Формула любви

POV Владислав.

      Покосившись в сторону закрытой двери, пустым, не проникновенным взглядом, блондин зажмурил глаза, проводя тыльной стороной ладони по лицу. Оказавшись здесь, за учительским столом, в этой до боли знакомой школе, Владиславу стали новы иные чувства, которые даже он сам, с трудом может описать себе. Забросив с бессмысленными раздумьями в своей голове, блондин нарисовав в очередной лабораторной тетради оценку, отложил стопку макулатуры на край стола, собираясь уходить, перед этим отдав журнал последнего побывавшего у него класса. Накинув поверх белоснежной рубашки, одетой на нем по желанию матери, серую толстовку, кареглазый взяв под мышку журнал и побрел к выходу из кабинета, пришаркивая обувью.        Надавив всем телом на дверь, парень плотно заслонил ее и найдя среди связки нужный ключ, запер кабинет. Спустившись на этаж ниже, где располагалось учительская, Владислав надеясь на отсутствие преподавателей в данном месте, потянул на себя ручку двери, оказываясь в просторном помещении. За большим столом, окруженным большими коричневыми стульями, сидели несколько учителей, усердно рассказывающие происшествия случившиеся за весь их рабочий деверь. С появлением Рамма все на минуту заглохли, а после с двойным усилием начали говорить. Блондин не желая завязывать общение, которое в общем не особо складывалось, бросив быстрый взгляд на картину возвышающуюся на стене, тихими шагами подошел к столу, оставляя на нем важный документ. Так как, кто именно является представителем класса, Влад не знал, воспользовался таковым способом. — До свидания, — Ради приличия буркнул учитель и попятился к выходу, слыша взаимные прощания в ответ. Словно ходя по пятам за Владиславом в проеме появилась Анастасия Константиновна увлеченно беседующая по телефону зажатым у нее между ухом и плечом, наверное, потому что ее руки были забиты книгами. Взглянув увлеченными глазами на блондина, девушка словно опешив, уронила все крепко сжатое в руках на пол, невинно улыбаясь и не смотря на дальнейшие слова в трубке, сбросила номер, убирая телефон. — Какая же я неуклюжая, — Встревоженно моргая ресницами, Анастасия опустилась на корточки, поднимая книги, наигранно улыбаясь. Надеясь на неприличный взгляд Владислава, девушка прогадала, наглядно ухмыляясь. Блондин, помогая, присел на корточки, поднимая оставшиеся учебники и протянул их Анастасие, не выявляя ни единой эмоции. — Спасибо, Владислав Алексеевич. — Улыбается. — Я как раз вас искала, не хо… — Владислав стараясь казаться серьезным, сделал шаг в сторону, пропуская блондинку, перебил вставляя свою речь. — Простите, я очень тороплюсь, может в следующий раз поговорим, — Обнажил свои зубы, блондин слышал тихие шепотки учителей, что казалось бы, для Анастасии Константиновны были привычны. — Хорошо, в следующий, так в следующий, — Грустно протянула учительница, позволяя пройти. Рамм не тянув ни минуты, вышел из учительской, спокойно уходя из здания, ни сколько не волнуясь за гадкую ложь.       Только покинув пределы школы, мобильный Рамма стал напевать тихую мелодию, заставляя парня движением руки вытащить его из покоящегося в руке ручного портфеля. На еще не записанный номер в контактах, Влад ответил быстро, проводя дрожащим пальцем по экрану. Выдохнув в динамик, блондин подставил телефон к уху, принимаясь слушать сбивчивое дыхание друга. — Не хочешь напиться? — Бросив так без лишних прелюдии, спросил в трубку Анатолий, крутя в руках бокал виски, прежде принюхиваясь к запаху алкоголя. — А что есть повод? — Насмешливо поинтересовался Влад, осматривая вокруг дорогу, лишь бы вновь не стать жертвой несущегося мотоциклиста. — Ну как же, у тебя новая должность, разве это не повод? — Заманчивое предложение, вот только с этой новой должностью, нужно завтра в трезвом состоянии идти на работу, — С улыбкой ответил блондин, останавливаясь возле подъезда, чтобы закончить разговор. — Это значит нет? — Проронил Анатолий, с нотками грусти в голосе. — Почему же, я только за, безалкогольные напитки, к счастью или же наоборот, люди придумали. Где ты сейчас, я буду. — Толя проговорив другу адрес отключился, продолжая беседу с понравившемуся как собеседнику барменом.

