Чистый воздух

- Выходите с поднятыми руками. – Отдали нам с Келли приказ. - Все будет нормально. – Успокоил я сестру. Мы с Келли выполнили требование. Перед нами стояло десять вооруженных человек арабской внешности. Я тут же сообразил, что это оставшиеся друзья Бахира. За террористами тлели два трупа, и ожидал приказа какой-то мужчина. - Кто ты? – Спросил меня один из бойцов. - Эзра. – Представился я. - Откуда ты? – Снова задали мне вопрос. - Из этого города. – Показал я туда, откуда приехал. - На колени! Оба! – Предъявили нам. Мы повиновались. Я взглянул на сестру – она дрожала от испуга. - Не бойся. – Начал я успокаивать Келли, сидя на земле. - Не разговаривай с ней. – Взговорил один из террористов командирским голосом. – Она никто. Смотри на меня, не на нее. Я поднял голову и посмотрел на лидера. Он показался мне накаченным, раздутым во все стороны мужчиной со смуглым цветом кожи лет тридцати. Его жесткая, опаленная, черная, как уголь, борода закрывала всю шею. - Как ты выжил? – Спросил он меня, стоя прямо передо мной. В сторону Келли он даже не поглядывал. - Ходил в противогазе. – Пояснил я. - Почему ты сейчас не в нем? - Снял. Он засмеялся – за ним все остальные. - А ты эдакий шутник! Как ты понял, что его можно снять? Я понял, что говорить о Бахире – не вариант. Нужно было что-то придумать, притом срочно. - Случайно. Около месяца назад я спотыкнулся и упал так, что порвал противогаз. Продержавшись пару минут без воздуха, мне пришлось сделать вдох. Я задышал и не умер. Так и понял, что воздух чист. – Солгал я громиле. По нему было видно, что он поверил в мою историю. - Вы, европейцы, хоть и кажетесь бестолковыми, но можете встать на истинный путь. Тебе нужно сделать выбор: присоединяешься к большинству, то есть вступаешь в организацию «Вир-Вралир» либо умираешь. Я мельком посмотрел на Келли – она смотрела на землю потерянным взглядом. Мне захотелось выразить ей слова поддержки, но понял, что во избежание конфликта с террористами лучше этого не делать. - Хорошо. – Ответил я. - Твоего согласия недостаточно. Чтобы не быть голословным, ты должен доказать нам свою преданность. Убей человека, выбравшего смерть. Мне указали на мужчину позади них. - Стойте! Он же беззащитен. – Начал отпираться я. - Выбор за тобой. – Пояснили мне. - Ладно. – Ответил я. Мне разрешили встать с колен. Бойцы напоминали мне диких зверей, жаждущих крови. - Пожалуйста, не убивайте меня! Я вам ничего не сделал! – Закричал бедный мужчина. - Закрой рот, невежда! – Сказали ему, облив бензином с ног до головы. Громила дал мне в руки газету и зажигалку, пояснив, что я должен поджечь бумагу и кинуть ее в мужчину, облитого горючей смесью. - Он захотел жить обособленно. – Бросил амбал обвинение мужику. – Сейчас сделано все, чтобы члены «Вир-Вралир» жили и развивались в наилучших условиях. Он же предпочел предыдущий социальный строй. Убей его и докажи нам, что ты не такой, как он. В моей жизни наступил переломный момент. Пришлось выбирать между нравственностью и выживанием. Мне хотелось жить, несмотря ни на что. Скомкав газету, я поджег ее и кинул в обреченного на смерть мужчину. Он закричал от боли – его кожа покрылась волдырями. Я отвернулся, чтобы не смотреть на то, как мужчина сгорает заживо. Келли рыдала не только из-за случившейся трагедии, но и от бессилья. - Молодец! – Воскликнул громила, когда несчастный мужчина перестал кричать. Амбал будто пересмотрел на счет меня свое мнение. – Пройдя испытание, ты стал жить теми же ценностями, как и мы. - Теперь отпустите нас. – Заявил я. - Нет, так дело не пойдет. – Возразил громила. – Девчонку мы забираем с собой в любом случае. В нынешней ситуации человечеству нужно продолжать