В плену его взгляда

Остров Юктус. Особняк наследного принца Утро следующего дня началось слишком рано. Едва за окном, которое скрывали тяжелые шторы, забрезжил солнечный свет, как в замочной скважине стал проворачиваться ключ. Собственно именно это вторжение и заставило Рэйза резко подскочить на кровати и без каких-либо признаков сна метнуться к противоположной стене. Мальчик спрятался так, что при открытой двери находился как раз между створкой и стеной. Подобное положение было и выгодно, и нет. С одной стороны, вошедшему представлялась абсолютно пустая комната, с другой же, если этот некто все же додумается посмотреть за дверью, то укрытие преобразуется в надежный угол, выбраться из которого не представлялось возможным. Все эти мысли пронеслись в голове Рэйза за то короткое мгновение, что понадобилось на поворот ключа и открытие двери. Юкай сам от себя не ожидал подобной прыти, и сейчас стоял, вжавшись в стену, и старался дышать не слишком часто. В спальню кто-то вошел и замер, скорее всего, пытаясь отыскать поселившегося здесь пленника. Рэйз надеялся, что его не заметят и наконец-то оставят в покое, но Видерварг дураком не был и прекрасно понимал, что просочиться сквозь решетку на окне или же пролезть через узкую щель между дверью и полом мальчик просто физически не смог бы. Прикинув, где в этой комнате можно затаиться, Вид переступил через порог, закрыл дверь и наткнулся на испуганного, сжавшегося в безнадежной попытке казаться меньше Рэйза. - Прекрати ты трястись, никто не собирается тебя убивать, - раздраженно прошипел Вид, хлестая хвостом по своим ногам. Юкай понимал, почему мальчишка так напуган, но не собирался проявлять по отношению к нему хоть толику сочувствия или жалости. Его никто и никогда не жалел, и он не собирался проявлять доброту по отношению к другим. - Сейчас же выползай из своего угла и иди сюда, - скомандовал Вид, радуясь представившейся возможности приказывать другим. – Тебе и так предстоит нелегкий день, так что не зли принца с самого утра, - пробурчал юкай себе под нос. Он подошел к столу, не сомневаясь, что мальчишка выполнит, что сказали, и с силой опустил на отполированную до блеска поверхность тяжелый поднос, что держал в руках. Рэйз пусть и был пленником в особняке, но никто не собирался морить его голодом. По крайней мере никаких распоряжений на счет питания Эйгенвилиг не отдавал. Новости, которые потом обрастали массой подробностей и становились банальными сплетнями, со скоростью ветра распространялись между слугами, поэтому не было ничего удивительного, что кухарка была осведомлена о новом жильце. Ведь готовка была ее прямой обязанностью. А так же она знала, что предстоит делать нынче днем маленькому юкаю, поэтому приготовила ему легкий завтрак. К тому моменту, как проснется наследник, мальчик должен был быть накормлен и готов к приходу высокопоставленного тюремщика. Рэйзенд честно попытался съесть все, что валет принца выставил с подноса на стол. Вот только под пристальным и раздраженным взглядом Вида даже маленький кусочек не хотел оказываться по месту назначений и сухим комком вставал в горле. Да и сидел парнишка на самом краешке стула, постоянно елозя на мягком сидении – слишком нервировала его предстоящая неизвестность этого дня. Вид наотрез отказался говорить о чем бы то ни было и даже вскользь брошенное замечание о прекрасной погоде оставил без ответа. Рэйзу же ничего не оставалось, как ковыряться приборами в еде, пытаясь не забивать голову нехорошими мыслями. А те, как на зло, норовили как можно прочнее уцепиться за теплое место. - Поел? – не слишком вежливо спросил Вид, сдувая упавшую на лоб челку. – Тогда пошли мыться, - заявил юкай и скривился так, словно Рэйз минимум месяц и близко не подходил к воде. Мальчику стало даже несколько обидно, поскольку грязным он себя никогда не считал и постоянно следил за тем, чтобы короткая шерсть, росшая на ушках, была мягкой и шелковистой. Рэйзенду ничего не оставалось, кроме как последовать за подорвавшимся с места валетом, который быстрым шагом, почти что бегом, направлялся к неприметной двери в углу комнаты – мальчик не заметил ее, скрытую ширмой, сразу и теперь корил себя за неосмотрительность. Уже через двадцать минут полностью готовый юкай стоял перед наследником и молчаливо уговаривал себя не ежиться под оценивающим взглядом, будто липкой рукой, оглаживающим его. Светлые волосы мальчика Вид гладко зачесал, из-за чего уши были непривычно оголены, и нервно вздрагивали от любого дуновения. Одели его не в пример тому, что было на нем прежде. Темно-красный приталенный костюм смотрелся на Рэйзе нелепо и совершенно не шел мальчику, но принц довольно кивнул, пояснив Адирантэлю, что на портрете, отосланном вампирам, он был облачен именно в бордовые тона. Эльф согласно кивнул и вновь уставился на Эйгенвилига влюбленным взглядом. Его нежные чувства к наследнику явно давно переросли в наваждение, которое никто уже не был способен искоренить из души. Юкай прочно обосновался в сердце мага, и тот просто не понимал, что творил, готовый на все ради одного одобрительного взгляда или слова со стороны предмета своего обожания. Эйгенвилиг же, закончив пристальный осмотр своего умнички, продолжил наслаждаться завтраком, ведь повариха в этот раз расстаралась изо всех сил, просто поражая своим умением готовить. Рэйзу, конечно же, не было предложено даже просто посидеть, что уж говорить о том, чтобы разделить вместе трапезу. Видерварг со спокойным видом стоял рядом с мальчиком и лишь изредка, будто невзначай, касался ладонью спины Рэйзенда, в глупом желании успокоить. Как бы не пытался он искоренить в себе обычное юкайское участие, у него это все равно не получилось. Если Виду уже нечего было терять – он слишком глубоко увяз в обществе наследника и почти привык вести себя как последняя сволочь по отношению к другим, - то Рэйза еще можно было спасти, выдав замуж за этого вампирского аристократа. Возможно, тот не так уж и плохо бы обходился со своим мужем: уж точно лучше, чем это делал Эйген, понятия не имевший о чем-то вроде нежности и ласки. - Умничка… Умничка моя… Рэйзенд! – не вытерпев, рявкнул наследник, когда понял, что маленький юкай дико испуган и его сознание явно на мгновения покинуло бренное тело, путешествую по более интересным местам. - Д-да? – запинаясь и не скрывая своего страха, который плескался в широко распахнутых глазах, отозвался Рэйз. - Умничка моя, - вновь приходя в хорошее расположение духа, промурлыкал Эйгенвилиг, заставив мальчика вздрогнуть от напряжения. – У нас с тобой не так много времени, чтобы превратить тебя, - он сделала ударение на последнем слове, - замухрышку и шлюшку и некое подобие аристократа. Ты не посмеешь ударить в грязь лицом и покажешь себя в самой лучшей стороны. Ведь ты будешь в моем обличие, и если я замечу, что ты сознательно или неосознанно делаешь какие-то ошибки, порочащие мою репутацию, то даже скорый брак с кровососом тебя не спасет от незавидной участи. Тебе понятно? – промурлыкал наследник и одним движением поднялся с глубокого кресла, в котором сидел, расслабленно развалившись, до этого. - Да, я все понял, - Рэйзенд взял себя в руки, и его голос стал более твердым и уверенным. Вид подумал, что, наверное, у мальчика созрел план. А когда есть намеченные действия, живется гораздо легче и спокойнее, ведь все, что необходимо сделать, это следовать плану и выполнять раз за разом его пункты, достигая последнего и конечного – поставленной цели. Эйгенвилиг, прищурившись, внимательно посмотрел на мальчика, но не увидел никакой опасности с его стороны, хотя тот и начал вести себя более уверенно. - Итак, - многозначительно произнес наследник, сделав эффектную паузу, которую никто не оценил, - до свадьбы осталось три дня, и за это время ты, - когтистый палец уткнулся в сторону Рэйза, - должен научиться всему, что может тебе понадобиться. В основном это нормы ведения светской беседы и поведения за столом. Также зазубришь свой ответ на церемониальный вопрос, - на этой фразе принц вышел из комнаты, оставив растерявшегося юкая на своего валета и своего любовника. Почему-то Рэйзенду и мысли такой не приходило. А ведь действительно ему нужно научиться вести себя в обществе и начать походить на принца манерами, чтобы ни у кого из аристократов не возникло подозрений.

