Dark (Larry Stylinson)

Я лежал в постели два дня, свернувшись под одеялом и чувствуя себя в безопасности. Когда собрал силы в кулак, чтобы взглянуть на повреждения, выражение лица изменилось, увиденное испугало. Мои губы по-прежнему были опухшими, шея вся в незначительных синяках. Слёзы текли по щекам, которые начали жечь от этого ещё больше. Я почувствовал пульсацию во всём теле, когда поднял руки — вся кожа была покрыта синяками. Вскочил, снова накинув на себя одеяло, когда завибрировал телефон. Пальцы взяли устройство, я нервно сглотнул, когда увидел имя на экране. Глубокий вздох — я должен быть спокойным. — Луи? — Привет, Гарри, — тихо сказал я. — Ты не сказал, что плохо чувствовал себя вчера. Я приехал, чтобы забрать тебя сегодня, и Поппи сказала, что ты приболел. — Чёрт, прости, Гарри. Я должен был написать тебе, — честно говоря, эта мысль даже не появлялась в моей голове. — Как ты себя чувствуешь? — его голос звучал немного странно, не такой дерзкий, как всегда. — Я в порядке, спасибо. — Я приеду позже, чтобы увидеть тебя, — предложил Гарри. — Нет-нет, я чувствую себя гораздо лучше сегодня, не нужно, — сказал я. — Мне все равно, я приеду к тебе в любом случае, — власть в голосе испугала меня. — Я-я сам приду к тебе. *** Приехать к Гарри самостоятельно было лучше, так было время собраться и выйти из дома, когда будет удобно. Но когда я увидел своё отражение, идея встретиться с ним вызвала у меня тошноту. Неважно, сколько косметики я наложил (надеюсь, мама меня не убьёт), некоторые синяки до сих пор были видны. Я понятия не имел, как скрыть рану на губах, не думаю, что есть какая-то косметика, чтобы сделать это. За последние дни глаза опухли от слёз. Я ещё раз взглянул в зеркало, прежде чем схватил куртку и сумку. Мама была на удивление спокойной, когда осматривала травмы по всему моему телу. Было чувство, что я отчасти - причина того, что она стала врачом. Когда я был ребенком, мои локти и колени постоянно были сбиты. Всегда падал или об что-то спотыкался, поэтому, когда она меня спрашивала, как я поранился, столкновение с дверью - причина вполне реальная. Вернулся в реальность, когда автобус резко остановился. Я вдруг почувствовал себя слабым, узнав знакомую дорогу. Встал с места, стараясь, чтобы воспалённые руки не задевали других людей. Я поблагодарил водителя и вышел из автобуса на тротуар. Как бы ни мало было желание увидеться с Гарри, мне нужно это сделать. Воздух был тёплым, но мне не хотелось оставаться одному в темноте. Образ разъяренного парня заставил меня направиться к дому Гарри быстрее. Я знал, что он будет ждать меня. Подняться по ступенькам, которые вели к дому Гарри, было сложно. Я пытался успокоиться, прежде чем поднял руку, чтобы постучать в дверь. Его шаги стали слышны через несколько секунд, когда он направился к двери и резко открыл её. Он молчал, глядя на меня, прежде чем отошел в сторону и позволил мне войти. Стоял ко мне спиной, когда закрывал дверь. Я нервно стоял, затаив дыхание, когда он глубоко вздохнул, будто готовился посмотреть мне в глаза. Когда он, наконец, сделал это, было трудно не заметить грусть в его глазах, осматривающих моё лицо. Тёмные кудри были в беспорядке, полные губы стали бледнее, чем обычно. Пальцы Гарри чуть убрали волосы с моего лица. Я наблюдал, как он чуть наклонился, не отрывая взгляда, чтобы получше рассмотреть. В его взгляде была печаль, кончики длинных пальцев Гарри нежно подняли мой подбородок. Он был так спокоен. Абсолютно спокоен. Меня бесило это. — Что случилось с твоим лицом? — спросил Гарри почти шёпотом. Это был неизбежный вопрос. — Ты пытался скрыть всё, — его большой палец прошелся по синякам. Я сделал усилие, чтобы отвернуться от него, но он не позволил. Его прикосновения дошли до нижней губы. — Я не хотел, чтобы ты беспокоился. Я упал… это была случайность, — вынуждено