When the sun goes down.

      Из одной комнаты в другую. Ты мелькаешь перед моими глазами так часто, что уже рябит. Почти полночь, твои жизненные силы пробуждаются именно сейчас. Когда заходит солнце, в тебе рождается зверь. Ты отправляешься на очередное блядство. Подонок! Опять. Опять ты будешь кадрить глупых розовых дур, которые при одном твоем слове растекаются. И все – для тебя открыты все дороги. Почему ты такой…. А мне лишь остается тонуть в своих грязных мыслях. Незаметно прикусывать губу от желания. Смотреть, как ты проходишь мимо в приспущенных светлых джинсах, натягиваешь на себя белую широкую майку, которая не может спрятать твои до неприличия сексуальные плечи, накаченные руки. Твои ключицы привлекают мое внимание, твоя шея – ей явно не хватает моих засосов. Красочные картины нашего секса в моей голове так и просятся вырваться наружу. Я хочу воплотить это в реальность. Но сука! Почему мне суждено было родиться твоей сестрой!       А те сладкие моменты, когда ты в душе. Я обожаю наблюдать за этим. Ты размазываешь гель по собственному телу, совсем не прочь лишний раз удовлетворить себя. А моя рука тянется к намокшим трусикам, и мы кончаем вместе, только по разным сторонам одной двери. И ты не видишь меня, не замечаешь моего отношения. Я рада одновременно и меня бесит это. Любая недостойная шлюха может прикоснуться к твоим губам, но не я. Не я! Я могу лишь использовать твой образ, твое имя, чтобы добиться желаемого результата. Но не твое тело. Сглатываю этот горький ком неудачницы и продолжаю слушать твой потрясающий голос, который сообщает мне. — Дар, — только ты называешь меня так, сокращенно от Дарлы, раздражает, когда кто-то другой обращается ко мне так, — ты не сдохнешь тут от скуки? Пошли со мной. — Защелкиваешь тонкие нити кожаного браслета на руке и стоишь передо мной, заслоняя телевизор, на который я и так не обращаю внимания. — Нет желания. — Лежу на диване, пытаясь не поднимать глаза выше, на уровень твоего члена, спрятанного за одеждой. Да я видела все в душе, от чего желание трахнуть тебя разгорелось еще больше. Засовываешь руки в передние карманы, и вены на них выступают так предательски-возбуждающе. Мой гребанный фетиш. Крупные вены на твоих руках. Не могу смотреть на тебя и утыкаюсь в подушку. — Друзей моих не желаешь видеть? — говоришь с насмешкой. А я киваю головой в знак согласия. «Друзей, да чихала я на них. Шлюх твоих видеть не хочу! Не хочу чувствовать себя ударенной под дых, когда ты будешь прикасаться к ним, улыбаться, заигрывать» - проносится в голове, а я по-прежнему тяжело втягиваю воздух, уткнувшись в подушку.       Поворачиваю голову набок, тебя уже нет передо мной. Слышу, как ты с кем-то разговариваешь в прихожей. Так сладко смеешься. Переключаю канал, переключаю канал, переключаю канал. Ты заходишь в комнату, все так же разговаривая по телефону. — Да, она наверняка будет визжать, когда тебя увидит. — Усмехаешься. А я слегка открываю рот, от удивления. До чего же ты пиздат. В этих светлых джинсах, белой майке, красных сникерсах, и белой кожанке, которая исписана какой-то черной символикой. Твои черные волосы находятся в беспорядке, ты даже не умудрился их, походу, причесать после душа, серебряная цепочка и кожаные браслеты завершают твой образ и мне можно умирать от переизбытка чувств. Но прямо сейчас я хочу чувствовать только одно. Мне нельзя говорить об этом. Я молчу, задыхаюсь и умираю. Мой взгляд следует за тобой, ни на секунду не отрываясь. Ты ищешь на столе свои документы. Но их там нет, я самолично убирала. Нечего раскидывать где попало. Ну да ладно, не об этом сейчас. Я поднимаюсь с дивана и следую в прихожую, к высокому шкафу.       