Красная планета

Марс. Вблизи кратера Виктория. 2044 г. Рыжая пустыня, кое-где с вкраплениями камней, простиралась до самого горизонта. По этой пустыне одинокая фигура, в скафандре, медленно брела в сторону высокого камня, строго правильной формы. Сильный ветер, сизым облаком из песка, подталкивал фигуру всё ближе и ближе к этому камню. Вблизи огромный камень оказался посадочным модулем. Фигура в скафандре приблизилась к модулю и обошла его со всех сторон, подняв голову, рассмотрела всю конструкцию, а потом всё же подошла к лестнице. На удивление, быстро взобравшись по ней, она открыла люк и забралась внутрь модуля. В модуле было темно. Проверив по датчику показания содержания кислорода внутри модуля, фигура сняла скафандр, который был на него велик, под скафандром оказался подросток лет семнадцати. Покопавшись в герметичном рюкзаке, он выудил оттуда чемоданчик. Защёлки со щелчком выскочили из пазов, открыв внутренности чемоданчика, освещённые приятным голубоватым свечением. Склонившись, он вынул оттуда кристалл голубого цвета, размером, примерно, с кулак взрослого человека, немного рассмотрев кристалл, направился в другую часть кабины и, открыв там шкафчик, начал что-то делать с проводами. Потом, немного подумав, примотал к ним кристалл. Свечение немного убавилось, зато возник лёгкий звук потрескивания, а затем в модуле зажёгся свет и включилось система регенерации воздуха. — Наконец-то свежий воздух! – он глубоко вдохнул, больше не опасаясь, что воздух закончится. Затем направился к пульту управления, нажал там пару кнопок, активировал автопилот, а затем включил двигатели. Модуль с неохотой начал отрываться от поверхности планеты, подняв при этом облако из песка и пыли. Подросток откинулся на сиденье и расслабился. Через несколько лет он будет вспоминать этот момент с грустью. А пока, сидя в кресле, он вспоминал предшествующие события, которые его сюда привели. Украина. Днепропетровск. Три года назад. Я проснулся от громко звонящего телефона и, взявши трубку, по голосу узнал своего друга Женю. — Да, что такое? — сказал я спросонья. —Ты же помнишь, о чём мы договаривались? — Да-да, помню. А что? — Ответь мне на один вопрос, ты только проснулся?! — Да, а что? – до меня никак не доходило, о чём мой друг говорит. — Посмотри на время и всё поймёшь. Взглянув на время, я чуть не подпрыгнул от удивления. — Это что, уже десять часов?! — А я о чём, я тебя тут жду, а ты… — в его голосе чувствовался упрёк. — Так это, я сейчас! Я быстро! — Я быстро забегал по комнате в поисках одежды. — Жду! — Сказал друг и положил трубку. Быстро одевшись и выскочив на улицу, я сел в ближайший автобус, едущий на площадь Петровского. Всю дорогу размышлял о том, что же всё-таки скажу другу. То, что всё выучил, или то, что есть одна проблема? “Ладно!”,– подумал я – “Расскажу всё, как есть!”. Но всё же на душе было муторно. Автобус остановился на площади и затих. Я вышел и сразу же начал осматриваться в поисках друга. Он обнаружился возле ларька, где что-то покупал. Набравшись решимости, я направился в сторону киоска думая, как начать этот разговор. — Эм… Привет! Женя повернулся ко мне и, окинув оценивающим взглядом, продолжил говорить с продавщицей. — Да… Всё-таки он злится! – В голове у меня крутилось много разных мыслей о том, как успокоить друга. — Я всё заделал, вот только… Жека обернулся и, схватив за руку, потащил прочь от ларька. — Ты хоть думал о том, что я тебя тут жду?! — Ты понимаешь, я всю ночь лазил по интернету, искал устройство этой ракеты, поэтому и проспал. — Слава Богу, хоть делом занимался! – Женя начинал успокаиваться. Видя это, мне не очень хотелось снова его злить новостями. — Короче, я всё изучил, но есть одна проблема. — Какая? – Женя насторожился. — Короче, наш информатор дал нам неправильную информацию. — То есть?! — Ракета взлетает послезавтра, а не через неделю. — Ты почему по телефону не сказал!? Я бы сейчас готовился бы. Ты понимаешь, что туда надо ещё доехать, пробраться, в конце концов! — Слушай, а может другую ракету подождём? – Мне с самого начала не нравилась эта затея, и я надеялся, что друг всё же откажется. — Надоело ждать, пора уже, как ты не понимаешь, мы так долго готовились! Сегодня же