Снова этот жуткий сон...

Снова этот жуткий сон, будто за мной кто-то бежал с ножом… Мне было страшно. Я пыталась убежать. Темно… Я открыла глаза. Солнечный свет, который просачивался сквозь щель заколоченного окна, неприятно светил мне в глаза. Встав и отряхнувшись, я огляделась вокруг. Почти пустой бывший кабинет английского языка. На столе, который стоит в углу, лежат вещи, а в центре кабинета спят четыре девочки. Лишь одна простыня, сложенная пополам, отделяет их от пола. Заплаканная Наргиза, которая обнимала Настю, Лера… и Лиза, которая снова очень плохо спала ночью. Это был не сон. За мной вчера действительно бежали с ножом. И мне еле удалось убежать от рук одного из «маньяков». Я снова взглянула на спящих девочек. Когда-то они все были весёлыми и жизнерадостными. Сейчас же, глядя на них, трудно поверить в это. Растрёпанные, все в порезах и синяках. Лежали, свернувшись калачиком. Если честно, от такой картины наворачивались слёзы. Нежными движениями, чтобы не напугать, я разбудила девочек. Они неохотно начали просыпаться. Не успели они встать, как в дверь постучались. Все замерли. Три стука. Пауза. Ещё три стука. Это свои… Те люди, которые на нашей стороне. Эти ребята числятся в «команде маньяков», хотя на самом деле таковыми не являются. Я подошла к двери. Очень аккуратно, чтобы не шуметь, я открыла её. На пороге стоят Марк и Никита. Они помогают нам. Тайно, но помогают. — Зачем пришли? — шёпотом спросила я. — Мы принесли вам немного еды. Вам ведь не удалось вчера поесть… — еле слышно произнёс Марк. — Спасибо… Да, поесть не удалось. Да и убежать еле получилось… — с фальшивой улыбкой произнесла я. — Будьте осторожней — сказал Никита, закрывая дверь. Да, если бы не эти ребята, то нам было бы в несколько раз тяжелей. Мы всё ещё пытаемся придумать план, как выбраться отсюда. Я снова посмотрела на девочек. Они занимались обычной утренней рутиной. С недавних пор она стала «обычной» для нас. Лера убирает простыню с холодного бетона, которые мы назвали постелью. Наргиза проверяет наши запасы воды и разных мелочей. Настя пытается промыть рану на руке Лизы. — Нам нужна аптечка, — сказала Настя, посмотрев на меня. — Да, — протянула я. — Нужна… Оглядывая старый кабинет, в котором отваливается штукатурка на потолке, а от краски со стены остались лишь небольшие участки, я пытаюсь составить план, как попасть в медкабинет. — Что же, надо позавтракать, а потом я попробую раздобыть аптечку, — произнесла я с доброй, но натянутой улыбкой. Я старалась чаще улыбаться, надеясь на то, что это хоть как-то вселяет в них надежду. За завтраком мы в очередной раз обсуждали план. Как и каждый наш завтрак последние три недели. Мы бурно, но тихо пытаемся придумать, что делать дальше. Каждый пытается что-то предложить, но не Лиза. Она не разговаривает уже четвертый день. После того раза, когда ей сделали самый глубокий порез. Мы не знаем, что случилось с Лизой. И говорить она не хочет. На её лице нет эмоций. Лиза мало ест. Мы все боимся за неё. И наконец, я стою возле двери и готова идти за аптечкой. Девочки провожают меня. «Будь осторожней» — именно эти слова я услышала из уст Леры, которая закрыла за мной дверь. Я настороженно иду в сторону медицинского кабинета без какого-либо плана. Признаться честно, я солгала им. Сказала, что у меня есть план, что аптечку я принесу совсем скоро. Но не говорила им, что это был за план. Ибо я сама не знала… Несмотря на то, что сейчас утро, в здании, которое мы называли когда-то школой, темно. Только редкие лучи солнца, которые пробиваются сквозь щели, освещают пустые коридоры, похожие на те, что в фильмах ужасов. Иду я медленно, чтобы не издать лишнего звука. Пока я иду до нужного места, очень часто оглядываюсь по сторонам, останавливаюсь, чтобы услышать шаги. Мне понадобилось достаточно много времени, чтобы дойти до нужного места, но, в конце концов, я добралась до него. Дверь была закрыта и издала очень громкий звук, который эхом разлетелся по всему зданию. Чёрт! Зачем я вообще попыталась её открыть? И ежу понятно, что она заперта. Мой монолог