сказал я. Мне было трудно избежать его взгляда. Зелёные глаза держали меня в плену. Его брови поднялись, челюсть напряглась от моих слов. Злость. Я почувствовал, как мои руки начали дрожать, когда он опустил моё лицо, тело Гарри придвинулось ближе. Моё дыхание было неровным, глаза смотрели только на него. Мягкие губы коснулись моей шеи, прежде чем коснулись уха. — Ты думаешь, что я настолько наивен, что поверю этой ерунде? — прошептал он своим хриплым голосом. Мои губы приоткрылись, глаза расширились. Гарри знал. Он немного отступил от меня. Высота Гарри теперь пугала меня. — Я не знаю, что злит меня больше: факт, что ты не сказал мне сам… или от кого я это узнал, — поморщился Гарри. Он остановился, пытаясь услышать ответ. Но я понятия не имел, что сказать. — Луи, на тебя напали, — грубо сказал Гарри. — Он, чёрт возьми, избил тебя! Внезапное повышение голоса заставило меня вздрогнуть, вызвав слезы, они уже текли по моим щекам. Мы всё ещё стояли в его прихожей, комната, где Гарри всегда игриво целовал меня, когда я приходил к нему. Но те воспоминания казались такими далекими, когда я смотрел на парня передо мной. — Знаешь, кто сказал мне? Я молчал, когда увидел темноту в глазах Гарри. Было страшно, как быстро он может меняться. От нежных прикосновений до резких слов. — Тот придурок с твоей работы, Дэн. Когда до меня дошла эта информация, я понял, что Гарри не разговаривал с Поппи, это был Дэн. Вздрогнул, когда Гарри прошёл мимо меня. Я поспешно последовал за ним, прежде чем остановился в дверях кухни. Он облокотился об раковину, опустив голову, видел, как напряглись мышцы его спины, когда он резко схватился за край столешницы. — Мне нужно ещё выпить, — пробормотал Гарри себе под нос. Моё сердце бешено забилось, когда Гарри повернулся в сторону, где стояла водка. Я наблюдал, как он опустошил небольшое количество, оставшееся в стакане, прежде чем снова наполнил его. Мой пульс увеличился. Единственный раз, когда видел Гарри в пьяном состоянии, был тогда, когда я помогал ему добраться до моего дома и очищал раны, которые он получил в драке. Он был игривым, как ребенок, той ночью. Но сейчас всё было по-другому, всё было вызвано гневом, и это пугало меня. Когда он отставил стакан, я попятился назад. Гарри быстро обернулся, глаза встретились с моими, он двинулся вперёд. Я не знал, что делать… поэтому побежал. Ноги несли меня в комнату Гарри. Он кричал на меня. Я захлопнул дверь, запаниковав, когда услышал шаги. Слёзы текли по щекам, когда я зашёл в ванную, поспешно закрыв дверь. Спустя несколько секунд, я почувствовал удары кулаками по запертой двери. Они становились громче, он будто выливал всю свою злость на дверь. Я поднес руку ко рту, чтобы скрыть свои слёзы. — Луи, открой дверь. Я не думал, что дверь выдержит его удары. Тело вздрогнуло от голоса Гарри. Залез в ванну, прислонив колени к груди. Пальцы ухватились за занавеску, слегка потянув её, чтобы закрыть меня от гнева. Он не остановится. Рука потянулась к душу, я повернул кран. Вода была холодной, одежда становилась мокрой. Я хотел заглушить его голос. — Луи? — спросил Гарри. Я всего лишь хотел спокойствия. — Луи, открой эту чёртову дверь, — крикнул Гарри. И это был последний раз, когда он что-то сказал, прежде чем дверь распахнулась. Занавеска была сорвана, я пытался закрыть лицо руками. Он уставился на меня, полные губы приоткрылись, когда он увидел образ напуганного парня, свернувшейся калачиком, в своей ванной. Он снял свою футболку, бросив её на пол. Я вздрогнул, когда большие руки осторожно подвинули меня вперёд. Он потянул меня обратно, положив на свою грудь, когда я сел между его ног. Я был охвачен сильными руками Гарри, прижимавшими меня к его голой груди. Он положил свою голову мне на плечо. — Я все еще сержусь на тебя, — тихо сказал он. — Я знаю, — сказал