Я ревную не тебя!

      Порой не знаешь, как изменится твоя жизнь уже завтра. Ты просто живешь сегодняшним днем и наслаждаешься тем, что происходит с тобой здесь и сейчас. Иногда нужно научиться ценить каждый момент своей жизни, иначе рискуешь упустить все самое интересное и прекрасное.       Время бежит настолько быстро, что порой не успеваешь следить за его бегом. Вот и жители Института Нью-Йорка не заметили, как пролетели целых три года со дня бала, устроенного в честь их великой победы над Валентином Моргенштерном. Три года, а столько всего произошло.       Начнем с того, что чуть больше, чем через месяц после бала, а именно тридцатого января состоялась большая свадьба, на которой обменялись рунами брака Алек и Клэри, а так же Иззи и Саймон. Это было прекрасное торжество, о котором будут еще очень долго говорить. Невесты просто сияли в своих золотых нарядах, а их улыбками можно было осветить весь мир. Насколько сильно радовались девушки, настолько сильно волновались женихи. Алек и Саймон, которых эти неугомонные девицы просто измотали подготовкой к свадьбе, в день торжества чуть ли не умерли от волнения. Но все это отошло на второй план, когда они, стоя на возвышении во дворце Идриса, увидели своих возлюбленных, которые медленно шагали по усыпанной лепестками роз дорожке.

FLASHBACK

      Алек и Саймон поднялись на украшенное золотым цветом возвышение и стали недалеко друг от друга. На парнях были светлые костюмы, на которых явно просматривался золотой узор. От полностью золотых костюмов отказался Магнус, который заявил, что это будет слишком вычурно, и его глаза просто не смогут долго смотреть на весь этот блеск. Фразу Клэри о том, что сам Бейн постоянно ходит в огромном количестве блесток, маг тогда проигнорировал. Но всё же решили прислушаться к его словам и купили парням светлые костюмы с золотыми манжетами и лацканами на пиджаке, а так же еле просматриваемым узором по всему костюму. – Алек, ты сейчас волнуешься так же сильно, как и я? – тихо спросил Саймон, немного повернув голову в сторону парня. – Если сердце, которое сейчас выпрыгнет из груди, и вспотевшие ладони можно назвать признаком волнения, то да, я очень волнуюсь, – сказал Алек и в который раз поправил свой галстук. – Парни, да успокойтесь вы уже, – вмешался в разговор Джейс, который стоял за спиной Алека, как его свидетель. – Даже девушки переживают меньше, чем вы, а одна из них, между прочем, беременна. – Вот именно, – поддакнул Джек, который был свидетелем со стороны Саймона. На самом деле Сай хотел взять на эту роль Рафаэля, но тот вампир, а это запрещено. Но сейчас Сантьяго сидел в первом ряду, рядом с родителями Иззи и Алека, и счастливо улыбался. – Вот посмотрю я на тебя, Джейс, когда ты будешь стоять на моем месте, а по этому проходу будет идти Корни, – фыркнул Алек. – Ну, до этого еще очень долго, – тихо ответил Вейланд, а парни лишь усмехнулись. Льюис хотел уже что-то сказать, но слова тут же застряли в горле, ведь в зале заиграла тихая музыка, а по проходу медленно зашагали Корни и Эбигейл, которые несли подушечки с брачными дарами. Обе пары решили обменяться обручальными кольцами, которые принято носить в мире примитивных. Для Клэри и Сая мир примитивных очень много значит, поэтому Иззи и Алек решили сделать своим любимым вот такую приятность. Так что именно обручальные кольца лежали на подушечках, которые несли девушки. Корни стала напротив Алека, но немного в стороне от него. А Эбигейл стала точно так же, только возле Саймона. Они были одеты в красивые вечерние платья и сияли не меньше, чем сами невесты, которые в эту самую секунду ступили на дорожку.       Все взгляды обратились на вход в большой зал, где замерли две прекрасные девушки в ярких золотых платьях. Церемония проходила во Дворце Идриса, куда их пригласил сам МакМаллен. После бала он еще несколько раз встречался с Лайтвудами, и во время одной из таких встреч мужчина предложил провести свадьбу в Идрисе. И вот они здесь. – Я опять разучился дышать, – сказал Саймон, смотря на свою невесту, которая улыбалась самой счастливой улыбкой. – Я в том же состоянии, – согласился с парнем Алек, заворожено смотрящий на свою Клариссу.       Все гости встали со своих мест и повернулись лицом к охотницам, которые стали медленно продвигаться вперед. Они смотрели в глаза своим любимым и уверенно шли к своему будущему. Каждый их шаг отдавался ударом сердца, которое билось одновременно с сердцем жениха. И вот они поднимаются на возвышение и становятся напротив парней. Две пары, четыре любящих сердца, две будущие семьи. Все гости сели на свои места. Церемония началась.       Ребята обменялись кольцами, а затем взяли в руки стила. Парни с трепетом наносили своим невестам руны брака, а затем наблюдали за тем, как такие же метки появляются на их собственной коже. Они даже не ощущали привычного жжения от нанесения рун, ведь радость и счастье этого момента было настолько велико, что перекрывало любые другие чувства.       И вот тот самый момент. Руны брака нанесены, и с этой минуты Алек и Клэри, а так же Саймон и Иззи – супружеские пары. Но в ту же секунду, когда был нанесен последний завиток руны, зал заполнил яркий свет, который исходил от Алека и Клэри. Рука девушки была в руке нефелима, и это свечение зародилось вокруг их рук и за считанные секунды полностью окутало их тела. Свет был двух цветов, как и обычно. Оранжевый и голубой переплетались, образуя причудливый узор, и сияя с каждой секундой все больше.       В тот момент, когда образовалась эта сфера, Алек и Клэри почувствовали всеобъемлющее счастье и любовь. Они чувствовали себя одним целым и буквально слышали, как бьются их сердца. Появившаяся в самом центре красная сфера засияла очень ярко, и с её появлением наши нефелимы на мгновение будто выпали из реальности. Перед их глазами замелькали моменты из прошлого, в которых они ссорятся, сражаются, просто разговаривают, улыбаются, целуются, радуются друг другу. Моменты, которые произошли с ними за все это время. А потом замелькали картинки событий, которых не было ранее. Можете назвать это странным, но они видели то, что еще не произошло. Вот они гуляют в парке, а им навстречу идут Изабель и Саймон, который везет перед собой детскую коляску. Вот они сидят в гостиной, а перед ними на полу играет темноволосый кудрявый мальчишка, который, как две капли воды похож на Алека. Моменты сменяли друг друга, и каждый из них был прекрасней другого.       Сияние исчезло так же внезапно, как и появилось. Все гости закрыли глаза, чтобы свет не ослепил их, а теперь с удивлением смотрели на стоящих на возвышении Алека и Клариссу. Те смотрели друг на друга широко открытыми глазами и все еще не могли придти в себя. Очнулись они только тогда, когда услышали голос Изабель. – Ребята, это было невероятно. Она еще никогда не была такой яркой, – восхищенно сказала нефелимка, стоя в объятьях своего теперь уже мужа. – Да уж, и снова она нас удивила, – сказала Клэри. – Только что это значит? – А это значит, что сфера поздравила вас с законным браком, и сила её увеличилась еще больше, бисквитики, – сказал с улыбкой Магнус, который сидел в первом ряду вместе с Джослин. Алек и Клэри посмотрели на него немного ошарашенным взглядом, а тот усмехнулся. – Вы целоваться-то будете? Как говорят примитивные: " Горько"! – с улыбкой произнес Бейн, а ребята засмеялись и повернулись друг к другу. – Ну, здравствуй, миссис Льюис, – сказал Саймон, посмотрев в глаза своей любимой. Он провел ладонью по щеке своей жены и прикоснулся губами к её губам, этим поцелуем закрепляя факт брака. – Наконец-то, ты миссис Лайтвуд, моя Клэри, – с нежностью произнес Алек и тоже поцеловал свою жену, обнимая её. Теперь эти четверо невероятно счастливы. – Да здравствуют новые семьи Лайтвуд и Льюис, – торжественно произнес Уилл МакМаллен, а весь зал взорвался аплодисментами. Теперь начинается их новая жизнь.

END THE FLASHBACK

      После этой свадьбы в Институте Нью-Йорка и во всем Сумеречном мире наступило временное затишье. Правда оно иногда нарушалось капризами и недовольным ворчанием новоиспеченной миссис Лайтвуд, которая пользовалась своим положением, как могла. Но нельзя назвать её капризы слишком уж большими и грандиозными. Ну, захотелось девушке селёдки и манго в шоколаде в три часа ночи. Ну, мелочь же, правда?       К чести всех родных и друзей нужно сказать, что они стойко выдерживали все эти капризы. Алек за все девять месяцев ни разу не упрекнул свою жену в том, что она капризничает или веревки из него вьет. Он настолько сильно ждал рождения своего малыша, что даже не реагировал на попытки Клэри поссориться с ним. А такие попытки были, причем из-за мелочей. Например, из-за того, что Алек принес ей апельсины, а не мандарины. На все возражения Кларисса отвечала одинаково: " Это не я так хочу, а малыш. Разве можно отказывать ребенку в такой мелочи?". И каждый раз Александр только улыбался, целовал свою жену, а потом её живот и говорил: " Ну как же можно отказать малышу или такой обворожительной мамочке?".       Дни проходили за днями, и жизнь текла своим чередом. Отношения Корни и Джейса становились все крепче и нежнее, трепетнее. Все уже ждали, когда Джейс сделает предложение своей девушке, но парень медлил. Он уже распрощался со своим образом Казановы, но вот со свободой все никак не решался расстаться.       В мае месяце, через четыре месяца после свадьбы, Изабель сообщила своему мужу радостную весть – она беременна. Нужно было видеть счастье в глазах Саймона, когда он узнал, что скоро станет отцом. С того дня в Институте было две беременные девушки, которые пользовались своим положением. Изабель была на меньшем сроке, чем Кларисса, но капризничала и нервы всем трепала больше. Она всегда была любительницей поиграть на нервах, а теперь, когда появилась идеальная отговорка, девушка не упускала шанса порадовать себя и довести до истерики других.       Но Алек и Саймон стойко переносили все капризы своих жен, потакая им во всем. Стоит сказать, что за время беременности своих жен Лайтвуд и Льюис подружились еще больше. Не редко можно было заметить этих двух парней идущими в три часа ночи в супермаркет или готовящими чай своим женам. Но подкаблучниками они точно не были. Ссорились со своими любимыми они редко, но метко, как говорится. И причина была одна и та же – тренировки и миссии. Иззи и Клэри постоянно рвались вместе со всеми на миссии, а парни были категорически против. Вот в такие моменты вспыхивали ссоры, в которых постоянно победу одерживали Алек и Саймон. А нефелимки втайне радовались этой заботе. Все эти моменты только придавали жизни охотников интереса и некой изюминки. А вот двадцать первого августа в Институте все переполошились не на шутку. У Клэри начались роды.

