Их встреча.

1 сентября 2017 год. Вокзал Кингс-Кросс. Прошло девятнадцать лет после победы над Волан-де-Мортом — самым могущественным темным волшебником всех времен. И двадцать шесть лет, с первого сентября тысяча девятьсот девяносто первого года, когда Драко Малфой и Гермиона Грейнджер, еще будучи детьми, впервые отправлялись в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Как будто ничего не изменилось вокруг. Тот же Хогвартс-экспресс, та же платформа. Даже люди — те же, только значительно старше и уже отправляют в школу своих собственных детей. Большинство из них не виделись все эти девятнадцать лет. Драко Малфой пришёл на платформу 9¾ вместе со своей женой — Асторией, и сыном — Скорпиусом. Малфой-старший был несказанно горд за своего сына, но внешне этого не показывал. Эта привычка осталась еще с детства. Люциус всегда учил Драко не показывать никому своих эмоций. Быть сдержанным. Ни проявлять своих чувств, и ни принимать их от других. И, ни в коем случае, не пропускать их через себя. — Сын… Скорпиус, — начал диалог Малфой. — Никогда… Слышишь? Никогда никому не завидуй, не наживай врагов. Не бойся проявлять чувства и эмоции. А самое главное — поступай так, как посчитаешь нужным, даже если общественное мнение навязывает иное. — эта была та речь, которую Драко сам всегда желал услышать от своего отца, но этого так и не произошло. — Да, отец, хорошо, — он немного смутился, когда увидел за спинами родителей семейство Уизли. — Я все понял, — мальчик вдруг засмотрелся на дочку Гермионы. — И еще, Скорпиус, прекрати называть меня «отцом», зови как все — «папа», — он чуть заметно улыбнулся. Астория была крайне удивлена поведением мужа. А увидеть его улыбку за такое долгое время — стало поражающим открытием. — Хорошо отец… то есть… папа, — быстро исправившись, покраснев, и нервно теребя кусочек ткани пиджака, ответил Малфой-младший. — Ну же, Скорп, не волнуйся ты так, все будет хорошо, — нежно приобняв сына и укоризненно посмотрев на своего мужа, сказала Астория. «Грейнджер и Уизли, пф, странный брак…» — подумал Драко, заметив их. — Никогда бы не подумал, что они будут вместе, — покосившись на жену, продолжил Драко. — Так они же еще со школы вместе, ты разве не помнишь? У них уже двое детей, Роза и… Хьюго, по-моему, — она усмехнулась, поправляя волосы сына. — Двое? Странно, я даже не знал, — удивился Малфой. Хотя всё он прекрасно знал. Отслеживал каждый шаг этой семейки. Знал всё. Даже то, чем Гермиона сегодня завтракала или в какие магазины ходила. Он. Знал. Все. Драко не мог отвести взгляд от Гермионы, все та же — заучка Грейнджер, но уже взрослая женщина. Всего лишь в нескольких метрах от него. Такое маленькое расстояние. Впервые за долгое время он увидел её не на колдографиях, а вживую, обнимающую свою дочь. Дочь — копия Грейнджер, но цвет волос рыжий. Это жутко начало раздражать Малфоя. «У этой девочки должны быть платиновые волосы… Должны были быть…». Малфой перевел взгляд на сына и увидел, что тот смотрит прямо на Розу и при этом краснеет. «Нет, только не это… Сын, только не она! Кто угодно! Но только не Уизли… Только не дочь… Гермионы…». Драко встал перед глазами Скорпиуса, тогда тот виновато посмотрел на отца. 1991 год. 1 курс. Малфой-мэнор. Рождество. Шло Рождество, Драко уехал домой к семье. Он давно хотел поговорить с отцом откровенно и посоветоваться на счет своих чувств, рассказать, что накипело. Что он хотел бы учиться вместе с ней на Гриффиндоре. Быть рядом. Держать её за руку… Он подошёл к дверям личного кабинета отца, не решаясь войти. В это время Люциус Малфой сидел в кресле, расслабленно читая газету с бокалом огневиски в руках. Не увидев ничего интересного, он тяжело вздохнул, откинул газету, запрокинул голову и закрыл глаза. Ещё пару секунд и он бы уснул, но вошедший, а кабинет одиннадцатилетний Драко помешал этому произойти. — Драко, что-то случилось? — раскрыв глаза и бросив взор на своего сына, произнес Люциус. — Отец, кажется, я… я влюбился… — он сглотнул. — И кто же она? Случайно не девчонка из семейства Паркинсон? Или… — Драко не дал договорить Малфою-старшему. — Её зовут — Гермиона Грейнджер, она с Гриффиндора, она не такая как мы. Наша семья… она другая, она… — но Люциус не дал сыну договорить, резко вскочив и швырнув бокал в стену. Драко вздрогнул и сразу же закрыл рот. — Что?! — он просто не понимал, как его ребёнок, мог так опозорить род Малфоев. — Даже думать о ней забудь! Ты что, — он повысил голос. — Не знаешь, из какой она семьи?! — Разве это имеет какое-то… — Она грязнокровка! А ты… Ты чистокровный. И даже… Слышишь?! И даже не должен смотреть в сторону такого отрепья! — Но отец… я же… — Я всё сказал! Увижу тебя рядом с ней — будешь наказан, понял меня?! — Да… Отец… — тяжело вздохнул Драко и покинул кабинет.

