Ох уж эта женщина!

Вечер выдался на удивление погожим. Кажется, август решил доказать Сеулу, что лето еще не ушло, несмотря на приближающуюся осень. Дороги были идеально сухими, хотя на улице и было свежо как после дождя. Отвезя Гон Ри домой, секретарь Ким поспешил ретироваться, оставив Гон Шиль на попечение мужа и как-то странно улыбнувшись на прощание. Чжун Вон, явно уставший после празднования в кафе, хмурился, однако руль вращал не менее уверенно чем обычно. Гон Шиль улыбалась, глядя на его лицо, по которому скользил свет то от одной, то от другой неоновой вывески, коих полон вечерний Сеул. — Спасибо, — тихо сказала она, переведя взгляд на руки Чжун Вона, сжавшие в этот момент руль сильнее прежнего. — А? За что? — не понял Чжун Вон, коротко взглянув на Тэ Ян и снова сосредоточившись на дороге. Машин сегодня было непривычно мало, но зато они то и дело внезапно выскакивали из-за угла, словно сговорившись. — За этот день. Я бы и вправду ничего не вспомнила о нашей свадьбе, если бы не ты. — Это всё Гон Ри. Благодари её. Если бы не она, я бы и не подумал о таком, — признался Чжун Вон, вздохнув. По правде говоря, ему было стыдно за это. Ведь Гон Шиль доверилась ему, а в итоге он оказывается менее внимательным, чем её же сестра. Думая об этом, Чжун Вон едва не проскочил на красный сигнал и из-за этого чуть не сбил переходившую дорогу женщину. Чертыхнувшись себе под нос, Чжун Вон устало потёр глаза. Не хватало ему ещё проблем с законом. — Всё хорошо? — Гон Шиль взволнованно хватает Чжун Вона за руку, смотрит на него обеспокоенно. Она слегка хмурит лоб, отчего на нем залегает узкая горизонтальная морщинка. Чжун Вон улыбается. — Лучше некуда, — почти шёпотом отвечает он и, переключив передачу, берёт Гон Шиль за руку и сжимает её. Как он и обещал, как он и задумывал, она безраздельно принадлежит ему. Если считать венчание чем-то стоящим, то их брак даже благословлен Всевышним. Если там вообще кто-то есть. После встречи с Гон Шиль Чжун Вон готов был поверить даже в это. Тэ Ян улыбается — это Чжун Вон видит боковым зрением — и он начинает гладить ладонь жены большим пальцем. — Скоро будем дома, — объявляет он, улыбаясь. Гон Шиль отчего-то покраснела, наклонила голову чуть вперед и прикусила губу. Чжун Вону было не совсем понятно, в чем дело, еще буквально пару минут. Потом только он понял, что теперь им предстояло перейти последний барьер. Все мосты уже сожжены, а значит, пути назад нет. Последнее препятствие на пути к тому, чтобы Чжун Вон имел полное право называть Гон Шиль своей женщиной. В полной мере. Не только душой и сердцем, но и телом. Боги, сама мысль об этом будоражила воображение. Он ведь так ни разу и не… касался её. Не мог себе позволить. Словно бы Гон Шиль была слишком большим и священным сокровищем. Не то чтобы запретный плод, но вроде того. Желанная. Однако Чжун Вон умел ждать как никто другой. И дождался-таки. Особняк Чжун Вона встретил их запахом корицы. Здесь было как-то по-особенному уютно и тепло, и Гон Шиль казалось, будто, перейдя порог этого дома, она очутилась под большим пледом с чашкой чая в руках. Они поднялись на второй этаж. В доме у Чжун Вона было непривычно просторно и светло. Гон Шиль буквально сжалась, чувствуя себя совершенно крохотной в этом мире богатства и роскоши. Да и в голове как-то не укладывалось всё происходящее. Девушка прикусила губу и вдруг остановилась около двери в спальню. Чжун Вон обернулся и взглянул на Гон Шиль. — Всё в порядке? — Да… только… — Гон Шиль смущенно опустила взгляд. — В чем дело? — Чжун Вон сунул руки в карманы брюк и повернулся к девушке всем телом, спокойно глядя на