***

      Прибыв к назначенному месту, использовав такси, парень без всяких проблем прошел в бар, направляясь к стойке, где и был его друг. — Привет, Толян, — Доброжелательно пожав друг другу руки, молодые люди уселись, мгновенно обращаясь к бармену за заказом. — Мне безалкогольное, — Бросил парню к черно-белом костюме Рамм, оглядывая Анатолия. — Смотрю ты уже выпил, — утверждающе сказал Влад, разглядывая опустевший бокал. — Ну и, что у тебя случилось, не из-за моей же работы ты напился? — Словно видя насквозь своего собеседника, проронил Влад, косясь на оказавшееся у него под рукой безалкогольное пиво. — Ничего не случилось, все просто замечательно. — Припевая сказал Толя, старательно натягивая на лицо улыбку. — Не ну так не пойдет, — Расстроенно сказал Влад, — Колись. — Да, ничего особенного, с девушкой расстался. — Если бы это было ничего особенного, — Фыркнул парень, — Ты бы здесь завывая не напивался. — Ты преувеличиваешь, — Заметив осуждающий взгляд Рамма, говорящий все прекрасно без слов, Анатолий продолжил. — Молчу, молчу, — Изобразив закрытый замок на губах, парень выкинул замочек, жестом призвав бармена. Наполнив коричневой жидкостью стакан, парень отошел к следующим заказчикам. — Ну, я жду, рассказывай. — Зачем? Все прошло, она в прошлом и я не хочу его ворошить. — И не поведаешь лучшему другу? — Быть может, если ты выпьешь со мной, — Подняв бокал с алкоголем вверх, Анатолий взглядом намекнул, прося Владислава выпить с ним. Блондин чокнувшись, сделал небольшой глоток, уставляясь на друга, испепеляющим и заинтересованным взглядом. — Да банальная история, влюбился, думал навсегда, любил, лелеял, все было хорошо, вот только думал так только я. Она уже уготовила для меня другие планы, пыталась подобраться до моего брата, ради денег. Не понимаю, как я мог этого раньше не замечать. Короче, увидел их вместе, но, а если быть точнее, одна девушка открыла на нее глаза. Ну как-то так… — Да, печально. Но может это и к лучшему, будешь тщательнее присматриваться к девушкам. Кстати, а как тебе та что глаза раскрыла, быть может она твоя судьба? Ну так сказать Ангел-хранитель, помогла тебе, — Сладко улыбнувшись, блондин ощутил руку другу у себя на плече. Анатолий улыбнулся, радуясь, что у него есть такой друг, что может искренне поддержать. Добавить ситуации лучший оклад, помочь продолжить жить дальше. — Ну уж нет, с меня этих любовных истории хватит… — Горестно, но все с той же улыбкой ответил шатен. — Ну ты подумай… — Поиграв бровями, блондин сделал очередной глоток. — Я это… сейчас приду, — Бросил Влад, поднимаясь со стула и направляясь на поиски помещения, где можно справить нужду. Пробираясь сквозь толпу людей, парень оглядывался, стараясь не светиться, чтобы не заметить знакомых ему людей. Оказавшись в небольшом коридоре, блондин двинулся вперед, слушая отдаленную музыку и близкое бренчание предметов. В темноте все проглядывалось плохо, поэтому увидеть что-либо было очень сложно. Фокусируясь, молодой человек прислонился к стене, опираясь на нее всем телом. Парень, что видимо, прежде стоял там в проеме, шатаясь прошел по коридору, совершенно не замечая затаившегося Владислава. Быть может, что-то и промелькнуло в голове блондина, но он перестал о чем-либо думать, забыв о нужном направлении, Рамм вернулся к Анатолию усаживаясь с задумчивым видом за стойку. Толя, засыпая сложил руки на стеклянной поверхности, склонив голову, но почувствовав касание друга за плечо, словно ничего не произошло, спохватился к алкоголю. — Давай