Валентинов день

      Поздним зимним вечером 14 февраля, пробираясь через огромные сугробы, Валентин думал о своей нелёгкой судьбе. Сегодня он решил признаться альфе, которого тайно любил вот уже несколько лет. Признался… и был отвергнут. И правда, ну кому нужен нетечный омега?              Всё началось, когда омеге исполнилось 14 лет. До этого он рос обычным милым мальчишкой. Каштановые коротко стриженые волосы, миндалевидные шоколадные глаза, аккуратный носик, пухлые губки — ну просто идеальный омежка. Хотя дети в этом возрасте ещё не до конца понимают некоторые вещи, уже тогда к малышу Вальке тянулись одноклассники.              И вот, обязательный плановый осмотр. Именно тогда врач впервые предположил, что что-то в организме мальчика не так. Точные прогнозы ставить было ещё рано, поэтому особого значения этому никто не придал. Когда омеге исполнилось 16, вопрос поднялся снова. И, опять-таки, было решено пустить всё на самотёк. Ну, подумаешь, задержка, бывает. По-настоящему родители омеги забеспокоились, когда течка не началась и в 18…              Чем больше проходило времени, тем больше отчаивался Валька. Смотря на то, как его знакомые и друзья начинают флиртовать, знакомиться, и даже встречаться, омеге становилось невыносимо больно, ведь он — неполноценный омега. И самое ироничное в этой ситуации было то, что имя Валентин означает «здоровый».              Единственным просветом в жизни Вали стала учёба. Юношу увлекли филология и ономастика: он всерьёз занялся изучением значений имен, городов и фразеологизмов, а также иностранными языками. Поступив в университет, он решил посвятить себя любимому делу. Вот только в его планы не входил Тэрри. Голубоглазый брюнет, сам того не зная, взбудоражил маленькое глупое сердце. И как Валька ни пытался, выбросить парня из головы у него не получалось.              Два года Валя не решался признаться Тэрри в своих чувствах, два года терзался сомнениями и угрызениями совести. Ну зачем он нужен хоть одному нормальному альфе? Ведь если нет течек, не может быть и детей. А кому нужен бесплодный омега? Правильно, никому.              Не желая больше мучиться, Валя решил признаться. Идея про 14 февраля вообще была безбашенной, но в тот момент почему-то казалась самой правильной. Сколько усилий ему стоило это признание, сколько храбрости! Вот только Тэрри этого, увы, не понял, и на пылкую речь омеги о любви ответил лишь холодное: «Я не люблю тебя, прости». Ни капли сожаления в голосе, ни капли понимания во взгляде.               Валя был раздавлен. Два года безответной любви, два года, не принесшие ничего, кроме боли и разочарования. Только теперь парень начал осознавать, что влюбился абсолютно не в того человека. Ведь, по сути, он совсем не знал Тэрри… Ни его интересов, ни его друзей, ни его характера. Влюбиться во внешность, в придуманный образ — как же это по-детски! Нельзя сказать, что любовь Вали пропала сразу после отказа, просто в его сердце начал закрадываться назойливый страх. Страх на всю жизнь остаться одному, никому ненужным и забытым. Задумавшись, омежка не заметил, как налетел на альфу, спешащего куда-то по своим делам.              — Извините, пожалуйста, я нечаянно, я, правда, не хотел, — быстро начал извиняться он.              — Да ничего страшного, сам виноват, — голос с хрипотцой был очень приятен, а, взглянув на его обладателя, Валя убедился, что и внешне мужчина был очень красив. Да, именно мужчина, на вид не меньше 25 лет, волевой подбородок, русые волосы и зелёные глаза, отливающие жёлтым в свете ярких фонарей.              Валя уже хотел было ретироваться с места происшествия, как его остановил всё тот же мужчина.              — Не вы случайно обронили? — протягивая ключи от дома, спросил омегу незнакомец.              — Да, спасибо, наверное, из сумки выпали…- потупив взгляд, ответил омега. Наверное, на его месте любой другой уже начал бы вовсю заигрывать, вот только у Вали было, как минимум, две причины этого не делать. Во-первых, не смотря ни на что, Вале всё ещё нравился Тэрри, а во-вторых… он просто не умел этого делать.              — А меня Ричард зовут, — решил представиться альфа, — можно просто Рич.- На автомате Валя подметил, что имя, означающее «мощный и храбрый», как никому, идеально подходило мужчине. Всё в его образе кричало о силе и уверенности в себе.              Всё же, не представиться было бы невежливо, потому омега тихо назвал своё имя. Однако в этот раз всё будет иначе! Он больше не поведётся на красивую внешность и приятный запах! Ведь даже если он и сможет привлечь этого альфу, тот сбежит сразу же, как узнает о недуге омеги.              — Позвольте мне проводить вас, на улице уже темно, и я не смогу спать спокойно, не будучи уверенным, что вы дошли до дома, — такая забота была очень приятна, вот только Валя не хотел давать себе призрачных надежд…              — Спасибо, мне здесь не далеко, сам доберусь, — не успел альфа сказать что-либо ещё, как Валентин уже скрылся за очередным поворотом тропинки.              Всю ночь Валя пытался уснуть, однако мысли, кружащие в его голове, всё никак не давали покоя. Тэрри ему отказал. Что с того, что он красив, кому дело до того, какая у омеги душа — он неполноценен, и это жирным крестом перечёркивает все его достоинства. Даже собственным родителям он оказался не нужен. Год назад они подарили Валентину однокомнатную квартирку, и он съехал из общего дома. Валя и сам себе противен. Зачем он вообще решил признаться? Молчал бы и дальше, живя в своём уютном мирке иллюзий. Ему не было бы так больно. Запоздало по щеке побежала первая слезинка. За ней вторая… Валя и сам не заметил, как начал отчаянно и безутешно рыдать. Дома никого, кроме него, больше не было, и он, наконец-то, мог дать волю своим чувствам.              

