слово. И все же, я рассказывал им все подробно. Потому что рассказывать, собственно, было больше и некому. Когда мы наконец-то подъехали к нашему дому, я услышал шелест гравия и открыл дверь машины. Выйдя и осмотревшись, я понял, что ничего не изменилось. Все тот же дом, тот же забор, та же клумба, но вот только я был совсем не тем, кем был до больницы. Я думаю, вы уже знаете красноволосую причину моих внутренних перемен и сломленной гетеросексуальности. Глава написана под: Weaves — Tick Tesla Boy — Nothing