FLASHBACK

– Магнус, ну наконец-то! Сколько тебя можно ждать?! – практически прокричал Алек, когда из портала вышел Бейн. Алек сидел возле своей жены, которую уже уложили на кровать, подложив под спину подушки. Во время всей беременности Клариссу наблюдали Магнус и Катарина – давняя подруга Бейна, которая работает врачом, с помощью магии маскируя от примитивных свою метку мага – синюю кожу. От больницы Кларисса отказалась, поэтому рожать будет дома. И вот поэтому сейчас все столпились в комнате, где на кровати лежала Клэри, а возле неё сидел Алек, держа её за руку. Схватки начались в десять часов утра, когда охотница делала себе и Алеку чай на кухне. Она внезапно почувствовала резкую боль в животе, а по ногам потекла теплая вода. Неизвестно, кто испугался больше: Клэри или Алек. Лайтвуд тут же подхватил на руки свою жену и стал подниматься с ней в комнату, по пути позвав всех остальных. – Малыш, с момента твоего послания прошло две минуты, – сказал Бейн. – Где Катарина? – Я здесь, Алек, – произнесла только что появившаяся из портала девушка. Она подошла к кровати и положила руку на живот Клариссы. – Ну, пришло ваше время, – тихо сказала она, смотря на живот девушки, которая в очередной раз застонала от боли. – Так-с, бисквитики, выходим все из комнаты, – скомандовал Магнус, пытаясь вытолкать в коридор старших Лайтвудов, Джослин, которая пришла вместе с ним, чету Льюисов, Джейса и Корни, а так же Рафаэля, который примчался после звонка Саймона. А вот с Алеком все было сложнее. – Я никуда не уйду! – решительно сказал он и сильнее сжал руку своей жены. Все доводы Магнуса и Катарины были напрасны. – Алек, выйди отсюда! – сжав зубы, произнесла Клэри. Она не хотела, чтобы он видел её в таком виде. Поддержка мужа была важна для неё, но роды – это процесс, на котором не место мужчине, только если он не врач. Так считала Клэри. – Хорошо, – согласился Алек и, поцеловав любимую в лоб, вышел из комнаты. Магнус тут же закрыл дверь, полностью закрывая для всех обзор.       Следующие несколько часов никто не мог найти себе места. Коридор возле комнаты был заполнен людьми, которые уже готовы были волосы на себе рвать от волнения. Одни сидели на полу, другие стояли, а вот Алек даже стоять не мог. Он постоянно ходил по коридору, раз за разом вздрагивая, когда из комнаты доносился крик Клариссы. – Алек, перестань мельтешить, уже голова болит от тебя, – проворчал Саймон, который и сам очень волновался за подругу. – Посмотрю я на тебя, Сай, когда Иззи рожать будет, – огрызнулся Алек, прекрасно понимая, что и сам тогда с ума сойдет от волнения за сестру. Но сейчас он волновался за свою жену, роды которой длятся уже шесть часов. Шесть, мать твою, часов! – Алек, успокойся, все будет хо... – начала было говорить Джослин, но её слова были прерваны детским плачем, который раздался за дверью. Алек замер на месте и резко развернулся в сторону двери, которая все еще оставалась закрытой. – Это... что же это? То есть... – мямлил Лайтвуд, не в силах сказать что-либо связное. В его глазах читалось неверие и медленно разрастающийся восторг. – Это твой ребенок, Алек, – с улыбкой сказала Изабель, смотря на брата. – Теперь ты отец, большой брат. – О, Ангел, – выдохнул парень и бросился к дверям, рывком открывая их и пытаясь зайти в комнату. Но он только наткнулся на Магнуса, который вытолкнул парня обратно. – Еще рано, – коротко бросил он и опять закрыл дверь перед носом конкретно ошарашенного охотника. – Так, я что-то ничего не понял, – удивленно произнес Алек, поворачиваясь лицом ко всем остальным. – Что-то пошло не так? Возникли какие-то осложнения? Почему он не пускает? – с нарастающей паникой стал сыпать вопросами нефелим. – Алек, успокойся, – постаралась достучаться до сына Мариза. – Роды – это не такой уж простой процесс. Ничего не случилось, просто тебе еще нельзя заходить, – успокаивающим тоном произнесла женщина. "Я надеюсь на это" – мысленно добавила она, переводя взгляд на дверь. В таком вот неведении охотники и вампир простояли еще около получаса. За это время сердце Алека чуть не выпрыгнуло из груди, а руки дрожали настолько, что он даже не смог бы удержать стакан с водой. – Да что ж такое? Что там происходит? Почему никто не выходит? – это уже начал истерить Саймон, который теперь ходил по коридору точно так же, как и Алек. – И почему нас не пускают? – поддержал его Рафаэль, который тоже был на нервах. – Если через пять минут нам ничего не сообщат, я просто ворвусь туда! – уверенно произнес Алек, но в ту же секунду дверь комнаты открылась, и на пороге появился Магнус. – Господи, ну наконец-то! – воскликнула молчавшая до этого Корни, и все тут же подошли к магу. – Ну, что там? Почему ты так долго нас не пускал? – затараторил Джейс. – Как Клэри? Как малыш? – спросила Джослин. – Кто родился? – спросил Рафаэль. Алек же просто молча смотрел на Магнуса, на лице которого застыла маска, не выражающая ни одной эмоции. Внутри парня все похолодело, когда маг тяжело вздохнул и перевел на него взгляд. – Магнус, не тяни, – севшим голосом сказал Алек, и Бейн заговорил. – Я, конечно, знал, Александр, что вы с морковкой любите удивлять, но не думал, что настолько, – сказал он голосом, в котором невозможно было распознать какие-либо эмоции. – Ну, заходи, папаша. Теперь точно малышом тебя называть не буду, – усмехнулся он и отступил в сторону, позволяя Алеку зайти, что тот сразу же и сделал. Только вот Лайтвуд замер на месте, едва ли успев сделать несколько шагов в комнату. Он уставился на кровать, где сидела Кларисса, а в глазах его читалось удивление и полное неверие, которое с каждой секундой все больше перекрывались осознанием и всепоглощающим счастьем. Все родственники, путь которым преграждал Алек, стали возмущаться и не понимали причины такой заминки. – Алек, та пройди же ты вперед! – возмутилась Изабель. – Пусть придет в себя, бисквитик, не подгоняй, – сказал Бейн и еще раз усмехнулся, переводя взгляд на Клариссу, которая на руках держала маленький сверточек, в который был их с Алеком малыш. Но ступор у Лайтвуда был по иной причине. Все дело в том, что рядом с кроватью стояла Катарина, и на руках она держала точно такой же сверточек, который через несколько мгновений передала Клэри. Нефелимка аккуратно взяла и второго малыша, счастливо смотря на него. Только после этого она подняла радостный взгляд на Александра, в глазах которого читалось осознание ситуации и такое счастье, которого никто никогда не испытывал. – Это мои? Оба? – слегка заплетающимся языком спросил новоиспеченный отец, не отрывая взгляда от своей жены. – Нет, блин, один от тебя, а второй от Сантьяго, – фыркнул Магнус, а до Корни внезапно дошел смысл сказанных слов. – Второй??! – спросила она, заглядывая через плечо Алека. – Так, братец, освободи дорогу беременной сестре, – настойчиво проворчала Изабель и толкнула брата в спину, заставляя таким образом сдвинуться с места. – Матерь Божья, – выдохнул Саймон, увидев свою подругу с двумя малышами на руках. – Лайтвуд, а ты, оказывается, плодовитый, – хохотнул он, и только теперь Алек очнулся. – Сам в шоке, – сказал он и подошел к кровати. Он аккуратно опустился на неё рядом со своей женой и впервые посмотрел на два маленьких комочка счастья, которые сладко спали на руках у своей мамы. – Господи, – выдохнул Лайтвуд и провел пальцем по ручке одного из малышей. Один его палец был вдвое больше, чем вся ручка ребенка, и это невероятно умиляло. – Та возьми ты его на руки, Лайтвуд, не бойся, – усмехнулась Катарина и, забрав одного из малышей у Клариссы, передала его Алеку. Нужно было видеть, с каким трепетом, осторожностью и страхом он брал на руки своего малыша. Когда ребенок оказался в его руках, нефелим посмотрел на него с такой нежностью во взгляде, что ею можно было растопить самое черствое и холодное сердце. – Моя милая, моя Клэри, – прошептал он, повернув голову к своей любимой, которая с улыбкой на лице и слезами на глазах наблюдала за своим мужем. – Ты не представляешь, как я сейчас счастлив, – выдохнул он и поцеловал свою Клариссу, по щеке которой побежала слеза счастья. – Магнус, так а кто родился? Две девочки? Два мальчика? Девочка и мальчик? – спросил Саймон, пытаясь не выдавать, как сильно дрожит его голос. Стоило парню увидеть эту до чертиков милую картину и переполненный нежностью взгляд Алека, как сердце его сжалось от умиления и трепета. Он представил, как через шесть месяцев возьмет на руки собственного ребенка, и сердце забилось еще быстрее, а голос стал предательски дрожать. Сай всегда был слишком чувствительным. – Полный комплект, – усмехнулся Бейн. – Мальчик и девочка. Морковка сейчас держит на руках Лайтвуда - младшего, а вот Алек – маленькую принцессу Лайтвуд, – сказал он с нежностью и теплом в голосе. Маг сейчас чувствовал себя отцом, у которого родилось два внука. И это чувство было самым прекрасным из всех, которые он когда-либо испытывал.       Алек же, услышав слова Магнуса, вновь посмотрел на свою малышку, и на глазах заблестели слезы! Впервые за все двадцать с хвостиком лет у него на глаза навернулись слезы, и он совершенно их не стыдился, потому что это были слезы счастья. – Мой сын, моя маленькая доченька, – нежнейшим голосом сказал Алек, проводя пальцем по щечке дочери и переводя взгляд на сына, – добро пожаловать в этот мир. Теперь я всегда буду защищать вас и вашу маму, – Лайтвуд поднял взгляд на свою любимую, у которой по щекам текли слезы, а улыбка отражалась даже в блестевших глазах. Она очень устала, и болело абсолютно все, но эти две крохи и улыбающийся любимый муж, который смотрит с такой любовью, действовали на неё, как самое лучшее обезболивающее. Девушка прикрыла глаза, когда Алек поцеловал её в щеку, снимая своими губами очередную слезинку. – Ну, что вы там застыли? Идите уже сюда, знаю же, что хотите посмотреть, – с усмешкой сказал Алек, переводя взгляд на родных. Иззи, Корни, Джослин и Мариза плакали не меньше, чем Клэри. Мужчины еще держались, хоть и было очень сложно. Услышав слова нефелима, все тут же бросились к кровати, не заставляя его повторять дважды. – Можно мне? – тихо спросила Мариза, и Алек с улыбкой передал ей первую внучку в семье Лайтвуд. А маленького спящего мальчишку взяла на руки Джослин, улыбаясь невероятно счастливой и широкой улыбкой. – Какие же они потешные и крохотные, – с умилением сказал Саймон, заглядывая Джослин через плечо. – Какие щечки у него и крошечные ручки, – он аккуратно прикоснулся к пальчикам малыша и улыбнулся еще шире, когда тот засопел во сне. – Нос точно как у Клэри, а вот ворчит, как отец, – усмехнулся охотник, и все засмеялись. – Дайте и мне подержать племянницу, – закомандовал Джейс и самым наглым образом забрал у Маризы малышку. Никто