род. Женщины, оставшиеся на планете должны рожать детей. Тебе же мы найдем применение. Сейчас все что-то делают – мы должны обеспечивать оптимальные условия жизни по всему миру. Я понял, что не могу ничего поделать – пришлось подчиняться террористам. Они посадили нас с Келли в свой грузовик, затем сами залезли в него, и водитель повез всех в неизвестном направлении – подальше от города, из которого я приехал. - Куда вы нас везете? – Спросил я у террористов. - В ближайший пункт распределения работы. – Ответил громила и назвал свое имя. – Кстати, я Джабир. - Позволишь мне поговорить с сестрой, Джабир? – Обратился я к нему с просьбой. - Зачем? - Хочу успокоить ее. - Выкинь из головы мысль о том, что она – человек. Бог создал ее только для того, чтобы она рожала детей. Я хотел сказать ему, что он не прав, но струсил. - Лучше ответь мне вот на такой вопрос, - продолжил Джабир, - видел ли ты трех арабов на мотоциклах? Я помотал головой. - Странно, - заметил он, - последний раз, когда я их видел, они двигались в этом направлении. - Что теперь происходит в мире? – Поинтересовался я у Джабира, пока водитель грузовика вез нас в неизвестном мне направлении. - У нас новый режим. Он похож на диктатуру, но не является ею. Можно делать все, что захочется, если это не противоречит твоим принципам и моральным ценностям. Поэтому важно, чтобы на планете остались только единомышленники. Так я понял, что мир сошел с ума – террористы захватили Землю. Сначала я подумал, что нужно спасаться бегством, найти нам с сестрой кусочек земли и жить, не показываясь, прячась ото всех. Однако в этом случае мы долго не проживем, да и помрем трусами. Тогда мне показалось, что единственный вариант – разрушить данную систему. Как только у меня появилась такая мысль, я непроизвольно ухмыльнулся. - Над чем смеешься? – Спросил меня один из террористов, сидящих рядом со мной в машине. - Подумал, как же здорово, что вы спасли этот мир от тщедушных людишек в тот момент, когда я только начинаю свою жизнь! – Подыграл я их честолюбию, чтобы внедриться в группировку и показать, что заслуживаю жить, как они – без оглядки, без проблем. Террористы засмеялись в один голос. Джабир похлопал меня по плечу и сказал: - Я сразу заметил в тебе брата. По духу ты уже, как мы. Пострижешься, отрастишь бороду – будешь похож на нас и внешне. - Сделай это, как приедешь на базу. – Порекомендовал худощавый террорист. - Непременно. – Улыбнулся я. Келли смотрела на меня и недоумевала. Чуть позже я незаметно от всех подмигнул ей. Она поняла, что у меня есть некий план и немного успокоилась. Мы остановились через три часа, как сели в машину. - Облегчитесь, и поедем дальше. – Пояснил Джабир всем. - Не задерживайтесь. Время не умеет ждать. Все зашли в лесной массив. Двое держались возле Келли, не давая ей возможности сбежать. Сам предводитель группы остался у автомобиля, закурив сигарету. Я остался рядом с ним. - Угостишь? – Попросил я у него курево. - Пожалуйста. Затянувшись табачным дымом, я понял, что террористы видят мир по-другому. Они просто слишком упрямые и импульсивные. Возможно у кого-то из них психологическая травма, у других в детстве были проблемы в семье и они, подрастая, привыкли вымещать весь негатив на остальных. Начиная внедряться в их компанию, мне показалось, что они – не плохие люди, а справедливые. Однако их справедливость выходила за гуманистические рамки. Как бы мне не хотелось, я не мог принять их мораль и выкинуть из головы золотое правило нравственности: не делай другому того, что не хочешь себе. Их этика отличалась от моей. Это означало, что у меня с ними разные дороги. Насильно заставляя работать, террористы только больше вынуждали себя