Давай устроим этому миру протест

Примерно к двум дня все проснулись, я слышал их тихие сонные голоса. В постели я был один, надеюсь, то, что произошло ночью, был лишь сон. В гостиной тихо бормотал телевизор, а подростки с припухшими лицами всё ещё пытались проснуться. Я стоял в дверном проёме и наблюдал за тем, как Джош убирает следы вчерашней ночи. — Почему я один убираюсь? — взвизгнул он, закидывая очередную бутылку в мусорный пакет, где она звонко стукнулась об другую. — Потому что вчера ты не донёс содержимое своего желудка, и оставил его в промежутке между ванной и туалетом. И это убирал я. Так что заткнись, Джош, — высказался в ответ Брендон и кинул в кудрявого бутылкой из-под колы. Относительную тишину прервал дверной звонок. — Я открою, — буркнул я и направился к двери под удивлённые взгляды друзей, которые до этого меня, видимо, не замечали. Щелчок замка и теперь передо мой стояла Холзи. — Ой, чот ты не оч, Тай. Тебе бы опохмелиться, — улыбнулась синеволосая и зашла в квартиру. — И тебе доброе утро, Холзи. — Эй, я принесла кофе, — крикнула девушка, пока шла до кухни. — Что? Кофе. Ты грёбаный спасатель! — взвыл Пит и ломанулся за кружкой. Джош поставил на плиту чайник и закончил убирать пустые бутылки. — Сделаешь мне кофе? — спросил Дан, совершенно равнодушно обратившись ко мне. — Конечно, — с небольшой дрожью в голосе ответил я и протянулся за кружками. Кудрявый сел в кресло-качалку и, как и все, залип в телевизор. Либо вчера ничего не было и мне действительно приснилось, либо для него это так же обычно, как и кофе утром? И, честно, мне стало грустно от этого. Прежде со мной такого не было. Я влюблялся, конечно, но это происходило после длительного общения, когда мы были уже отличными друзьями, и то, это были девушки. А тут я буквально перестал его ненавидеть и влюбился за один день. Свисток чайника вывел меня из мыслей, и я разлил кипяток по кружкам. Четыре я поставил на обеденный стол, ещё две нес в руках, одну Холзи, вторую для Джоша, который даже не улыбнулся в ответ, никакого внимания в мою сторону. Я сел на пол рядом с Патриком и уставился в телевизор, но в голове, будто песня на повторе, крутились слова Джоша «тише, мальчик, тише», сказанные так возбуждающе. — Так что, вы парни типа переспали? — вдруг подал голос Патрик, бегая глазами от меня к Джошу. — Нет. Мы просто спали, Пат. Не надо раньше времени вписывать нас в ваш гейский кружок, — фыркнул кудрявый. — Но вы уже вошли в топ трёх самых горячих гей парочек, — влез Даллон, который очень сосредоточено разглядывал затылок Брендона, на котором творился какой-то взрыв, волосы торчали абсолютно во все стороны. — Надеюсь, мы хотя бы на первом месте, — усмехнулся Дан, впервые посмотрев на меня. Знаете, есть такие фейерверки, которые громко взрываются, занимая большое пространство на небе, и освещают всё как днём? Что-то примерно такое же творилось в глазах Джоша, взрывалось и освещало всё вокруг. Мне оставалось лишь ухмыльнуться и залиться краской, это было слишком неловко. — Мой дед вернётся через час, кто хочет остаться со мной? — бодро спросил кудрявый. — О нет, — в унисон отозвались все и начали собираться. Покинув квартиру, ребята решили погулять, ну, а я, в силу недосыпа, отправился домой. Идти было ужасно лень, всё тело тянуло тупой болью, голова гудела, а солнце нещадно слепило глаза. Еле поднявшись на первый этаж, я решил до второго, на котором я жил, ехать на лифте. Кажется, я совсем безнадёжен. Когда двери лифта за мной почти закрылись, в кабину вдруг забежала соседка. Кажется, её зовут Дженна и она старше меня на пару лет. — Эй, родители в курсе твоих бурных вечеринок, Тай? — её звонкий голос заставил меня взбодриться. — Конечно же нет. Иначе, они бы