***

             Утро встретило омегу покрасневшими и опухшими глазами, примерно таким же лицом и пустым холодильником. Ну да, ведь он как раз вчера вечером хотел сходить за продуктами…              Быстро приведя себя в порядок, Валя выскочил на улицу. Запоздало пришла мысль, что нужно было надеть шапку, но возвращаться не хотелось. Закутавшись в ворот свитера, омега пошёл по направлению к супермаркету. Идти было всего ничего, минут пять-семь, не больше, однако, пока он дошёл, его уши и нос вовсю полыхали красным, напоминая своим видом все атрибуты Деда Мороза.              Стресс от вчерашней неудачи было решено заедать сладостями. Потому, сразу после всего необходимого по списку, в корзину полетели печенья, зефиры и шоколадки. На очередном повороте среди стеллажей Валька заприметил холодильник с его любимыми вишнёвыми йогуртами. Вот только нужные баночки, насмешливо подмигивая вишенками с этикеток, стояли на самом верху. Как омега ни прыгал, пытаясь хоть чуть-чуть сдвинуть их, пальцы лишь отталкивали лакомство ещё дальше, в самую глубь прилавка. Расстроившись, Валя решил идти к кассам. Если не везёт — то во всём и сразу, такой вывод сделал он для себя.              Вдруг прямо перед его лицом оказалась чья-то огромная ладонь, держащая вишнёвую вкуснятину. Взглянув на её обладателя, Валя узнал вчерашнего альфу, кажется, Ричарда, которого он «уронил» в сугроб.              — Вы же его хотели достать, не так ли? — Спросил приятным мягким баритоном альфа.              Не в силах что-либо ответить, омега лишь кивнул. Лицо его озарила мимолётная улыбка, но он быстро одёрнул себя. Да, альфа бесспорно был очень красив, вот только Валя уже осознал всю свою никчёмность, он не нужен такому альфе.              — Да, спасибо, — забирая из рук мужчины бутылки, он пошёл к кассам, стараясь игнорировать взгляд, прожигающий спину.              Очередей не было, и, стоя на кассе, Валя мысленно уже лежал на своём диване, закутавшись в уютный плед, вместе с любимыми сериалами и чашкой тёплого какао. Кассир, которого мало интересовало происходящее вокруг, медленно, как-то лениво, пробил товары и назвал цену. Оплатив покупки, омега собирался было идти, как его снова окликнул тот самый вчерашний альфа.              — Пакет тяжёлый, давайте я помогу донести, — утверждая, не спрашивая. Быстро выхватив покупки из рук омеги, он мило улыбнулся и галантно открыл двери, пропуская парня вперёд.              Происходящее было для Вали чем-то новым. Ещё никогда ни один альфа не бросался ему помогать с пакетами, открывать двери… Да даже не улыбнулся никто ни разу! Это настораживало, и вместе с тем подкупало. Как бы Валя ни старался оградиться от происходящего, опека альфы была ему очень приятна. Злобный голос внутри прошептал о горечи и боли, что остаются после. И этот голос разом унял, забившееся было быстрее, сердце.              Ричард не раз за всю короткую дорогу пытался разговорить так понравившегося ему парня, но всё было без толку. Валя отвечал на вопросы односложно, интереса к беседе не проявлял, да и по-другому он не мог. Альфа жутко его стеснял, и омега был рад уже тому, что его голос не дрожит, а колени не подгибаются.              Распрощавшись с Ричардом у подъезда, Валя исчез за железной дверью, и, уже поднимаясь по лестнице, подумал, что так будет правильно. Лишь сердце, неприятно сжимающееся в груди, было с ним несогласно. Но кто же будет его слушать во второй раз?              

***

             Новый «знакомец» не отступал уже третью неделю. От простых слов он перешёл к действиям. Каждый день он поджидал Валю у подъезда, неизменно принося цветы, маленькую игрушку или же шоколадку. Всё это выглядело слишком подозрительно, и омега даже было подумал, что на него просто поспорили… Вот только Ричард не выглядел как человек, способный на такое. Взрослый, рассудительный и очень дружелюбный — таким он был. Валя чувствовал притворство за версту, но от этого мужчины исходили лишь добро, нежность и забота.              Как так получилось, что он, бракованный омега, смог заинтересовать такого мужчину, не знал никто. В университете ещё в первую неделю заметили красавчика альфу, и никто не мог понять, что же он нашёл в Вальке. Конечно, симпатичный, но особенного в нём не было ни-че-го.              Проводя с Ричардом каждый день, омега не заметил, как снова влюбился. И теперь он уже был уверен, что дело не только во внешности. Альфа был галантен, искренен и очень заботлив. К тому же, он оказался весьма интересным собеседником. Он мог поддержать любую тему, знал много всего интересного, и особенно омеге нравилось слушать его рассказы из детства.              С каждым днём игнорировать альфу становилось всё труднее, а тот, как будто видя это, лишь увеличивал напор.              