выезжаем. — Но… — Иди, собирайся! Раз договорились, значит сделаем! Всё дело в том, что совсем недавно НАСА решило организовать экспедицию на Марс. И вот, какая удача, ракета взлетает с космодрома вблизи Днепропетровска! Причём, по непонятным причинам, туда будет запущен жилой модуль, который будет заселён позже. Узнав об этом, Женя загорелся идеей пробраться в ракету и полететь в этом модуле. Как только я не пытался отговорить его, всё было тщетно. Его не пугало ни много времени, которое будет затрачено на перелёт, ни отсутствие кислорода на Марсе. На всё он отвечал, что разберётся, и всё у них получится. Я не мог бросить своего друга, так как ему самому было интересно, что же там, на Марсе. Но сейчас он начинал сомневаться в том, что миссия будет удачной. Был уже вечер. Маршрутка ехала по пустынной дороге. Я сидел на заднем сиденье и наблюдал пейзаж за окном. В то время, как мой друг что-то активно объяснял человеку в чёрной куртке. За окном мелькали тополя и берёзы, высаженные вдоль дороги. Из-за опускающейся тьмы они постепенно становились чёрными. Микроавтобус въехал в маленький посёлок и остановился на старой остановке. На улице начал моросить дождь и пассажиры, покинувши автобус, тут же разбегались под укрытия. Женя посмотрел на небо и, тихо причмокнув, сунул руки в карманы, и направился в сторону виднеющейся громады стартовой площадки, с ракетой на ней вдалеке. Я, прихватив рюкзак с едой, засеменил за ним. “Слушай, а почему только я взял рюкзак?” – Наконец-то решился спросить. — А то, что я мозг нашей компании, а ты рабочая сила, – невозмутимо ответил Жека. — А ты не подумал дать и мне шанс поруководить? Ведь именно я заучил всё строение ракеты. — Вот видишь, ты заучил строение и мозги у тебя сейчас только этим и забиты, а у меня они свободны, поэтому я и руковожу. — Меня просто распирало от злости на своего друга, но он ничего не говорил, потому что боялся поссориться в такой важный момент. Только когда были убраны опоры, я смог расслабиться. — Ты это, не расслабляйся, нам ещё перегрузки испытывать большие. — Как некстати напомнил друг. — Да помню я о перегрузках, не волнуйся! — Мне положено волноваться, я же, как-никак, руководитель. Мне не хотелось больше продолжать этот разговор, и я просто уселся в кресло. Возникла лёгкая тряска, которая постепенно переросла чуть ли не в настоящее землетрясение. Меня вжало в кресло. Зубы бешено стучали, а в мозгах крутилась лишь одна мысль, чтобы всё это закончилось, и поскорее. Ракета рассекала воздух, создавая людям внутри невероятные перегрузки. — С-с-с… сейчас в-в-выйдем из а-атмосферы. — Д-да п-понял, н-н-не туп-п-пой. Через пару минут ракета уже делала орбиту вокруг Земли. Я почувствовал, что меня больше не прижимает к креслу. Прислушавшись к своим ощущениям, понял, что единственное, что сейчас держит меня в кресле: это ремень. — Мих! Мы летим! — Раздался откуда-то сверху восторженный голос друга. Взглянув на соседнее с ним кресло, я его не увидел. — Да тут я, под потолком! — А что ты там делаешь? — Не тупи, мы же в невесомости! — А, точно. — Ха! Вот смешной! Мы находимся в космосе, а ему гравитация мерещится! — В голосе друга явно звучала насмешка. — Просто мне надо привыкнуть. — Да ладно, не обижайся, с кем не бывает, мне вот тоже постоянно кажется, что щас я упаду, но нет, летаю же вот! — Левитируешь, блин. — И это тоже. Повисло молчание. Женя с детским восторгом парил по отсеку; я думал над тем, как мы теперь будем жить здесь. — Смотри, кажется, мы уже закрутили орбиту! — Когда успели?! — я настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как прошло время. — Возвращайся в реально-ость. Ау-у. — Да тут я, тут. — Точно тут? – губы Жени расползлись в ехидной ухмылке. — Слушай, отстань. Пошли располагаться. Год спустя на орбите Марса. Ракета, отблёскивая солнечными панелями, медленно летела по орбите Марса. Иногда из RCS портов вырывались струи монопропилена, корректируя положение судна. — Мы на месте, пора перебираться в Лендер. – В отличие от меня, Женя вёл себя спокойно – Зачем ты всё это берёшь? Мы же туда не на год, а всего-то на пару дней. — Мало ли, что может случиться, лучше захватить побольше. – Отвечал я ему тоном своей мамы. — Да ладно тебе, что