Хроники попаданческих снов

  Три ловца снов висели над головой, мерно покачиваясь. Я собиралась отправиться в долгое путешествие. Малыш в утробе уже научился давать о себе знать меткими пинками, потому мне особенно скорее хотелось вернуться в мир его отца. Теперь навсегда. Я, наконец, научилась перемещаться между мирами во время одного сна, пусть и регулярно промахиваясь мимо желаемого места, потому мне больше не требовалось просыпаться, чтобы попробовать ещё раз. Сон долго не шёл: сбивало волнение и решительный настрой. Слишком много мыслей — в этот раз опять попаду совсем не туда, куда надо. Мелочи. Уже во сне успокоюсь. Сконцентрируюсь. Если буду пытаться сделать это сейчас, точно не засну. Постепенно расслабляется тело, наваливается усталость. Сознание обволакивает всепоглощающая тьма… Тьма всюду. Чернота. Это был не мир. Ничто. «Где я? Что происходит?!» Такого никогда не случалось. Я всегда попадала в известный мне мир. И какие бы в нём ни были блёклые краски, они были! Здесь не было ничего, даже звуков. Чувств… Я не ощущала своих прикосновений. Мой разум словно исчезал. Пинок. Ребёнок внутри пошевелился! Внешне ничего не осталось, зато полно всего было внутри. Ещё пинок — все мысли я направила на любимого. На семью. На моё счастье. Покатилась одинокая слеза. Разбилась о пустоту, разлетелась на мелкие осколки словно хрусталь. Заблестела искорками отражённого света. Тонкий луч привлёк моё внимание — окно в другой мир. «Юрий… — увидела я знакомый силуэт. — Юрий!» Образ придал сил моим ногам. Бегом я ринулась к просвету. От яркой вспышки заболели глаза, пришлось прикрыть рукой. И звуки появились. Уютное тепло. — Милая… Какой же родной голос! В слезах я бросилась в объятия. Пять месяцев прошло с тех пор, как мы виделись. Пять лет прошло для Юрия и моих детей с того момента, как исчезла из их жизней я… Но теперь я могла остаться навсегда. — Я больше никогда вас не покину. Обещаю! Даже если проснусь, теперь я знаю, что могу вернуться! Блаженный сон не прерывался пробуждением. Моя счастливая жизнь. Она длилась долго и прошла как в сказке. Мелкие неурядицы не могли всерьёз отнять даруемое тепло. Дети росли, а на наших с Юрием волосах появлялось всё больше седых полос. Мы не грустили. Мы радовались, что встречали старость вместе. Юрий покинул меня первым, только дети и внуки служили утешением. Затем пришёл и мой черёд.

* * *

Один из ловцов снов исчез, но не мои сокровенные воспоминания. Во сне я встретила смерть. На этот раз в своём теле, но в своём мире ничего не изменилось для меня. Не появилось даже ни единого седого волоса. Наша с Юрием история закончилась. И не было ничего, что в этой жизни могло бы мне о ней напомнить, кроме моей памяти. Где-то там, на столе, лежали журналы с мебелью: на всякий случай подыскивала кроватку для младенца. Бесценного ребёнка, который остался там, во сне. А мог бы родиться здесь, послужив истинным чудом. Нет, я не стану сожалеть. Однако мне всё равно было грустно. Ночь за ночью я пыталась попасть обратно, надеялась прожить ещё одну счастливую жизнь. «Бесполезно. Я там умерла — путь для меня закрыт. Я уже получила всё, что могла». Я понимала, что не имело смысла просить большего. Жадность — порок, никогда никого не доводящий до добра. Мне следовало отпустить это пагубное желание и сохранить в сердце важнейшие для себя воспоминания. Одержимость могла разрушить всё. «И что теперь? Попытаться отвлечься? Теперь я могу отправиться куда угодно. Стоит ли навестить Йоакима или Завида, выразить свою благодарность за заботу? Они были весьма милы. Или отправиться в путешествие без цели? У меня ещё столько жизней впереди… Нужно суметь сохранить в своём сердце место для всех тех замечательных людей, которых мне ещё только предстоит встретить. Да. Определённо». Лучшее время моей жизни прошло во снах…