Days Before You Came

Прошло около 4 часов после того, как Карпачёв подвёз меня до «любимой школы», где мы и встретились с Сашей. Саша был одним из моих лучших друзей. Ему никогда ничего не приходилось объяснять. Он понимал всё, только глянув на меня. С Сашей я мог быть самим собой. Мне не приходилось натягивать на себя маски, делать вид, что у меня все в порядке. Я всем сердцем надеюсь, что он останется со мной надолго. Я не хочу повторить прошлую историю. При одной только мысли об этом у меня на глаза наворачиваются слезы. Хочется свернуться калачиком и рыдать навзрыд. Сколько у нас на планете одиноких людей... Кто-нибудь вообще задумывался об этом? Я часто задаюсь этим вопросом. Сколько разбитых сердец, неисполнимых мечт, слёз, расставаний и неразделённой любви. Так печально осознавать, что и я вхожу в их число... Тем временем мы с Сашей шли в наше излюбленное место. Оно находилось при выезде из города. Там, так сказать, собирались отбросы нашего городка. Я очень люблю это место. Я стараюсь особо не высовываться, но все меня там знают и принимают таким, какой я есть. За пару метров из колонок уже был слышен прекрасный голос моего любимого певца. Я мысленно улыбнулся и начал подпевать. Whenever I was feeling wrong Когда мне было плохо, I used to go and write a song from my heart В моей душе рождались песни. But now I fear I've lost my spark Но теперь, боюсь, я утратил ту искру, No more glowing in the dark for my heart И моё сердце лишено того свечения во тьме. Мой второй лучший друг — Маша. Она всегда говорила, что у меня талант к вокалу и мне нужно выступать на сцене. Забавно. Выступление со страхом сцены и панических атак. Ахуенно, люблю свою жизнь. Порой, когда жизнь помотает тебя, как листочек осеннем вечером, я иду к морю с гитарой и начинаю брынчать. Особенно люблю петь ночью в нардосты, когда вокруг нет людей, ветер дует тебе в лицо и ты можешь выпустить песней то, что гложет тебя внутри и разрывает на маленькие кусочки, пока не появится тот человек, который сможет собрать эти маленькие кусочки и сложить из них обратно тебя. Из моих непрекращающихся раздумий меня вывела Маша, накинувшаяся мне на шею. Порой я даже завидовал Маше в её открытости. Конечно, она не была так открыта и мила с другими людьми. Маша так же, как и все мы, с другими была маленьким ежиком, который при одном прикосновением выпускает шипы и ранит окружающих. В правой руке Маша держала одноразовый прозрачный стакан с жёлтой жидкостью. Судя по запаху, исходившего от неё — это был не первый стакан. Да и внешний вид Маши был похож на вид Хованского после трёх стаканов пива на версусе. В голове возник образ Хованского, только с головой Маши, которая судит какого-то МС. Жёсткое зрелище. — Ну что, ребятки, готовы расслабиться? — спросила подруга. — Ещё как! — подхватил Саша. Мы прошли в центр происходящего, и я сразу почувствовал себя как дома. Все были чем-то увлечены. Кто-то сидел и попивал различные жидкости, кто-то сидел у бочки с огнём и подпевал Молко, а кто-то сидел в уголке и занимался более интересными делами. Одними из низ были мои знакомые Алина и Алёна. Алина держала свою соседку за талию и приветственно улыбалась мне. Я улыбнулся в ответ, и мы с друзьями пошли дальше. У тех, кто здесь обитает довольно, давно есть потайные места, где можно поговорить без посторонних ушей зная, что тебя никто не подслушает. Конечно, многим это подавно неинтересно, но предосторожность не помешает. Мы прошли мимо гаражей под мостом в лес. Это место мы обнаружили ещё более трёх лет назад. Оно нам сразу понравилось, и мы дали понять, что оно наше. С годами мы его немного оборудовали. Теперь здесь стоит доисторический диванчик, 2 кресла и небольшой столик. Саша, как обычно, первым делом плюхнулся на диван и достал свою заначку с порошком. Мы с Машей сели на кресла напротив, положив ноги на стол. — Чувак, — начал я, — может не сейчас? Он с жалостью посмотрел на меня. Его глубокие карие глаза наполнились мукой. Саша особо не был зависим от наркотиков. Они ему помогали на время снять с плеч тот груз, который мир нагрузил на него. Я это понимал, но мне нужно было поговорить с ним в трезвом состоянии. — Кхм, ну, вчера был наш первый день на том шоу. И, как видимо, вы уже поняли, что все прошло не так уж гладко. — Ох, ну неужели, ты наконец-то соизволил рассказать нам как всё было! Я тебе вчера звонил несколько раз! Почему ты не отвечал?! Я волновался, как никак,— в голосе друга проскальзывали истерические нотки. — Вот как раз об этом я хотел поговорить. У нас было задание провести время втроём на пикнике. Закончилось всё тем, что мой отец кинул мне в глаз камень. Ну, я психанул и побежал в лес. Там меня нашёл тот телеведущий, Карпачёв. Я на ночь остался у не... - СТОП, ЧТО? — начал Саша.— Я правильно понял, что ты остался на ночь у какого-то незнакомого мужика? Ты не мог позвонить мне? Или Маше? Вдруг он маньяк, который похищает таких несчастных подростков, как мы, а потом сдирает с них кожу и продаёт в Швецию? Я уставился на Сашу. Он никогда не нес подобного бреда. Если не был под кайфом. В данный момент, я усомнился в его адекватности. — В любом случае, он со мной ничего не сделал. Наоборот, помог. Да и собака у него милая. Саша фыркнул и уставился в пол. — Вы только посмотрите на него. Собака милая. Всё это время Маша тихо сидела и молчала, внимательно смотря куда-то между деревьев. — Эй, Маша. Ты слышала это? Собака у него милая. Пиздец... — М?— последовало от неё. — Ты вообще слышала о чём сейчас говорил этот придурок? — Прости, я задумалась,— Маша виновато посмотрела на меня. — Ничего, всё в порядке. Что у тебя стряслось? — Да так, всё как обычно, ничего нового. Вы меня извините, но мне надо пойти поговорить с Алиной.— подруга подорвалась с места и быстрым шагом направилась обратно к косту. Мы с Сашей остались наедине. Он упорно избегал моего взгляда, смотря куда угодно, но только не на меня. Я встал со своего кресла и пересел к нему на диван. — Ну, прости меня,— начал я.— Виноват. Мне следовало позвонить тебе и сказать, что я в порядке. На это Саша лишь только фыркнул, и я продолжил. — Я правда ценю твою заботу. Это очень много для меня значит. Ты для меня много значишь. Прости. Ну, прости меня... Саша украдкой взглянул на меня. —Ты тоже много для меня значишь, кусок дерьма. Я всё ещё на тебя обижаюсь, но не так сильно, как до этого. Я улыбнулся и нагнулся, чтоб поцеловать Сашу. Он ответил мне на поцелуй, и мы так и заснули на узеньком диване, согревая друг друга своими телами.