прервали шаги. Кто-то идёт ко мне… Сердце стало стучать сильнее, чем обычно. Надо куда-то спрятаться. Я спряталась под столом в одном из многочисленных кабинетов. Когда-то здесь преподавали учителя, а ученики получали знания, а теперь тут одиноко стоят стол и пару стульев. Прошло много времени. Я всё ещё слышала шаги… Я отрыла глаза. Я что, серьёзно уснула в такой момент? Как это вообще возможно? Невероятная злость охватила меня. Я была зла на себя. Уснуть. В такой ситуации. Мысль о девочках заставила меня ненавидеть себя ещё сильнее. Они ведь, вероятно, стали беспокоиться за меня. Меня нет уже давно. Надо выбираться. Не успела я встать, как из коридора донеслись ужасающие женские крики. Чёрт! Это кто-то из девочек! Неужели кого-то поймали? Это я виновата, чёрт! Я моментально подскочила и побежала по тёмному коридору. Было очень темно, и я с трудом видела куда бегу. Куча ненависти к себе заставляла бежать меня быстрее, а глаза, которые наполнялись слезами, отнюдь не улучшали всю ситуацию. Я споткнулась. Было больно, но не время думать об этом. Кого-то поймали. Надо помочь! Я встала, но не смогла сделать и шагу. Мой путь преградил человек. В темноте я не смогла разглядеть, кто это был. Лунный свет отражался на металле. Это был нож. Мне хотелось кричать, но страх овладел мной, и я не смогла проронить и звука. Я бежала. Бежала, куда глаза глядят. Я слышала, что он бежит за мной. И казалось, что он всё ближе и ближе… Как долго я уже бегу? Ноги болят. Страх не давал остановиться, но я слышала, что за мной всё ещё бегут. Он вообще устаёт?! Мои мысли прервала картина… Наргиза… Голая. Она была связанна. Группа людей. Человек 4-5. Я отчётливо увидела Серёжу и Ваню. Никогда не замечала, что Ваня такой качёк. Они все стояли над Наргизой. Один из них уже был внутри неё… Девушка пыталась позвать на помощь, но её рот был закрыт. Это всё из-за меня! Надо что-то делать. Я не смогла остановиться и помочь. Мне пришлось бежать. Ибо меня ещё преследовали. Он всё ещё бежит за мной. К глазам поступают слёзы. Я пыталась сдержать их, но не могу. Я винила себя. Вдруг я поняла, что не слышу шагов позади себя. Неужели отстал? Я оглянулась. Маньяк стоял вдали и смотрел на меня. Я всё ещё не могла разглядеть, кто это был. Я решила бежать дальше, но врезалась во что-то. Это был Лёша. Лунный свет освещал его лицо, и я увидела ужасающую улыбку на его лице… Выхода нет. Я не знала, что мне делать. Лёша схватил меня и закрыл мне рот. «Спокойно, брат. Она моя» — крикнул Лёша моему преследователю. Маньяк с ножом ушёл. Так я и не узнаю, кто это был… Леша, молча, вёл меня по тёмным коридорам. Мне уже не было так страшно. Он хватал меня так уже тысячи раз. Казалось, что он делает как раньше. Просто безобидное дурачество. Хотя кто знает, что у него на уме… Сейчас уже всё не как раньше. От этой мысли мне стало не по себе. Через пару минут мы пришли к какой-то двери. Мы вошли. Это была маленькая комнатка. Вполне уютная, если сравнивать её со всем зданием. Лёша посадил меня на стул. Только сейчас я поняла, что мои ноги болят невыносимо. Долго же я бегала… Я не знала, что делать. То ли попытаться убежать, то ли поговорить с ним. — И что теперь? — спросила я хриплым голосом. Лёша внимательно посмотрел на меня. Неожиданно он засмеялся. Мне была не понятна причина его смеха. Впрочем, как и всегда. — А теперь ничего, — через какое-то время ответил он, — Или ты хочешь, чтобы я с тобой что-то сделал? Что он под этим имел ввиду? Сделать что-то в плане пошлом или же в плане физической боли.? Так или иначе, я не хочу не первого, не второго. Он взял стул и поставил его рядом со мной. Он сел и наклонился так близко, что я отчётливо слышала его дыхание. — Ну так что? — спокойно спросил он меня. — Иди к чёрту. Ничего я не хочу. Хочу, чтобы это всё закончилось. Это всё, чего я хочу, — грубо ответила я. — Это всё закончится ещё не скоро. Остальные ребята только вошли во вкус. Я на вашей стороне. Когда я отказался развлекаться с Наргизой, то все на меня косо посмотрели. Я понимал, что дело плохо и надо что-то делать. Я