Тёплый день после охлаждения

— Так чем это вы всё-таки занимались с Гераскиным? — неожиданно спросил Джи. Алиса потёрла лоб, переключаясь на вопрос Джи. — Когда? — рассеянно спросила она первое, что требовалось, чтобы попробовать ответить на его вопрос. Ну вот что у некоторых за манера так спрашивать, что непонятно, о чём они спрашивают? И пока не уточнишь, не поймёшь, что им надо. — В тот день, когда стояла жара, — отозвался Джи. Теперь Алиса поняла, о чём Джи спрашивает. Знатная жара была в совершенно конкретный день. И она отлично помнила, чем они с Пашей в тот особенный день занимались. Ещё бы ей не помнить этого. Хм… эпохального события в их жизни… Во всяком случае, для неё. Но вот зачем Макс это спрашивает? Алиса почувствовала, что безнадёжно краснеет. Это было неожиданно и неправильно. С её-то навыками самообладания. «Тоже мне агент, — хмыкнула про себя, — так сразу выдать себя.» Но тут же поняла, что дело в том, что Джи просто свой. Вот она и не успела закрыться, как могла бы в менее домашней обстановке. И тут же поняла, что дело не только в этом. Она вообще с того самого дня немного не в своей тарелке. Даже — можно сказать — не в себе. И сохраняла обычное равновесие благодаря некоторым усилиям воли. Теперь это равновесие не было спонтанным, не требующим усилий. Не то что раньше. Вот и сейчас тоже. Хорошо ещё, что Джи смотрит не на неё, а в сторону. Занятый чем-то своим. Кажется, ему не очень-то интересен её ответ. Может, он всё же не то спрашивает, о чём она думает? Или он только делает вид, что занят чем-то, а разговор для него не особо важен? — Жара? — переспросила Алиса. — Ну да. Жара. — Мы… ты же уже спрашивал. — Я забыл, что вы ответили. — Я тоже забыла, что мы ответили. — Значит, проще ответить правду. — Мы занимались биологией, — вздохнула Алиса. Думая, что такие слова — тоже вполне себе правда. У неё было странное чувство, будто Джи прекрасно знал, чем она с Пашкой занимались. И это её смущало. Но даже если в самом деле знал — это конечно неудачно, но это же не повод чего-то стесняться? Макс взрослый современный человек, всё должен понимать. Но если он всё понимает, то зачем задаёт такие вопросы? Какой в этом смысл? Неужели он не понимает, что они могут смущать девушку? Джентльмены не задают таких вопросов. И она тоже хороша. На себя Алиса почти злилась. Ну почему она не может не смущаться? Само собой разумеется, что все люди когда-то начинают заниматься сексом. Правда, разве что не всегда рядом оказываются проявляющиеся любопытство к этому вопросу. Алисе вдруг стало впервые в жизни не по себе от того, что она в купальнике рядом с почти голым очень взрослым парнем. Пожалуй, в одежде она чувствовала бы себя уютнее в таком разговоре. Но они давно все ходят летом почти раздетыми — воздушные ванны как-никак, а они же биологи как-никак. И как раз на улице могут набросить от палящего солнца накидку, но только чтобы сразу снять, оказавшись в помещении. — Теорией? Или практикой? — продолжал интересоваться Джи. — Ты же знаешь, что эти вещи иногда с трудом разделимы. — Несомненно. Особенно в некоторых вопросах. Алиса решила, что с неё хватит этого странного разговора с двусмысленными репликами Джавада. — Схожу за реактивом, — сказала она и направилась к двери, собираясь на самом деле вовсе уйти. А дверь оказалась заперта. И вот тут Алисе стало по-настоящему душно. — Макс, нас закрыли, кажется, — произнесла она равнодушным тоном. Радуясь тому, что это ей вполне удалось. — Слишком равнодушным тоном ты это говоришь. — А каким надо? — Это же я закрыл дверь. — А, ну тогда хорошо. Значит, мы сможем выбраться без посторонней помощи. — Не спеши. — Макс, давай я принесу реактив, а потом продолжим разговор. — А вдруг ты не вернёшься? — Ну куда я денусь? — Сначала дело. — Ну какое ещё дело? — А что — у тебя только с Гераскиным могут быть дела? — Да даже если и так — какая остальным разница? — Некоторым большая. В дверь постучали. — Эй, здесь есть кто-нибудь? — раздался голос Гераскина. Сердце Алисы застучало ещё чаще. Но она не знала, к добру появление Паши на этот раз или не совсем. Радоваться ей или нет. — Не отзывайся, — тихо сказал Джи. Это показалось Алисе совсем уже странным. — Алиска, ну хватит уже играть в прятки. Ну что ты как маленькая. Я же знаю, что ты здесь, — не унимался Паша. Алиса бросила взгляд на Макса — мол, пора открываться. Но он только показал знаком «тсс» Ну вот что было делать? Алисе ситуация стала напоминать какую-то подобную. Но какую именно — она пока не понимала. — Ну всё. Или ты немедленно открываешь дверь. Или я выломаю её ко всем… Макс усмехнулся. — Выломать такую дверь, как дверь этой биостанции, было невозможно. Гераскин преувеличивал. Впрочем, это было для него типичным. В этом помещении когда-то была особая лаборатория с особой дверью. Да так её и оставили, даже когда лабораторию перевели в новенькое помещение с ещё более особой дверью. «Вжжжик!» — и вместо дверей образовалась пустота. Алиса тут же вспомнила, что ей напоминает сегодняшняя ситуация — несколько лет назад очень похожим образом её спас Стас в бухте Калиакрис в новелле «Джин в корабле»… — Я так и знал, что ты здесь! — весело заявил Паша при виде Алисы. — Ну и какой смысл был запираться? Алиса не знала, что ответить. — О, и Макс тут же, — ещё веселее констатировал Паша. — Ты зачем дверь аннигилировал? — спросил Макс, осмотрев края проёма. — А, давно пора было. Не дело в оранжерее такие двери иметь. — Ты псих или как? Ты знаешь, сколько она стоит? — Неважно. Алиска дороже любых дверей. А то что это за дела — я её везде ищу, а она мало того что заперлась, так ещё и не открывается. Я встревожился однако. — Она не имеет права запираться? — Теперь не имеет. Тем более с чужими мужчинами. Кстати, а почему это вы тут вдвоём заперлись? Чем это вы тут занимались? Что тут происходит? И почему за запертой дверью? А может я вам помешал? Точно, вот я болван. Должен же был понять по запертой двери, что люди закрываются не просто так. Ой простите тогда великодушно. Алиса, мне уйти? — Как хочешь. — Вот. У неё на всё один ответ — как хочешь. А сама всегда спрашивает — Пашенька, как ты хочешь? Наверное, Джи делится с тобой новыми гипотезами? И такими секретными, что закрыл двери? Или делает тебе предложение?