Ловец снов

Первая ночь в школе мутантов прошла относительно спокойно. На кошмары я старательно не обращаю внимания, так что да, пока все шло нормально, если это слово можно использовать в моей ситуации. Однако Джин рано начала собираться на занятия, чем разбудила недовольную меня. Вчера мы успели немного познакомиться. Джин не доставала меня расспросами, не копала глубоко, однако меня не покидало ощущение, что она все же залезла в мою голову. Телепаты по моему опыту самые бесцеремонные люди. У меня с собой было очень немного вещей, так что мне поскорее хотелось исправить ситуацию. Я спросила у первого попавшегося ученика где можно найти Питера Максимоффа. — Второй этаж, третья комната справа. На деревянной двери висел предупреждающий знак «Не входить!», однако я постучала три раза. Я отчетливо слышала музыку с другой стороны, но никаких шагов не было. Я постучала снова, но уже ногами. — Чего ломишься? — Питер, похоже, только недавно проснулся, потому что волосы его были взъерошены. Или это обычное для него состояние? — Если человек не открывает, то это значит, что его либо нет, либо он не хочет, чтобы его беспокоили. — И тебе доброе утро, — я уже начинаю жалеть о том, что пришла именно к нему. — Мне нужна твоя помощь. — Туалет на первом этаже, — я закатила глаза на его остроту. Питер все же пригласил меня внутрь, потому что, видимо, понял, что меня заставило к нему придти что-то серьёзное. Питер жил один. У окна стояла большая кровать, над которой висели обложки альбомов, плакаты и фотографии различных музыкальных групп. Я узнала много из них, но виду не подала. Также я заметила новый крутой магнитофон, который был похоронен под кипой кассет. — И что же заставило тебя прийти ко мне? — он сел на кровати и сложил руки перед собой, смотря на меня. — Мне нужно пробраться в свой дом и забрать некоторые вещи, — я сказала это на одном дыхании, потому что прекрасно знала, что у Питера есть тысяча и одна причина не помогать мне. — Ты серьёзно? — он усмехнулся. — Все это слишком сильно смахивает на ловушку, тебе не кажется? — На твоём месте я сказала бы то же самое, — я чувствовала себя бессильной перед ним. — Если ты не поможешь мне, то я не смогу отдать профессору дневник, в котором я записывала все планы Дениса. — И почему бы тебе не пойти к самому профессору? — он встал и подошёл ко мне. — Почему ты пришла именно ко мне? — Потому что я больше никого не знаю здесь, — я почему-то начала шептать и опустила голову. — Пожалуйста, отойди. Ты слишком близко. Я и так стояла спиной к двери, а между нами не было и шага. Мне было очень неуютно, когда люди стояли так близко ко мне. Питер не стал задавать вопросов и сделал два шага назад, за что я ему безмерно благодарна. — Ну, хорошо, — Питер достал из ящика очки. — Я за приключения в любом виде. Но если нас поймают, то будем вариться вместе. Я просияла и коротко кивнула. — Забирайся, — Питер кивнул на свою спину. — И говори адрес. Мы сидели за огромным кустом смородины, которую я просто ненавидела во многом из-за того, что меня заставляли её собирать. Пока я наблюдала из бинокля за территорией, Питер спокойно пожирал спелые ягоды чуть ли не прямо с веток. — Можно потише? — я обернулась на него. — Мне уже надоело твоё чавканье. — Будь благодарна, что я согласился помочь тебе. — Я уже начинаю жалеть, что попросила тебя. Не могу поверить, что я возвращаюсь в дом, который ненавижу всем сердцем, пусть и из-за определенных обстоятельств. Да ещё и неизвестно с кем! — Смотри, — Питер пододвинулся ко мне. — Та девушка у входа управляет воздухом. Тот парень суперсильный. Денис и компания очень кстати куда-то уехали, поэтому мутантов здесь мало. — Люди есть? — Нет, — я мотнула головой. — Этот сумасшедший не признает людей. Здесь все, от уборщицы до повара – мутанты. — У вас ещё и повар личный? — Не о том думаешь, — я указала на одно из окон на втором этаже. — Там моя комната. Сможешь подсадить? — Могу прямо туда доставить. — Не стоит. У меня там ловушки стоят. — Видимо, семейка у тебя действительно двинутая, — Питер хмыкнул. — Идём? Я кивнула, и в тот же момент Питер перенёс меня под моё окно. Он сложил ладони вместе, так что я смогла достать до подоконника и потянуться на руках, чтобы открыть окно и пробраться в комнату. Перед этим мне пришлось обезвредить несколько старых ловушек. Их я оставила очень давно, потому что Девиду казалось, что будет безумно романтично, если он взберется по плющу ко мне с букетом в зубах. Мой брат не стыдился своих чувств ко мне, своей сестре. Его отец – Денис – тоже, кажется, не видел ничего плохого в инцесте, поэтому не препятствовал. Это было просто отвратительно. Остальные мои родственники косились на меня, многие издевались, смеялись прямо в лицо, будто я виновата, что мой кузен извращенец! От одних мыслей и воспоминаний обо всем этом меня передернуло. При этом меня колотил страх, что меня увидят. На всякий случай я заморозила входную дверь и замок, чтобы никто не смог войти. Я с огромной скоростью достала кожаный рюкзак из шкафа и судорожно сгребла все со стола. Эти придурки даже не удосужились обыскать мою комнату. А зря. Очень давно я сделала небольшой тайник в днище кровати, потому что у меня совершенно не было личного пространства. Там я хранила личный дневник, который сожгла год назад, а также записную книжку, в которой было все, что я могла услышать из разговора более старших членов нашего братства. Позже и меня начали посвящать в дела, так что в этой тетрадке было много полезного для «Людей Икс». От скидывания вещей в рюкзак меня отвлёк звук брошенного в окно камешка. Я поняла, что времени у меня очень мало, поэтому достала ещё одну сумку и просто кинула туда все, что попалось мне на глаза. — Ну наконец-то! — Питер показал на часы. — Ты слишком долго. Наше отсутсвие не оставил без внимания Чарльз Ксавье. Как только мы оказались на территории школы, то тут же услышали в своих головах голос профессора, приказывающего явиться к нему. Первый школьный нагоняй в моей жизни. Это определённо успех. — Вы хоть понимаете, как опасно это было? — Ксавье хмурился и выглядел очень раздражённым. — Мне казалось, что ты хотела остаться в нашей школе, а, Мария? — Так я и остаюсь, — было очень неуютно стоять перед ним, словно провинившиеся котята. Не знаю, почему Ксавье внезапно стал для меня таким авторитетом. Наверно, это из-за его грозных бровей. Под их натиском невозможно сопротивляться. — Просто мне нужно было забрать некоторые вещи. С этими словами я выложила из сумки записную книжку и хлопнула ею по столу. — Что это? — профессор вскинул брови, однако пододвинул тетрадь к себе. — Откройте и узнаете. Нам с Питером пришлось долго постоять, прежде чем Ксавье отложил книжку. Он изучал её долго, пристально. Затем поднял на меня глаза и сказал: — Ты понимаешь, что этим ты предаёшь свою семью? — он помахал тетрадкой в воздухе. — Они предали меня первыми.