Новая Кира

— Так, так, так… — Снова послышалось мне.       Я обернулась снова. — Кто здесь?! — Спросила я, взяв первое, что попалось мне под руку. — Я — Гадес. Бог смерти и владелец этой тетради.       Я слушала голос из неоткуда. Он рассказывал что-то о тетради. С каждым словом я не могла поверить в это всё больше и больше. Я взяла тетрадь в руки и начала читать то, что было на ней написано: — Человек, имя которого будет записано в этой тетради, умрет. Если вы не знаете, как выглядит человек, чье имя вы пишете, то ничего не произойдет. Поэтому все люди с одинаковыми именами не умрут из-за одной записи. Если причина смерти будет написана не позднее, чем за 40 секунд после написания имени, то так оно и случится. Если причина смерти не будет указана, человек умрет от сердечного приступа. После уточнения причины смерти у вас есть 6 минут 40 секунд, чтобы написать обстоятельства смерти. Тетрадь станет частью человеческого мира в тот момент, когда коснется земли. Хозяин тетради сможет видеть и слышать предыдущего владельца, то есть бога смерти. Человек, использующий эту тетрадь, не сможет попасть ни в ад, ни в рай. — я остановилась, для того чтобы перевести дыхание. С каждым прочитанным мною словом, мне становилось всё страшнее и страшнее. Как такое оружие могло попасть мне в руки? Я невольно вздрогнула и продолжила чтение. — Если время смерти будет написано в течении 40 секунд и в качестве причины смерти указать сердечный приступ, то время смерти может быть изменено и принято через 40 секунд после написания имени. Человек, прикоснувшийся к тетради смерти, сможет видеть и слышать ее изначального владельца, даже если этот человек не является хозяином тетради.       После прочтения всего этого, я устало и подавленно облокотилась на кресло. — Почему я? — Задала я вопрос. — Ты сама этого захотела. Ты ведь сказала, что хочешь изменить весь мир. Так вперёд. - Я сжала руку в кулак. — Изменить мир… - По телу прошла мелкая дрожь. — Неужели испугалась?       Я взяла ручку, открыла первый страницу тетради. — Кажется, я знаю, кто будет первым, Гадес. — Сказала я хладнокровно. Я сделала всё по инструкции и ждала.       В тот же день, мать рассказала о том, что убийца нашего отца скончался от сердечного приступа. Так как он был одним из самых опасных маньяков за последнее время, это сразу же показали по телевизору. Я не могла скрыть улыбки. Странной, пугающей улыбки. Я дождалась, пока мать Рина ушла домой, поднялась в комнату и принялась читать остальные правила тетради. Почему-то я не могла сдержать смеха. — Это и правда самое опасное оружие. Пожалуй, я сделаю всё, чтобы воплотить свой замысел в жизнь. — Произнесла я, не скрывая ухмылки.       Сон совсем не шёл. Пол ночи я мечтательно смотрела в окно и представляла, что же теперь будет.

***

      Проснулась я от внезапного звона будильника. — Уже встаю… — Пробормотала я, с неприязнью взглянув на чудо-будильник и, вырубив его.       Позавтракав, я собралась в школу. Скучные уроки проходили медленно. Все ученики лениво сидели за партами. И лишь пара человек внимательно слушала учителя. Он настолько стар, что забыл о том, что уже рассказывал нам то же самое вчера.       Я начала рисовать что-то на тетради. Все мои мысли были заняты лишь вчерашним.       Долгожданный звонок не оставил учеников равнодушными. — Наконец! — Послышалось из класса.       Ко мне подошёл Рин. Он был явно чем-то обеспокоен. — Смотрела вчера телевизор? — Спросил он. — Ямасаки, я видела, что вчера по телеку показали убийцу моего отца. Закроем тему? — Ответила я закатывая глаза. — Да. Конечно. Извини. — Ответил он и принялся есть.       Я смотрела на него с каким-то любопытством. Сколько лет я знаю этого парня, а что у него на уме, так и не поняла. — Что? — Произнёс он с набитым ртом. — Ничего. Ешь молча. — Ответила я равнодушно.       Мне не терпелось скорее пойти домой. — Что бы ты сделал, если бы вдруг тебе привалило счастье, управлять жизнями людей? — Спросила я. — Я? Сложный вопрос… Даже не знаю… Этого всё равно не случится. — Ответил парень, прожёвывая еду. - Верно мыслишь. С тобой-то не случится. - пронеслось в моей голове. Наконец, пора была идти домой. Я шла быстрым шагом, не замечая смеха одноклассников, идущих позади.