выпьем, за любовь, — Крикнул кто-то со стороны столиков. Владислав посмотрев в сторону голоса, не сумел разглядеть никого, поэтому забросил это дело, дожидаясь тоста от шатена. — Согласен, с эти парнем, — Заплетаясь ответил Анатолий, залпом выпивая содержимое стакана. Владислав так же осушил стакан и продолжил вглядываться в толпу посетителей бара, пытаясь что-то отыскать, сам того не зная что. Пока Анатолий продолжил сладко посапывать на барной стойке, Рамм успел заказать такси, чтобы не тащить своего друга через весь город. Дожидаясь сообщения с описанием машины, Рамма задел плечом проходящий мимо блондин, пуская мобильное устройство в полет. — Простите, — Степанов икая и пошатываясь, поднимает с пола телефон, упавший вверх дисплеем. — Виноват, держите, — Протянул блондин, прижмуриваясь, разглядывая человека сидящего напротив него. Признав нового учителя школы, даже сквозь затуманившийся разум, парень сумел сбежать, что только пятки сверкали. Владислав задумчиво почесал затылок, но не предал случившемуся никакого значения, кратко зовя сонного приятеля: — Толя, проснись, — Поднявшись на ноги, блондин принялся расталкивать Анатолия, но тот лишь отмахивался рукой, нечаянно смахивая со стойки стеклянный стакан. Бармен услышав звонкий звук разбитого стекла, поморщился и уже подготовив свою коронную речь, был грубо перебит. — Я все возмещу, — Владислав положив крупную купюру в ладонь бармена, подхватил друга, перекидывая его руку на свое плечо, придерживая. Выбравшись на улицу, где в лицо сразу ударил холодный ветер, молодой человек усадил одноклассника на скамейку, принимаясь легонько бить по щекам, дабы узнать адрес его проживания. Но выпитый крепкий алкоголь, полностью затмил его, так же как и сон, поэтому шатен продолжил ютится на плече напарника, сладко сопя. — Толя… Толян, — Влад пошатывал его за плечи, но ни что его не приводило в сознание. — Антипов блин… — Сам того от себя не ожидая, грубо крикнул Рамм, замечая как Толя раскрывает один глаз и презрительно им водит. — Как ты меня назвал? — Цой, Цой я тебя назвал, — Принялся оправдываться Владислав, вслушиваясь в рев мотора заглушенной рядом машины. — Так то лучше, — Зевает. — И никогда при мне больше не говори эту фамилию… — Горестно продолжил Анатолий, открывая второй глаз и все так же опираясь на Влада, направился к машине, чей водитель грубо призвал их к себе. Продиктовав адрес, молодые люди с ветерком отправились на снятую Цоем квартиру, возле которой их ждал небольшой сюрприз.       Покинув салон машины, который через чур пропах мужским одеколоном, Владислав оплатил проезд и с разрешения Анатолия переночевать у него, покорно плелся позади напарника, что пошатываясь бормотал что-то себе под нос. — Может я все-таки домой поеду, как-то неудобно, — Проговорил Влад, укладывая ладонь на перила и поднимаясь по длинной лестнице. — Влад, неудобно на потолке спать, одеяло падает, — Слегка протрезвев брякнул Толя, резко тормозя на середине лестничной площадки и с долей грубости проговаривая, при этом косясь на девушку, что стояла перед ним. — Что ты здесь делаешь? — Нам нужно поговорить, обсудить все как цивилизованные люди. У всех бывают недопонимания, но я уверена мы все решим правильно. Я очень, очень хочу вернуть тебя, — Девушка с подлинно горящими глазами поднялась со ступеньки, вглядываясь в янтарные глаза парня, а после заглядывая за его спину. Ее глаза нервно зажмурились, а потом резко распахнулись, вглядываясь в черты лица, что казались знакомыми. -… Влад?

POV Софья.

