Решающее сражение.

      Ничто не могло остановить Ван Хельсинга в его стремлении очистить мир от кровососущей скверны: ни сломанная нога, ни подбитый глаз. Сурово сдвинув чёрные брови, он стремительно ковылял к мрачному замку древнего вампира, вооружённый до зубов костылями из осины, покрытым серебром гипсом и спреем от комаров. Этих мелких вездесущих кровососов Ван Хельсинг ненавидел даже больше бледной аристократической рожи Влада Цепеша. - Выходи на смертный бой, гламурный подонок!       Со зловещим скрежетом несмазанных петель распахнулись ворота старинного замка, где-то тоскливо завыл одинокий волк. - Скряга,- презрительно бросил Ван Хельсинг, проникая на вражескую территорию.- И показушник.       Хозяин обнаружился практически сразу. Влад небрежно развалился на кушетке, закинув ногу на ногу, и с насмешливым интересом рассматривал посетителя. - Проси пощады, тёмная тварь! Победа будет на стороне добра! У тебя нет шансов!- провозгласил тот, потрясая костылём.       Пока древнее зло дико ржало, сложившись пополам и хватаясь за живот, доблестный борец добра за справедливость дохромал до злодея и, как палку колбасы, ловко обмотал верёвками.       Влад фыркнул, намереваясь раствориться туманом, поднатужился…и испортил воздух. Ван Хельсинг разразился зловещим хохотом. Вампира обуяла чёрная зависть. Кровосос обиженно поджал губы. - Посмотрим, кто будет смеяться последним,- зашипел он, скаля острые клыки.       Незваный гость, пользуясь передышкой, с интересом рассматривал интерьер, выдержанный в красных тонах свежей артериальной крови. - Весёленькая расцветочка,- оценил Ван Хельсинг.       Коварный злодей в это время, нарушая законы гравитации, гусеничкой заполз на потолок и, как следует, прицелившись к мощной шее, спикировал на потерявшую бдительность жертву. Шея успела увернуться. У Цепеша, судя по всему, сбился прицел. - Удавлю гада!- пообещал рухнувший на пол под тяжестью костлявого тела Ван Хельсинг, сжимая пальцы на немёртвой плоти.- Слушай, ты не мог бы щёлкать клыками подальше от моего зада?       По-видимому, он плохо разбирался в анатомии вампиров. Вряд ли возможно перекрыть кислород древнему злу, несильно сжимая в горсти безволосые графские яйца. Хотя, надо признать, хитрый Ван Хельсинг выбрал правильную тактику – противник начал задыхаться.        В самый разгар эпохального сражения, когда Ван Хельсингу уже почти удалось стянуть подштанники с тощих ягодиц, по всему замку раздался истошный волчий вой. На старинное строение свалилось страшное несчастье – в ворота скромно поскрёбся злобный гений-неудачник Фуфелшмерц. - Когда ты уже сменишь звонок?- недовольно поморщился боец светлых сил. - Тихо!- испуганно зашипел его противник.- Взорвал, наверное, к чертям собачьим свой Пакостен Инкорпорейтед. Опять переночевать будет проситься. - А почему ты его не выпьешь?- в разрез своим принципам поинтересовался Ван Хельсинг, которому, впрочем, было только на руку, если на одного злодея станет меньше. - Отравлюсь,- скривился Влад.- У него вместо крови желчь. - Тогда делаем вид, что никого нет дома и продолжаем.       Продолжить они не успели. В этот момент за воротами замка что-то взорвалось с оглушительным грохотом, тоненько задребезжали стёкла, по стенам зазмеились трещины. В образовавшуюся щель ударил подозрительный фиолетовый луч. - Ненавижу его инаторы. Дьявольские изобретения,- застонал Влад, приподнимая тощую корму, едва прикрытую появившейся пышной юбочкой в цветочек.       Это коварный Ван Хельзинг, воспользовавшись моментом, проник с тыла и теперь сосредоточенно натягивал на себя тугую вампирскую дырку. Шикарное вечернее платье цвета бордо с длинным боковым разрезом ничуть не стесняло его движений.       И только к вечеру торжествующий победитель с ухмылкой на губах гордо ухромал на шпильках в закат, оставив поверженного кровососа строить планы страшной ответной мести.