ненавидеть. Сколько бы они не говорили, что правы, я не верил им, ведь они заставили меня пойти против своей воли. Сев обратно в грузовик и тронувшись с места, Джабир сказал, что скоро приедем. - Куда, если не секрет? – Поинтересовался я. - В Москву. Мне представился Кремль, соборы и высотки. Поняв, что террористы имеют другие приоритеты и представления об устройстве мира, побоялся за все достопримечательности. Ведь, если людей нет – память о них остается в их трудах. В свою очередь, достопримечательности Москвы представляли собой память обо всех россиянах, к которым я отношусь. Мне нельзя было позволять кому-либо оскорблять мою национальность. Как только мы заехали в город, я изредка стал замечать гуляющих людей. Почти все они были арабами. Грузовик проехал по Красной площади, заехал в Кремль через Спасские ворота и остановился у здания Сената. На Сенатской площади стояли арабы в военной форме. - Выходим из машины. – Сказал всем громила. Оказавшись на площади, Джабир и двое других террористов повели Келли и меня в здание, остальные пошли к Зданию Арсенала. Оказавшись внутри, нас завели в представительский зал, набитый электроникой последнего поколения. Там я увидел конвоиров и нескольких семитов, сидящих за компьютерами. Один из них подошел к нам и выразил Джабиру благодарность за то, что тот привел девушку. - Тебе, наверное, говорили обо мне? – Поинтересовался у меня мужчина. - Нет. – Ответил я. - Не успел упомянуть о вас. – Пояснил Джабир. - Величай меня Ариф. – Назвал свое имя мужчина. – Как же зовут тебя? Я представился. - Оставьте нас наедине. – Сказал Ариф Джабиру и еще двум террористам. – Девчонку увезите – сами знаете куда. - Стойте! – Воскликнул я. – Она – моя сестра. Оставьте ее со мной. Джабир на секунду остановился, ожидая повтора приказа. Ариф задумался и спросил меня: - Говоришь, она твоя родственница? - Да. – Выпалил я тут же. - Джабир, ты ему рассказывал, что сейчас происходит в мире? – Уточнил у громилы Ариф. - Да. – Ответил тот. - Значит, ты знаешь, как в «Вир-Вралир» относятся к женщинам? – Спросил меня мужчина. - Да. – Кивнул я, понимая, что, помотав головой – лишусь ее. - Увести девушку. – Приказал Ариф двум террористам. - Эзра! – Воскликнула Келли и заплакала. Я сдерживал слезы и старался не испытывать жалких и тоскующих чувств, потому что Ариф наблюдал за моим поведением. Показав свое недовольство к его приказу, меня бы казнили на месте. Келли с криками вывели из комнаты. - Джабир, жди у дверей моих указаний. - Так точно. – Ответил амбал. Голос Келли, умоляющий меня о помощи, потихоньку исчез в просторах коридоров. - У нас не хватает рабочих. – Начал со мной диалог Ариф. – Что ты умеешь делать? - Ничего. – Ответил я, выйдя из прострации. - Где ты учился? – Поинтересовался он. - В школе. - Сколько тебе? - Двадцать три года. – Выдавил я из себя. - Почему же ты не продолжил обучение, ведь ваша система давала вам такую возможность? Я промолчал. У меня из головы не выходило лицо Келли. - Не важно. – Продолжил Ариф. – Чем же ты занимался? - Тратил время, данное мне, в потребительских целях. - Какой ты религии? - Никакой. - Это твой выбор. – Улыбнулся Ариф, и я увидел в его глазах сожаление. – Ты должен понимать, что теперь во всем мире нужны рабочие руки. Если ты не умеешь ничего делать, то должен научиться, потому что быть потребителем сейчас не в моде. У тебя все возможности, чтобы заниматься своим делом. Сейчас каждый человек может жить в своем собственном городе, представляешь? Однако потребители не могут довольствоваться этим – им всегда нужно больше, поэтому они замахиваются на соседей. Для того чтобы поддерживать нынешнюю систему, необходимо собрать всю волю в кулак