меня и на улицу-то не выпустили, — я криво улыбнулся, разглядывая надписи на дверях. — Настучать им что ли на тебя, — она мило захихикала, а я, как последний мудак, залип на её грудь, потому что она любит большие вырезы. О да, пару раз, когда я дрочил, я представлял её. Боже, Тайлер, хватит думать об этом. Лифт остановился, и я, будто очнувшись, резко сделал шаг вперёд, почти выбегая. — Увидимся ещё, — крикнула она, прежде, чем двери закрылись. Я встряхнул головой и, подойдя к квартире, попытался открыть дверь, что выходило погано. Я открыл её с четвёртого раза. Мда, Джозеф, совсем скатился. И когда я начал открывать дверь, я вдруг вспомнил про пирсинг, о котором мои родители вообще-то не знали. Мать была на кухне, я согнулся, сделав вид, что вожусь со шнурками, и быстро вынул пирсу. — Тайлер, может объяснишься? — как-то очень внезапно мама оказалась слишком близко, отчего моё сердце забилось чаще. — Я… Был у друга. Мы смотрели фильмы и я уснул. Вот, — выпрямившись, пытаясь избегать маминых глаз, ответил я. — А телефон? Где твой телефон? Я звонила тебе весь вечер, — она начала повышать голос, что меня, в свою очередь, начинало бесить. — Оу, кажется, я забыл его у Джоша, — я медленно направлялся к своей комнате. — Совесть свою не забыл? — Отстань, мам, я уже не маленький, чтобы постоянно держать тебя в курсе того, где я и с кем. — Ты несовершеннолетний, за которым нужен контроль. — Отвали, — я хлопнул дверью и упал на кровать, после чего, о чём-то задумавшись, просто отрубился. Вечером пришлось возвратиться к Дану, чтобы забрать телефон. Я звонил в дверь уже около пяти минут и слышал только собачий лай и что-то типа «не будь жопой, открой дверь». Дверь открылась, и на пороге стоял Брендон, который почему-то удивился и крикнул Джошу, что это я. Стянув кеды, я прошёл в гостиную, где на диване под одеялом растянулся заспанный Джош, а рядом в уголке сидел Брендон и уплетал мюсли. — Брен, я не знал, что ты всю жизнь хотел стать молочником! Чудесные молочные усы, бро, — хихикнул я. — Заткнись, жалкий человечишка, не способный даже на создание творога, мои молочные силы покарают тебя. — Каким образом? — я усмехнулся, увидев, как у Ури молоко пошло носом от злости. — Фу, боже, чувак, твои молочные силы работают через нос? — Дан начал ржать, прячась под одеялом. — Да чтоб у тебя писюн отсох, — брюнет рванул в ванную, постоянно кашляя. — Джош, телефон мой не находил? — я обратился к кудрявому. — Эээ, нет, можем поискать его в комнате? Я прошёл комнату Джоша и увидел полный срач, не удивлюсь, если не найду этот ебанный смартфон. Следом за мной зашёл кудрявый, закутавшийся в одеяло. А сонный он довольно милый. Джош сел на подоконник и закурил, я сделал тоже самое, пока швырял из стороны в сторону всякие шмотки и предметы интерьера, разбросанные по комнате. — Чувак, завтра мы собираемся поехать на фест. Тут недалеко. Ты с нами? — спросил Дан, выпуская струйку дыма в окно. — Не думаю, что мои родители меня отпустят, — я поднял какую-то футболку и, заинтересовавшись рисунком, развернул её, где увидел единорога, мда. — Да ладно тебе, мы поедем где-то в пять вечера и к часу вернёмся, скажешь, что гулял. — Эээ, а что за фест? — продолжая перебирать бардак, спросил я. — Он бесплатный, пара моих друзей организовывает его. Будут играть всякие неизвестные группы и диджей из округи. Думаю, там будет не много народа. — Круто. Надеюсь, я вырвусь, — переворачивая кровать вверх дном, буркнул я. — И, эй, насчёт ночи. Я… Я просто был сильно пьян, окей? — я резко повернулся к нему лицом, парень прищурился и выкинул окурок. — Да, всё нормально, я сам был не в нормальном состоянии, — отчего-то эти слова мне дались с трудом. Маленькая моль засела в моём сердце