***

             Сердце омеги оттаяло в середине апреля, вместе со снегом, что уже вовсю тёк ручьями по солнечным улицам города. Делать вид, что Ричард ему безразличен, не хотелось. Хотелось прижаться к тёплому боку, уткнуться носом в такое родное плечо и говорить, говорить, говорить ему о своей любви. Но оставалось ещё кое-что, что всё портило. Всегда портило. Валя не желал начинать отношений, не рассказав ничего Ричу о своей болезни…              Осознав, что тот, скорее всего, бросит его, едва услышав диагноз, омега чуть было не заплакал. Ведь ему, как и всем, хотелось тепла и любви, что согревала бы не хуже солнца в летний зной. Конечно, можно было бы и дальше делать вид, что ничего не происходит, и просто быть рядом с любимым, вот только этого было уже слишком мало. И он решился.              В один из дней, стоя на мостике и кормя уток в небольшом пруду под ним, Валя подумал: «Сейчас или никогда». Ричард стоял рядом и с улыбкой наблюдал за омегой, что сосредоточенно ломал хлеб для птиц, даже не подозревая, какие мысли, сомнения и страхи кружили в его голове.              — Нам нужно поговорить, давай присядем, — предложил Валя. Голос его дрогнул, и это не укрылось от Рича.              Разговор был долгим. Валька всё никак не мог подобрать нужных слов, запинался, останавливался, и только руки Ричарда, поглаживающие его запястья, помогали хоть немного расслабиться и успокоить сбившееся дыхание.              Альфа слушал очень внимательно, и к его чести, на лице у него не дрогнул ни один мускул. Было сложно понять, о чём он думает, какое решение принимает. Как только омега стих, закончив свой рассказ, в нём будто всё перегорело.              «Ну и пусть, — подумал он. — Главное, чтобы он был счастлив, а я… »              Ричард крепко обнял свою глупую омежку, не давая даже закончить этих мыслей, вздыхая так, будто гора рухнула с его плеч.              — Ты чего? — невпопад спросил ошарашенный Валя. Он и не надеялся уже ни на что, и сейчас просто отказывался верить в происходящее.              — Я думал, что совсем тебе противен, что надоедаю постоянно, а ты меня только из вежливости и терпишь, — альфа начал беспрестанно целовать своего омежку в лоб, щёки, нос — везде, где мог дотянуться. А затем припал к его раскрасневшимся от постоянных покусываний губам, заставляя забыть обо всём на свете.              — Я люблю тебя, слышишь? — взгляд прямо глаза в глаза, без тени сомнений. — Никогда не сомневайся во мне.              И Валька решил, что не будет.              

***

             Прошёл уже год с их знакомства, и Валя ни разу не пожалел, что доверился своему альфе. Всё было просто идеально. Конечно, ссоры не обошли их стороной, но чем серьёзнее они были, тем слаще были примирения.              Июнь запомнился знакомством с родителями, в июле Ричард устроил сюрприз любимому, и они вместе уехали на целую неделю на необитаемый остров, а в августе Валя услышал предложение руки и сердца. Пышная свадьба, первая брачная ночь, ставшая лучшей в их жизни, медовый месяц, сладкий, как само его название, и много чего ещё.              Вспоминая о том, с чего всё начиналось, Валя поглаживал живот и, казалось, боль отступала. Уже четвёртый день он чувствовал себя нехорошо, и никак не мог найти причину своего состояния. Ричарда беспокоить не хотелось, но тот и сам всё видел и волновался. Он даже решил взять на себя готовку, второй день не подпуская омегу к плите.              Очередной спазм прошиб всё тело парня, и вдруг сзади него что-то потекло, что-то жгучее, горячее, такое странное и непривычное. Не веря всему происходящему, омега завёл руку назад и собрал сладкую смазку с ягодиц, поднося руку на уровень глаз. Это было именно то, о чём он подумал. В сердце родился крик, полный счастья, и сдержать его Валька не смог, да и не хотел. Тут же перепуганный, с перекошенным лицом, из кухни вылетел Ричард. С лопаткой в руке и в розовом передничке он выглядел по-домашнему уютно, и у Вали аж под ложечкой засосало от прилива нежности и желания. Протянув руки к своему мужу, он со слезами счастья на глазах прошептал:              — У нас получилось…              Ричард сгрёб в охапку своё счастье, прижимая к себе так крепко, но, вместе с тем, нежно, что в его объятиях можно было умереть от счастья…              — Я люблю тебя, — шёпот альфы, полный любви.              — И я тебя, спасибо, что ты у меня есть.