услышал, как кто-то бежал. Это была ты. Я даже обрадовался. Все думают, что мы тут неприличными вещами занимаемся. Это в плюс нам. Тебя никто не тронет, только если я, а от меня уходят все подозрения — спокойно сказал Лёша. Странно, но он был вполне серьёзен, хотя такое бывает очень и очень редко. — Попробуешь меня тронуть, я тебе хлебало расковыряю… — с лёгкой улыбкой произнесла я. Он засмеялся — Это мы ещё посмотрим… — Он тяжело вздохнул… — Я могу отвести тебя к девочкам, но не смогу вытащить Наргизу. Завтра я приду к вам. Лёша отвёл меня в кабинет с девочками. Я постучала, и дверь открылась почти мгновенно. Мне открыла Лера, которая выглядела напуганной. Я вошла, и мой взгляд пал на Лизу, которая сидела в углу. — Где Настя? — спросила я. — Ушла искать Наргизу. Где-то полтора часа назад, — еле слышно протянула Лера. Я рассказала девочкам всё, что произошло со мной. Я подумала, что Наргиза и Настя сейчас у мальчиков. Видимо, сегодня мы уже ничего не сделаем. Я сказала Лере и Лизе, чтобы они ложились спать. Они сопротивлялись, но всё же мне удалось убедить их. Сама же я пыталась придумать, что делать дальше. Снова этот жуткий сон… Меня разбудил громкий стук в дверь. Три стука. Пауза. Три стука. Свои. Я мгновенно встала и побежала к двери. Это был Лёша. Он вошёл и рассказал нам всё, что знает. Где мальчики охраняют выходы, а где нет. — А как там Настя и Наргиза? — спросила Лера. — Наргиза всё ещё у мальчиков. Сейчас с ней всё относительно хорошо. После того случая её покормили и положили спать, — ответил Лёша. — Как мило! — рявкнула я. — А вот где Настя, я не знаю, — продолжил Лёша. Наш разговор прервал стук в дверь. Три стука. Пауза. Три стука. Свои. Это был Марк. Он весьма удивился Лёше. Они ведь не знали, что они оба на нашей стороне. — Лёха, брат, ты че тут забыл, а? — спросил Марк. — Гандон, ты че, тоже за них? — спросил Лёша, проигнорировав вопрос Марка. Через какое-то время у нас возник маленький план по спасению Наргизы, а затем и по побегу из заброшенной уже не первый год школы. — Надеюсь, что Настя найдётся к этому времени, — прошептала я. Мальчики ушли. Надо было тихонько готовиться к плану. Уже вечерело. Настя и Наргиза ещё не вернулись. Лера промывала рану Лизы и пыталась поговорить с ней. Я же думала, что и как мы будем делать. Конечно, теперь, когда мы знаем, как выйти из школы, нам проще. Но была куча других проблем. За воротами лес. Огромный лес. И не мы, не мальчики не знают дороги отсюда. И как быть с Лизой? Она всегда была достаточно худой, а теперь, когда она почти не ест, то она исхудала ещё больше. Она еле двигается. Куча вопросов и никаких ответов. Лера начала жаловаться на то, что рана Лизы в плохом состоянии и надо срочно найти лекарства. Это не делало нашу ситуацию лучше. Стоит ли опять пытаться идти за аптечкой или же дождаться мальчиков? Я решила ждать. Ожидание не длилось долго. Три стука. Пауза. Три стука. Я открыла дверь. Это были Лёша, Марк и Никита. Я побежала обнимать их. Не знаю почему, но я никогда так не радовалась их приходу, как в этот момент. Они принесли ещё еды и воды. Я спросила их про аптечку. Они сказали, что это не проблема. Обещали принести утром. Уже темнело. Мальчики ушли. Мы легли спать… Громкие стуки разбудили меня. За окном ещё темно. Была ночь. Три стука. Пауза. Три стука. Я поспешила открыть дверь. Там была Наргиза. Она была вся в слезах. На ней почти не было одежды. Она была вся в засосах и укусах. — Вот животные… — крикнула я. Когда Наргиза успокоилась, она рассказала мне всё, что произошло. — Когда ты ушла за аптечкой, я пошла искать тебя. Не успела я выйти, как меня увидели. Они неожиданно накинулись на меня толпой. Я начала кричать. Они все… все насиловали меня по кругу. Все 2 дня… Мне было так страшно! Я не могла спать. Когда Ваня заметил, что я не сплю, то он ещё больше извращался, пока никто не видел. Я не могу так больше… — А где Настя? Наргиза, скажи мне, где Настя? — перебила её я. — Я… я не знаю. Она помогла выбраться мне. Когда Ваня связал меня и оставил так до утра, она пришла. Нежно поцеловала