не мог подумать, что этот мачо может быть таким нежным и ласковым. Нужно было видеть, насколько умилительно выглядел Вейланд с крохотной племянницей на руках. Он держал её немного неумело, хоть и часто нянчился с Максом, когда тот был маленьким. – Какая красавица, вся в маму, – с теплотой в голосе произнес он и поцеловал малышку в лобик. Тем временем младшего Лайтвуда забрала Изабель, которая вновь не сдержала слез, смотря на своего первого племянника. – Господи, какие же они славные. Дай Ангел, у них будет самая прекрасная судьба, в которой не будет никаких бед, – от чистого сердца пожелала она и поцеловала малыша, на миг прикрывая глаза. – Так, посторонись. Дайте и мне посмотреть на это солнышко, – проворчал Рафаэль и подошел к Джейсу, через плечо которого заглядывала Корни, прижавшись к спине своего парня. Вейланд грустно вздохнул и аккуратно передал вампиру ребенка. И вот эта картина добила бы даже самых стойких людей с самой черствой душой. Взрослый, хмурый, серьезный и устрашающий вампир, который наводит на всех страх одним своим появлением, прямо сейчас держал на руках новорожденную охотницу и смотрел на неё с такой нежностью и теплом, что можно было усомниться в том, вампир ли он на самом деле. Он держал её дрожащими руками и боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не раздавить её своей силой. – Как же вы их назовете? – спросил Роберт, с улыбкой наблюдая за своим сыном и невесткой. Алек взял Клариссу за руку и прислонился головой к её голове. Они улыбались и глазу не сводили со своих малышей. – Кстати, да! Вы нас целых шесть месяцев мучили! – поддакнул Саймон, оторвав взгляд от детей. Дело в том, что Алек и Клэри придумали имена для детей еще, когда Кларисса была на третьем месяце беременности. Они не знали, кто именно у них будет, поэтому придумали имена и для девочки, и для мальчика. И это очень даже пригодилось. – Ну что ж, слушайте тогда, – улыбнувшись, сказал Александр и перевел взгляд на Сантьяго, на руках у которого все еще была младшая Лайтвуд. – Представляем вам Элис РОзмари Лайтвуд, которую держит сейчас на руках Раф, – произнес он, а все ахнули, услышав имена. – Очень красивые имена, и они подходят такой нежной малышке, – сказала Корни, а Клэри просияла. – Мы выбирали не просто по красоте самого имени, но и по их значению, – сказала девушка. – Элис означает " благородная", "окрыляющая", " ангел -хранитель". Наш маленький ангелочек, – с теплом в голосе и улыбкой объяснила Кларисса. – А Розмари? – спросил Джейс. – А Розмари означает " царица морских вод", – сказала Лайтвуд. – И это немного символический и ностальгический момент. – Напоминание о том, когда были кхм...кхм... ну вы поняли, да? – спросил с ухмылкой Саймон, а Алек только закатил глаза. – Ты неисправим, Сай, – фыркнул он, но широкая улыбка испортила весь эффект от этой фразы. – А как же вы назвали сына? – спросила Корни. – А вот Изабель держит сейчас на руках Майкла Кеннета Лайтвуда, – с улыбкой ответил Алек, и все опять просияли. – Майкл – " богом данный", – с теплом в голосе сказал Магнус, который до этого момента молча наблюдал за всем этим. – Да, – подтвердил Алек, – А Кеннет означает ... – " Миловидный", " рожденный в огне",– ответила за него Катарина. – Это действительно очень хорошие и сильные имена. Не зря говорят, что имя очень многое значит для судьбы ребенка. То, что вы для детей выбрали имена, в значении которых есть упоминание Господа, однозначно принесет удачу в их дальнейшую судьбу. Это прекрасные имена, как и ваши малыши, – в голосе магички слышалось одобрение и тепло. – Спасибо тебе, за все спасибо, – искренне поблагодарила Клэри. – Я не представляю, как справилась бы сегодня без тебя и твоих советов. – Не за что, Кларисса, для меня это честь, учитывая ваше отношение к магам, – ответила Катарина и улыбнулась. – Этим малышам очень повезло с родителями. Через некоторое время, налюбовавшись детьми, Саймон, у которого на руках спала Элис, и Корни, до этого момента державшая Майкла, вернули малышей их родителям. Теперь Кларисса держала дочь, а у Алека на руках сопел его сын. – Ну, здравствуй, Майкл Кеннет и Элис Розмари Лайтвуд, – с нежностью сказал Алек, и в тот момент, когда были произнесены эти слова, в районе сердец Алека и Клэри загорелись два маленьких красных пятнышка. Все тут же принялись внимательно наблюдать за тем, что же будет дальше. А дальше было вот что.       Эти два пятнышка немного увеличились в размерах, пока не стали, как большое яблоко или чайное блюдечко. Когда они перестали расти, от них потянулись две небольшие "руки" такого же алого цвета. Они тянулись друг к другу и, наконец, соприкоснулись там, где Александр и Кларисса касались плечами. И в тот момент, когда "руки" сомкнулись, образовалась еще одна сфера немного большего размера, нежели красные пятнышка, которая моментально поделилась на два цвета, отличавшиеся от энергий самих Лайтвудов. У Кларисса она оранжевая, а у Александра – голубая. Эти же энергии были ярко-желтого и темно-синего цветов. И в ту секунду, когда образовались эти два цвета, перед глазами мужа и жены промелькнули события девятимесячной давности. Это была та самая их первая ночь, когда и зародились две новые жизни. Нефелимы увидели себя спящими, но над ними светилась точно такая же конструкция из сфер, как и сейчас.       Когда это своеобразное видение исчезло, энергии в реальной жизни продолжили свое движение, свой танец. От двухцветной сферы, все еще соединенной с красными сферами у сердец Алека и Клэри, стали отделяться еще две "руки", которые потянулись к малышам. Ярко-желтый луч направился к Элис, а темно-синий – к Майку. И в тот момент, когда эти лучи коснулись груди малышей в районе их сердечек, центральная сфера вспыхнула еще ярче, увеличиваясь в размерах в два раза. Её цвет тут же изменился на красный, и вся комната заполнилась этим ярким светом, который сиял несколько минут. Спустя некоторое время, он стал угасать, но конструкция не исчезла, а только изменила свои цвета. Теперь пятнышко у сердца Клариссы светилось цветом её собственной энергии – оранжевой, у Алека, соответственно, голубой, у Элис – ярко-желтый, а у Майка – темно-синий. Центральная же сфера теперь разделилась на четыре равноценные части, цвет каждой из которых соответствовал цвету энергий родителей и детей. А в самом центре сиял круг из красного цвета, который соединял все эти четыре энергии. "Руки", которыми были соединены охотники и эта сфера, все еще были красного цвета, как и серединка своеобразного цветка. Вся эта конструкция продержалась еще несколько минут, а потом, ярко вспыхнув, резко исчезла. С исчезновением сферы все резко выдохнули и проморгались, потому что произошел очень явный перепад освещенности. – Кто-нибудь понимает, что только что произошло? – спросила Изабель, смотря на ребят ошарашенным взглядом. Её обнимал Саймон, во взгляде которого читалось такое же удивление и непонимание. – Родовая сфера! – одновременно выдохнули Магнус и Катарина, которые были еще больше шокированы, чем все остальные. Просто все не понимали, что произошло, а маги знали наверняка, и от этого эффект, который произошедшее произвело на них, был еще больше. – И что это значит? – спросил Алек. – А это значит, что вы теперь связаны со своими детьми, а они еще и между собой, – объяснил Магнус. – Это ваша связующая сфера, к которой присоединилась еще и связь душ, давшая в сумме вот такой результат. – Родовая сфера встречалась только единожды, и то это было почти тысячу лет назад, – продолжила рассказ Катарина. – Она позволяет родителям чувствовать своих детей, определять их местоположение, состояние здоровья и тому подобное. По сути, все свойства связующей сферы теперь могут применяться и по отношению к детям. Особенность родовой сферы заключается в том, что такие семьи становятся сильнее любой другой, потому что в любой ситуации действуют, как одно целое. А у детей непременно проявляется какой-то дар и способности к творчеству. – Кроме этого, сумеречные охотники, у которых много лет назад возникла эта сфера, жили на порядок дольше, чем все остальные представители Сумеречного мира, – вновь заговорил Бейн. – Эта связь делает каждого из вас практически неуязвимым и продлевает вам жизнь. К тому же, именно энергии ваших детей спасли тебя, морковка, когда у тебя было истощение после битвы. Я тебе тогда уже говорил об этом, но я не понимал, откуда у еще не рожденного ребенка энергия, да еще и такая сильная. Теперь мне все понятно. – Родовая сфера связала вас еще в день зачатия, поэтому дети с самого момента зачатия были связаны с вами, делились своей энергией, подпитывались вашей, привыкая к ней, – сказала Катарина. – Так что могу сказать почти со стопроцентной уверенностью, что подобного еще никогда не случалось. – Так вот что должно было случиться такого в день родов, что даже Магнус будет в шоке, – внезапно произнесла Кларисса, вспомнив свое давнее видение. – Ты о чем? – спросил Рафаэль. – Помните мое первое хорошее видение, которое было за несколько дней до бала? Я тогда еще увидела, что у Корни родится племянник, – объяснила Кларисса. – Да, точно. Ты тогда еще говорила, что во время родов произойдет нечто такое, чего еще никогда не случалось, и что удивит абсолютно всех, – вспомнил Саймон. – Да, теперь понятно, что именно должно было случиться, – кивнув, сказала Корни. – А ведь и с Эби все сбылось. Она уже на шестом месяце и, роды у неё будут в ноябре, как ты и говорила. – А это значит, что очень скоро произойдет еще одно важное событие, – тихо произнесла Клэри, посмотрев на Джейса и Корни. – Что? Ты о чем? – спросила Джослин, а сама девушка и Алек только загадочно ухмыльнулись. Они хотели что-то ответить, но прервала их речь Элис, которая сначала захныкала, а потом стала плакать. – Ну, ну, ну, что же ты плачешь, моя радость? – спросила Клэри, покачивая дочку. Алек тем временем встал с кровати и отошел в другую часть комнаты, унося туда и Майка, чтобы он тоже не проснулся от плача сестры. – Она, наверное, кушать хочет, – сказала Мариза. – Такс, все на выход, ребята, – скомандовал Джейс и медленно стал подталкивать всех к выходу из комнаты. В принципе, никто и не сопротивлялся. – Ну что, моя маленькая, будем кушать? – спросила Кларисса у дочки, когда все вышли. – А мы пока что потерпим и поспим еще, да, Майк? – обратился к сыну Алек, продолжая его укачивать, чтобы он не проснулся, пока Клэри кормит его сестру. – Чувствую, теперь покой нам будет только сниться, – сказала нефелимка, поднимая взгляд на своего мужа. – Да, но это того стоит, – ответил он и посмотрел на своего крошечного сына, который все еще сладко спал на его руках. – Ради этого счастья я готов пойти на что угодно...