и работать на страну. Понимаешь меня? - Понимаю. - Раз ты ничего не умеешь, я отправляю тебя на атомную электростанцию. Там тебе объяснят, что делать. Думаю, мне стоит тебя уведомить, что камеры видеонаблюдения расставлены почти на всех точках мира. Если ты попробуешь сбежать, твой поступок будет означать предательство, а это карается расстрелом. Понимаешь? - Да. – Ответил я, осознавая, что он меня запугивает. Мы с сестрой прожил три месяца в родном городе, и нас никто не потревожил. - Подойди сюда. – Велел Ариф Джабиру. Громила быстрым шагом подошел к нам. - Посади Эзру на ближайший рейс до Санкт-Петербурга, который везет рабочих на Ленинградскую АЭС. - Так точно. – Послушался Джабир начальника и повел меня на выход. - Каждому по потребностям, от каждого по возможностям. – Кинул мне вслед Ариф и, мне показалось знакомым это высказывание. Я тут же провел параллель между этими экстремистами и коммунистами. Оказавшись на улице, я заметил отсутствие грузовика – видимо, мою сестру увезли на нем. Джабир посадил меня на заднее сидение седана и сам сел рядом. Впереди, как я понял, сидели водитель и помощник Джабира. Громила велел ехать на железнодорожный вокзал. Водитель немедленно завел машину и стал выезжать из Кремля. Пока меня везли против моей воли, я задавался вопросом: «Где сейчас Келли?» Я должен был найти ее и спасти даже ценою своей жизни. Выехав на улицу «Ильинка», я спросил Джабира: - Мы едем на Курский вокзал? - Нет, на Ленинградский. Поедешь на скоростном поезде «Сапсан». Я кивнул. - Ты жил в Москве? – Поинтересовался Джабир у меня. - Часто приезжал сюда. – Пояснил я и задал тот же вопрос ему. - Да. Родился и вырос. – Ответил громила. – В восемнадцать лет меня завербовали в организацию «Вир-Вралир», дав понять, что она изменит этот мир к лучшему. Их идеология была близка к моей, можно даже сказать, совпадала, поэтому я без сомнений стал экстремистом. Через несколько лет я сам стал вербовать людей и приблизился к Арифу, который, кстати, является главнокомандующим на российской территории. Он лично отвечает перед Музаффаром – главой организации «Вир-Вралир». - А где находится Музаффар? – Полюбопытствовал я. - Его штаб-квартира после судного дня находится где-то на Канарских островах. – Ответил громила. - Ты знаешь, куда повезли мою сестру? – Спросил я у Джабира, воспользовавшись его расположением ко мне. - Знаю, но не скажу. – Ответил он. – Ты кажешься мне славным парнем, и мне не хотелось бы потерять такого человека из-за какой-то женщины. Оставь себя в покое, забудь о прошлом, начни новую жизнь. Сейчас все так делают. Я уткнулся в окно и больше ничего не говорил. Приехав на вокзал, Джабир завел меня в вагон «Сапсана», который сторожили два надзирателя. - Может еще увидимся. – Сказал он мне, сел обратно в седан и уехал. Войдя в салон, я увидел двух русских парней с одинаковой внешностью. Увидев меня, близнецы явно обрадовались. Сев напротив них, завязался разговор. - Ты тоже в Петербург? – Спросили они. - Да. – Ответил я. – Вас тоже отправили на станцию? - Какую? – Спросил один из них. - Атомную. – Ответил я, видя в их глазах большой вопросительный знак. - Как ты здесь оказался? - Меня сюда привели насильно. – Отрезал я, не желая распространяться о случившемся, и задал ответный вопрос. – Что случилось с вами? - Нас поймали через неделю после химической атаки в Калуге. Мы зашли в Макдональдс, набрали себе еды, стали выходить и увидели пять человек с винтовками. Даже если бы на мне не было противогаза, я бы не стал бежать. Схватив меня и брата, они отвели нас в бункер, в котором допросили и держали до окончания действия какого-то ядовитого вещества в атмосфере. После этого нас повели