***

Малфой встряхнул головой, отмахиваясь от нахлынувших воспоминаний. Мужчина ни без ревности посмотрел на Гермиону. Его вдруг охватило то самое чувство, как тогда — на первом курсе… Но уже ничего не изменишь. Тот диалог с Люциусом многое определил в жизни Драко, да и вряд ли сама девушка захотела бы быть рядом с ним. Мужчина поджал губы и тяжело вздохнул, опустив печальный взгляд на тротуар. Он прекрасно понимал, что их пути не сошлись бы никогда. Спустя полчаса… Подошел Гарри. Он встретил ребят улыбкой и обнял Гермиону. «Смотри-ка, как он её прижал к себе… Лучше бы она выбрала Поттера, чем этого… Мерлин…» — Малфой ухмыльнулся, но продолжал смотреть. После, Гарри подошёл к Рону, и они разговорились о работе, а Гермиона подошла к Джинни и жестом пригласила её присесть на скамейку. — Ну, давай, рассказывай, как ты? Как у тебя с моим братцем? — У нас все хорошо. Любим, друг друга, живем душа… в душу… — девушка опустила глаза и застегнула свою куртку. Но Джинни внезапно перебила подругу, краем глаза заметив слизеринца. — Это Малфой? — Джинни посмотрела куда-то за спину Гермионы. — Изменился-то как! Такой статный и сдержанный. Дорогой костюм сидит на нем просто идеально. Настоящий аристократ! Кстати, ему очень идет короткая стрижка. — Да уж, — гриффиндорка тяжело вздохнула. — Всех поменяла та война, — её взгляд упал на белобрысого мальчишку, с такими же зализанными волосами, как у Малфоя на первом курсе. — Это его сын? — Ты что не знала?! Об этом писали во всех газетах: «Драко и Астория Малфой ждут первенца». Я даже удивилась, что у них всё сложилось. — Джин… мне как-то не до газет было. Куча других проблем навалилось: покупка нового дома, завалы на работе… Потом уже и дети появились, а с ними и новые заботы, — она тяжело вздохнула и теперь уже сама посмотрела на Малфоя. Их вгляды встретились и остановились, не отпуская друг друга. Сталь поглощала шоколад… Грейнджер первая прервала зрительный контакт, и женщины отправились к мужьям. Рональд тоже очень изменился: синяки под глазами, заметные лишние килограммы, даже волосы потускнели. Он больше не улыбался своей фирменной улыбкой, а лишь слегка приподнимал уголки губ и кивал своим знакомым, проходившим мимо. — О, Гермиона, а мы тут с Гарри… обсуждаем последнее задание по работе, — он взял руку жены в свою, а она положила голову на его широкое плечо. — Рон, я так устала, может вместе с Хьюго, съездим на курорт? — еле слышно проговорила Гермиона. — Я бы радостью, но ты же знаешь мой график, меня просто так никто не отпустит, но я, конечно же, попытаюсь выбить отпуск. — Ну, хорошо, — она кинула быстрый взгляд на Малфоя, тот до сих пор следил за ней. «Что ему нужно?!» Да, Гермиона прекрасно знала о чувствах Драко в школьные годы. Но почему он не спускает с нее глаз сейчас? Ведь столько лет прошло! Гермиона решила, что Больше не может выносить пристальный стальной взгляд и неожиданно для всех поцеловала Рона долгим и нежным поцелуем, как и любил её муж. — Подожди… — это все, что успела выдохнуть женщина, перед тем, как муж притянул её за талию и углубил поцелуй. Такие романтические моменты в их жизни происходили не часто, но запоминались надолго. — Пойдемте, дети, вам пора на поезд, — Джинни взяла за руки Альбуса с Розой и проводила к вагону. По пути она с улыбкой посмотрела на Гермиону, взглядом одобряя поступок своей подруги. Гермиона прикусила губу, смотря на Розу и Альбуса, она невольно сравнивала их с собой и Гарри в их возрасте, пытаясь предугадать, что же их ждет в переди. Может быть, они тоже войдут в историю… кто знает? — Пока, доченька, не забывай писать, — слеза сама собой проложила дорожку на щеке матери, спускаясь к ключице. — Учись хорошо, я буду очень скучать… — она махнула ей рукой. — Обещаю мамочка, — выкрикнула Роза из открытого окошка, пытаясь удержать шоколадную лягушку, выпрыгивающую из рук. Девочка почувствовала чью-то руку на своем плече, испугавшись, она подпрыгнула на сиденье. — Ой, ты кто? — Я… Скорпиус, Скорпиус Малфой. А ты - Роза? — он поправил галстук и сел на соседнее сиденье. — Да, я - Роза Уизли, — она широко распахнула глаза и столкнулась с такими же широко распахнутыми глазами Скорпиуса. — Рад знакомству, — он протянул ей руку, в знак новой дружбы. Уизли сощурила глаза, глядя на руку мальчика, но буквально через секунду крепко сжала его ладонь. В этот момент началась их собственная история…