Открываю дверцу и выкладываю твои документы на маленький столик тут же. Пара-тройка глянцевых журналов привлекает мое внимание, я наклоняюсь, чтобы их взять. Как вдруг, чувствую твои мягкие ладони на своих бедрах позади себя. Задерживаю дыхание. Простите, это сейчас со мной происходит? — Подвинь свою пятую точку и дай брату пройти. — Тянешь меня за бедра в бок и проскальзываешь сзади. Да, тут же тесно, между мной и высоким шкафом. Ты мило так, беззаботно улыбаешься. Я выпрямляюсь, мои глаза, кажется, сейчас выкатятся от создавшейся ситуации. Я без лишних слов сваливаю к чертям. — С тобой все хорошо? — слышу в след. Да, блять, все круче некуда. Мои бедра до сих пор горят от твоих ладоней. Ненавижу! — Все отлично. — Вытаскиваю я из себя и шумно приземляюсь на диван, кидая куда-то никому теперь не нужные журналы. Черт дернул их взять. Нервно дергаю ногой и тупо пялюсь в плазму. — Ладно, я уехал тогда. Не жди, буду поздно. Закрой дверь, когда будешь ложиться, а свой ключ возьму, на всякий случай. — Заглядываешь в комнату, все такой же сводящий с ума, — Конечно, может я и не вернусь. — Растягиваешь губы в самодовольной улыбке. А меня взрывает изнутри, хочется запустить чем-то тяжеленьким. Возбуждаешь и бесишь. Катись отсюда, слышать не хочу! Дверь хлопает, и ты исчезаешь. Растворяешься в ночи. Я выдыхаю громко, истошно. Закрываю глаза и слезаю с дивана, чтоб закрыть дверь. Кровать проминается подо мной. Одеяло приятно отдает холодком по телу, подушка готова принять меня, чтоб окунуть в объятья Морфея. Но для начала… Я выключаю яркое свечение лампы, и зажигаю ночник, который раскидывает по всей комнате звезды. Красные, желтые, зеленые, синие - разнообразные звезды. И достаю своего надежного друга. Да, именно он спасает меня от вечных мучений по тебе, Эван. Натягиваю на себя одну короткую, шелковую рубашку и удобно располагаюсь на кровати. Отодвигаю одеяло на бок, чтоб не мешало. Беру в руку вибратор. Я уже мокрая от одних мыслей о тебе. А то, что ты сотворил сегодня – твои ладони. Мне окончательно снесло крышу. Твое неправильное движение, твое неправильное слово – и на цепи похоти, которая обвивает мое тело, защелкивается еще один крепкий, нерушимый замок, ключ выкидывается в бескрайнюю пропасть. Я закрываю глаза и начинаю ублажать себя. Чувствую, как твой крепкий член прикасается к моей щелочке, дышу сдавленно, закатываю глаза. Твое тело нависает надо мной, а ты мокрый от очередного оргазма. Двигаешься аккуратно, нежно, не хочешь делать больно своей любимой сестренке. Двигаю рукой, вибратор проникает в меня настолько глубоко, как это возможно.       Мой драгоценный братик, Эван, ты сводишь меня с ума. Сжимаю простынь свободной рукой, включаю своего дружка на большую скорость. И мои стоны заполняют комнату. Ты ехидно улыбаешься, смотришь на меня, и проникаешь глубже. Мое тело горит под тобой. Задираю свою рубашку до груди и обхватываю твердый сосок, выкручиваю. Ты прикусываешь его, облизываешь, всасываешь в себя. Твоя крепкая рука с выступающими венами обхватывает мою грудь и жмет ее яростно, пальцы терзают сосок. Я пребываю в экстазе. Двигаю бедрами тебе на встречу, сильнее, быстрее. И сейчас мне все равно, что это мираж. Что ты плод моей больной, пошлой фантазии. Ты скользишь во мне так идеально, так потрясающе, что я не сдерживаюсь и выкрикиваю твое имя. Один раз, второй, третий. Я продолжаю шипеть его себе под нос или же кричать на всю комнату. Ведь только ты можешь довести меня до крайней точки. Ты можешь сотворить со мной все, что тебе вздумается, и я буду умолять повторить это еще раз. Любое твое сокровенное желание я выполню, лишь бы ты позволил мне это. Я вся твоя, до последней клеточки.       Мои ноги сотрясаются, тело колотит в оргазме. Я кричу твое имя так громко, так протяжно. Ты срываешь мне голову. Не убираю вибратор, желая как можно дольше чувствовать тебя. Выдыхаю громко, простынь липнет к телу. — Дар, ты меня зва… — слышу сладкий голос сбоку. Резко поворачиваю голову. Это не мираж? Это действительно ты? Стоишь возле открытой двери. Твои глаза передают нереальное удивление, твой рот приоткрыт. Убираю вибратор, кидая его рядом, сжимаю ноги, не переставая смотреть на тебя. Сука, до чего же ты идеальный. Потрясающий. Сексуальный. Я вскакиваю с кровати, и запрыгиваю на тебя, обвивая ногами. Пошло все к черту! Я хочу тебя! И ты не посмеешь мне отказать! Ты впечатываешься в стенку от неожиданности и