END THE FLASHBACK

      После рождения двойняшек жизнь в Институте забурлила с новой силой. Стоит, пожалуй, немного рассказать о том, какие изменения произошли в самом здании.       Раньше Институт Нью-Йорка был старинным зданием, и внутри обстановка соответствовала внешнему виду. Некоторые комнаты были более современными, но таких помещений было довольно мало. Но после свадьбы ребята, заручившись поддержкой родителей, решили сделать в Институте капитальный ремонт. Перемены были грандиознейшими.       В первую очередь ребята поделили этажи таким образом, чтобы каждой семье отводилось по несколько комнат. Начнем с первого этажа. Здесь располагались основные помещения, которыми пользуются абсолютно все: кухня, гостиная, которую тоже немного переделали, увеличив само помещение и изменив интерьер; тренировочный зал, оружейная, компьютерная комната с приборами для охраны и слежения, кладовая и несколько других.       Второй этаж условно поделили на две части. Правая часть была отведена Вейланду и Брокк, которые жили вместе. Еще в мае месяце, когда заканчивали ремонт, Джейс настойчиво заявил, что Корни будет жить с ним, и возражения не принимаются. Девушка, собственно, не противилась, ведь и так последние несколько месяцев постоянно оставалась ночевать в его комнате. Справа от их спальни располагалась еще одна комната, которую они обставили, как мини-гостиную, а слева – точно такая же, как и предыдущая, только немного меньше. Из спальни ребят вела дверь еще и в ванную.       Левая же часть этажа была гостевой. Там расположились три комнаты, в которых тоже сделан ремонт, но никто не жил. Правда одна из них была забронирована Рафаэлем, который часто оставался в Институте. Переходим дальше.       Третий этаж делили между собой Лайтвуды старшие, Макс и Бейны. Да, вы не ослышались, и я не ошиблась. Джослин и Магнус в июне месяце поженились, только по законам примитивных. Брак по сумеречным законам они заключить не могли, ведь Магнус – маг, но это не стало преградой для их любви и желания быть вместе. После свадьбы они переехали в лофт Магнуса, но в Институте у них так же были комнаты, в которых супруги останавливались каждый раз, когда приезжали в гости. А такие визиты были очень частыми, ведь долго находиться вдали от этих неугомонных нефелимов они не могли. Сначала Джослин и Магнус приезжали к беременной Клэри, а потом нянчились с внуками. Стоит отметить, что соревноваться с Магнусом в количестве проведенного времени с детьми мог только Джейс, который постоянно возился с племянниками, сияя при этом, как новая монета.       А вот четвертый этаж делили между собой семьи младших Лайтвудов и Льюисов. Правая часть принадлежала Льюисам, и расположение комнат было таким же, как у Джейса с Корни. Только разница в том, что вторую пустующую комнату они переделали в детскую.       Слева расположились комнаты самого многочисленного семейства в Институте. Комната, которую Алек и Клэри переделали в детскую, была больше всех остальных, но это объяснялось тем, что жить в ней будут сразу два малыша. Из спальни Лайтвудов в детскую вела дверь, чтобы можно было быстро придти туда, если дети будут плакать. В остальном же расположение комнат было таким же, как и у остальных. В мини-гостиной они оборудовали уголок, в котором Клэри может рисовать. Там стоял мольберт, небольшой стол и шкаф, в котором лежали разные приспособления для рисования, а так же чистые полотна. За время беременности девушка нарисовала много картин, которые теперь украшали стены лофта Магнуса, а так же разные комнаты Института. Кроме этого в комнате был оборудован еще и рабочий уголок для Алека, который активно занимался делами Института и помогал родителям в делах. Его назначили младшим советником Конклава, так что теперь парню точно нужен был свой небольшой кабинет. Таким образом, третья комната была поделена на три части: личная мастерская Клэри, рабочий кабинет Алека и небольшая зона отдыха, состоявшая с большого дивана, двух кресел, кофейного столика и искусственного камина, который расположился на стене, возле которой и образовался этот уютный уголок комфорта и отдыха. Алек и Клэри часто любили сидеть возле камина и просто говорить обо всем на свете.       Жители Института некоторое время привыкали к таким изменениям, но к хорошему привыкаешь быстро. Так же быстро все привыкли и к присутствию в их жизни Элис и Майка. С ними нянчились абсолютно все: от Макса и до Рафаэля. Роберт и Мариза намного чаще стали появляться в Институте, иногда оставаясь на несколько недель. Они пересмотрели свои приоритеты и поняли, что дети и внуки для них – это самое главное в жизни. Было очень мило наблюдать за тем, как Роберт, Мариза, Джослин и Магнус сидят в большой гостиной, а на руках у них Эли и Майк. Не меньше с ними нянчились и Саймон с Джейсом. Эти парни просто светились счастьем, когда в их поле зрения появлялись дети. Иззи и Корни с улыбкой и умилением наблюдали за тем, как их любимые играют с малышами. А еще они убедились в том, что эти охотники будут отличными отцами.       Время шло, и девятнадцатого ноября Джейс все-таки решился на ответственный шаг и сделал Корни предложение руки и сердца. Девушка, конечно же, согласилась, а Клэри призналась ребятам, что знала об этом еще с момента своего видения. – Все же хорошо, что ты нам ничего не рассказала тогда, – сказал Джейс, когда услышал признание Клариссы. А через три дня после этого прекрасного события Корни стала тетей, ведь Эбигейл родила сына, которого, как вы уже догадались, они назвали Джеймсом.       Но в том же месяце произошло еще одно очень важное событие. Дело в том, что у Клариссы появился названный брат – Джаспер Бейн. Этому малышу было всего лишь два месяца, когда его родители погибли на одном из заданий. Мальчик как раз в то время заболел, и Магнуса попросили присмотреть за ним и проверить, не заражен ли малыш какой-нибудь опасной болезнью. Бейн много времени проводил с этим крошечным ребенком и настолько прикипел к нему всем сердцем, что просто не в силах был расстаться с ним. После долгого разговора Джослин и Магнус решили, что заберут этого ребенка к себе и воспитают, как своего родного. И двенадцатого ноября, получив разрешение Конклава, Бейны принесли домой своего сына – Джаспера Бейна. Малыш на месяц младше двойняшек, так что росли они вместе. Бейны, как я уже говорила, часто бывали в Институте, и каждый раз они привозили с собой и Джеса, к которому Клэри прикипела всей душой. Таким образом, в Институте теперь было трое детей, но в феврале их количество возросло, ведь мамой стала прекрасная Изабель Лайтвуд.