: : :

Эти три дня, наверное, были самыми трудными в жизни Рэйзенда. Видерварг, несмотря на все свое сочувствие, просто упивался властью над маленьким юкаем, которой его наделили наследник, приказав лично следить за обучением и собственно учить мальчишку. Адирантэль радовался, что Эйгенвилиг не проявлял к мальчику особого интереса, не мешал его обучению и вообще крайне редко навещал гостиную в дневное время. Единственной отрадой юкая были свидания, состоявшие все из того же сотканного из воздуха зеркала, с Зарлихом. Его брата перевели в гораздо более комфортную комнату: бежевые стены с высокими потолками, к одной из которых была пристроена узкая кровать, а к другой – низкий комод и стол с двумя стульями, жесткими даже на вид. Светловолосая макушка каждый раз поднималась, являя Рэйзенду личико без каких-либо следов насилия, в глазах была тоска и грусть, но не было отчаяния загнанного зверя, также как не было боли или страха. Видимо, Эйгенвилиг решил держать свое слово и обращаться с пленником вполне прилично. За это поддержание мира и покоя в душе брата Рэйз был готов на все, чем и пользовались ‘учителя’, стремясь привить мальчику ту или иную манеру поведения. За время своего обучения Рэйз усвоил помимо некоторых глобальных вещей еще и много маленьких нюансов. К примеру, если на колени клалась салфетка бежевого цвета, то это означало, что гость не собирается пить алкогольные напитки, довольствуясь их искусными заменами, которых в приличных домах было с избытком. Если к лицу поднималась левая рука со слегка расставленными пальцами, то слуги немедленно заменяли блюдо на более горячее, считая, что то, что стоит перед гостем уже остыло из-за полного игнорирования во время бурных разговоров с соседом по столу. И много еще таких вот вроде бы ничего не значащих, но имеющих большой вес жестов, о которых раньше Рэйз не имел ни малейшего понятия, совершенно не задумываясь о подобных вещах. Эйгенвилиг остался доволен своей умничкой, когда за день до приезда вампиров на Юктус вывел Рэйзенда ‘в свет’, и мальчишка не ударил в грязь лицом. Он не просто показал себя с лучшей стороны – ему удалось обмануть аристократов, которых с младенчества учили особенностям и тонкостям придворного этикета.

__ __ __ __ Оставляйте, пожалуйста, комментарии)) Мне интересно знать ваше мнение)