***

Хогвартс-Экспресс гудел, и очень быстро отдалялся, тарахтя по рельсам. А Драко Малфой всё еще стоял как вкопанный и откровенно пожирал глазами Гермиону Грейнджер. Он и сам не до конца осознавал, чего пытался этим добиться. Он видел, что она счастлива с Уизли. Видел их поцелуй. Совсем как тогда, в Тайной комнате. «Почему это повторяется снова? Почему моя Грейнджер с рыжим? Почему она обнимает не меня? Бесит!» 1998 год. Тайная комната. Битва за Хогвартс. Драко ужасно устал. Да, было сложно это признать, но это было так. Хотелось вскрыть себе вены от безысходности. А потом с упоением наблюдать, как «чистая» кровь вытекает из собственной плоти, забирая с собой жизнь. Малфою нужно было куда-то деться, спрятаться от всего этого кошмара: от войны, от криков, от людей. В голову пришла мысль, что Тайная комната, пожалуй, сейчас единственное место, где можно уединиться, где никто и никогда не станет его искать. <i>«Почему дверь открыта? О, Мерлин, только не это!». Драко едва успел задержать дыхание, когда огромная волна сбила его с ног и выбила из рук палочку. Слизеринец проморгался, протер лицо и осмотрелся. В нескольких метрах он заметил знакомый женский силуэт. «Грейнджер? Да точно она. Одна. Здесь. Это просто судьба! Может пора решиться и…». — Гермиона, я, наконец, нашел палочку. В твоей сумке столько вещей, что если бы она не лежала сверху, то я бы до следующего года её искал! — улыбнулся Рон. Уизли. Как же он не вовремя! Почему между ними всегда стоял этот рыжий? Как только Драко решался, наконец, подойти к гриффиндорке, так этот увалень сразу появлялся и всё портил. Гермиона заткнула непослушную прядь волос за ухо и взяла из рук Рона свою сумку. — Так. Крестраж уничтожен. Нам пора к Гарри, бежим! — Стой… — Уизли перехватил её запястье своей рукой, и, притянув, поцеловал девушку, при этом Грейнджер ему ответила. Драко стоял, операясь спиной о стену, и потихоньку сползал вниз, обрывая ногти о кирпичи. Его разрывала ревность, ненависть и еще что-то, но это было уже не важно. Чувства к Грейнджер выводили его из себя. Драко никак не мог понять, чем гриффиндорская грязнокровка так зацепила Слизеринского принца? Маглорожденная — чистокровного? Что в ней такого? Он со всей силы саданул кулаком по каменной стене и выбежал не оборачиваясь.