меня. Развязала мои руки и сказала бежать к вам, хотя сама убежала в другую сторону. Я… я пыталась спросить, куда она уходит, но она ничего не ответила. Она крепко обняла меня и сказала «Наги… Моя маленькая Наги, я скоро вернусь к вам… Обязательно вернусь. Иди к девочкам»… Потом она снова поцеловала меня и убежала. Я сразу же побежала к вам… Странно… Может быть, Настя что-то узнала? Я дала Наргизе еды и воды и положила её спать. Лера и Лиза так и не просыпались. Я тоже решила немного передохнуть. Снова этот жуткий сон. Три стука. Пауза. Три стука. Чёрт, сколько сейчас времени? Солнце светило ярко, похоже, уже день. Я тихо открыла дверь, чтобы не разбудить девочек. Это был Марк. — Я принёс аптечку — шёпотом произнёс он, глядя на спящих девочек. Он не стал долго задерживаться и быстро ушёл. Я только и успела тихонько сказать «Спасибо» ему вслед. Я легонько разбудила Лизу, чтобы обработать её рану. Рана была действительно очень глубокая и выглядела не самым лучшим образом. — Что же с тобой всё-таки случилось… — тихо спросила я. В ответ лишь молчание и пустой взгляд. Мне было искренне жаль её. И мне только оставалось догадываться, что же с ней случилось. Рана была обработана и перебинтована. На одну проблему меньше. Я решила разбудить Леру. — Я уйду искать Настю. Пожалуйста, приглядывай за Наргизой и Лизой. Им сейчас тяжело. Никого не выпускать. Впускать только своих. Лера не успела ничего сказать, как я закрыла за собой дверь. Сегодня в здании было светлее, чем обычно. Я очень тихо ходила по школе. Стараясь не издавать лишних звуков. Вдруг, я услышала женский голос в одной из комнат. Настя? Я подошла к двери одного из кабинетов и потихоньку заглянула туда. То, что я увидела, повергло меня в шок. Но обо всё по порядку. Я увидела Настю. Она разговаривала с кем-то. Она не выглядела напуганной. Наоборот… На её лице была улыбка. Но эта улыбка… Она была действительно странной. Я не могла понять, с кем она говорит. Второго человека было не видно, и говорил он настолько тихо, что казалось, будто Настя говорит сама с собой, лишь изредка я слышала шёпот собеседника. Я не могла понять, о чём они говорят. Через какое-то время Настя начала раздеваться. Но зачем? Это не выглядело так, словно её заставляли это делать. Теперь мне стало ещё более интересно. Кто же был вторым человеком. Я решила ещё немного выглянуть из-за угла, надеясь на то, чтобы меня не заметили. Ваня?! Связанный Ваня?! Теперь я вообще ничего не понимаю. Зачем Настя ушла от нас, а теперь она насилует главного насильника? Я очень долго пыталась понять, что вообще происходит, но неожиданно мои мысли прервал громкий, но нежный стон… Настя уже сидела сверху… Мне стало очень неловко от того, что я наблюдала. С одной стороны — обычная порнушка, каких я выдела тысячи, только вживую. Но… это нечто иное. Когда видишь, как это делают люди, которых ты уже давно знаешь…. Мои размышления прервали. Кто-то схватил меня. Сердце чуть выпрыгнуло из груди. Страх не давал мне издать и звука. «…ну, всё, сейчас и я стану жертвой изнасилования…» — подумала про себя я… — А ты знаешь, что не хорошо подглядывать за другими? Лёша…. Твою мать! — Дурак! — чуть ли не плача произнесла я. Сказать, что я сильно испугалась, то это ничего не сказать. Лёша погладил меня по голове, пытаясь успокоить. «Надо идти к девочкам» — как бы приказывая, сказал он. Когда это он начал всё решать? Я не стала спорить с ним и просто шла рядом. Три стука. Пауза. Три стука. Нам открыли дверь. Лера пыталась успокоить Наргизу, которая плакала. Лиза по прежнему молча сидела в углу комнаты. Наргиза посмотрела на меня и неожиданно начала кричать: — Где Настя? Что с ней? С ней все хорошо?! Я не знала, что делать. Сказать правду или просто соврать. Мои размышления прервал Лёша: — Ну, знаешь, с ней всё хорошо. Она замечательно проводит время. С удовольствием, так сказать… Наргиза посмотрела на меня взглядом, мол «объясни, что вообще происходит». Я рассказала Наргизе всё, что увидела. — Да… К-как… Как она могла? Я ведь… Я ведь люблю её… Наргиза уже не скрывала своих