      Горячо дыша в притиснутую к губам ладонь, девушка сжала ее своей рукой, отстраняя. Выбравшись из хватки молодого человека, что так умело покушался на нее, шатенка схватила первую вещь, что попала под ее руку и развернулась, тая свой страх. Все ее крики и просьбы о помощи, словно застряли в горле, ей хотелось кричать, но она не могла. Затаив дыхание, Софья держала вешалку, как будто у нее в руках меч. — Тише, малышка, не кричи, — Прошептал шатен, делая шаг вперед, отбирая из рук Петровой вещицу. — Ты свихнулся? — Крутя пальцем у виска, прошептала Соня, все же слушаясь его. — Зачем так пугать? И что у тебя здесь произошло? — Зачем ты пришла? — Не собираясь отвечать на данные вопросы, перевел тему Никита, заставляя врасплох девушку. — Я первой задала вопрос, — Набравшись смелости, грубо шепнула девушка, до сих пор не понимая почему не может говорить в голос. Ткнув пальцев грудь Никиты, шатенка вскинула руками, а после поставила их по бокам, прожигая взглядом дырку в молодом парне. — Сонь, извини, я правда не хотел тебя напугать, но будет лучше если ты уйдешь и прямо сейчас, — Сказал брюнет, откидывая куда-то в сторону вешалку, мешавшую ему жестикулировать руками. — Киоссе, если ты мне сейчас же не объяснишь, что здесь, черт возьми, происходит, я… — Шатенка прибывая в порыве злости, словно маленький ребенок уперлась рогом в свои слова и не хватало лишь для полного комплекта топнуть ногой. Ее замешательство в выведении угрозы, заставило Никиту ухмыльнуться и взглядом заставить продолжить фразу, но Софья умолкла, замерев на своем месте. — Что ты? — Дразня, Киоссе подался вперед и прижав девушку всем телом к стене, вглядывался в ее пронзительные изумрудные глаза, отыскивая ответ. Петрова не относилась к тем особам, которых можно читать словно открытую книгу, она слишком тщательно всем продумывала, чтобы скрыть истинные чувство под маской. Как это происходило былой месяц, со дня их расставания. Хотя прежде, она такая же беззащитная как сейчас, хрупкая, нежная, казалось ему другой. Слегка ударяя кулаком о стену, парень огородил все попытки зеленоглазой выбраться, заставляя смотреть только на него. Свободной ладонью, шатен провел по ее щеке, заправляя выбившуюся прядь волос, наслаждаясь выпавшим моментом. Он редко позволял себе, возвышаться над кем-то, кто слабее его, грубо обращаться, но именно таким нелепым способом, он пытался уберечь ее, не только от себя, но и от проблем, что безусловно настигнут ее. Вдохнув полные легкие воздуха, в котором витал сладкий аромат ее духов, Киоссе склонил голову, рукой оголяя ее шею, убирая каштановые волосы на другое плечо. Софья судорожно дрожа в руках бывшего, слушала каждый стук своего сердца, что учащенно отбивал ритмы, от нарастающего страха внутри. — Киоссе, отпусти меня, — Шатенка своими ладонями, уперлась в грудь Никиты, стараясь отстранить, но силы были слишком неравны. Кареглазый, слушая свою фамилию, что с такой робкой грубостью, переливалась у него в ушах, совершенно забыл обо всем на свете, отдаваясь чувствам. Его горячие губы невесомо коснулись нежной кожи на шее Сони, от чего та, тяжело выдохнула, пытаясь привести в разум Никиту, слабыми ударами по телу. — Черт! — Выпалил шатен, зажмуривая глаза, но как и прежде находясь запредельно близко к зеленоглазой. Его глаза горели желанием, хотелось прикасаться губами к этой бархатной коже, бесконечно, но делая это насильно, он чувствовал себя иначе, последним подлецом. Выпади ему такой шанс, прикасаться к ней добровольно, шатен бы не упускал не единой секунды. Но видимо нарушать свои принципы и запреты людей, у него в крови. — Ты должна уйти, — Поборов себя, Никита грустно, но четко выговорил эти слова, позволяя возлюбленной уйти. — Я никуда не уйду, — Не смотря на дрожащий голос и парня, что продолжал обжигать своим горячим дыханием ее кожу, она была настойчива. Возможно, поначалу, хотелось сбежать подальше и закрыться в своей комнате, лишь бы вновь не смотреть на его самовлюбленную улыбку, сейчас же ее мнение изменилось, буквально за считанные секунды. Играет с огнем, да. Соня действительно, почему-то перестала бояться, что этому надоумившему взбредет что-то в голову. Просто хотелось помочь, как когда-то ей делал это он. Примеряющим взглядом, шатен присмотрелся к напористости подруги, не понимая почему до сих пор она еще здесь. После подобных