Странности

То, что Сакура обижалась на него, Наруто заметил еще с утра. Может быть, не совсем обижалась, но дулась она точно. Притом, в буквальном смысле — как хомяк сидела с надутыми щеками у окна со скрещенными на груди руками. Парень подошел к ней, опустился на корточки и бережно положил руку на ее прелестно выпирающий животик — шла двадцать четвертая неделя. — В чем дело, любимая? Я вижу, что ты не в настроении. — Интересно, а другим бы ты тоже так говорил? — Что? О чем ты? — Знаешь, я подумала… а вот если бы меня с тобой не было… если бы мы с тобой не встретились, то у тебя сейчас была бы другая девушка. И ты бы тоже гладил ее живот и называл любимой. Так ведь, Наруто? — Сакура с упреком посмотрела на блондина. Узумаки просто выпал в осадок, так ничего и не ответив. Конечно, он знал, что сейчас Сакура представляла собой даже не женщину, а один сплошной огромный гормон, но новый вид ревности искренне поразил его. — Всё, можешь ничего не говорить, я обиделась. Как-то ночью, провалявшись два часа и не сумев заснуть, Наруто поднялся с кровати и вышел на балкон, чтобы подышать свежим воздухом. Прошло не более получаса, как он вернулся назад, и всхлипы в темноте заставили его включить свет. — Что случилось, Сакура? — в шоке спросил он. — Наруто… — Боже, почему ты плачешь? Скажи мне, — парень подлетел к девушке, сидящей на кровати, и опустился рядом, обнимая ее за плечи. — Мне снилось, будто мне девять лет, и мама купила мне целый ящик сахарной ваты. Такой огромный ящик, какие, знаешь, на заводах всяких еще бывают. И она была такой вкусной. А потом… потом… потом я проснулась, и мне стало так грустно. В детстве так хорошо, беззаботно, а потом тебе надо строить планы на жизнь, зарабатывать деньги, думать, как растить сына… И у меня прямо слезы потекли. Наруто успокоил Сакуру, помог уснуть, а сам пообещал себе, что купит ей завтра столько сахарной ваты, сколько сможет увезти с собой. Неделю спустя Узумаки вернулся с работы позже обычного — их весь день донимала проверка, а потом нужно было еще заскочить в магазин. Держа в одной руке два пакета с продуктами, он открыл дверь ключом, вошел и окликнул девушку, оповестив о своем возвращении, однако никто не ответил. Оставив пакеты у входа, он прошел в гостиную, и тут его внезапно с головой накрыло что-то вроде большого полотенца, а самого начали беспощадно избивать чем-то не слишком твердым. — Эй, Сакура, это я, Наруто! Что происходит? — Наруто? — розоволосая как будто даже удивилась. — Я, кажется, звал тебя, ты не слышала? Что в этот раз? — терпеливо спросил он, стягивая с себя, как оказалось, скатерть, которая должна была быть на столе. — По телевизору передали, что из тюрьмы сбежал заключенный, а тебя как раз давно не было. И я подумала… — …Что он схватил меня и пришел за тобой? — угадывая мысли, предположил Наруто. — Наверное. — И ты собиралась отбиваться от него скатертью и… книгой рецептов? Сакура опустила голову и посмотрела на то, что продолжала держать в руках. — Я взяла первое, что подвернулось под руку. Парень в сердцах облегченно выдохнул — хорошо, что девушка в этот момент находилась не на кухне. В очередной раз странность своей возлюбленной Наруто обнаружил утром на холодильнике, когда девушки уже не было дома. На кухонном столе были разбросаны карандаши и фломастеры, в стороне лежала точилка вместе с чистым листом бумаги и наточенными на ней разноцветными колечками от карандашей. Стикер, прилепленный на холодильнике, был изрисован самыми что ни на есть разнообразными цветами, что чередовалось с оригинальностью почерка для каждой буквы, которые были то заглавными, то строчными, то печатными, то прописными и иногда со всякими подрисованными смайликами в разных местах и подчеркнутые снизу. «На завтрак лазанья, разогрей в микроволновке. P.S. На столе приберусь позже». Наруто улыбнулся, уже начиная привыкать к странностям беременной жены. В конце концов, в этом не было ничего плохого и того, что нельзя было исправить, а их жизнь теперь почти каждый день украшалась новыми событиями. И очень скоро украсится новым членом семьи, для которого уже подготовили собственную комнату со всем необходимым.