обхватываешь мои голые ягодицы. Моя рубашка задрана и у меня горит желание сорвать ее, чтоб задурманить твой рассудок телом. Не тяну, тут же проникая языком в твой рот, ты не отвечаешь мне, но и не сопротивляешься. Кусаю твои губы, проникаю глубже, путаю пальцы в твоих черных волосах, оттягивая их и приближая к себе обратно. И тут ты отходишь от стены, несешь меня. Твоя грудь вздымается от тяжелого дыхания. Мгновение и ты кидаешь меня на кровать так, что рубашка задирается до груди, оголяя самое сокровенное. — Ты ебанулась! — шипишь, держишься на расстоянии. Теперь я вижу в твоих глазах огонь, похоть, желание. Сопротивление и наслаждение ситуацией. Я молчу, а в голове крутится одна мысль – «Не уходи, не уходи, не уходи, милый, дай мне то, что я хочу». Раздвигаю ноги медленно, прикусываю нижнюю губу и не свожу с тебя своих бесстыдных глаз. Опускаю руку к клитору, дотрагиваюсь пальчиками, открываю рот, и произношу такое порочное и неправильное - «Эван» - шепотом. — Блять! — срывается с твоих губ, и ты кидаешься ко мне. Опрокидываешь назад, нависаешь надо мной и погружаешь нас в глубокий, жадный поцелуй. Беспощадно кусаешь мои губы, ловишь мой язык своим. Я отвечаю тебе тем же, мы восторгаемся этим проникновенным, чувственным поцелуем. Хотим выпить друг друга до дна. Насладиться в полной мере. Мое тело трясется, а твои руки беспорядочно бродят по нему, то сжимая грудь, то ягодицы. Лихорадочно стягиваю твою кожанку и кидаю на пол, приподнимаюсь на подушку, разрывая поцелуй и тяну тебя за собой. Твое горячее дыхание обжигает мою шею, ты кусаешь нежную кожу, оставляешь свои отметины. Я потеряла голову, окончательно. Этот момент кажется пиком моего наслаждения, что же будет дальше со мной?       Я извиваюсь под тобой, мои ноги обвивают твои бедра. Пытаюсь ухватить ремень, удается. Ты спускаешь легкую рубашку вниз, оголяя грудь. Мокрый язык цепляет сосок, второй. Я выгибаюсь. Мои стоны набирают силу. Расстегиваю ремень, ширинку, спускаю нижнее белье и джинсы. Обхватываю твой крепкий член рукой. О, да, мой дорогой. Ты не в силах противостоять мне. Ты хочешь меня не меньше, чем я тебя. Хриплый стон раздается в области моей груди, и ты поднимаешься к губам, облизываешь их и утаскиваешь меня в поцелуй. Ты повсюду на моей коже, я встревожена, находясь в предвкушении. Ты опускаешься на меня, надавливая своим телом. Твои руки упираются в подушку и так заманчиво выделяются вены. Я пробегаю глазами по тебе такому горящему, по такому желанному. Головка твоего твердого члена упирается в клитор. И мне до безумия хорошо. Я готова кричать и кончить тут же. Убираю свою руку, позволяя тебе полностью руководить процессом. Ты двигаешь волнообразно, обхватываешь своей рукой член и водишь сочащейся головкой по моей набухшей плоти. Я кричу, сжимаю простынь в кулаки, извиваюсь, поднимая свои бедра, хочу, чтобы ты оказался внутри сейчас же. Входишь. Так горячо, сильно, до основания. Наполняешь меня всю, я задыхаюсь от неожиданности. Ты оказался значительнее больше, чем я ожидала, хоть и видела в душе. Задерживаешься на секунду, давая мне привыкнуть к размеру. И продолжаешь так же волнообразно. Я опускаю руки на твои крепкие ягодицы, сжимаю их. Это невероятное чувство. Мое вечное наваждение, мой запретный плод, мой брат, мой Эван – ты великолепен, шикарен, безумен, как и я. Твой напор усиливается, толчки становятся частыми, а дыхания не хватает. Я вижу белые точки, все плывет, меня накрывает. Ты возносишь нас к небесам одновременно. Мы раздаемся в пошлых стонах, и ты выходишь из меня. Медлишь минуту, пытаешься прийти в себя. Слезаешь и садишься около стены. Я сжимаю ноги, и не могу отойти от прекрасного чувства, подаренного тобой. Желанного чувства, от моей сбывшейся мечты. Открываю глаза и смотрю на тебя. Твои глаза открыты, ты довольно серьезен, но не напуган. Майка липнет к твоему накаченному, мокрому телу. Ты расслаблен. Твой дружок уже спрятан, но джинсы до сих пор расстегнуты. — Не уходи, пожалуйста. Только не уходи, — шепчу я. Стягиваю свою ночную рубашку и переворачиваюсь