Стайлз без приключений - не Стайлз!

      Когда начинаются жертвоприношения, Стайлз думает только об одном. Богам, духам и прочим сверхъестественным существам обычно преподносят девушек-девственниц в возрасте от двенадцати и до тридцати. Серьёзно, ей стоит перестать пользоваться данными из сомнительных источников, о чём Стилински неоднократно говорил Скотт. Но шатенка является непрошибаемым индивидом, который считает, что может стать следующей жертвой.       — Кто-то должен заняться со мной сексом прямо сейчас.       — Я сделаю это, — звучит женский голос справа от Стилински.       — Что? — сложно поверить, что кто-то согласится на такое с ней.       — Я займусь с тобой сексом, — повторяет девушка.       После этого Стайлз зависает.       — Это так мило. Ты шутишь?       — Да, я шучу, — говорит девушка и улыбается.       — Это непривлекательно, Хизер. Ты не должна играть с чувствами своей подруги детства.       Стилински никогда не забудет, как познакомилась с этой девушкой. Им было по шесть лет. Стайлз в резиновых сапогах мерила лужу в канаве, а Хизер гуляла неподалёку и решила присоединиться, так как обувь на ней была такая же. Сдружились они довольно быстро, но виделись нечасто, потому что жили чуть ли не в противоположных концах города.       Спустя долгое время их дружбы ни одна не подумала бы, что другая может умереть. Тем более сейчас. Лишиться жизни в семнадцатый день рождения. Это происходит не в первый и не в последний раз за всю историю человечества. Но для Стилински это было ударом поддых.       На вечеринке у ХизерСтайлз отвлекается на какую-то мелочь и оставляет подругу одну, а вернувшись, обнаруживает, что там, где они разошлись, уже никого нет. Конечно, всякое могло приключиться, но шатенка думала, что это должно быть нечто незначительное, а не… Стайлз пытается убедить себя в том, что это лишь дурной сон, а когда она проснётся, то окажется, что сильно много выпила и уснула на той самой вечеринке. Но почему-то проснуться у неё никак не получается. Кареглазая давит педаль газа в пол и едет по главной магистрали, не замечая ничего вокруг. Затем она чуть не спровоцировала аварию с другим авто, который даже не остановился, а вот Стайлз – наоборот. Теперь её джип просто-напросто не заводится! Она вылезает из машины и со всей силы захлопывает дверцу. Ей хочется кричать, и она кричит. Надрывно, до боли в горле. Ей больно, чертовски больно. Шатенка опускается на землю, опираясь осой джип, и тщетно пытается успокоить себя. Девушка совершенно не понимает, когда успел начаться дождь. Дождь, который уже перерос в самый настоящий ливень. Стайлз встаёт на ноги и чувствует, как что-то схватило её за щиколотку. Это что-то потянуло её глубоко в лес, а у Стилински уже просто нет сил кричать, она дёргается, пытается ухватиться за что-либо, но безрезультатно, а вскоре и вовсе теряет сознание.       Очнулась Стайлз с мешком на голове, который через несколько секунд ей сняли два близнеца — мальчик и девочка. Обоим на вид лет десять. Оба с неестественной бледностью. Оба не могут быть людьми. Последнее девушка нутром чуяла, знала, понимала. Впрочем, как и то, что ей предпочтительнее быть в совершенно другом месте.       И хочется не быть привязанной к стулу терновником. А перед ней стоит женщина в длинном мятно-зелёном платье, а вот голова кажется какой-то медвежьей, видимо, из-за причёски.       — Тебе следует знать, кто тебя убьёт, девственница. Камиллы, — женщина указала на близнецов. — Мои помощники. А я Урсула. Твоя подруга стала третьей в списке жертвоприношений. Тебя было бы необязательно убивать, но... Боги не откажутся от ещё одного дара.       А вот эту милую улыбочку хочется размазать по лицу вместе с помадой бледно-янтарного цвета. Но связанные конечности не позволяют этого сделать, как и внезапно отключившийся свет.       — Ох, погода разбушевалась, — она хихикнула. — Но не надейся, что тебя это спасёт. Я скоро вернусь, — и ушла, цокая каблуками, затем послышался металлический скрежет хлопнувшей двери.       В темноте ярко-зелёным горели две пары глаз. Прищурившись, Стайлз видит, что зрачки у подозрительно близко стоящихкамилл почему-то расположены вертикально.       — Я освобожу тебя, если скажешь «да», — сказали «дети» в один голос и у девушки сердце ухает в пятки. Это было жутко.       Решив, что подвох здесь определённо есть, но лучше продать свою душу подобным демонам существам, чем умереть сейчас, она произнесла столь простое заветное слово. Ей не приходилось сомневаться, что после смерти ей предстоит оказаться в Аду в любом случае, уж слишком много всякого натворила, да и к тому же по уши во всей этой сверхъестественной бредятине. Такие люди(да и нелюди тоже) не попадают в Рай.       Затем шатенка оказалась в непроглядной тьме и в абсолютной тишине. Но ведь это ещё не конец, верно?       Очнулась кареглазая только тогда, когда кто-то нещадно стал трясти её за плечи. Наконец открыв глаза, Стайлз увидела, как на неё с беспокойством смотрит Айзек.       — Чувак, прекрати. Если бы я была мертва, твои заботливые встряски не сработали бы, — недовольно пробубнила девушка.       Она находилась в своём джипе на переднем сидении и думала о том, что её должны были убить, но кто-то спас.       — От тебя пахнет кровью. Я думал… — Лейхи счёл нужным не договаривать мысль до конца.       Стилински прислушалась к ощущениям тела и поняла, что немного больно было её ноге, за которую её вчера утащили. Задрав штанину, девушка обнаружила там глубокие(но не смертельные и более-менее быстро заживающие) царапины и даже синяк, но всё это замазано какой-то жижой из грязи и измельчённых трав. Запах мяты выделялся больше всех остальных. Хотя для юного оборотня это не имело значения. Если учуял кровь, значит, всё плохо.       Успокоившись, парень поведал, что после того, как Стайлз вчера так и не вернулась домой, её отец и Скотт стали бить тревогу и организовали поиски. А ещё ночью нашли труп женщины в зелёном вышитом омелой платье, и от неё тянулся неприятный запах, не похожий ни на аконит, ни на пепел рябины. Её грудная клетка была разверзнута, часть внутренних органов была вырвана, а вместо них напиханы медвежьи кишки. Бедное животное недавно решило покинуть зоопарк и пролетело по всем пунктам.       Прослушав новости, Стайлз решила не рассказывать всю правду. Стилински осветила в подробностях, как чуть не попала в аварию, а её джип не захотел заводиться, и она вышла, чтобы попытаться разрешить эту проблему, но кто-то схватил самую несчастную девушку на свете за ногу. С этого момента она продолжила, подключив своё богатое(в отличие от неё самой) воображение.       — …Я еле смогла отбиться и спрятаться в машине. Бешеный медведь — уверена, это был именно он! — посмотрел на меня своими зелёными зенками и вскоре ушёл, а я откопала где-то под сидением какую-то просроченную мазь, которую ты можешь лицезреть на моей бедной ноженьке, — разглагольствовала кареглазая.       На вопрос одноклассника, почему она не позвонила, ответила, что запаниковала. И поспешила закрыть эту тему вовсе.       Теперь у неё проблемы. Она что, действительно продала душу? Или это что-то наподобие, но гораздо хуже? Но эти вопросы ещё немного подождут. Сейчас нужно рассказать выдуманную историю смедведям всем, чтобы они поверили. Всегда можно наплести про животинку, сошедшую с ума из-за какой-то чертовщины, которая творится в последнее время. Что-то вроде того, как вороны разбили окна в классе и устроили массовое побоище среди себе подобных.       На все эти мысли своего сосуда Лис лишь усмехается.