4. Доение
19 июня 2016 г., 16:40
***
На несколько минут воцарилась тишина, прерываемая только звуками струй молока, ударяющихся о дно подойника.
Подобные моменты жизни фермы кузнец оставил неосовремененными.
При том, что другие были на грани фантастики даже меркам весьма хайтечного времени.
И казались просто сказочными.
Но кузнец считал, что корова предпочитает человеческие руки при доении, а не аппарат.
И лично доил коровку.
Бурёнка приняла заботу Алисы благосклонно.
Стояла смирно, флегматично жевала свеженькое сено, и только её хвост находился в непрерывном движении, отмахиваясь от насекомых.
Похоже, что её устраивала манера Алисы доить.
Или она решила проявить терпение в знак признательности за ласку и угощение, которые Алиса подарила до того, как занялась выменем.
— Всё, — сказала Алиса, поднимаясь. — Спасибо, Бурёнушка.
***
— Ты в самом деле справилась.
— А ты сомневался в моих талантах?
— Ты не каждый день доишь коров.
— Да, с непривычки пальцы устали. И спина. Больше от напряжения.
— Я восхищён.
— Да ладно тебе. Буквально наши прабабушки занимались этим ежедневно с детства.
— И всё равно это простое когда-то действием сейчас кажется экзотикой и чем-то сложным.
— Ничего сложного.
— Это только на словах.
— А ты помнишь слова?
— Вспомнил, когда смотрел, как ты доишь.
«Не дёргайте за соски, а аккуратно тяните».
— Ну вот, всё правильно.
— Завтра тоже попробую.
— А стоит ли?
— Ты же сама говоришь, что пальцы с непривычки устают.
А у меня наверное посильнее твоих.
— Ну это да.
— Налей молочка, пока парное.
— Сейчас. Процежу только.
— Зачем? Ты же подойник мыла, вымя мыла.
— Ну так принято.
— Алиса, телёнок сосёт вымя без процеживания — и ничего.
— Но ты не телёнок.
— Алиса, ты думаешь, что я слабее новорожденного телёнка?
Может, ты ещё и прокипятить молоко собираешься?
— Нет, тогда в нём станет меньше витаминов.
— Ну хоть это ты понимаешь.
Всё, давай сюда подойник.
Алиса уступила.
Паша плеснул в кружку, одним махом выпил, потом ещё плеснул. И так выпил литра полтора.
— Уфф… это божественный напиток.
— Посмотри в зеркало.
— А что? А, усы из молока. Пустяки, — заявил Паша, облизнувшись и убрав следы молока. — Всю жизнь бы пил парное молоко.
— Так какие проблемы? Селись рядом с Семёном Ивановичем. Он вряд ли против будет, раз вы такие сотрудники.
— Ну, тут мало согласия Семёна Ивановича.
— А что ещё тебе надо?
— А ты разве согласилась бы жить в деревне?
— А причём тут я?
— Ну не одному же мне жить в деревне.
Ну так что — ты променяла бы на деревню — МГУ и Космос?
— Зачем менять? Можно жить и тут, и летать в космос.
— А корову кто твою доить будет, пока ты в космосе летаешь?
Корова ждать не может, пока ты налетаешься. Её ежедневно надо доить.
— Можно кого-то пригласить.
— Посторонних людей в наш дом?
— А у нас… будет общий дом?
— Да у нас давно всё общее.
— Я про другое спрашиваю.
— Но мы же пока всё время вместе…
Пока никто из нас не вступил в брак…
Мы могли бы пожить в одном общем доме…
— Ладно, Паш, подумаем.
А пока я всё же процежу молоко. То, что от него осталось, — улыбнулась Алиса, увидев, что осталось меньше половины надоенного.
— Процеживай, процеживай.
Только учти, что пару веков назад цедилок не было.
И люди пили молоко так, как есть.
И никто от этого не болел.