FLASHBACK

– Саймон, успокойся и перестань бегать по коридору, – в который раз проворчал Раф, когда Сай в миллионный раз прошел мимо него. Уже четыре часа длились роды Изабель, а все вновь сходили с ума. Сегодня тринадцатое февраля, одиннадцать часов вечера. Схватки у Иззи начались в семь часов, когда вся семья собралась за ужином. Переполошились абсолютно все, только Клэри была относительно спокойной. Она быстро попросила Магнуса привести Катарину, а парням скомандовала, чтобы они помогли отвести брюнетку в её комнату. Через несколько минут в комнате появилась Кэт, которая так же наблюдала Иззи во время беременности, как и Клариссу ранее.       Оказавшись в комнате, Магнус уже привычно выгнал всех из комнаты, только вот Иззи не захотела отпускать Клариссу, крепко вцепившись в её руку. Девушка осталась рядом с подругой, а все остальные принялись ждать результатов в коридоре. А ожидание, как известно, хуже всего. – Раф, не бубни под руку, я сейчас очень нервный, – рыкнул Льюис, в который раз бросая взгляд на дверь. – А кто говорил мне, чтобы я не истерил? Говорил же я тебе, что посмотрю на тебя, когда Иззи будет рожать, – усмехнулся Алек, который волновался не меньше самого будущего папаши. Иззи всегда была для него маленькой сестрой, которую нужно защищать и оберегать. Он едва ли свыкся с мыслью о том, что его Иззи уже замужняя женщина, а тут она почти мама. Вот поэтому сейчас он точно так же, как и Саймон, измерял шагами коридор, ожидая новостей. На иголках были абсолютно все, даже Рафаэль, ведь он за эти полтора года стал членом семьи. – Да почему же так долго? – взвыл Саймон, когда стрелки на часах показывали уже час ночи. И в ту же секунду послышался детский плач. Все резко повернулись к всё еще закрытым дверям и уставились на них неверящим взглядом, слушая громкий плач малыша. – О, Ангел, наконец-то, – выдохнул Алек, подошел к Саю и положил руку ему на плечо. – Поздравляю, Саймон, теперь ты отец, – с улыбкой сказал он и в порыве чувств даже обнял ошарашенного нефелима, который все еще не мог придти в себя. – Я – отец, – повторил Льюис, а глаза его засияли неподдельным счастьем. И в ту же минуту открылась дверь в комнату, и на пороге появился Бейн. – Ну, что же, Самуил, поздравляю тебя, – сказал он с улыбкой и отступил немного в сторону, пропуская парня во внутрь. Когда охотник зашел в комнату, то сразу же увидел свою жену, которая полусидела на кровати, а рядом с ней стояла счастливо улыбающаяся Клэри. А на руках рыжеволосая держала маленький сверточек, в котором спал малыш Иззи и Саймона. Кларисса поцеловала ребенка в лобик и аккуратно передала его новоиспеченной мамочке, на глазах которой тоже блестели слезы. – Иззи, – выдохнул Саймон, и Льюис перевела взгляд на мужа ,оторвав его от малыша. Парень тут же подошел к своей жене, а Клэри наоборот, отошла от кровати, подходя к своему собственному мужу. – Поздравляю, Сай, у тебя доченька, – сказала с широкой улыбкой Лайтвуд, прекрасно зная, как сильно её друг мечтал о дочке. Вот и сейчас, услышав слова нефелимки, Саймон перевел взгляд на Изабель. – Дочка? – немного неверяще спросил он. – Да, – улыбаясь, подтвердила она, и парень посмотрел на свою малышку, которая спала на руках у мамы. – Моя девочка, доченька, – прошептал он и поцеловал девочку в лобик, прикрывая на мгновение глаза и вдыхая неповторимый запах младенца. – Добро пожаловать в этот мир, моя прекрасная Мия Абби Льюис, – с невероятным теплом и нежностью в голосе сказал Саймон, смотря на дочку. – Мия Абби? Очень красиво, – восхищенно произнесла Корни, вытирая с глаз слезы. Она, как и вся женская половина семьи, не смогла сдержать слез от этой нежной картины. – Да, Мия означает "непокорная, упрямая, благословенная", – объяснила Изабель. – А мы никогда не корились судьбе, и только благодаря этому смогли создать свою семью. Поэтому и дочка у нас будет именно такой. – Да, наше маленькое благословение, – сказал Сай, все еще смотря на дочку с восхищением и нежностью. Он сидел рядом с Иззи на кровати, обнимая свою жену. – Абби же означает " радость и гордость отца". Ну, тут, я думаю, объяснений не нужно. И так понятно, что это маленькое солнышко – моя радость. – Прекрасные имена, – сказал Алек, в горле которого тоже внезапно образовался ком. – Поздравляю тебя, сестренка. Я уверен, что моя племянница будет такой же красивой, как и ты, – с теплом в голосе и взгляде произнес нефелим. – Спасибо, большой брат, – ответила Изабель и вытерла слезу, которая побежала по её щеке. – Поздравляю вас, дети, – с теплом и нежностью сказал Роберт, смотря на свою совсем уже взрослую дочь, которая сегодня стала мамой. – Спасибо, пап, – выдохнула Иззи и улыбнулась уставшей, но невероятно счастливой улыбкой. – А я хотела бы сказать большое спасибо Кэт и Клэри. Вы мне безумно помогли, – сказала нефелимка, посмотрев на Катарину и Клариссу. – Как я ранее говорила Клэри, для меня это честь, Иззи. Пусть малышка растет большой, здоровой и счастливой, – от чистого сердца пожелала Катарина и улыбнулась. – А мое отношение к тебе ты знаешь, ты мне давно стала, как сестра. Так что даже не стоит благодарить, Из, – сказала Клэри, стоя в объятьях своего мужа. Все остальные, а именно Джейс, Корни, Джослин, Магнус и Рафаэль тоже поздравили новоиспеченных родителей, пожелав малышке много всего хорошего. – С Днем всех влюбленных вас, ребята, – внезапно сказал Джейс, улыбнувшись. – Уже час ночи, а это значит, что Мия родилась четырнадцатого февраля. – Вот он, самый главный подарок, результат нашей любви, – сказал Саймон и посмотрел на свою Изабель. – Спасибо тебе за дочь, любимая, – с безграничной любовью произнес нефелим и поцеловал девушку, в этом поцелуе передавая все то, что невозможно сказать словами. – Так, ну мы, пожалуй, оставим вас одних, – сказала Корни, и все тут же вышли из комнаты, тихо закрывая за собой дверь. А семья Льюисов, в которой появился новый член, осталась наедине друг с другом. Теперь и в их жизни появился прекрасный лучик, смысл жизни, маленький комочек счастья, благодаря которому Иззи и Саймон никогда не будут одинокими.

END THE FLASHBACK

      После рождения Мии жизнь в Институте вновь изменилась. Парни стали еще больше времени проводить с детьми, а перед миссиями обязательно целовали своих малышей и жен. Особенно милыми были прогулки с детьми. Алек и Саймон раз в два-три дня давали Иззи и Клэри возможность отдохнуть и уделить время себе. В эти дни парни забирали Элис, Майка и Мию и шли к Магнусу, который точно так же устраивал своеобразный выходной для Джослин, оставаясь с Джесом. Любящие отцы проводили целый день со своими детьми, играя с ними, выходя на прогулки и укладывая спать при этом, не забывая о колыбельных.       Девушки каждый раз переживали за детей и скучали по ним настолько сильно, что еле дожидались вечера. Однажды они не вытерпели и решили пойти проведать своих мужей. То, что они увидели в парке, было невероятно милым. Нефелимки как раз шли через парк к лофту Магнуса, но, преодолев только половину пути, увидели троих мужчин, которые шли им навстречу. Это были Алек, Саймон и Магнус, которые гуляли с детьми. Три коляски ехало впереди них, а парни, крепко держа их, говорили о чем-то своем и шли медленным шагом. Это было настолько умилительное зрелище, что наши охотницы глаз не могли отвести от своих мужей и детей. В тот день Иззи, Клэри и Джослин так и не подошли к парням, а вернулись в Институт, решив не прерывать их прогулку.       Джейс тоже возился с племянниками, постоянно балуя их. Мия и Элис были его любимицами, которым он постоянно покупал разные игрушки, платьица, плюшевых мишек и многое другое. С Майком и Джаспером он тоже часто играл и любил их не меньше, но его глаза особенно сильно светились в те моменты, когда он держал на руках девочек. – Просто они такие крошечные принцессы, что невозможно от них глаз отвести, – однажды ответил Вейланд на слова Корни о том, что он сияет рядом с племянницами. В тот день Джейс и Корни остались с малышами, так как Иззи и Саймон ушли в магазин, Клэри, Алек и старшие Лайтвуды уехали в Идрис на один день, у Рафаэля собрание клана, а Джаспер заболел, поэтому Джослин и Магнус не могли приехать и помочь с детьми. – А кто говорил, что первым должен быть сын? – усмехнувшись, спросила Корни, укачивая на руках Майка. – А я и не отказываюсь от своих слов. Просто дочка – это маленькое счастье, которое нужно постоянно баловать, а сын – это будущий мужчина, так что много баловать его нельзя. Вот когда у нас родится сын, я буду любить его больше всего на свете, но дочку буду баловать больше, – сказал Джейс, у которого на руках как раз заснула Мия. Он аккуратно положил её в колыбельку и повернулся к своей невесте. – А какие это такие сын и дочка? – удивилась Корни, укладывая в колыбельку маленького Лайтвуда. – Я, насколько помню, не говорила тебе, что беременна, – девушка положила ладошки на грудь жениха и улыбнулась. – Ну, это пока что, – усмехнулся Вейланд. – Но мы будем над этим работать, – его усмешка переросла в ухмылку, и блондин поцеловал нефелимку, обнимая её за талию.       Работать пришлось недолго, ведь уже в марте Корни сообщила своему жениху, что скоро тот станет отцом. Джейс тут же подхватил свою любимую на руки и закружил с ней по комнате, заявив, что теперь все время будет носить её на руках. Через месяц, а именно шестнадцатого апреля состоялась еще одна свадьба в большой семье Лайтвудов – Корни официально стала женой Джейса, миссис Вейланд, а не Брокк.       Время побежало еще быстрее, и все жители Института вновь смогли ощутить на себе, что такое, когда среди вас есть беременная девушка. Корни с радостью напомнила это всем, кто успел забыть. В августе все отпраздновали первый день рождения двойняшек, а в сентябре – Джаспера. А в декабре детское поколение пополнилось еще одним малышом – Корни и Джейс стали родителями. Двадцатого декабря Корни Вейланд родила своему мужу сына, как тот всегда и мечтал. Нужно было видеть, с каким трепетом, восхищением и нежностью Джейс впервые брал на руки своего малыша, как смотрел на него, как целовал его маленькие ручки. С того момента, когда он впервые взял на руки своего сына, Джейс стал самым счастливым человеком в мире.

FLASHBACK

– Поздравляем вас, ребят, – с улыбкой произнесла Клэри, когда всем разрешили зайти в комнату. Роды были долгими, Корни очень устала, но счастье было настолько большим, что она даже не чувствовала этой усталости. К поздравлениям нефелимки присоединились и все остальные. – Уже решили, как назовете сына? – спросила Иззи, с улыбкой наблюдая за тем, как аккуратно Джейс держит на руках ребенка и как нежно на него смотрит. – Да, мы уже решили, – ответила Корни, бросая взгляд на мужа и сына. – Мы с Джейсом долго думали, и решили не выдумывать никаких имен. Поэтому выбрали два самых хороших имени из всех знакомых нам. Все нефелимы ждали ответа девушки, а она обвела взглядом абсолютно всех, в том числе и своих родителей, которым сообщили, когда у девушки начались роды. – Поэтому мы решили назвать нашего сына именами наших отцов, – сказал Джейс, поднимая взгляд на Роберта и Стива. – Так что перед вами Стивен Роберт Вейланд, – произнес с улыбкой парень, а Брокк и Лайтвуд удивленно посмотрели на детей. – У меня нет слов, – выдохнул Роберт. Это был первый раз, когда Джейс назвал его отцом. За все эти годы они с Маризой настолько привыкли к парню, что ни в чем не отделяли его от Алека, Иззи и Макса. Он всегда был для них сыном, и Лайтвуды знали, что он любит их так же сильно, как и они его. Но сегодня парень сделал то, что просто вынесло Маризу и Роберта на седьмое небо от счастья. Этот его поступок очень многое значил для них. – Вы уверены, дети? Не пожалеете? – спросил Стив, которого тоже до глубины души тронуло решение ребят. – Абсолютно уверены, пап, – ответила Корни, искренне улыбнувшись. Мариза и Хелен взяли своих мужей под руку и тепло улыбнулись, посмотрев на внука. Достойных детей они воспитали.