ему выходок, шатенка должна возненавидеть его, но она как и прежде пытается отыскать в нем человека, хотя бы капельку его живой души. Нет, он не казался ей эгоистом, словно кукла не имеющей сердца и бурлящей по венам крови. Никита просто стал замкнутым, самоуверенным и грубым, что в принципе раздражало девушку. — Сонь, пойми же ты… — Не успел договорить кареглазый, как девушка набравшись сил, вырвалась из его хватки, выдвигая правила уже своей игры. Она давно хотела сделать так, чтобы он перестал попрекать ею, указывать что делать, присущее ее родителям. В первые в жизни, она перестала молчать, позволяя накопившемуся вырваться наружу, конечно, не в полной форме. — «Это ради твоего же блага» — это ты хотел сказать, я права? Наслышана уже, хватит мне лапшу на уши вешать, и оберегать своими словами, уходя от ответа. Подослав своего друга, ты не избавишься от меня, и рано или поздно я все равно узнаю, что происходит с тобой, хочешь ты этого или нет. Так что ты расскажешь мне все сам или мне подождать пока я услышу это от кого-нибудь другого? — С долей издевки, проговорила Софья, косясь на шатена, что опешил, от данной реакции девушки. Застать Петрову в гневе, еще не доводилось никому, вот такой она спокойный по жизни человек. Вот только она не могла прогадать того, что ответит ей Киоссе. Грубостью на грубость или же решиться доложить все ей, ну, а в самом крайнем случае пошлет на все четыре стороны. Ведь формально они друг другу никто, так бывшие друзья. Никита как бы сейчас не был велик риск потерять навсегда эту юную особу, должен был быть снисходителен, надеть маску безразличия. Пусть будет проклинать себя всю свою жизнь, но зато убережет ее, во что бы то ни стало.       Нагло рассмеявшись прямо в лицо зеленоглазой, парень сверкнул янтарными глазами, не заметно для шатенки сжимая руку в кулак, пытаясь сдерживать себя, в потоке выхлестнутой лжи. — Понимаешь ли, деточка, мне плевать как ты узнаешь, то что сама себе напридумывала. Никакого друга я к тебе не подсылал и не собирался. Я давно хотел с тобой порвать, а вот посчастливился шанс и ты сама все сделала, — Наводя круги возле девушки, что завороженно слушала речь Киоссе, когда ее сердце горестно обливалось кровью. — Так зачем же ты бегаешь то за мной, а? Что тебе нужно от меня? Зачем я тебе нужна? — В порыве крикнула Петрова, нервно сжимая свои ладони с кулак с неимоверной силой. — Мне просто стало тебя жалко, кто еще сможет кроме меня утешить такую серую мышку? Пойми, ты была лишь марионетка в моих руках, поиграл и хватит. Думаю уже давно пора раскрыть тебе на все глаза, я никогда тебя не любил и никогда не полюбил бы, а знаешь почему? Потому что ты скучная, закомплексованная, вечно нудящая и не привлекающая меня как мужчину школьница. — Так зачем же, ты все мне это говоришь? — Проглядывая сквозь пелену нарастающих слез, дрогнувшим голосом, сама того не понимая зачем, спросила Софья, проклиная себя, ни его. — Просто хотел поделиться, тем что накопилось. Быть может тогда ты поймешь, что твоя помощь мне и даром не нужна, — Оттянув нижнюю губу, шатен остановился, дожидаясь реакции Софьи и та не заставила долго ждать. — Какой же ты все-таки подонок, — Смахнув горячие слезы, что непроизвольно катились по ее щекам, а после падали на паркетный пол оставляя на нем мокрый след, Софья подалась вперед. Замахнувшись, шатенка влепила смачную пощечину, стоящему впереди ее человеку. Сердце, йокая разрывалось на тысячи осколков, не предвкушая такого предательства и столь сладкой лжи. Шатен с повернутой в сторону головой, коснулся горящей щеки своей холодной ладонью, наблюдая как Петрова, не задумываясь скрывается с его поля зрения, громко захлопывая дверь.       Странное чувство опустошения, связанного с предательством, заполняло ее с ног до головы. Она могла ожидать чего угодно от этого человека, но даже и не подозревала, что черствость и чрезмерный эгоизм, полностью затмит его. Будто целый мир разрушился, только из-за одного человека, которого прежде она искренне любила и доверяла, отдаваясь всем сердцем. Захлебываясь собственными слезами, что четко помогали ей вспоминать прошлое, которое ей казалось идеальным, а как выясняется, все было не таким как хотелось бы видеть. Она была игрушкой, но видимо ребенок вырос и решил распрощаться, заменив ее на более новую и красивую. Быть может, такова судьба, оказываться преданным самими близкими людьми.       