работать в местную столовую. Мы готовили целыми днями, чтобы, в первую очередь, прокормить террористов. Вчера нам сказали, что для нас нашлась другая работа. - Вам позволили жить только потому, что вы предались их власти? – Осведомился я у них. - Можно сказать и так. Поезд тронулся с места и направился в Санкт-Петербург. Весь путь у меня из головы не выходила Келли – я переживал за ее состояние. Близнецы поняли, что мне ничего неизвестно, и перестали осаждать меня вопросами. Я же не расспрашивал их, потому что они не владели никакой другой информацией помимо той, которая мне уже известна. Через три часа, приехав на вокзал в Санкт-Петербурге, нас встретили вооруженные арабы. Не успев толком познакомиться с товарищами по несчастью, меня посадили в спортивный автомобиль, а близнецов – в пикап, и повезли в противоположных направлениях. Со мной вместе ехали трое террористов, за рулем сидел русский лет двадцати пяти, двое других – арабы среднего возраста. Вокруг не было ни души – асфальтовая дорога среди пустоши. Вдалеке виднелась Ленинградская АЭС. Внезапно водитель достал пистолет и двумя выстрелами застрелил своих дружков. Их кровь брызнула мне в лицо. - У нас около тридцати минут, чтобы скрыться. – Сказал водитель, развернув машину в другую сторону и выжав педаль газа. - Куда ты меня везешь? – Спросил я его, вытершись какой-то тряпкой, висевшей на переднем сидении. - Я направляюсь подальше отсюда. Могу тебя высадить прямо здесь, если хочешь. Но знай, что этого лучше не делать. - Почему? – Поинтересовался я. - Тебя найдут и казнят. – Пояснил он. - Зачем ты убил своих единомышленников? – Спросил я, недоумевая. - Они мне больше не единомышленники. – Огрызнулся он. Ему не понравилось то, что я считаю его таким же, как их. – Наши взгляды стали расходиться, когда они убили мою мать за то, что она отказалась слушаться мужчину. - Ты не поддерживаешь их идеологию? – Уточнил я. - А ты что поддерживаешь? - Нет. - Тебя как зовут? - Эзра. А тебя? - Эрик. Он гнал, как сумасшедший. Чтобы перестраховаться, я пристегнулся. - Не бойся. – Ответил Эрик. – Я – профессиональный автогонщик. Как только он сказал свою профессию, я вспомнил его. Мне нравятся авто- и мотогонки, поэтому до апокалипсиса я частенько смотрел трансляции по телевизору. Эрик выступал за сборную Россию и побеждал на международных соревнованиях. Им гордилась вся страна. - Я узнал тебя! – Воскликнул я. - Неужели? – Улыбнулся он. - Ты – тот самый автогонщик, принесший России золотую медаль с пятьдесят первых Олимпийских игр. - С 2024 года, как автоспорт включили в состав игр, ни один россиянин не завоевывал первое место. Можно сказать, что на этих играх, три года назад, я совершил подвиг. Мне было нечем дышать, так как воздух сперся – были неполадки в системе кондиционирования болида. Я продержался до конца заезда, почти ничем не дыша. Никто этого не заметил, но, узнав об этом опосля от моей команды механиков, все стали восхищаться моей выдержкой. - Слышал об этой истории. – Сказал я. – Трудно поверить, что я сижу с тобой в одном автомобиле. Как же ты оказался в «Вир-Вралир»? - Пару лет назад, мне сказали, что готовиться глобальная атака на истребление девяноста девяти процентов людей. - Кто сказал? - Один инсайдер. Источник был достаточно достоверный, чтобы начать предпринимать меры. Я стал членом «Ви-Ви» и выполнял некоторые поручения. - Какие? – Полюбопытствовал я. - Казалось бы безобидные: отнести посылку из пункта А в Б, подвезти кого-то. Однако у меня были глаза и уши – я знал, что они – террористы. Если бы я завопил на весь город, что готовиться нападение, «Ви-Ви» позаботилось бы о моем устранении, не смотря на все последствия. Месть для них