END THE FLASHBACK

      Следующий год пролетел, словно один день. Дети росли не по дням, а по часам. Каждый день приносил новые изменения, новые эмоции, новые впечатления. Порой даже не замечаешь, как быстро меняется жизнь вокруг тебя, и как сильно меняешься ты сам.       Сейчас на улице холодный месяц декабрь. Двадцать четыре дня назад в Идрисе зажгли памятные свечи, которые вот уже третий год подряд зажигают первого декабря – в день победы над Валентином. Эти свечи – это символ памяти обо всех погибших в той войне. Страшно подумать, прошло уже три года. А такое чувство, будто все это было только вчера. – Алек, иди сюда, – крикнула с кухни Клэри, подключая сферу, чтобы парень её услышал. Она вместе с Иззи и Корни сейчас заканчивала приготовление праздничного ужина. За эти три года Изабель, наконец-то, научилась вкусно готовить и теперь могла соревноваться даже с Клэри и Джослин. А сегодня был очень важный повод для приготовления ужина – Рождество. Сегодня в Институте Нью-Йорка соберутся все родственники и друзья, которые в такой праздник должны быть вместе. Вообще, охотники не часто отмечают подобные праздники, но вот уже три года подряд Рождество празднуется по всем традициям. А после рождения Эли и Майка охотники даже елку стали ставить и украшать комнаты на рождественский манер. Вот и сегодня вся большая семья соберется в гостиной Института, где стоит большая елка, которую украшало молодое поколение нефелимов вместе со своими детьми. Двойняшкам уже почти два с половиной года, а Мие – почти два годика, поэтому процесс наряжания рождественского дерева вызвал у них огромнейший интерес и восторг. Было очень интересно и умилительно наблюдать за тем, как эти три неугомонных малыша бегают по комнате, нацепив на себя рождественский дождик и весело смеясь. Но еще больше смеха вызывали Алек и Саймон, которые бегали за детьми, обмотавшись таким же дождиком. – Ну, вот куда запропастился этот нефелим? – проворчала Кларисса, когда через пять минут после того, как она позвала Алека, тот не пришел. – Готова поспорить, что они с Саем и Джейсом опять играют с детьми, – с улыбкой сказала Иззи. – Да я тоже в этом не сомневаюсь, – согласилась с ней Лайтвуд. – Только Эли и Майк еще не одеты к празднику, а я просто не успеваю сделать все сама. – Так иди и проверь их, а я доделаю за тебя этот салат, – сказала Корни, забирая у девушки из рук нож. – Заодно проверь, как там Стив. А то, сдается мне, Джейс все еще не уложил его спать. – Хорошо, я быстро, – произнесла рыжеволосая нефелимка и вышла из кухни, направляясь на четвертый этаж. Сначала ребята вместе с детьми были в общей гостиной, но девушки вытеснили их оттуда, ведь нужно было накрывать на стол, а малые мешали. Вот они и переместились в гостиную Лайтвудов, где стояла еще одна елка, только меньших размеров. Магнус с помощью своей магии украсил весь Институт, теперь дух Рождества витал в каждой комнате. Еще подходя к гостиной, девушка услышала звонкий смех своей дочки, и не менее заразительный смех мужа. – Александр Гидеон Лайтвуд, я, между прочим, уже дважды тебя звала, – строгим голосом произнесла Лайтвуд, останавливаясь на пороге комнаты. Но злиться у неё не получалось, ведь картина, которую она увидела, была чертовски милой.       В углу комнаты стояла елка, которая сейчас светилась разными огоньками, а возле неё Алек и Клэри обустроили для детей небольшую игровую зону. Там лежал мягкий пушистый ковер и огромное множество игрушек всяких видов и размеров. Но сейчас эта игровая зона была полностью забита людьми. Там расположились Алек, Сай, Джейс и Раф, над которыми самым наглым образом издевалась малышня. Алек и Раф лежали на животе, а у них на спинах сидели Эли и Майк. Причем, Эли уселась на Сантьяго и пыталась сделать ему новую прическу, нацепив на его волосы множество резинок. Точно такую же махинацию проводила Мия, только её жертвой оказался Джейс, который послушно сидел и не рыпался, а только заливался смехом. Рафаэль тоже не сопротивлялся, а только ржал, уткнувшись носом в кулак. Майк же издевался над своим папой, пытаясь забрать у него свою игрушку. Алек специально упал на живот, спрятав эту машинку под себя и опустив голову. Мальчик же сначала бегал вокруг него, пытаясь найти свою игрушку, а потом просто устал и уселся Алеку на спину, по-прежнему оглядываясь вокруг в поисках машинки. Саймон все это время ползал на четвереньках за Стивом, который уже научился ходить и любил побегать по комнате, заставляя всех остальных гоняться за собой. Но сейчас он уже устал, поэтому скорость его бега снизилась. Вот Саймон и "гнался" за ним на четвереньках. При этом в комнате стоял такой ржач, что невозможно было не засмеяться, услышав его, поэтому даже Клэри улыбнулась, наблюдая за всей этой картиной.       Услышав слова Клариссы, все тут же обернулись в сторону двери. – Мама! – крикнул Майкл и тут же побежал в нефелимке. Она сразу же подхватила сына на руки и перехватила поудобнее. – И что вы здесь творите, а, Майк? – спросила Лайтвуд у сына, взъерошив его черные волосы. Двойняшки были удивительно похожи на Алека. Такие же черные волосы, которые у мальчика были прямыми, а у девочки – кудрявыми. У Элис была улыбка Клэри, а вот у Майкла – точно такая же, как и у его отца. Некоторые черты их детских лиц неуловимо напоминали Александра, и можно было без особого труда сказать, чьи они дети. Но вот цвет глаз у малышей был разный: у Элис – зеленый, как и у Клариссы, а у Майкла – карий, как у Алека. – Мама, папа забрал у меня машинку! – пожаловался Майкл, а Кларисса строго посмотрела на мужа. – И не стыдно тебе? Забирать игрушку у ребенка, – осуждающе произнесла она. – И между прочим, я тебя уже несколько раз звала. Что вы здесь устроили? – Мы отвлекали детей, как вы и просили, – ответил Саймон, который поймал-таки Стива и теперь держал его на руках, усевшись на полу и поджав под себя ноги. – Да, мы просили, – согласилась Клэри. – А еще мы просили, чтобы вы одели детей к ужину. А Стива вообще нужно было спать уложить, – последнюю реплику она произнесла, посмотрев на Джейса, на волосах которого красовался с десяток разноцветных резинок. – Мы немного заигрались, – усмехнулся Вейланд, перехватывая ладошку Мии, которая собиралась завязать ему еще один хвостик. – Я вижу, – хмыкнула Клэри. – Раф, и ты туда же? Ты же старше этих горе - отцов, мог бы их вразумить, – сказала охотница, осуждающе посмотрев на вампира, который уже перевернулся на спину. На животе у него сидела Эли, которая виновато опустила голову и перебирала в руках резинки для волос, которые не успела использовать. – Мама, не ругайся на дядю Рафа, – виновато посмотрев на нефелимку, протянула Элис. Эта маленькая девочка была без ума от Рафа, как и он от неё. Особенно сильно она любила играть с клыками вампира, которые тот демонстрировал специально для неё. Сначала охотники наблюдали за этим со страхом и неодобрением, а Клэри чуть не убила Рафаэля, когда увидела эту забаву впервые. Но теперь все к этому уже привыкли, поэтому реагировали вполне спокойно. – Он не виноват, – таким же виноватым голосом добавила девочка. – А кто виноват? Папа? Или дядя Джейс и дядя Саймон? – вкрадчиво поинтересовалась Кларисса, но сердце сжалось от умиления и нежности к дочке. – Это мы виноваты, – вместо сестры ответил Майк, который все еще сидел на руках у мамы. Кларисса посмотрела на сына и притворно удивилась. – Вы? – Даа, – одновременно ответили Мия, Майк и Элис, а Клэри улыбнулась. – Лаадно, прощаю, раз уж честно признались, – усмехнулась охотница. – Беги к папе, – сказала она, опуская сына на пол. Но мальчик не захотел идти к отцу, а побежал к сестре, которая сидела на руках у Сантьяго, и уселся рядом с ней. Рафаэль улыбнулся и взъерошил волосы мальчишки. Вампир сейчас был похож на папочку, который без ума от своих детей. – Мы действительно уже собирались идти одеваться, но тут что-то пошло не так, – усмехнулся Александр, подходя к охотнице. – Это я уже поняла, – улыбнулась девушка и провела ладонью по волосам своего мужа, приводя их в порядок. – Но сейчас оденьте детей и сами спускайтесь вниз. Родители скоро приедут, а Люк и Джина пришли пять минут назад, так что время поджимает. – Люк стал таким семьянином после того, как встретил Джину, – с улыбкой сказал Алек, обнимая нефелимку. – То же самое можно сказать и о Джейсе, ведь до встречи с Корни его вряд ли можно было назвать семейным человеком, – усмехнулась Кларисса, положив ладони на грудь Лайтвуду. – Да уж, и не поспоришь, – хмыкнул охотник. – Мы сейчас придем, и дети будут идеально одеты, – уверенно сказал он с улыбкой, а потом его лицо приобрело серьезное выражение. – Как ты себя чувствуешь? Не устала? – спросил парень, положив руки на заметно округлившийся живот своей любимой. Кларисса была уже на четвертом месяце беременности, и в этот раз все было иначе. Девушка уже не капризничала и не пользовалась своим положением, а просто наслаждалась каждым днем, подмечая малейшие изменения в своем состоянии. В этот раз она сама поняла, что беременна, ведь в какой-то момент просто почувствовала такую же связь, какая была и с двойняшками на первых месяцах беременности. А Катарина, осмотрев её, подтвердила догадки нефелимки и сообщила приятную новость. Вообще с Катариной у охотников сложились очень хорошие отношения, и она стала желанным гостем в Институте, как и Магнус или Люк. Эли и Майк с интересом наблюдали за тем, как у их мамы растет живот, и уже думали о том, каким будет их братик или сестренка. – С нами все хорошо, – улыбнувшись, ответила Клэри, почувствовав радость малыша от прикосновения