Софья смутно помнит как покинула его дом, как ей сигналили на дороге машины, когда не по светофору она переходила дорогу и как оказалась на этой абсолютно пустой улице, такой же как и ее душа. Тело словно не слушалось ее, оно было расслабленным и вопреки мозгу следовало по своему пути.       Шатен зажмурив свои карие глаза, яростно выкинул фото рамку с фотографией об стену, скатываясь вниз по стенке. Чертовски не хватало воздуха, или просто совесть не позволяла с эти грузом на душе, спокойно дышать. Хотелось биться, кричать в истерике, но он держался, как делал это три года подряд, со дня смерти его матери. На четвереньках шатен подполз к разбитому стеклу, и подняв рамку, вытащил фотографию своей матери с сыном, в котором он не признавал себя. Там был другой мальчик, добрый, любящий, а тот кто смотрит на него, его полная противоположность. Время меняет, хорошие слова, вот только кого в лучшую, а кого в худшую сторону. Проводя тонкими пальцами по контурам лица женщины, запавшей в его сердце на всю жизнь, как лучшей матерью, молодой человек, вытер рукавом катящуюся слезу. Глядя в эти голубы глаза матери, что отличались от его темно карих, он видел просвет, что позволял ему жить. Пускай фото, почти ничто, но оно позволяет ему помнить о ней, и вспоминать все ее слова, что были словно напутствием в его жизни. Приоткрыв губы в немом стоне, Никита прижал старое фото к своей груди, вздымая голову к небу, чтобы скрыть слезы и взмолить о помощи, добром совете, как раньше. — Мам, как же мне дальше жить, помоги… Мне так тебя не хватает, — Хрипло и с теплотой залившей его сердце от воспоминании, провозгласил Киоссе, становясь на ноги и уверяя себя негромко: — Так будет лучше, лучше всем. — Твердил он себе под нос.       Его услышат, обязательно услышат, там на небесах, если, конечно, существует небесный мир, в который мы и в современном мире продолжаем верить. Шатену неизвестно, что может, именно сейчас, его родная мать все видит и уважает его выбор не смотря ни на что, ведь он ее сын, родная кровь. Придержит его за плечо, поможет поднять, даст в пустоту важный совет, который когда-нибудь он, да услышит.

***

      Школьный день, настроение ниже плинтуса, но радует одно, что этой самовлюбленной морды она не увидит и не услышит как он над ней стебется. Словно мумия, не выспавшаяся с синяками на глазах, и вспыльчивым характером, на который сегодня успело нарваться несколько пострадавших учеников, Софья скиталась по коридорам школы, перебираясь из класса в класс. Учителя заспанные от навалившейся на них в начале года учебы, вели уроки, не привлекая вниманию, своих замученных учеников, что было уже привычным. Одноклассники Софьи не заметили ее изменения, что еще раз доказывали слова Киоссе «серая мышка», вызывающие бурю эмоции у нее внутри. Выслушав ту пламенную речь, высказанную в порыве гнева, девушка стала больше задумываться, ведь сейчас прислушиваясь к нему, она начала понимать, что действительно никому и не нужна. Никто не подойдет не спросит как у нее дела, людям попросту нет никакого дела до такой простушки как она, только вот почему прежде, все молчали. Безмолвно смотрели, осуждали за спиной, но ни один, ни единственный человек среди миллионов живущих на этой планете, не сказал ей какая она плохая, скучная зануда.       Мысли звонко оборвал звонок по окончанию всех намечающихся уроков на весь день. Приподняв голову, удобно располагавшуюся на поверхности парты, которая сегодня полностью принадлежала Петровой, по неизвестной ей причине отсутствия Вероники. Вяло убирая учебник литературы в рюкзак, так же как и другие школьные принадлежности, шатенка последняя покинула кабинет, закрывая дверь и оставляя преподавателя одного со своими мыслями. Поправив лямку рюкзака, Софья с приподнятыми уголками губ, по окончанию учебного дня, поплелась в раздевалку, откладывая мучавший ее весь день и всю ночь, разговор с Киоссе, в дальний угол своей головы. Накинув на худое тело горчичную парку, на плечах, которой уложились ее каштановые волосы. Столкнувшись с парой тройкой школьников, желающих как можно быстрее покинуть стены школы, Софья оказалась на крыльце, не зная куда себя деть. Внутри загоралось необъяснимое вдохновение, но от мысли о Никите все походило в пух и прах. Становилось тяжело, невыносимо тяжело, чего в принципе она не могла объяснить. Все кончено, но она все равно желает понять многое.       