и тихонько начала разъедать его изнутри. Это явно не то, чего я ожидал услышать. Для него это ошибка, я не нужен ему, он просто очередной друг, в которого я влюбился? С каждым разом мне это даётся всё тяжелее. — Я рад, что мы обсудили это, — выдохнул Дан и протянул мне мой телефон, который до этого был у него в кармане. — Вот же сучка, — я улыбнулся и обессиленно рухнул в гору одежды. — ВЫ УЖЕ ПОТРАХАЛИСЬ? Я МОГУ ЗАЙТИ? — крик Брендона из-за двери. — Заходи, и тебя выебем, — хихикнул Джош. — Фу, какие вы гейские, — Ури просунул голову в приоткрытую дверь, а затем зашёл полностью. — Я согласен только на розовый резиновый фаллос, но не на один из ваших членов. — Я могу обмазать свой член в розовой краске, — предложил Дан. — Хорошая попытка, ублюдок, — Брендон улёгся рядом со мной. Утром пятницы, когда родители уже свалили на работу, я принял душ и отправился к Джошу, который вновь встретил меня закутавшимся в одеяло. Он когда-нибудь не спит? — Ты так рано пришёл, я обычно сплю до обеда, — парень споткнулся о своё же одеяло и упал на пол. — Блять, — тихо заключил он. — Не хотел оставаться дома, потому что если родители вернутся, я никуда не вырвусь. Можешь спать, я просто залипну в интернетах. Если есть еда, могу сделать завтрак. — Мне нужно в магазин, чтобы купить еды собакам, ну и себе заодно. Так что пошли в магазин. — Ты уверен? Для этого тебе придётся встать, и, о боже, чувак, расстаться с одеялом и надеть штаны. — Ты уверен? — Абсолютно. — Блять. Сложно. Когда мы пришли в магазин, Джош взял самой дорогой еды для собак и самой дешёвой для себя, объясняя это тем, что денег у него немного, а собаки должны хорошо питаться. Это подтверждало моё мнение о нем, как о грёбаном альтруисте. Делает всё для других и мало чего для себя. Наверное, поэтому его все так любят. Полдня мы провели вдвоём, из-за чего я влюблялся всё больше: он поддерживал абсолютно любую тему. Мы немного стали ближе. Мне нравилось, как выпирает колечко в его губе, когда он улыбается, а Джош приходил в восторг каждый раз, когда я поправлял кольцо в носу. Но стоило начать подтягиваться другим ребятам, как кудрявый снова становился неуправляемым придурком, поддерживающим любую сумасшедшую идею. Как он и говорил, примерно в пять вечера мы кое-как влезли в машину Брендона и поехали на фестиваль, подпевая громким песням и пытаясь танцевать, хотя были почти обездвижены, сидя впятером на заднем сидении. Едва мы покинули город, Джош начал ныть о том, что хочет за руль, и Ури сдался, но сказал, что вперёд не сядет, и мне пришлось занять место кудрявого, который теперь сидел за рулём. Знаете, как только Дан тронулся, я понял, почему никто не решался сесть впереди. Парень вжал педаль газа в пол, лихо объезжая дрыжки и ямы, скорость приближалась к двумстам. Моё сердце отбивало чечётку, а сам я весь вжался в сидение и лишь изредка смотрел на счастливого Джоша, который улыбался так искренне и так ярко. Хорошо, что фестиваль был не так далеко от города, и эта маленькая гонка закончилась довольно быстро. Мы припарковались, после чего Брендон позвал всех к багажнику, открыв который, мы увидели множество баночек с алкогольными коктейлями. — Это мой вам подарок, парни, — счастливо улыбнулся Брюнет. Для начала мы выпили что-то с низким содержанием алкоголя, но было видно, что настроение повышалось, щёки розовели, а язык развязывался. Как таковой охраны не было, поэтому мы свободно пронесли по паре банок коктейлей и обосновались недалеко от сцены. Под какой-то инди и альтернативный рок, мы наблюдали за закатом и лениво двигались в такт музыке, иногда начиная громко подпевать, если исполнялся кавер на популярную песню. Самое интересное началось ночью. Уже стемнело, на деревьях