</i> 1 сентября 2017 год. Вокзал Кингс-Кросс. Рон был в панике. — Где Хьюго? Хьюго, где ты?! — он держался за голову и нервно бегал по вокзалу. Платформа отпустела, почти все провожающие уже разошлись. Помимо Рона и Гермионы остались еще несколько человек, в числе которых - чета Малфоев. — Рон, Ро-он! — Гермиона его остановила. — Хьюго взяла Джинни, бабушка хотела с ним повидаться. — Слава Мерлину, — он облегчённо выдохнул. — Кстати, что это был за поцелуй? Может быть, продолжим, м? — Я с удовольствием, но давай не здесь, — девушка стёрла свою помаду с его щеки. — Я как раз знаю отличное место! Но для начала — я отлучусь, — он провел указательным пальцем по её губе. — Жди меня тут и закрой глаза. — Хорошо, — она хищно улыбнулась и послушно закрыла глаза в ожидании мужа. Через несколько минут ей послышались шаги, Гермиона подумала это Рон, но как же она ошиблась…

***

Проводив сына Астория ушла по своим делам. Они с Драко давно были в свободных отношениях, но при сыне этого не показывали. С самого начала их брак не был основан на любви, это был просто выгодный союз, который всех устраивал. Его взгляд упал на Гермиону, она стояла одна, с закрытыми глазами. «Может это судьба? Да, это неправильно, но, уверен, стоит того!» Он медленно подошел к ней, вдохнул аромат её духов и коснулся губ… Казалось, земля уходит из-под ног. Головокружение сменилось эйфорией, когда Гермиона обняла его за шею и прижалась к его телу. Она целовала мягко и нежно, отдавая всю любовь, думая, что это Рон. Губы парня казались ей более мягкими и вкусными, чем прежде, но она не предавала этому значения. Буквально через минуту Драко открыл глаза, изучая её лицо. «Она… счастлива с этим Уизли, счастлива, чёрт побери… А я сейчас это делаю… Пусть… пусть она забудет…». Гермиона прервала поцелуй и приоткрыла глаза. Она молча смотрела на Драко, как будто не произошло ничего необычного. Как будто она заранее знала, что целует Малфоя, а не Рона. Она опустила взгляд, задумавшись над этим. Вполне возможно, всё могло бы сложиться достаточно хорошо, если бы стоящий перед ней мужчина был её мужем. Это была бы замечательная история. Красивая жизнь, общие дети, много радостных и счастливых моментов… Гермиона даже мечтала об этом в школьные годы… А сам Драко не переставал мечтать об этом даже спустя много лет. — Я рада… за тебя, — она держала его руку, поглаживая. — А я… за тебя, — он крепко сжал её руку, но отпустил, осознавая, что она не принадлежит ему и никогда не будет принадлежать. Они разошлись в разные стороны. Не нужно жить грёзами и мечтами. Каждый из них давно сделал свой выбор. Уже ничего не изменить.