чувств к Насте, хотя раньше об этом знали не многие. — Нам нужно уходить. И как можно скорее, — строго сказала я. — А как же Настя? Мы бросим её? — сквозь слёзы спросила Наргиза. — Она больше не придёт… — еле слышно сказала Лиза. Я очень обрадовалась тому, что Лиза заговорила, но не стала показывать это. — Почему? — спросил Лёша. — В тот день… День, когда мне сделали самый глубокий порез. Это Настя его сделала. Она бежала за мной… Когда у меня уже не было сил бежать, я упала… Она схватила меня. Она с улыбкой начала говорить, так тихо и так спокойно: «Если ты расскажешь хоть кому-то обо мне, то умрёшь…». Затем она улыбнулась, поцеловала меня в лоб и сделала глубокий порез. Я не знала, что думать. Ведь Настя была с нами. Боялась каждого шороха. Спала в обнимку со всеми остальными. Мне стало жаль Лизу. Ведь именно Настя проводила много времени вместе с Лизой, после того случая. Я обняла Лизу, так крепко, но нежно, как никогда раньше. Три стука. Пауза. Три стука. Лёша открыл дверь. Там был Марк. Он тяжело дышал. — Ребят, там… Там Настя… — Мы знаем, братан, — прервал его Лёша. — Мы должны уходить, — сказала грозным голосом Лера. Вещи были собраны. Все были готовы покинуть это ужасное место, в котором творились дикие вещи. — Ты точно в порядке? — спросила я у Лизы, хотя понимала, что она совсем не в порядке. — Всё хорошо, — тихо ответила она. Мы покинули кабинет. Мы уходили через чёрный ход, который находился в столовой. К счастью, нас никто не заметил, и выйти на улицу не составило нам труда. Выйдя наружу, мы прошли через футбольное поле. Когда мы прошли через забор, нас встретил лес. Огромный лес, который, казалось, не имел конца. Мы шли с утра и до самой ночи. Все были уставшие, Лизе было тяжелее всех, она упала на землю. Лера кинулась к ней: — Нам нужно сделать привал! Никто не стал спорить. Все сбросили вещи и повалились на землю. Лера сменила повязку на руке Лизы. — Тебе нужно поесть — спокойным голосом сказал Марк, протягивая немного еды для Лизы, — Наргиза, и ты тоже поешь. Марк был добр и нежен ко всем. Никогда его таким не видела. Хотя в такой момент все вели себя иначе. Когда все поели, мы решили лечь спать. Спалось на земле намного лучше, чем на холодном бетоне, который служил нам кроватью уже не одну неделю. Сон не заставил себя ждать, все были без сил и заснули почти мгновенно. Я заснула последняя. Снова этот жуткий сон… Словно мы сбежали из заброшенной школы… Я хотела так думать… Но это был не сон… Меня разбудил резкий удар по лицу. Я открыла глаза и увидела Настю. Она улыбалась. Мы уже не были в лесу, оглядевшись, я поняла, что нахожусь в одном из кабинетов школы, который находился на первом этаже. Я уже видела эту комнату раньше, когда Лёша спас меня от маньяка с ножом. Тут было много мебели, солнечный свет проходил через большие и не заколоченные окна. — Доброе утро… Как тебе спалось? — вдруг нежно спросила Анастасия. Я ничего не ответила. Мне захотелось встать, но мои попытки были тщетны. Я была привязана. — Далеко собралась? — спросила Настя и начала смеяться, как сумасшедшая. — Где все? — Кто — «все»? — Не глупи, Настя. Где девочки? Гдё Марк? Лёша? — Дай угадаю. Больше всего ты переживаешь за Лёшу, да? — С чего ты это взяла? — Ты думаешь, я не знаю? — Настя засмеялась. — Не знаешь что? — Тогда, когда ты убегала от меня. Лёша поймал тебя и утащил в комнату. Не трудно догадаться, что вы там делали. Я не стала говорить, что мы делали на самом деле. — Подожди. Что?! Это ты тогда бежала за мной? Но… Зачем? — Как — зачем? Чтобы убить. Эти слова заставили меня невольно вздрогнуть. Только сейчас я заметила у неё в руках тот самый нож. Мой взор пал на мальчиков, стоявших возле неё. Там были все, за исключением Марка, Лёши, Вани и Никиты. — Ребята, оставьте нас наедине — вдруг приказала Настя. «Псы» покинули помещение. Давно ли они стали её слушаться?! Настя внимательно рассмотрела меня, затем она подняла нож, как бы замахиваясь. — Ну, вот и пришёл твой конец… — безжалостно сказала маньячка, которая когда-то была такой же жертвой, как и мы. Я закрыла глаза.