Алека. – Я немного устала, ведь с самого утра за плитой, но все нормально, не волнуйся. Малыш чувствует себя прекрасно, так что мы готовы к празднику. – Не переутомляйся, Клэри, отдохни лучше, – сказал строго Лайтвуд. – Кэт тебе ясно сказала, что нужно много отдыхать и гулять на свежем воздухе. – Алек, ну, не первый же раз беременна, – усмехнулась Кларисса, умиляясь такой заботе. – Я все знаю, и свое здоровье берегу, сам же видишь. – Вижу, но контроль не помешает, – ответил охотник. – Ладно, мы сейчас придем. – Хорошо, – сказала нефелимка и поцеловала своего мужа в щеку. – И да, Джейс, уложи-таки Стива спать, – усмехнувшись, обратилась к парню Кларисса. – Как скажешь, госпожа, – съязвил Вейланд, и все засмеялись. Девушка тоже улыбнулась и вышла из комнаты, направляясь обратно на кухню. – А вот и она, – сказала Иззи, когда Лайтвуд спустилась вниз. – Клээрии! – воскликнул маленький светловолосый мальчик и тут же побежал к ней, отпустив руку мамы. Это был Джаспер, который пришел вместе с Магнусом и Джослин. У мальчишки были кудрявые белые волосы и голубые глаза, совсем как у Стива, который удивительно похож на своего отца. Магнус часто шутил, что эти два голубоглазых мальчишки обязательно сведут с ума не одну девушку, когда вырастут. – Джаспеер! – воскликнула Клэри и тут же подхватила братишку на руки. Тот обнял сестру за шею и поцеловал в щеку. – Мой хороший и такой красивый братик, ты так вырос! Я соскучилась по тебе, – сказала девушка, поцеловав мальчика в обе щечки. – Но я был здесь вчера, – робко, но с улыбкой заявил он. – Ну и что? Я уже соскучилась. А ты разве не скучал? – притворно обиделась Лайтвуд, а маленький охотник еще крепче обнял её за шею. – Очень скучал! – воскликнул мальчик. – Вот и отлично, – улыбнулась нефелимка и поставила Джеса на пол. – Привет, мам. Привет, Магс, – сказала она и обняла сначала Джослин, а потом и Бейна. – Привет, морковка, – ответил Магнус. – Как тут мой бисквитик? – спросил он, бросая взгляд на живот девушки. – Этот бисквитик в порядке, рад вас видеть, – усмехнулась Клэри. – А где отец семейства и старшие карапузы? – спросила Катарина, которая только что появилась из портала. – Кстати, всем привет. – Привет, Кэт, – практически хором ответили все присутствующие. – Привет, – сказала Клэри, улыбнувшись. – Отец семейства и старшие карапузы сейчас наверху, пытаются одеться к празднику и не перевернуть всю комнату. – О, это миссия невыполнима, – усмехнулась Джослин. – Сегодня попросила Магса, чтобы он сегодня одел Джеса, потому что мне нужно было убрать в детской, и я не успевала сделать все одновременно. Так в итоге они почти час играли и бесились, а одевать малого пришлось мне. – Ой, всеее, – закатил глаза Магнус, поднимая на руки сына. – У нас все было под контролем, и мы уже собирались одеваться, но твоя мама, морковка, все испортила. Эти женщины всегда все портят, правда, Джес? – спросил он, посмотрев на младшего Бейна. – Даа! – уверено ответил мальчик, и все засмеялись. – У нас та же история. Они там чуть всю нашу гостиную не разнесли, – усмехнулась Клэри. – Но у нас ситуация еще запущеннее, ведь в гостиной собрались не только Алек с Эли и Майком, но и Сай с Мией, Джейс со Стивом и Раф. – Ууууу, тут действительно все запущено, – усмехнулся Магнус, и все заржали. – Что же будут делать Льюис и Лайтвуд, когда у них через пять месяцев еще по одному карапуз родится? – по-доброму спросил Бейн и посмотрел на округлившийся живот брюнетки и рыжеволосой. Да, Иззи тоже была беременна, причем срок был такой же, как и у Клариссы. Девушки даже шутили, что роды тоже будут в один и тот же день, и тогда парни с ума сойдут от волнения. – Ой, это будет весело, – усмехнулась Иззи. – Хотя, они справляются со всеми четырьмя малыми, когда мы их оставляем одних. Так что это они просто притворяются, что не могут с ними совладать. Чтобы мы не часто им что-то поручали делать. – Вот все мужики такие, Изабель, можешь мне поверить, – сказала Джослин и многозначительно посмотрела на Бейна. – А что я? А я ничего, – пожал плечами маг и состроил самое невинное выражение лица, которое тут же вызвало смех всех остальных нефелимов и магички.       Джослин и Катарина остались на кухне помогать девушкам, а Магнус с Джесом пошел в гостиную, где уже сидели Люк и Джина. Через минут десять прибыли старшие Лайтвуды и Макс, который тут же умчался наверх, к своим племянникам, лишь быстро поздоровавшись со всеми остальными. Макс безумно любил своих племянников и гордился тем, что у него их так много. А когда он узнал, что Иззи и Клэри опять беременны, так и вовсе радовался больше, чем сами девушки и их мужья.       Спустя минут сорок, Иззи позвала всех парней и детей вниз, ведь ужин был полностью готов. В главной гостиной царила рождественская атмосфера. В углу стояла большая красиво украшенная елка, которая сияла всевозможными огоньками, а под ней – множество подарков разных размеров и в разной упаковке. Магнус с помощью магии украсил всю комнату праздничной мишурой и другими украшениями, которые подходят к тематике праздника. Возле стены появился искусственный камин, на котором висели рождественские носки. Диваны и кресла были с помощью той же магии передвинуты в другую часть комнаты, а в центре гостиной расположился большой и длинный стол, который был уставлен всевозможными блюдами. Для детей поставлены специальные детские кресла, чтобы им было удобнее сидеть. Все выглядело очень празднично и уютно, по-домашнему, что ли. – А вот и мы, – сказал Алек, и все, кто был в гостиной, а это женская половина и Люк, повернули головы в сторону лестницы. То, что они там увидели, заставило их умилительно улыбнуться и просто засиять.       На лестнице стояли Алек, Саймон, Джейс, Рафаэль и Магнус в костюмах, а на руках у них были дети. Алек держал Майка, Раф – Элис, Сай – Мию, Джейс – Стива, который так и не заснул, поэтому ребята решили, что он тоже должен быть на ужине, ну а Магнус держал Джеса. Умилял еще и тот факт, что дети были одеты в одинаковые наряды. Девочкам купили одинаковые пышные красные платья, в которых они выглядели, как самые настоящие принцессы. У Мии были кудрявые каштановые волосы, как и у Саймона, а глаза – такие же карие, как и у Изабель. Магнус немного поколдовал, и у Эли и Мии на голове появились красивые прически, украшенные, внимание, блестками!! А мальчики были одеты в черные костюмы и белые рубашки с красными бабочками. Особенно умилительно выглядел годовалый Стив со своими белыми кудряшками и голубыми глазками. – И кто это такой красивый? Кто это такой милый и обворожительный? – с улыбкой спросила Корни. – Яя, – одновременно ответили Алек, Джейс, Рафаэль, Саймон и Магнус, а все остальные засмеялись. Девушки подошли к парням и забрали детей к себе на руки. – Скромные вы наши, – усмехнулась Мариза, обращаясь к мужчинам. – Давайте уже садиться за стол. – Вот именно! Полностью согласен! – активно поддержал Маризу Саймон. – Никто и не сомневался в том, что ты, Сай, будешь согласен со словами о том, что пора садиться за стол, – хмыкнула Иззи и, поцеловав мужа в щеку, пошла к столу, держа на руках дочку. Вся женская половина компании тоже была в красивых платьях и с прическами. Когда все разместились за столом, парни налили напитки в бокалы, и Роберт, как глава семейства, встал, чтобы сказать тост. Мариза и Роберт сидели по разным концам стола, а все остальные разместились по две стороны от них. Справа от Роберта сидели Алек, Элис, Майкл, Клэри,Рафаэль, Саймон, Мия, Иззи и Катарина. А слева – Макс, Корни, Стив, Джейс, Магнус, Джаспер, Джослин, Люк и Джина. За одним столом собралось девятнадцать человек, среди которых вампир, два мага и два оборотня, за эти три года ставшие частью семьи. – Дорогие мои, – начал Роберт, собираясь с мыслями. Все подняли бокалы и смотрели на мужчину, внимательно слушая его, – вот и прошел еще один год. За этот год произошло много разных событий, среди которых были и радостные, и печальные. Мы отпраздновали вторую годовщину свадьбы Алека и Клэри, Изабель и Саймона, а так же Джослин и Магнуса. Кроме этого отметили первую годовщину свадьбы Джейса и Корни. Нашим двойняшкам и Джасперу уже два с половиной года, Мие – год и десять месяцев, а малышу Стиву – год. Время летит очень быстро, и уже через пять месяцев в нашей большой семье появится еще два малыша. Три года назад мы с Маризой даже мечтать не могли о том, чтобы собраться вот так, всей большой семьей за одним столом.       У нас были только наши дети, которым мы уделяли мало времени. За эти же три года изменилась не только наша жизнь, но и мы сами, – сказал Лайтвуд и на мгновение замолчал. – Сегодня за этим столом собрались все наши родные и друзья. К сожалению, родители Корни и её сестры приехать не смогли, но они все равно являются частью нашей семьи. Я хотел бы сказать каждому из вас, что мы с Маризой безмерно счастливы от того, что у нас есть все вы. Сегодня большой праздник, и я хочу поздравить всех вас с ним. Хочу поблагодарить вас за то, что все время находитесь рядом и всегда готовы помочь, поддержать. Рафаэль, Магнус, Катарина, Люк и Джина, вы стали близкими друзьями для каждого из нас, стали частью нашей семьи. И я действительно горжусь тем, что у нас есть такие друзья, – Роберт вновь замолчал, переводя дыхание. – Сегодня за столом собралось девятнадцать человек, но среди этих людей нет никого чужого. Хочу поздравить вас с Рождеством и пожелать, чтобы следующий год был еще лучше, чем этот. И чтобы все, кто находится сейчас за этим столом, собрались вместе и в следующем году, и еще много лет подряд. С Рождеством вас! – Роберт поднял вверх бокал, а мужская половина компании тоже встала со своих мест. – За прекрасных и любимых дам, – сказал Алек. Послышался звон бокалов, и праздничный ужин был открыт. За столом завязался разговор, и каждый из присутствовавших чувствовал себя невероятно счастливым.       