вокруг загорелись гирлянды, на сцене диджеи менялись один за другим, создающие отличные музыкальные шоу со световым сопровождением. Мы были довольно пьяны, когда я заметил, что все друзья, блаженно закрыв глаза, двигались в такт, обнимались, а кто-то даже целовался. Будто в замедленной съёмке, я помню тот момент, когда Джош приблизился ко мне, он просто стоял и смотрел в мои глаза. Его тёплые руки на моей спине и сладкие губы на моих губах. Я улыбался сквозь этот пьяный поцелуй, со вкусом апельсина, ведь мы оба пили апельсиновый коктейль, и предельной нежностью. Вокруг всё было каким-то нежно-розовым и пахло сладкой ватой, но в один момент всё поменялось. Одна рука Дана сползла на мой пах, аккуратно сжимая его, кольцо в его губе изредка задевало мои зубы, которыми я оттягивал украшение. Всё вокруг медленно окрашивалось в красный, а напряжение в штанах было невыносимым. Тепло внизу живота скручивалось в узел, заставляя всё вокруг кружиться, становилось очень жарко. Я закрыл глаза и почувствовал отсутствие Джоша, но тут же он взял меня за руку и потащил куда-то через толпу. Мы бежали в лес, постоянно спотыкаясь об корни, попадая в какие-то ямки, но он крепко держал меня за руку не давая упасть. Остановившись в определённый момент, Дан прижал меня к дереву так сильно, что я чувствовал, как кора врезается в мою спину. Поцелуи больше не были нежными и невинными, это было похоже на борьбу: языки хаотично сплетались, зубы сталкивались, губы припухли и горели. Кудрявый спустил мне штаны до колен, и я больше не чувствовал тесноты, что немного облегчило ситуацию. Я вообще мало соображал в данный момент, кажется, мы очень пьяные, в лесу, у меня стояк и всё из-за Джоша, который перешёл на мою шею, оставляя засосы и укусы. С головки уже сочилась смазка, рука потянулась к органу, но Джош отстранил её. Задрав мне футболку, кудрявый начал усыпать влажными поцелуями мой живот, и чем ниже он спускался, тем больше темнело в глазах. Пальцами я впивался в дерево, неприятно царапая кожу на них. Кажется, сил терпеть уже не было, напряжение заполнило всё моё тело, я был готов начать умолять, крепко зажмурив глаза, как вдруг почувствовал, что Джош взял в рот полностью. Широко распахнув глаза и открыв рот в беззвучном стоне, я ощущал, как волны чего-то теплого с каждым движением всё больше накрывали меня с головой, а всё то напряжение разом рухнуло куда-то вниз живота. Он был таким влажным и горячим, безумно узким, когда втягивал щёки, и вызывал новый вал возбуждения, когда кольцо в губе царапало головку. Джош то брал полностью набирая темп, то мучительно медленно игрался с головкой, постоянно зажимая член у основания, не позволяя мне кончить. Готов поклясться, что это длилось вечность, вряд ли я когда-то испытывал столько удовольствия. Казалось, мои стоны были такими громкими, что их вот-вот услышит кто-нибудь в толпе. Когда ноги начали подкашиваться, а голос срывался на хрип, Дан понял, что я на пределе, он позволил мне кончить, взяв мой член полностью. Перед глазами цветные вспышки, музыка вдруг стала невыносимо громкой и звучала будто у меня в голове, и, сквозь пелену оргазма, я видел, как кудрявый медленно отстраняется блаженно прикрыв глаза, между моим членом и колечком в его губе тянулась тоненькая ниточка слюны, а рука, которую он вытащил из своих штанов была полностью в сперме. Джош медленно поднялся; я видел, как дрожат его ноги, а взгляд был совсем нечёткий. Оставив невесомый поцелуй на моих губах, он приблизил к моему рту свою руку. Недолго думая, я не торопясь тщательно слизал всё, что было на ней. — Ты такой чертовски пошлый, — шепнул он, прижимаясь ко мне. — А ты чертовски сладкий, Джош, — сунув руку в задний карман его джинсов, ответил я.