на спину. Становлюсь в коленно-локтевую. Приглашаю. Сама. Смотрю на тебя искоса. Твое возбуждение растет, ты исследуешь меня глазами. И наполняешь себя желанием приложиться к моей пятой точке. — Ты сумасшедшая, понятно тебе! — говоришь совсем тихо, твой голос кажется таким бархатистым. Встаешь на колени позади меня. Кладешь ладони на мои ягодицы. И смачно шлепаешь, несколько раз подряд. Больно, но чертовски заводит. Проводишь рукой между ягодиц, и меня трясет. Обильно смазываешь тугое колечко мышц и вводишь один палец, я ерзаю от неприятного ощущения, второй палец - сжимаюсь от боли. — Расслабься. Сама мне позволила, а теперь… — замолкаешь и проникаешь все глубже. Разработав вход вводишь головку члена. Ощущение боли перемешивается с кайфом. Я либо сейчас умру, либо окажусь на седьмом небе от счастья. Ты нещадно жмешь мои ягодицы, водишь рукой по изгибу спины. И насаживаешь меня полностью. Чувство боли притупляется на фоне того, как аккуратно и профессионально ты это делаешь. Проникаешь глубже, растягиваешь, и я слышу твои стоны. Сжимаю член внутри, и тебе срывает крышу. Мои ягодицы трясутся в такт твоим движением. Тело полыхает огнем. Я кричу, иногда посматриваю на тебя искоса. Вены. На твоих руках. Твои руки мне кажутся чем-то божественным, точнее дьявольским. Теперь они опускаются к моей груди, сжимают ее, оттягивают соски. Ты приходишь к финишу так быстро, кончая мне на ягодицы. Я нагоняю тебя секундой позже. Опускаюсь на белую, смятую простынь и переворачиваюсь лицом к тебе. Ты падаешь рядом. С тенью сладостной улыбки на лице. Кажется, тебе тоже все понравилось. Мое тело липкое и до сих пор колотит от невероятных ощущений. Я умираю от жажды. Медленно сползаю с кровати и направляюсь на кухню. Ноги совсем ватные, но когда в меня проникает стакан спасающей воды, мне становится немного легче. И тут я вижу тебя, своего Аполлона. Ты невероятно красив от природы, твое обаяние окутывает с ног до головы. Подходишь медленно и прижимаешь меня к себе, целуешь в уголок губ, а я таю в таких сильных, любимых руках. Подхватываешь меня и несешь в душ. Вода стекает по нашим телам и ты обнимаешь меня. Сейчас я вспоминаю то, как наблюдала за тобой в этом самом душе, со смехом. Через пять минут мы оказываемся в нашем порочном ложе снова. Я лежу сбоку, обнимая тебя и осознаю, что не могу напиться тобой. Хочу еще. Приподнимаюсь и нависаю над тобой. Ты затуманено смотришь, прекрасно понимая, что я намерена делать. — Неугомонная. Да как я вообще на такое смог подписаться? — вдруг слышу из твоих уст. Улыбаешься уголком губ, подлец! Любимый подлец. Толкаю тебя на середину кровати, чтоб залезть сверху. — Перестань разговаривать со мной, просто покажи мне, на что ты способен. — Колко отвечаю в ответ, вызывая хитрющую улыбку на лице и заинтересованность в глазах. Кажется, я растревожила немного затихшего зверя. Ну и отлично, поиграем еще. Ты перемещаешься на середину кровати, садишься и усаживаешь меня на себя, резким рывком. Входишь до основания, быстро, заполняя изнутри целиком. Собственнически жмешь ягодицы. От твоих быстрых действий я не успеваю дышать. Лишь вскрикиваю, издаю стоны и наслаждаюсь создавшейся ситуацией. Припадаю к твоей шее, оставляю яркие засосы на самых видных местах. Ты мой. Мы ведем себя неправильно, нарушаем законы природы. Но это все меркнет по сравнению с тем, что мы получаем взамен. Оно того стоит. Я двигаюсь плавно сама, ты же откидываешься на подушку и теперь разрешаешь мне довести тебя до пика удовольствия. Без проблем. Водишь руками по моему телу, улыбаешься, пожираешь глазами. Я плавно двигаюсь на члене. Выгибаюсь, выставляя грудь вперед, навстречу твоим рукам. И мы доходим до финишной прямой, растворяясь в тумане пленяющего оргазма. Когда заходит солнце, ты выпускаешь зверя. Я приручила его. И это главное для меня. Под моими звездами наши тела и души сплелись воедино. Ты лежишь рядом. Обнимаешь, укрываешь одеялом, бормочешь о том, что я вредная и совсем выбилась из рук. Я улыбаюсь, осознавая, как сильно жаждала этого счастливого момента.