я, сглотнув. Казалось, мы сидели под водой уже больше часа. Молчали, но один вопрос всплыл в моей голове, прежде чем я задал его шёпотом: — Что ты собираешься делать? — Пока не знаю. — П-пожалуйста не надо… Я резко остановился, когда руки Гарри сжались вокруг меня, гневно держа меня, а не с любовью. — Ты ничего здесь не решаешь, — заявил Гарри грубым голосом. — Ты не имеешь права говорить мне, что делать. Я тихо рыдал, в его словах не было никакой теплоты. Когда я не ответил, он потряс меня. — Ты понял? — спросил Гарри. — Д-да, да, — шёпотом произнес я. Вода отключилась, Гарри поставил меня на ноги. Он схватил меня за руку, помогая выбраться из ванны. Я наблюдал, как он потянулся за полотенцем, вытирая свои кудри. Капли стекали по его телу. Гарри протянул мне полотенце, я взял его. Он стоял, наблюдая за мной, прежде чем длинные пальцы коснулись пуговицы на джинсах. Он заворчал, когда я попятился назад. Я закричал, когда он схватил меня за предплечье, пальцы нечаянно коснулись моей поврежденной кожи. Зелёные глаза с любопытством оценивали мою реакцию на то, как он снял мокрую куртку с плеч. Одежда едва коснулась пола, как Гарри снял с меня футболку. Он схватил меня за руки, осторожно подняв их. Он прикусил нижнюю губу, когда увидел кровоподтек. Его глаза закрылись от боли, он встал на колени, чтобы расшнуровать мои кеды. Я неподвижно стоял, когда Гарри попытался во второй раз снять с меня джинсы. Я не возникал, когда он дошёл до моего нижнего белья, тело было холодным и мокрым. Дрожь продолжалась, когда он снял с меня боксеры. Я стоял голым перед ним. Глаза Гарри холодно осматривали моё тело. Затем он расстегнул свой ремень, снял свои джинсы и боксеры и обмотал полотенце вокруг своей талии. И потом просто ушёл. Он оставил меня одного в комнате, я обхватил себя руками и начал плакать. Когда я вошёл в комнату Гарри, он натягивал штаны. Я наблюдал, как он забрался в постель, его глаза встретились с моими, когда я схватил полотенце. Он проводил меня взглядом до комода, к которому я подошел. Я почувствовал себя опустошённым, когда Гарри отвернулся на бок. Ничего не осталось от парня, который был в моих мыслях каждый день. Я всхлипывал, когда убрал с себя полотенце и надел одну из его футболок. Я нашел пару боксеров, натянул их на себя. Обернулся и увидел Гарри, приподнявшегося на локтях, его рука взяла одеяло и потянуло его назад. Искра надежды зажглась во мне, когда я направился к кровати. Моё тело коснулось холодной простыни, слегка вздрогнув, когда Гарри придвинул к себе. — Согрей меня. Его слова врезались ножом в моё сердце. Они были холодными и без эмоций. Мне стало больно от мысли, что теперь я стал не более, чем источником тепла для него. Моя рука лежала на его груди, слезы капали на кожу. Он не делал ничего, чтобы успокоить меня. Я не знаю, как долго я лежал, изнемогая от нехватки сна, которого был лишён последние пару дней. Человек, лежавший рядом, полностью закрылся от меня. Я смотрел на Гарри, его мягкие кудри блестели в тусклом свете ночной лампы. Он обычно не оставлял её включенной, желая засыпать в полной темноте, но сейчас она освещала угол комнаты. Гарри знал, что я всё ещё напуган событиями, которые вышли из-под его контроля. Глаза Гарри были закрыты, длинные ресницы лежали на щеках, когда я скользнул рукой по его груди. Я прорисовывал пальцами его ключицы. Мои пальцы едва коснулись его мягких кудрей, как большая рука схватила меня за запястье и оттолкнула его. — Пожалуйста, Гарри, — тихо сказал я. Мы лежали близко к друг другу, но он не позволял мне прикасаться к нему. Я дрожал, ожидая какой-либо знак от него. Что-то, что успокоит меня. — Я сделал это для тебя, — прошептал я. Глаза закрылись, я положил голову на грудь Гарри, желая побыстрее заснуть. Когда я погрузился в сон, нежное прикосновение его пальцев было только мечтой.