может случиться? — Да всё, что угодно! Шлюз, соединяющий Лендер и модуль возврата, был закрыт. Но Жека, что-то нажав на пульте управления, открыл его и жестом пригласил меня внутрь. Да уж, места в модуле посадки было намного меньше, чем в жилом, но друг сказал, что находиться нужно тут. Поверхность быстро приближалась, примерно на высоте пятьдесят километров включились тормозные двигатели. И модуль начал замедляться. “Ноги” выдвинулись сами собой и коснулись поверхности, двигатели постепенно затухли. Облачившись в облегчённые скафандры, мы вошли в шлюз, а затем открыли дверь. Рыжая пустыня простиралась вокруг. Куда ни падал взгляд, виднелись красные камни. Кое-где виднелись воронки кратеров. Женя, немного полюбовавшись пейзажем, неуверенно спрыгнул с площадки. — Блин, мы одеты в новейшие скафандры НАСА, а движения всё равно стесняются, — сказал он, отмахиваясь от облака поднятой пыли. — В этом скафандре и так пожертвовали уровнем защиты в пользу подвижности, — парировал я, — так что не причитай и… — Тише! Замри! – Неожиданно крикнул друг. — Что… — Замолчи и стой смирно! – прыгнув, он взлетел на вторую ступень, а потом сразу взобрался на площадку. — Смотри, — он указал пальцем вниз. Из-под днища корабля медленно выкатывался ровер. Немного покрутив камерой, он прибавил оборотов и покатился в сторону одиноко возвышающегося камня. Немного подождав, мы двинулись вслед. Постепенно на горизонте появился огромный, правильной формы, камень. Ровер направлялся именно к нему. — Что это? – Спросил я через несколько минут молчания. — Я думаю, что это бункер. — Да ты что!? Просто мастер дедукции! Я спрашиваю, чей он. — Точно не земной, скорей всего, инопланетный. — И ты так спокойно об этом говоришь?! — Я предполагал, что этот полёт производят не просто так. И также я предполагал, что причиной этого полёта стала какая-то аномалия на Марсе. — А меня почему не предупредил?! — Я хотел увидеть твою реакцию, когда ты сам всё увидишь, — через стекло шлема я увидел, как он улыбается. Споткнувшись обо что-то, я в испуге замер. Ровер стоял и крутил камерой “разглядывая” нас. Посмотрев на Жеку, я увидел, что тот машет рукой. И тут же я явно представил себе, что сейчас творится в центре управления полётами. Но тут в наушниках раздалось шипение, после которого кто-то заговорил. Диспетчер что-то говорил на разных языках. Когда он повторил вопрос на русском, Женя ответил: — Мы прилетели на вашей ракете, а вас что-то не устраивает? Диспетчер замолчал на пару секунд, а затем задал вопрос с явным акцентом: — Вы понимаете, что вам там находится не положено? — У него был высокий голос и, как я определил, ему было лет двадцать семь. — Естественно, мы всё понимаем, — ответил ему Женя. — Эта секретная операция не должна была распространяться в СМИ. Поэтому вы должны вернуться на ракету и забыть всё, что видели. — К микрофону подошёл кто-то другой. У этого был низкий грубый голос, и мне сразу представился эдакий “шкаф”. И что он делает в НАСА? — Я понимаю, но не могу, тем более, вам точно понадобятся человеческие руки, ведь я прав? Наступило молчание, в наушнике было слышно, как люди в центре перешёптываются. — Ваши имена, — раздался голос “шкафа”. Я взглянул на Женю, тот кивнул, — Михаил и Евгений. — Следуйте за ровером до постройки и не обрывайте связь. Марсоход развернулся на месте и поехал в сторону инопланетного строения. Женя, махнув рукой, последовал за ним. Строение приближалось, и теперь можно было рассмотреть его архитектуру, скорее её отсутствие: приземистое металлическое строение без каких-либо иллюминаторов. Рядом с огромными автоматическими воротами виднелась панель. Ровер, подъехавши к панели, остановился. Сверху корпуса открылись створки, откуда вышла маленькая механическая рука. Дотронувшись до панели, ровер постоял пару секунд, а потом убрал руку обратно в корпус. Створки ворот, дрогнув, начали медленно расходиться. — А как это вы? – Удивился Женя. — Мы до полёта исследовали некоторые их технологии, поэтому знаем, как обращаться с ними. Внутри прошу быть осторожнее, ведь это бесценный экземпляр для науки. — Знаем, не первый день живём. Внутри стоял сумрак. Взглянув вверх я увидел, что потолок слабо мерцает. — Нет пыли, – сказал