В темноте

Выхожу из квартиры в очередное утро. Вызываю лифт, долго вожусь с замком, а лифт уже приехал. Боковым зрением вижу, что не пустой, говорю: «Подождите секундочку». Наконец, справившись с щеколдой, поворачиваюсь, и ключи чуть не падают у меня из рук. Он. Улыбается. Захожу в кабинку, а сердце стучит где-то в горле. Первый раз я так рядом с ним. Лифт трогается, и, проехав один-два этажа, внезапно дёргается и останавливается. Свет погас. Боже, как он близко. В темноте обоняние обостряется, и я слышу легкий запах его духов, терпкий, хочется надышаться им до потери сознания, чтобы он навсегда остался во мне. Жму на кнопку вызова диспетчера. Ах, какая жалость, никто не откликается. Вдруг, лифт дёргает так, что я, не удержав равновесия, чуть не падаю, оперевшись на стенку, возле которой он стоит. Так удачно оперся, что мои ладони, прижатые к стене, оказались по обе стороны от его лица. Его глаза блестят в темноте. Не могу сдержать себя , отключив мозг, нахожу его губы и прижимаюсь к ним своими. Получаю ответ, будоражащий меня своим напором, страстью, желанием. Длинные руки обвивают мою шею, зарываясь кончиками пальцев в волосы, беспорядочно водят по спине. Кислорода не хватает. Нет, я не в силах оторваться от этих губ, мягких, податливых, таких страстных, так долго желанных. Я люблю его. Смутно понимаю это именно сейчас, именно в этот момент. Задыхаюсь и всё-таки отстраняюсь от него. Целую его лицо, прижимаясь губами к его нежным щекам, вискам, закрытым глазам. Он поворачивает красивую голову, подставляя мне длинную шею. Приглашение принято, и я, сняв с нас обоих куртки и возбужденно урча, целую, вылизываю, покусываю тончайшую кожу. Просто поразительно, как меня это возбуждает, увлекаюсь и долго, с упоением, терзаю его шею. Тихий, нетерпеливый стон срывается с его губ, и я, словно очнувшись, прижимаю его к себе, шаря руками под его свитером и затягивая парня в жаркий поцелуй. От моих прохладных рук он вздрагивает и теснее прижимается ко мне так, что я чувствую его возбуждение. Трусь об него, заставляя наше дыхание сбиться. Он слегка обвивает своей ногой мою, и я понимаю это как призыв к действию. Не отрываясь от его губ, расстёгиваю сначала его, потом свои брюки, стаскиваю их вместе с бельём, бросаю на пол. Опускаюсь на колени, целую головку эрегированного члена. Он изгибается мне навстречу, сдавленно стонет. Но я слишком хочу его, чтобы продолжать прелюдии. Провожу пальцами по его губам. Он всё правильно понял, открывает рот, запуская их внутрь, тщательно обсасывает с нескрываемым удовольствием. Господи, почему я не вижу его лица в этот момент?! Судя по его тихому сладкому постаныванию, пальцы возбуждают его не меньше, чем меня – шея. Он выпускает мои пальцы из горячего рта, призывно закидывает ногу на мое бедро. На ощупь нахожу его анус, другой рукой сжимая его упругие ягодицы. Он шипит и сильно опирается на моё плечо, почувствовав в себе палец. Нежно-успокаивающе целую его напряженную шею, обвожу языком острый кадык. Когда я добавляю уже третий палец, он выгибается ещё сильней и стонет от наслаждения, пытаясь насаживаться на пальцы ещё глубже. Убираю их, вхожу в него, вырывая болезненный всхлип. В глазах вспыхивают фейеверки, так он умопомрачительно девственно тесен. Через мгновение он уже резко насаживается на мой член, пошло и громко постанывая. Тесная тёмная кабинка становится ещё теснее. Её наполняет свежий запах его духов и аромат похоти и секса. Он в последний раз опускается и, совершенно забыв, что мы в лифте, громко кричит, кончая и заливая спермой мою рубашку. Плевать. Его мышцы сжимаются в оргазме, и я кончаю следом, впившись зубами в его ключицу. Руки ещё обнимают меня, губы находят мои. Однако мы забыли счёт времени. Сколько мы пробыли здесь? Какие мелочи, какая чушь. Хотя выбраться всё-таки нужно. Помогаем друг другу одеться, поочередно жмём на все кнопки, и лифт, снова дёрнувшись, едет вниз. Даже странно, что трос не оборвался от нашей пылкой любви. Выходим из подъезда. Он смотрит на меня в ожидании. – Нам нужно выпить, - произношу я. Он согласно кивает, и мы идём вместе. Первый раз наши пути совпали. Первый и навсегда.