Порывшись в своих мыслях, все так же стоя на школьном крыльце, шатенка вспомнила Константина и его приглашение к себе на вечеринку. Конечно, время упущено и из-за этого стало как-то не по себе, щеки отдавали красным оттенком, так как ни ее подруга, ни учитель, что является другом Кости, не наполнили ей. Стало немного стыдно, за то, что совсем выкинула из головы данное мероприятие и работу, которую она так и не удосужилась посетить еще раз. Поэтому, было принято решение, направиться именно в тату-салон и принести свои искренние извинения, быть может, что-то еще можно изменить. Для того, чтобы скоротать дорогу, девушка пошла в обход и обошла школу, оказываясь у черного хода, где обычно тусуются курильщики. Метнув быстрый взгляд в сторону былой белоснежной стены, Софья разглядела неприличный надписи и слегка ухмыльнувшись, глупым рисункам школьников, пошла дальше, непроизвольно тормозя у выхода на тропинку, прикрываясь той самой стеной. Выглядывая из-за угла, по не известной ей причине, таясь. Петрова услышала знакомый ей голос учителя, а так же и его самого, стоявшего возле небольшой парковки для машин. Стоя облокотившись на автомобиль, блондин беседовал с какой-то девушкой, что прежде Софье не доводилось видеть. В пределах разумного, чтобы не встретить презрительный взгляд Владислава, заставляющий ее в подслушивании, Соня остановилась, неприлично оправдывая его слова. Никогда в жизни, шатенка не грела уши, подслушивая чужие разговоры, но именно сейчас она не удержалась и прижавшись ближе к школьной стенке, стала рвано дышать. Как виделось по взгляду преподавателя, беседа еще только намечалось, но предчувствовалось что-то не хорошее, что было видно по лицу Влада, отстраненного от стоящей впереди его девушки. — Нам нужно поговорить, — Начала издалека блондинка, переминаясь с ноги на ногу и сжимая в ладони ручку от сумки, что свисала к земле. Владислав выдохнув облако белого воздуха, грубо, но все с той же неподдельной ухмылкой ответил: — Я тебя слушаю, — Учитель, отстранился от капота машины, становясь на обе ноги, но не преодолевая расстояния между ними. Было ли противно ему это общение, да, но чтобы побыстрее избавиться от этой надоедливой девушки, ему нужно было проще поговорить с ней, ежели бегать. Пробежав быстрым взглядом по окрестности, молодой человек поморщился, торопя своими эмоциями, выявляющимися на его лице собеседницу. — Я слушаю… — Знаешь, а ты ни капли не изменился за то время, что я тебя не видела. Все такой же нетерпеливый, но чертовски красивый, — Блондинка подкралась, словно мышка и провела острым ногтем по его скулам, оставляя красную полосу. — Ближе к делу, — Отстранившись, произнес Владислав, неприязненно морщась от приближения этой особы. — Хорошо, помнишь, я тогда уехала, но до сих пор не могу себя за это простить. Думала там смогу забыть тебя, но не вышло, сильно привязалась, понимаешь? — К чему ты клонишь? — Не перебивай меня, — Шикнула та, принимаясь формулировать дальнейшие свои слова. — Я хочу вернуть тебя. — А не тоже ли самое ты вчера говорила другому, а? Ты вначале разберись в себе, а потом лезь со своими чувствами. Не забыла она, ах, да, конечно, ври больше. Твои слова для меня уже давно ровным счетом ничего не значат, пойми. Уезжая тогда, ты должна была понять, что больше ни что и ни при каких обстоятельствах, нас не будет связывать. Так что… — Блондин умолк, не из-за того что у него закончились слова, нет, в тот момент их накопилось слишком много, поэтому молчать он не мог. Слишком громкий хруст веток, донесся до ушей учителя, заставляя покоситься в сторону звука.       По закону подлости, девушка попала по самое не валяй, конечно, сама себе эту ловушку она не создала. Кто-то слишком неуклюжий, по первому ее сложившемуся мнению, в моменте паники, стоял за ее спиной, наблюдая за взором знакомой девушки. Мысленно ударив себя ладошкой по лбу, Софья не успела скрыться и повстречалась с янтарными глазами, глядящими на нее с непонятной пустотой. — Черт! — Тихо выругалась шатенка, двоясь в данной ситуации. Ей хотелось убить человека, нанесшего ей такие большие проблемы, ровно так же как и себя и невольно краснея, за всю эту нелепую ситуацию, перед уже не видящим ее учителем. Ну, что ж, да здравствуют проблемы!