всегда имела не только первостепенное значение, но и была прерогативой. Как бы то ни было, я сказал своей матери, доверяя только ей, о надвигающемся Армагеддоне. Как только начался апокалипсис, террористы послали ее работать на кухню, заявив, что она больше ни на что не способна. Я был не согласен, но выбора не было. Вчера они неожиданно для меня убили ее. Мне было тяжело скрывать свое разочарование в людях, и я из-за соображений собственной безопасности решил покинуть их. - Вот только далеко от них не уедешь. Мне рассказали о глобальной слежке за людьми, которая… - Все намного проще. – Перебил меня Эрик. – Чтобы следить за людьми с космоса, нужно, чтобы спутник работал безотказно. Для этого на нем должен находиться хотя бы один человек, ну, или робот. Сейчас там никого нет, так как парольный сигнал не приходил в течение 48 часов. Этого террористы не учли. Будучи членом «Ви-Ви», я узнал, что через пару недель будет запуск ракеты-носителя на спутниковую станцию с двумя киборгами. Так что за нами могут вести слежку лишь с наземных камер видеонаблюдения, а это облегчает нам задачу. - Как получилось, что ты успел взять меня в свой путь? - Так получилось. Это случайность. - Ты не веришь в судьбу? – Зачем-то спросил я. Мне показалось, что с ним можно разговаривать на любые темы. Мы ехали по автостраде в западном направлении со скоростью 200 км/ч. Слегка приоткрыв окно, вечерний ветерок приятно засвистел над ухом. - Я не фаталист, потому что верю в свободу воли. – Ответил Эрик на мой вопрос. – Однако, находясь в преступной организации, у меня это получалось с трудом. Теперь я ощущаю себя намного свободнее. - У тебя есть идеи куда ехать? – Спросил я. - Двигаться на запад. А там будет видно. – Сказал Эрик, и мы выехали за пределы города. - Ты можешь мне помочь? – Решил я попросить у него помощи, поняв, что у него нет определенной цели в дальнейшей жизни. - Чем же? Я, итак, спас тебе жизнь. - Моя сестра в беде – террористы ее куда-то увезли. Она – очень хороший человек. Эрик призадумался. Хоть я и сидел на заднем сидении, но заметил на его лице нотки отрешенности. - Хорошо. – Ответил он после раздумий. – Я не смог уберечь свою мать от смерти. Может хоть твою сестру получиться спасти. Вот только куда ехать? - Не знаю. Ты не в курсе, куда увозят девушек? - Если она может забеременеть – ее увозят в скопление народа, то есть в крупные города, если нет – развозят по стране. Моя мама попадала под вторую категорию, поэтому ее оставили со мной – она работала поваром. Что насчет твоей сестры? - Ей двадцать два – она в полном расцвете сил. - Жаль. – Вздохнул Эрик. – Находясь среди террористов, смерть покажется ей привилегией. - Что же делать? – Ломал я голову. - Придется ехать в город. – Ответил Эрик после того, как вошел в поворот. – Вот только не обратно в Санкт-Петербург – там нас будут разыскивать в первую очередь. Лучше всего выехать из России. Хорошеньких русских девушек увозят из России, потому что они пользуются успехом у иностранцев. Сам понимаешь, наши женщины – самые красивые во всем мире. Вследствие этого – с наступлением постапокалипсиса им предстоит тяжелая жизнь. - Я устал быть трусом и опасаться за свою жизнь каждую минуту! – Воскликнул я, отстегнув ремень безопасности. – Нужно уничтожить организацию «Вир-Вралир»! Услышав мои смелые слова, Эрик усмехнулся и сказал, что поддерживает меня. - Вот только как ты хочешь это сделать? – Спросил он. – У них передовые технологии, у нас же ничего. - Вовсе нет! У нас есть инициатива и дары, оставленные человечеством. - Я с тобой, Эзра! Не вижу другого смысла жить в таком мире. - Для начала нам предстоит найти мою сестру. С чего начнем? - Поедем в Таллинн.