новоиспеченную супругу. — Может, выпьем немного? Мне… немного страшно, — призналась она, неловко взглянув на мужчину. Тот нахмурился и взял Гон Шиль за плечи, а затем резко, но без грубости притянул ее к себе. — Тебе нечего бояться, когда ты рядом со мной. К тому же мне меньше всего хочется в свою первую брачную ночь изгонять из жены призраков, — шепчет он, усмехаясь. — Прости-и-и-и, — тянет Гон Шиль и смешно, совсем по-детски выпячивает нижнюю губу. Этот простой жест умилял настолько, что Чжун Вон невольно улыбнулся. — Все в порядке. Но пить я тебе не позволю. Гон Шиль улыбнулась и кивнула. Чжун Вон открыл и придержал перед ней дверь, лишь затем зашел и сам. Чжун Вон улыбнулся и приобнял Гон Шиль со спины, уложив голову на ее плечо. — Я попросил кое-кого подготовить комнату к нашему приезду… — прошептал он, аккуратно целуя девушку в щёку и улыбаясь. — Тебе нравится? Гон Шиль смущенно кивнула. Ещё бы. Прежде никто и никогда не зажигал для нее десятки красных, белых и нежно-розовых свеч, не расставлял их по всей комнате так, что создавалось ощущение, будто бы она находится не в спальне, а как минимум где-то очень и очень близко к звездам. — Спасибо, — она тепло улыбается. Руки Чжун Вона аккуратно поворачивают ее так, что Те Ян оказывается к нему лицом. Его губы едва ощутимо касаются её лба. Гон Шиль прикрывает глаза, наслаждаясь их теплом, теплом рук Чжун Вона. Её пальцы нерешительно ослабляют галстук Чжун Вона, и мужчина, сглотнув, мягко целует Гон Шиль. Он прижимает ее к себе так, словно бы боится однажды потерять. Он редко показывал это, но в эту ночь иначе нельзя. Чжун Вон действительно не мог позволить себе потерять Гон Шиль. Он целовал ее аккуратно, бережно, улыбаясь в её губы и осторожно поглаживая спину жены. Пути назад уже нет. Она целиком и полностью принадлежит ему. Галстук, рубашка и пиджак оказываются где-то в стороне. Чжун Вон лишь краем глаза следил, чтобы они ненароком не задели свечи. Гон Шиль чувствовала его тяжелое дыхание, но ощущала так же и тепло его прикосновений. Трепетные, осторожные и ласковые руки скользили по бедрам, от них переходили к спине. Тихое и долгое жужжание молнии платья. Чжун Вон улыбался, чувствуя, как слегка дрожат её пальцы, гладящие и слегка сжимавшие его волосы. Наверное, в таких прикосновениях он и находил счастье. По малейшему трепету легко понять, как на самом деле к тебе относится человек. В прикосновениях Гон Шиль было море любви. — Не бойся меня. — Как я могу бояться своего убежища? Чжун Вон аккуратно высвободил Гон Шиль из платья, отложил его в сторону. Улыбнулся и, нежно придерживая девушку, уложил ее на постель, склоняясь и целуя ее шею. Гон Шиль отклонила голову набок и прикрыла глаза. Расслабиться в его руках — это то, чего она так боялась прежде. Но теперь всё иначе. Теперь ей совсем не страшно прижаться к нему так сильно, как хотелось. Теперь ей никогда не будет страшно заснуть с ним в одной постели. Потому что Чжун Вон входит аккуратно и неторопливо, целуя шею и ключицы Гон Шиль, потому что он шепчет ей на ухо о том, как сильно любит её, потому что каждое его слово — чистая правда. Потому что он прижимает её к себе, целует в лоб, позволив уютно устроиться головой на своей груди. Гон Шиль улыбается, легко касается губами его высокой скулы. Чжун Вон с нежностью смотрит на жену и гладит её по голым плечам, поправляя на ней одеяло. Они не разговаривают. Они постепенно переводят дыхание, счастливые и довольные, осознающие то, как им повезло найти друг друга. Им не нужны лишние слова. Им достаточно слышать дыхание друг друга. Они близки настолько, что молчание нисколько не нагнетает.