Женя. — Пыли не должно быть, Объект был законсервирован – сказал диспетчер. — Но… — Так же был откачан воздух, поэтому наша основная задача включить подачу воздуха и выровнять давление. То есть, вы хотите сказать, что они тоже дышали кислородом? — Да, правда, им надо было на десять процентов насыщеннее кислорода, чем нам. — Ну хорошо, — мой друг согласился. – Что будем делать? — Для начала запустим реактор. Диспетчер, он представился Биллом, оказался очень разговорчивым, и отвечал на все наши вопросы, ответы на которые не были засекречены. Разговаривая, мы спустились на нижние этажи объекта, всё больше и больше приближаясь к реактору. Лампы больше не мерцали, а горели ровным, мягким светом. Но, как объяснил Билл, работали на резервном источнике питания, которого надолго не хватит. Завернув за угол, мы увидели жёлтые облупившиеся ворота. Подъехав к панели рядом с ними, робот повторил процедуру, открыв ворота, за которыми оказался просторный зал. В центре располагался высокий стеклянный цилиндр, от которого во все стороны расходились прозрачные трубки. Внутри цилиндра, в воздухе, висел кристалл. Вокруг цилиндра, как и в углах комнаты, стояли широкие экраны. — Это и есть реактор? – Мой друг не смог сдержать удивления. — Да, этот кристалл генерирует энергию. — Так давайте запускать. – от нетерпения я уже весь трясся. — Михаил, не волнуйтесь вы так, сейчас всё будет. – Подъехав к экрану, стоявшему около цилиндра, ровер начал нажимать разные кнопки. — Это просто потрясающе! Целая база, оставленная инопланетянами! — Женю охватил восторг. – Нужно немедленно осмотреться здесь! — Не надо. – я остановил друга жестом руки. – Лучше я пойду, а ты оставайся здесь. – На удивление, Женя послушался и уселся на пол. Оглядевшись, я направился к шахте лифта. “Билл” был занят изучением устройства реактора и не заметил, как я спустился в шахту лифта. От второго этажа до кабины лифта меня отделяло около двадцати метров, и я быстро преодолел их. Открыв люк я проник в лифт, через открытые двери было видно большой зал с расставленными кое-где столами, с приборами. На ближайшем ко мне столе были видны разнообразные приборы и разные пробирки. “Да это же химическая лаборатория!” – С восторгом я заметался в поисках чего-нибудь полезного, буквально забираясь под каждый стол. Через минуту бесплодных поисков чего-нибудь, что, по моему мнению, могло представлять какой-либо интерес, я наконец-то обратил внимание на дверь в другом конце зала. Во втором зале, под стенами, стояли стеллажи с, как я понял, оружием. Сходство этого оружия с земным было просто превосходным, но это только издалека. Подошедши ближе я убедился, что ошибался. Вместо стандартного магазина была маленькая капсула, от которой шли трубочки в корпус. У этого оружия вообще не было механики. Я не обнаружил никаких подвижных частей, хотя с оружием “был на ты“. Ствол был слишком коротким, да и стволом это назвать было нельзя: Три металлических бруска формы треугольника, верхним углами вовнутрь, вытягивались вперёд на несколько сантиметров. Соединялись они между собой кольцами из материала, похожего на пластик. Совершенно отсутствовал приклад, да и мушками тут и не “пахло”. Вместо них стояли чёрные меленькие пластинки. Также был прикреплён ремень, который на ощупь казался мягким и легкорвущимся, но это оказалось не так. Ремень был прочнее, чем кожа, и совершенно не растягивался. Последний раз окинув “Лучемёт”, как я его окрестил взглядом, я повесил его за спину и продолжил исследования нижнего уровня. Третий зал являлся вертикальной шахтой, оканчивающейся герметичным шлюзом. В центре стоял самолёт! Но его крылья находились на корпусе и оканчивались соплами двигателей. Купол кабины состоял из странного матового материала, похожего на стекло. В конце шахты стояли контейнеры, сообщающиеся шлангами между собой и самолётом. Пока я осматривал самолёт, внезапно потухли лампы. Бросившись к двери я понял, что она закрыта. Недолго думая, я снял с плеча винтовку и выстрелил в дверь. Экран мигнул и показал, что выстрел отнял один процент заряда. В месте попадания луча в двери образовалась дымящаяся дыра. — Нет, это не поможет. Надо найти что-нибудь помощнее. – Мой взгляд остановился на самолёте.