Весь вечер в Институте были слышны голоса людей, их смех и звон бокалов. Атмосфера праздника не покидала помещения аж до тех пора, пока все не разошлись по своим комнатам. Люк, Джина, Бейны, Раф и Катарина решили остаться в Институте на ночь, поэтому гостевые комнаты тоже были заняты. Детей уложили спать намного раньше, а взрослые еще пол ночи сидели в гостиной и общались. Они убрали со стола и просто пили чай, вспоминая прошлое. Каждый чувствовал домашний уют и умиротворение, которые просто-таки витали в воздухе. И эта обстановка была настолько хорошей, что даже не хотелось идти спать. Первыми во власть сна сдались Иззи и Клэри. Они сидели рядом со своими мужьями, нежась в их объятьях. Спустя некоторое время, голоса друзей и родных стали сливаться в один поток слов, который звучал для уставших и беременных девушек, словно колыбельная. – Оооо, наши беременяшки уже почти спят, – с улыбкой сказал Магнус, смотря на Иззи и Клэри, которые положили головы на плечи своих мужей. – Солнце, ты спишь? – с такой же улыбкой спросил Саймон, заглядывая в лицо своей жены, которая упорно пыталась держать глаза открытыми. – Нет, я не сплю. Я дремаю, – сонно ответила Изабель, а все улыбнулись. – Ты тоже дремаешь, да? – спросил Алек у Клариссы, у которой уже тоже слипались глаза. – Именно так, я не сплю. Я все слушаю, – пробормотала Кларисса. – Все с вами ясно, девчонки, – усмехнулся Джейс, а Сай и Алек переглянулись и решили, что пора отправлять жен спать. – Ладно, мы, пожалуй, уже пойдем спать, – сказал Алек и стал подниматься с дивана, увлекая за собой и Клэри. Точно так же поступил и Саймон. – Всем спокойной ночи, – добавил парень, а девушки только сонно что-то пробормотали. – Спокойной ночи, дети, – с улыбкой ответила Мариза, вспоминая то, как постоянно засыпала на ходу, когда была беременна Максом. Парни, поддерживая любимых за талию, поднялись на свой этаж и, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по комнатам. Клэри к тому моменту немного проснулась. – Ты пока переодевайся, а я проверю, как там дети, – сказал Алек и тихо зашел в детскую, где спали двойняшки. Их комната была условно поделена на две части: одна для Элис, вторая – для Майкла. Комната была светлой и очень просторной, а большое количество игрушек радовало глаз. Так же в детской была обустроена игровая зона, в которой помимо мягкого ковра и разных игрушек, стоял столик и стульчики. Там дети часто любили сидеть и рисовать что-то, либо играть в какую-нибудь игру.       Сейчас малыши спали, поэтому Алек тихо подошел к ним, чтобы проверить их. Эли мило обнимала своего медвежонка, с которым практически не расставалась. Ей его подарил Рафаэль, поэтому игрушка была девочке особенно дорога. Умиляло еще и то, что этот мишка по размерам был почти такой, как сама Элис, поэтому спать с ним было очень удобно. Вот и сейчас девочка уткнулась носом в мягкую игрушку, обняв его маленькими ручками, и сладко спала. Алек поправил одеялко и подошел к Майку. Тот тоже спал с игрушкой, но это была небольшая обезьянка, которую подарил ему Саймон. На вопрос о том, почему именно обезьяна, Льюис ничего не ответил. Но его сдала Клэри, которая рассказала, что мама Сая часто называла его обезьянкой. К слову, это прозвище вновь прилипло к охотнику, и Бейн никогда не упускал момента так его назвать. Кларисса пыталась защищать своего парабатая, но и сама не заметила, как стала так его называть. Да, я не ошиблась, а написала все верно. В прошлом году, когда двойняшкам исполнился год, а Клэри окончательно пришла в форму, они с Саем прошли Церемонию парабатаев. Все испытания они прошли на отлично, поэтому в сентябре месяце осуществилась их мечта – их связали рунами парабатаев. Это было для них очень важным событием, потому что ребята дорожили своей дружбой, а эти руны стали своеобразным подтверждением того, что они – брат и сестра. – Ну как они? – спросила Клэри у Алека, когда тот вернулся обратно в комнату и стал переодеваться. Сама девушка уже была одета в ночную рубашку и даже расстелила кровать. – Все в порядке, спят без задних ног, – ответил Лайтвуд и подошел к кровати, удобно устраиваясь на ней. Клэри тут же прижалась к нему и положила голову ему на грудь. – Сегодня был очень хороший вечер, все прошло отлично, – сказала нефелимка, чувствуя, как на неё вновь наваливается усталость и сонливость. – Да, сегодня атмосфера была какой-то особенно домашней, что ли, – задумчиво ответил парень, проводя ладонью по волосам своей жены. – Да и приятно собраться всем вместе за одним большим столом. А ведь раньше за таким столом собиралось максимум шесть человек: родители, я, Иззи, Джейс и Макс. А теперь – девятнадцать человек, и это еще родители Корни не приехали с Софи, и Эби с Дэвидом и Джеем. – Да, семья намного увеличилась, и мне это нравится. Я всегда мечтала о том, чтобы у меня была большая семья и много детей, – сказала Кларисса, пытаясь не зевать. – Мечтам свойственно сбываться, милая, – произнес Александр. – У нас уже есть двое малышей, скоро родится третий. У нас именно та семья, о которой я даже мечтать раньше не смел. Я сейчас настолько счастлив, что даже представить страшно, – нефелим поцеловал Клэри в макушку и положил руку ей на живот. Он и сам не заметил, когда этот жест вошел у него в привычку. – Я тоже счастлива. У меня есть ты и наши дети, и я не знаю, о чем еще можно мечтать, – искренне сказала охотница. – Я самый счастливый человек в мире, – добавила она и провалилась в сон. Алек улыбнулся, услышав её мерное сопение, и еще раз поцеловал любимую в макушку. – Нет, это я самый счастливый человек, ведь у меня есть ты, – сказал он и после этого тоже позволил себе уснуть.       Наша жизнь – это череда каких-нибудь событий, которые сменяют друг друга, словно песчинки в калейдоскопе. Иногда мы не успеваем следить за тем, как быстро проходит наша жизнь; не понимаем, насколько счастливы мы от того, что живем здесь и сейчас. Алек и Клэри научились ценить каждый момент своей жизни и радоваться тому, что есть друг у друга. Сегодня они уснули в объятьях друг друга, а в соседней комнате сладко спят их сын и дочь. Но они даже не подозревают, что через пять месяцев у них родится еще одна маленькая принцесса, которую они назовут Кэтрин Мэри Лайтвуд. Это солнце будет точной копией своей мамы: такая же рыжая и зеленоглазая девочка с веселым характером и заразительным смехом. Но любовь к луку она возьмет у своего папы, который и научит её прекрасно стрелять, хоть и будет постоянно ворчать, что лук – это оружие не для девочек. И они еще совершенно не подозревают, что однажды у Эли проявится талант к рисованию, а Майк станет одним из самых выдающихся воинов, который в совершенстве будет владеть любым видом оружия. А Кэт, не смотря на то, что она сумеречный охотник, станет известной писательницей в мире примитивных, скрываясь под псевдонимом. В Сумеречном же мире она тоже добьется больших высот, ведь однажды её назначат советником Конклава.       В другой комнате так же сладко спали Иззи и Саймон, которые даже не догадывались, что через пять месяцев, в один день с Кэт, у них родится прекрасный сынишка, которого они назовут Кайден Льюис. Они и не знали, что Кай унаследует от отца красивый голос, и через много лет будет радовать всех родственников прекрасными песнями, исполняя их под аккомпанемент гитары, на которой будет играть Стив. Им еще не известно, что Мия и Эли однажды станут парабатаями, а Кай выберет себе в парабатаи Джаспера. Первыми же пройдут церемонию парабатаевив Стив и Майкл, которые соединят себя рунами, как когда-то и их отцы.       Об этом еще никто не знал, как и о том, что через несколько лет Рафаэль станет папой, взяв на воспитание примитивную девочку, родителей которой убьет вампир враждебного клана. Клан поначалу будет против, но всё же примет маленькую Амелию и будет оберегать её, как самое дорогое сокровище. Никто даже не мог предположить, что через много лет Конклав впервые закроет глаза на то, что вампир преднамеренно укусит человека, обращая его в вампира. А все потому, что это будет Рафаэль, который так и не смирится с мыслью о том, что его дочь когда-нибудь умрет, а он будет жить. Амелия обдумает все и сама попросит отца, чтобы тот обратил её, дабы они всегда были вместе. А Рафаэль не сможет долго отпираться и в день восемнадцатилетия девушки согласится на это, наплевав на соглашение и все прочее. И даже тогда он не будет подозревать, что Конклав позволит Амелии и Рафаэлю Сантьяго быть вместе всю оставшуюся вечность. Ами подружится со всеми охотниками, а Магнус вообще будет относиться к ней, как к еще одной внучке. А вот папочка Рафаэль – это самое милое зрелище, которое только можно представить, но пока что никто об этом не знает, поэтому им еще предстоит пережить множество прекрасных моментов. И это хорошо, что никто не знает о своем будущем, ведь это позволит им наслаждаться каждым событием, каждой прожитой минутой.       Впереди этих нефелимов ждет много всего, но все непременно будет хорошо. А пока что они спят, не подозревая ни о чем, и не стоит их тревожить. Пускай все идет своим чередом, ведь жизнь – это самая непредсказуемая, но в то же время и самая захватывающая вещь. Но мы точно знаем, что судьбу наших героев можно описать двумя словами – счастливое навсегда...